Материал: Vestnik_TGU_426

241 

ственная

группа

, 

говорит

УПК

РФ

: 

в

ст

. 163 

данного

кодекса

содержится

широкий

круг

требований

, 

касаю

-

щихся

создания

и

деятельности

следственной

группы

. 

В

отличие

от

нее

, 

создание

следственно

-

оперативной

группы

регламентируется

нормативно

-

правовыми

акта

-

ми

меньшей

юридической

силы

 â€“ 

приказами

отдельных

федеральных

органов

исполнительной

власти

, 

в

частно

-

сти

Министерством

внутренних

дел

РФ

.  

Представляется

возможным

говорить

о

том

, 

что

с

позиции

криминалистической

деятельности

, 

получаю

-

щей

свое

выражение

в

вопросах

взаимодействия

между

следователями

и

сотрудниками

органа

, 

осуществляю

-

щего

оперативно

-

розыскную

деятельность

, 

таких

отли

-

чий

гораздо

меньше

. 

Это

обусловливается

закономер

-

ностями

поисково

-

познавательной

деятельности

в

до

-

судебном

производстве

, 

осуществляемой

во

взаимосвя

-

зи

процессуальных

и

непроцессуальных

форм

. 

Доста

-

точно

посмотреть

на

законодательно

существующую

возможность

привлечения

к

работе

следственной

груп

-

пы

сотрудников

органов

, 

осуществляющих

оператив

-

но

-

розыскную

деятельность

. 

Попутно

заметим

, 

что

положение

о

том

, 

что

к

работе

следственной

группы

могут

быть

привлечены

должностные

лица

органов

, 

осуществляющих

оперативно

-

розыскную

деятель

-

ность

, 

не

позволяет

однозначно

ответить

на

вопрос

, 

издается

ли

при

этом

приказ

органа

дознания

о

соот

-

ветствующем

направлении

конкретных

должностных

лиц

этого

органа

и

в

какой

форме

должен

реагировать

на

данный

приказ

руководитель

следственного

органа

, 

формирующий

следственную

группу

. 

Не

дают

ответа

на

этот

вопрос

и

методические

рекомендации

по

от

-

дельным

вопросам

организации

деятельности

след

-

ственных

групп

. 

Так

, 

в

одной

из

методических

реко

-

мендаций

Генеральной

прокуратуры

Российской

Фе

-

дерации

, 

изданной

в

 2002 

г

. 

и

касающейся

работы

следственных

групп

по

преступлениям

против

лично

-

сти

, 

повторяется

соответствующее

положение

, 

содер

-

жащееся

в

ст

. 163 

УПК

РФ

: 

например

, 

нельзя

узнать

, 

может

или

нет

изменяться

количество

привлеченных

к

работе

следственной

группы

оперативных

сотрудни

-

ков

, 

а

если

может

 â€“ 

то

каков

в

таком

случае

должен

быть

порядок

. 

Другими

словами

, 

несмотря

на

подза

-

конный

характер

создания

постоянно

действующих

следственно

-

оперативных

групп

, 

регламентация

их

деятельности

, 

прежде

всего

с

позиции

криминалисти

-

ческого

учения

об

организации

расследования

, 

ничем

не

уступает

регламентации

деятельности

следственных

групп

, 

а

в

некоторых

случаях

 â€“ 

является

более

предпо

-

чтительной

, 

поскольку

чаще

всего

касается

должност

-

ных

лиц

одного

и

того

же

ведомства

. 

ЛИТЕРАТУРА

1. 

Никонович

С

.

Л

. 

Типичные

следственные

ситуации

и

организация

расследования

преступлений

в

сфере

оборота

драгоценных

металлов

и

драгоценных

камней

 // 

Вестник

Волгоградской

академии

МВД

России

. 2014. 

№

 1 (28). 

С

. 109–114. 

2. 

Марутин

А

.

Г

. 

Следственные

ситуации

первоначального

этапа

расследования

террористического

акта

 // 

Известия

Сочинского

государ

-

ственного

университета

. 2013. 

№

 1-2 (24). 

С

. 66–69. 

3. 

Алымов

Д

.

В

. 

Теоретические

и

практические

аспекты

использования

тактико

-

криминалистических

алгоритмов

в

расследовании

преступ

-

лений

 // 

Библиотека

криминалиста

. 

Научный

журнал

. 2017. 

№

 2 (31). 

С

. 182–189. 

4. 

Лакомская

М

.

Ю

. 

Тактические

операции

и

следственные

версии

как

средства

преодоления

проблемной

ситуации

расследования

 // 

Про

-

блемы

правоохранительной

деятельности

. 2017. 

№

 3. 

С

. 84–92. 

5. 

Шаталов

А

.

С

. 

Алгоритмизация

и

программирование

расследования

преступлений

в

системе

криминалистической

методики

 // 

Право

. 

Журнал

Высшей

школы

экономики

. 2017. 

№

 2. 

С

. 155–172. 

6. 

Шайхетдинов

Р

.

Ф

. 

Следственные

ситуации

и

программы

расследования

применительно

к

каждой

из

них

 // 

Расследование

преступлений

: 

проблемы

и

пути

их

решения

. 2014. 

№

 6 (6). 

С

. 297–302. 

7. 

Хижняк

Д

.

С

. 

Транснациональная

криминалистическая

 (

следственная

) 

ситуация

: 

понятие

и

сущность

 // 

Известия

высших

учебных

заведе

-

ний

. 

Поволжский

регион

. 

Общественные

науки

. 2014. 

№

 3 (31). 

С

. 27–32. 

8. 

Давыдов

В

.

О

. 

О

классификации

следственных

ситуаций

транснациональной

преступной

деятельности

экстремистского

характера

 // 

Из

-

вестия

Тульского

государственного

университета

. 

Экономические

и

юридические

науки

. 2016. 

№

 2-2. 

С

. 86–92. 

9. 

Бастрыгин

А

.

С

. 

Ситуационный

подход

как

определяющий

фактор

организационных

аспектов

планирования

расследования

следственно

-

оперативной

группой

многоэпизодных

, 

сложных

групповых

преступлений

 // 

Политематический

сетевой

электронный

научный

журнал

Кубанского

государственного

университета

. 2017. 

№

 126. 

С

. 434–470. 

10. 

Зеленский

В

.

Д

. 

Криминалистические

проблемы

организации

расследования

преступлений

 : 

автореф

. 

дис

. … 

д

-

ра

юрид

. 

наук

. 

Красно

-

дар

, 1991. 42 

с

. 

11. 

Меретуков

Г

.

М

., 

Лунина

Е

.

С

. 

Сущность

, 

природа

и

виды

следственных

ошибок

, 

возникающих

на

основе

следственных

ситуаций

на

досудебном

производстве

 // 

Политематический

сетевой

электронный

научный

журнал

Кубанского

государственного

аграрного

универ

-

ситета

. 2014. 

№

 96 (02). 

С

. 653–665. 

12. 

Комаров

И

.

М

. 

Проблемы

теории

и

практики

криминалистических

операций

в

досудебном

производстве

 : 

автореф

. 

дис

 â€¦ 

д

-

ра

юрид

. 

наук

. 

Барнаул

, 2003. 58 

с

. 

13. 

Варданян

А

.

В

. 

Учение

о

следственной

ситуации

как

методологическая

основа

для

формирования

следственных

ситуаций

, 

типичных

для

первоначального

этапа

расследования

преступлений

в

сфере

земельных

правоотношений

 // 

Философия

права

. 2013. 

№

 6 (61). 

С

. 75–79. 

14. 

Князьков

А

.

С

. 

Тактико

-

криминалистические

средства

досудебного

производства

 : 

автореф

. 

дис

. … 

д

-

ра

юрид

. 

наук

. 

Ростов

н

/

Д

, 2014. 

50 

с

. 

15. 

Князьков

А

.

С

. 

Тактическая

задача

как

элемент

поисково

-

познавательной

деятельности

субъектов

доказывания

по

уголовному

делу

 // 

Вестник

Томского

государственного

университета

. 

Право

. 2011. 

№

 2. 

С

. 12–31. 

16. 

Головин

А

.

Ю

. 

Современные

дефиниции

ошибок

в

выборе

стратегии

и

тактики

расследования

преступлений

 // 

Криминалистика

: 

вчера

, 

сегодня

, 

завтра

 : 

сб

. 

науч

. 

тр

. 

Восточно

-

Сибирского

института

МВД

России

. 2015. 

С

. 38–46. 

17. 

Комаров

И

.

М

. 

Криминалистические

операции

и

следственные

ситуации

в

системе

криминалистической

характеристики

расследования

преступлений

 // 

Вестник

Московского

университета

. 

Сер

. 11. 

Право

. 2014. 

№

 4. 

С

. 50–61. 

18. 

Комаров

И

.

М

. 

Проблемы

теории

и

практики

криминалистических

операций

в

досудебном

производстве

 : 

дис

. …

д

-

ра

юрид

. 

наук

. 

Барна

-

ул

, 2003. 437 

с

. 

Статья

представлена

нучной

редакцией

 Â«

Право

» 28 

декабря

 2017 

г

. 

TACTICAL AND FORENSIC PROBLEMS OF INVESTIGATION OF MULTI-INCIDENT CRIMINAL ACTIVITIES BY 
A CRIME SCENE INVESTIGATION GROUP

Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo universiteta â€“ Tomsk State University Journal,

 2018, 426, 238–242.

242 

DOI: 10.17223/15617793/426/30 

Aleksey S. Knyazkov,

 Tomsk State University (Tomsk, Russian Federation). E-mail: ask011050@yandex.ru

Keywords: 

multi-incident criminal activities; crime scene investigation group; forensic complexity of crime investigation; overcom-

ing the forensic complexity of crime investigation; complex investigative situations; tactical and forensic tasks; tactical and forensic 
solutions.

 
The subject of this article is the problem of investigation of multi-incident criminal cases which are complex in a forensic way. 

The relevance of this problem, which is expressed in the aims of this article, is determined by the necessity to search for effective 
forms and methods of organizing investigation of crimes which are multi-incident criminal acts, and by the unsatisfactory condition 
of some elaborated statements. These statements include questions of investigative situations that emerge when investigating multi-
incident crimes by crime scene investigation groups, procedures and programming of search and cognitive activities they use, and 
others. Within this framework it is necessary to talk about some associated methodological statements the evolved consideration of 
investigation problems of so-called multi-incident criminal cases by a crime scene investigation group must be based on. In particu-
lar, these statements determine the use of the methods of analysis and synthesis, modeling and system approach. Primarily, it is nec-
essary to distinguish multi-incidence of criminal activity carried out by one person and multi-incidence of criminal activity carried 
out by a group of persons in collusion, an organized group or a criminal community. This difference is revealed in the dissimilarity of 
typical investigative situations, tactical and forensic problems and solutions. Another methodological principle is a statement on the 
forensic complexity of investigation which predetermines the necessity of creating a crime investigation group and its activities on 
the whole. Finally, a methodological statement for the solution of the mentioned problem is a statement on tactical and forensic prob-
lems which, in the context of strategic aims of investigation, show the main directions of a crime scene investigation group’s activity. 
The classification of tactical and forensic problems given in this work allows to structure the organization of investigation of multi-
incident criminal activities, to consider the importance of setting objectives and solving enforcement tactical fornsic problems. In the 
tactical context, planning and carrying out the activities of a crime scene investigation group must consider the necessity of a con-
stant and gradual concentration of tactical potential used during investigative actions and search activities. In this article the author 
gives variants of directions of activities of a crime scene investigation group in order to increase tactical potential depending on the 
number of persons committing a crime. Besides, the author considers the question of tactical and forensic tools of investigation and 
compares activities of an investigative group and a crime scene investigation group based on criminalistics.  

REFERENCES 

1. Nikonovich, S.L. (2014) Tipichnye sledstvennye situatsii i organizatsiya rassledovaniya prestupleniy v sfere oborota dragotsennykh metallov i 

dragotsennykh kamney [Typical investigative situations and organization of investigation of crimes in the sphere of turnover of precious metals 
and precious stones]. 

Vestnik Volgogradskoy akademii MVD Rossii

. 1 (28). pp. 109–114. 

2. Marutin, A.G. (2013) Sledstvennye situatsii pervonachal’nogo etapa rassledovaniya terroristicheskogo akta [Investigative situations of the initial 

stage of the investigation of the terrorist act]. 

Izvestiya Sochinskogo gosudarstvennogo universiteta

. 1-2 (24). pp. 66–69. 

3. Alymov, D.V. (2017) Teoreticheskie i prakticheskie aspekty ispol’zovaniya taktiko-kriminalisticheskikh algoritmov v rassledovanii prestupleniy [Theoretical 

and practical aspects of the use of tactical and forensic algorithms in the investigation of crimes]. 

Biblioteka kriminalista.

 2 (31). pp. 182–189. 

4. Lakomskaya, M.Yu. (2017) Tactical operations and investigate versions as means of overcoming the problem situation of investigation. 

Problemy 

pravookhranitel’noy deyatel’nosti.

 3. pp. 84–92. (In Russian). 

5. Shatalov, A.S. (2017) Algorithmization and Programming of Investigation in the Criminalistics Methodology. 

Pravo. Zhurnal Vysshey shkoly 

ekonomiki.

 2. pp. 155–172. (In Russian). DOI: 10.17323/2072-8166.2017.2.155.172  

6. Shaykhetdinov, R.F. (2014) Sledstvennye situatsii i programmy rassledovaniya primenitel’no k kazhdoy iz nikh [Investigative situations and inves-

tigation programs for each of them]. 

Rassledovanie prestupleniy: problemy i puti ikh resheniya.

 6 (6). pp. 297–302. 

7. Khizhnyak, D.S. (2014) Transnatsional’naya kriminalisticheskaya (sledstvennaya) situatsiya: ponyatie i sushchnost’ [Transnational forensic (investiga-

tive) situation: the concept and essence]. 

Izvestiya vysshikh uchebnykh zavedeniy. Povolzhskiy region. Obshchestvennye nauki

. 3 (31). pp. 27–32. 

8. Davydov, V.O. (2016) About classification of investigative situations investigations of transnational criminal activity of extremist character. 

Izvestiya Tul’skogo gosudarstvennogo universiteta. Ekonomicheskie i yuridicheskie nauki â€“ Izvestiya TulGU. Economic and legal sciences

. 2-2. 

pp. 86–92. (In Russian). 

9. Bastrygin, A.S. (2017) Situational approach as a major factor of the organizational aspects of investigation planning by an investigative team in 

cases of multi episode complex collective crimes. 

Politematicheskiy setevoy elektronnyy nauchnyy zhurnal Kubanskogo gosudarstvennogo uni-

versiteta â€“ Scientific Journal of KubSAU

. 126. pp. 434–470. (In Russian). 

10. Zelenskiy, V.D. (1991) 

Kriminalisticheskie problemy organizatsii rassledovaniya prestupleniy

 [Forensic problems of organization of investigation 

of crimes]. Abstract of Law Dr. Diss. Krasnodar. 

11. Meretukov, G.M. & Lunina, E.S. (2014) The essence, the nature and types of errors in investigations arising on the basis of investigation of the 

situation at a pre-trial process. 

Politematicheskiy setevoy elektronnyy nauchnyy zhurnal Kubanskogo gosudarstvennogo agrarnogo universiteta â€“ 

Scientific Journal of KubSAU

. 96 (02). pp. 653–665. (In Russian). 

12. Komarov, I.M. (2003) 

Problemy teorii i praktiki kriminalisticheskikh operatsiy v dosudebnom proizvodstve

 [Problems of theory and practice of 

criminalistic operations in pre-trial proceedings]. Abstract of Law Dr. Diss. Barnaul. 

13. Vardanyan, A.V. (2013) Doctrine of the investigative situation as a methodological basis for the investigative situations formation typical for the 

initial stage of investigation of crimes in the land relations sphere. 

Filosofiya prava – Philosophy of Law.

 6 (61). pp. 75–79. (In Russian). 

14. Knyaz’kov, A.S. (2014) 

Taktiko-kriminalisticheskie sredstva dosudebnogo proizvodstva

 [Tactical and forensic means of pre-trial proceedings]. 

Abstract of Law Dr. Diss. Rostov-on-Don. 

15. Knyaz’kov, A.S. (2011) Tactical problem as an element of the searching cognitive activity of subjects in proof in criminal cases. 

Vestnik 

Tomskogo gosudarstvennogo universiteta. Pravo – Tomsk State University Journal of Law

. 2. pp. 12–31. (In Russian). 

16. Golovin, A.Yu. (2015) Sovremennye definitsii oshibok v vybore strategii i taktiki rassledovaniya prestupleniy [Modern definitions of errors in the 

choice of strategy and tactics of investigating crimes]. In: 

Kriminalistika: vchera, segodnya, zavtra

 [Forensic science: yesterday, today, tomor-

row]. Is. 7. Irkutsk: East-Siberian Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia. pp. 38–46. 

17. Komarov, I.M. (2014) Kriminalisticheskie operatsii i sledstvennye situatsii v sisteme kriminalisticheskoy kharakteristiki rassledovaniya 

prestupleniy [Forensic operations and investigative situations in the system of forensic characteristics of investigation of crimes]. 

Vestnik Mos-

kovskogo universiteta. Ser. 11. Pravo

. 4. pp. 50–61. 

18. Komarov, I.M. (2003) 

Problemy teorii i praktiki kriminalisticheskikh operatsiy v dosudebnom proizvodstve

 [Problems of theory and practice of 

criminalistic operations in pre-trial proceedings]. Law Dr. Diss. Barnaul. 
 

Received: 28 December 2017 

243 

Вестник

Томского

государственного

университета

. 2018. 

№

 426. 

С

. 243–249. 

DOI: 10.17223/15617793/426/31

УДК

 342.5 

М

.

Б

. 

Колотков

ПРОСМОТР

ЧАСТНОЙ

КОРРЕСПОНДЕНЦИИ

В

РОССИЙСКОЙ

ИМПЕРИИ

  

ВО

ВТОРОЙ

ПОЛОВИНЕ

 XIX â€“ 

НАЧАЛЕ

 XX 

в

.: 

ОРГАНИЗАЦИОННО

-

ПРАВОВЫЕ

ОСНОВЫ

И

РОЛЬ

В

БОРЬБЕ

С

ТЕРРОРОМ

Исследуется

процесс

осуществления

перлюстрации

в

Российской

империи

во

второй

половине

 XIX â€“ 

начале

 XX 

в

. 

Пред

-

принята

попытка

поиска

правовой

основы

регулирования

перлюстрационного

дела

, 

изучены

процедурные

вопросы

осу

-

ществления

такой

деятельности

. 

Исследован

механизм

организационного

оформления

перлюстрационного

дела

, 

особое

внимание

уделено

роли

перлюстрации

в

предотвращении

совершения

терактов

и

раскрытии

уже

совершенных

преступле

-

ний

в

Российской

империи

. 

Ключевые

слова

: 

перлюстрация

; 

террор

; 

цензура

; 

почтовая

корреспонденция

; 

шифрование

писем

. 

Во

второй

половине

 XIX 

в

. 

в

Российской

империи

нашли

свое

организационно

-

правовое

оформление

новые

виды

оперативно

-

розыскных

мероприятий

, 

используемые

органами

полиции

в

борьбе

с

террором

. 

К

ним

относились

негласные

методы

работы

, 

а

имен

-

но

наружное

наблюдение

, 

использование

внутренней

агентуры

и

перлюстрация

корреспонденции

. 

Ввиду

недостаточного

внимания

со

стороны

ученых

-

юристов

к

изучению

процедуры

осуществления

пер

-

люстрационной

деятельности

следует

направить

ис

-

следовательский

взгляд

именно

на

эту

проблематику

. 

Согласно

большому

юридическому

словарю

под

редакцией

А

.

Я

. 

Сухарева

и

В

.

Е

. 

Крутских

, 

под

пер

-

люстрацией

 (

от

лат

. 

р

erlustro

 â€“ 

обозреваю

) 

понимает

-

ся

тайное

вскрытие

и

просмотр

государственными

или

иными

органами

пересылаемой

по

почте

корре

-

спонденции

с

целью

цензуры

или

надзора

 [1. 

С

. 427]. 

Как

правило

, 

основными

целями

перлюстрации

явля

-

лись

определение

политических

настроений

в

обще

-

стве

, 

а

также

заблаговременное

предупреждение

со

-

вершения

преступлений

, 

прежде

всего

, 

политического

характера

. 

Перлюстрация

как

метод

розыскной

деятельности

применялась

в

различных

объемах

российской

само

-

державной

властью

довольно

давно

: 

документальные

материалы

свидетельствуют

о

фактах

вскрытия

част

-

ной

корреспонденции

еще

в

середине

 XVIII 

в

. [2, 3]. 

Во

второй

половине

 XIX 

в

. 

развитие

революционного

движения

, 

появление

и

последующее

укрепление

тер

-

рористической

идеологии

в

Российской

империи

спо

-

собствовали

систематизации

этой

деятельности

и

пе

-

реходу

перлюстрационной

работы

на

качественно

новый

уровень

. 

Уже

при

первой

попытке

поиска

нормативных

правовых

актов

, 

регулировавших

процесс

осуществ

-

ления

перлюстрации

в

Российской

империи

во

второй

половине

 XIX 

в

., 

исследователь

сталкивается

с

серь

-

езной

проблемой

: 

такие

акты

либо

отсутствуют

, 

либо

носят

факультативный

характер

. 

Подобная

ситуация

вызвана

, 

прежде

всего

, 

тем

, 

что

в

рассматриваемый

период

процедура

перлюстрации

не

только

не

регла

-

ментировалась

российским

законодательством

, 

но

и

фактически

находилась

вне

закона

. 

Во

-

первых

, 

Уло

-

жение

о

наказаниях

уголовных

и

исправительных

1845 

г

. 

и

последующие

его

редакции

устанавливали

достаточно

серьезные

карательные

санкции

за

нару

-

шение

почтового

Устава

. 

Комплекс

содержащихся

в

Уложении

юридических

норм

по

вопросам

обращения

с

частной

корреспонденцией

при

всей

своей

незначи

-

тельности

по

объему

в

содержательном

плане

был

вполне

исчерпывающим

. 

Так

, 

ст

. 1102 

Уложения

предусматривала

в

случаях

, «

если

почтовый

чиновник

или

почтальон

или

иной

служитель

почты

не

по

не

-

осторожности

, 

а

из

-

за

каких

-

либо

видов

согласится

с

кем

-

либо

передавать

ему

письма

, 

адресованные

на

имя

другого

, 

без

дозволения

сего

последнего

, 

то

он

за

сие

подвергается

лишению

всех

особенных

, 

лично

и

по

состоянию

присвоенных

, 

прав

и

имуществ

и

ссыл

-

ке

на

жилье

в

одну

из

отдаленных

губерний

» [4. 

С

. 835]. 

Статья

 1104 

устанавливала

ответственность

за

ознакомление

с

частной

корреспонденцией

: «

Поч

-

товый

чиновник

или

служитель

, 

распечатавший

… 

отданное

для

отправления

письмо

, 

адресованное

на

имя

другого

лица

, 

подвергается

за

сие

удалению

от

должности

; 

буде

же

сие

учинено

им

для

сообщения

содержания

письма

кому

-

либо

другому

, 

то

он

приго

-

варивается

к

заключению

в

тюрьме

на

время

от

 4 

до

8 

месяцев

» [4. 

С

. 837]. 

Во

-

вторых

, 

Российская

импе

-

рия

являлась

членом

Всемирного

почтового

союза

, 

который

объявлял

перлюстрацию

почтовой

корре

-

спонденции

вне

закона

. 

Тем

не

менее

перлюстраци

-

онная

деятельность

в

Российской

империи

 (

в

услови

-

ях

большой

секретности

) 

осуществлялась

Министер

-

ством

внутренних

дел

без

какой

-

либо

ведомственной

регламентации

: 

никаких

инструкций

, 

циркуляров

, 

определений

или

приказов

, 

определявших

порядок

проведения

данного

вида

оперативно

-

розыскных

ме

-

роприятий

, 

органами

внутренних

дел

не

издавалось

. 

Именно

по

этой

причине

многие

исследователи

(

Ф

.

М

. 

Лурье

, 

А

.

И

. 

Спиридович

, 

З

.

И

. 

Перегудова

, 

В

.

С

. 

Измозик

и

др

.) 

в

своих

трудах

обращали

внима

-

ние

на

проблему

соблюдения

государством

принципа

законности

, 

вызванную

отсутствием

общих

правовых

норм

, 

регулировавших

процедуру

перлюстрации

кор

-

респонденции

в

Российской

империи

 [5–8]. 

При

этом

следует

отметить

, 

что

в

первые

годы

существования

судебных

уставов

перлюстрация

корреспонденции

в

особых

случаях

ими

допускалась

, 

т

.

е

. 

была

законной

. 

Статьи

 368 

и

 1035 

Устава

уголовного

судопроизвод

-

ства

 1864 

г

. 

позволяли

исключительно

с

санкции

окружного

суда

выемку

и

последующее

вскрытие

частной

корреспонденции

только

тех

лиц

, 

в

отноше

-

нии

которых

осуществлялось

уголовное

преследова

-

ние

 [9]. 

Также

допускалась

перлюстрация

корреспон

-

244 

денции

лиц

, 

находившихся

в

политической

ссылке

: 

в

период

с

 1863 

по

 1878 

г

. 

официальными

властями

было

принято

пять

нормативных

правовых

актов

, 

ре

-

гламентировавших

проведение

этой

процедуры

 [10. 

С

. 18, 32, 139, 145, 242]. 

В

Российской

империи

перлюстрация

корреспон

-

денции

проводилась

Почтовым

департаментом

, 

кото

-

рый

наряду

с

телеграфным

ведомством

находился

в

распоряжении

Министерства

внутренних

дел

. 

Однако

как

в

первой

, 

так

и

во

второй

половине

 XIX 

в

. 

пред

-

ставители

различных

административных

властей

, 

в

особенности

губернаторы

, 

предпринимали

неодно

-

кратные

попытки

нарушить

это

исключительное

пра

-

во

. 

Так

, 25 

июня

 1862 

г

. 

киевский

, 

подольский

и

во

-

лынский

генерал

-

губернатор

П

.

И

. 

Гессе

получил

раз

-

решение

от

Александра

 II 

на

просмотр

частной

корре

-

спонденции

на

вверенной

ему

территории

 [11. 

С

. 94]. 

В

то

же

время

 1 

декабря

 1862 

г

. 

казанский

губернатор

П

.

Ф

. 

Козлянинов

через

министра

внутренних

дел

пы

-

тался

вступить

в

переписку

с

начальником

 III 

Отделе

-

ния

с

просьбой

получать

сведения

о

лицах

, 

ведущих

заграничную

корреспонденцию

, 

однако

прямого

раз

-

решения

на

перлюстрацию

так

и

не

получил

 [12. 

С

. 1–

2]. 17 

июня

 1863 

г

. 

генерал

-

губернатор

Северо

-

Запад

-

ного

края

и

Виленской

губернии

М

.

Н

. 

Муравьев

смог

получить

право

осуществлять

контроль

за

почтовой

корреспонденцией

 [11. 

С

. 191–192]. 

Другие

генерал

-

губернаторы

также

предпринимали

попытки

приобре

-

сти

полномочия

по

контролю

почтовых

отправлений

, 

однако

их

устремления

не

всегда

получали

одобрение

в

столице

. 

В

частности

, 9 

августа

 1865 

г

. 

в

докладной

записке

Александру

 II 

Главноначальствующий

над

Почтовым

департаментом

И

.

М

. 

Толстой

довольно

подробно

отразил

факт

превышения

полномочий

ге

-

нерал

-

губернатора

Северо

-

Западного

края

К

.

П

. 

фон

Кауфмана

в

отношении

Минского

губернского

почт

-

мейстера

Л

.

Н

. 

Урбасевича

по

отдельным

вопросам

контроля

почтовой

корреспонденции

, 

ссылаясь

на

прецедент

, 

созданный

его

предшественником

по

должности

 [

Там

же

. 

С

. 187–192]. 

В

результате

генерал

-

губернатор

получил

отказ

от

Александра

 II 

с

разъясне

-

нием

, 

что

отступления

от

почтовых

правил

могут

быть

допущены

исключительно

с

разрешения

монарха

. 

В

от

-

ношении

чиновников

меньшего

статуса

почтовое

руко

-

водство

занимало

значительно

более

твердую

позицию

и

практически

никогда

не

предоставляло

им

право

зани

-

маться

перлюстрацией

корреспонденции

.  

Следует

отметить

, 

что

российские

монархи

прида

-

вали

большое

значение

организации

перлюстрацион

-

ного

дела

. 

В

частности

, 2 

августа

 1862 

г

. 

Александр

 II 

в

письме

своему

брату

Константину

Николаевичу

отмечал

необходимость

обратить

особое

внимание

на

использование

перлюстрации

как

эффективного

спо

-

соба

получения

достоверной

и

объективной

информа

-

ции

 [13. 

С

. 134]. 

В

 1868–1878 

гг

. 

министр

внутренних

дел

А

.

Е

. 

Тимашев

ежедневно

доставлял

отобранные

в

результате

перлюстрации

письма

императору

, 

кото

-

рый

в

ходе

их

прочтения

накладывал

резолюции

, 

де

-

лал

заметки

и

распоряжения

, 

носившие

исключитель

-

но

секретный

характер

 [14. 

С

. 73]. 

В

конце

 XIX – 

начале

 XX 

в

. 

получаемые

в

ходе

просмотра

частной

корреспонденции

материалы

представлялись

в

обзорах

, 

отчетах

и

докладах

органов

полиции

в

опосредованной

форме

 â€“ 

в

виде

информа

-

ции

, 

полученной

агентурным

путем

. 

Такие

сведения

применялись

исключительно

в

розыскных

целях

и

не

использовались

в

ходе

разбирательства

по

конкрет

-

ному

делу

. 

Материалы

перлюстрации

корреспонден

-

ции

первоначально

сосредотачивались

в

 5-

м

отделе

-

нии

Особого

отдела

Департамента

полиции

, 

затем

направлялись

в

соответствующее

отделение

по

пред

-

метам

ведения

. 

Выписки

и

копии

писем

, 

имевшие

отношение

к

террористической

деятельности

, 

переда

-

вались

во

 2-

е

отделение

Особого

отдела

. 

Даже

, 

на

первый

взгляд

несущественные

сведения

, 

выявленные

в

ходе

перлюстрации

корреспонденции

и

вызывавшие

подозрения

в

подготовке

теракта

, 

проверялись

ро

-

зыскными

органами

. 

Следует

отметить

высокую

эф

-

фективность

перлюстрации

в

борьбе

с

террором

в

этот

период

: 

получаемые

сведения

позволили

предот

-

вратить

совершение

многих

терактов

, 

способствовали

раскрытию

уже

совершенных

преступлений

. 

Именно

материалы

перлюстрации

позволили

в

ходе

борьбы

с

партией

 Â«

Народная

воля

» 

пресечь

деятельность

поль

-

ской

рабочей

партии

  Â«

Пролетариат

» 

в

 1883 

г

. [15. 

С

. 55], 

установить

одного

из

первых

организаторов

марксистских

кружков

М

.

И

. 

Бруснева

в

 1892 

г

., 

рас

-

крыть

покушение

на

Александра

 III 

в

 1887 

г

. [16. 

С

. 268], 

ликвидировать

кружок

И

.

С

. 

Распутина

в

 1895 

г

., 

рассматривавший

возможность

организации

покушения

на

Николая

 II [17. 

С

. 442], 

снизить

активность

нелегаль

-

ных

организаций

социал

-

демократов

в

 1902 

г

. 

и

др

. 

При

всех

трудностях

правовой

регламентации

перлюстрационной

деятельности

объем

просмотрен

-

ной

корреспонденции

постоянно

возрастал

: 

если

в

1858–1859 

гг

. 

во

всей

империи

 (

за

исключением

Вар

-

шавы

) 

было

вскрыто

более

 106 

тысяч

единиц

корре

-

спонденции

, 

в

 1864–1865 

гг

. – 

более

 146 

тысяч

, 

то

в

1882 

г

. 

просматривалось

уже

порядка

 380 

тысяч

кон

-

вертов

 [

Там

же

. 

С

. 171, 576]. 

По

данным

З

.

И

. 

Перегу

-

довой

, 

в

Санкт

-

Петербурге

ежедневно

подвергалось

перлюстрации

порядка

 2–3 

тысяч

писем

, 

из

которых

делалось

около

 20–30 

выписок

и

копий

 [7. 

С

. 278]. 

Например

, 10 

апреля

 1882 

г

. 

был

установлен

контроль

над

частной

перепиской

известного

революционера

П

.

Г

. 

Заичневского

 [18. 

С

. 25]. 

Общее

представление

о

процессе

постановки

пер

-

люстрационного

дела

в

Российской

империи

можно

составить

лишь

по

правовым

документам

, 

имевшим

косвенное

отношение

к

перлюстрации

корреспонден

-

ции

, 

а

также

по

воспоминаниям

должностных

лиц

, 

непосредственно

связанных

с

этой

деятельностью

. 

Следует

отметить

, 

что

период

конца

 XIX – 

начала

XX 

в

. 

ознаменовался

значительным

ростом

объемов

почтовых

отправлений

всех

видов

: 

если

в

 1885 

г

. 

об

-

щее

число

отправлений

превышало

 281 

миллион

, 

то

в

1900 

г

. 

оно

составило

более

 2,1 

миллиарда

 [19. 

С

. 19; 

20. 

С

. 30–32]. 

Отсутствие

общего

легального

правового

регули

-

рования

перлюстрационной

деятельности

в

государ

-

стве

создавало

для

органов

правопорядка

определен

-

ные

трудности

в

ее

организации

. 

Особенно

остро

это

ощущалось

при

взаимодействии

различных

государ

-

ственных

структур

, 

наделенных

властными

полномо

-

245 

чиями

: 

в

каждом

конкретном

случае

допуск

к

частной

переписке

осуществлялся

только

с

разрешения

импе

-

ратора

. 

Подобная

процедура

распространялась

и

на

ведомства

, 

осуществлявшие

розыскную

деятельность

. 

Так

, 

в

письме

начальника

московского

жандармского

управления

от

 21 

ноября

 1873 

г

., 

адресованном

управляющему

 III 

Отделением

, 

отмечалось

, 

что

мос

-

ковский

почт

-

директор

отказался

предоставлять

жан

-

дармскому

управлению

материалы

частной

переписки

без

Высочайшего

повеления

в

обход

Министерства

внутренних

дел

 [21. 

С

. 1]. 

Таких

случаев

в

работе

ор

-

ганов

правопорядка

было

довольно

много

. 

В

резуль

-

тате

 3 

января

 1876 

г

., 

после

очередной

переписки

Александра

 II 

с

начальником

 III 

Отделения

А

.

Л

. 

По

-

таповым

, 

император

разрешил

руководству

этого

ве

-

домства

получать

частную

корреспонденцию

лиц

, 

привлекаемых

к

политическим

делам

, 

при

условии

предварительного

согласования

подобных

вопросов

с

министром

внутренних

дел

 [17. 

С

. 169]. 

Вообще

к

началу

 XX 

в

. 

перлюстрационные

пункты

фактически

обслуживали

несколько

ведомств

: 

Департамент

поли

-

ции

Министерства

внутренних

дел

  (

материалы

пер

-

люстрации

в

рамках

розыскной

деятельности

), 

Мини

-

стерство

иностранных

дел

, 

Министерство

двора

, 

а

также

Военное

и

Морское

министерства

 (

дипломати

-

ческая

корреспонденция

), 

в

частности

отдел

ино

-

странной

статистики

Морского

Генерального

штаба

[22. 

С

. 102, 193].  

В

 1881 

г

. 

после

убийства

Александра

 II 

в

связи

с

увеличением

масштабов

террористической

деятель

-

ности

новый

император

подписал

секретный

указ

, 

разрешавший

министру

внутренних

дел

осуществлять

вскрытие

частной

корреспонденции

в

обход

установ

-

ленного

Судебными

уставами

порядка

. 

Официальных

документов

, 

раскрывавших

содержание

этого

указа

, 

как

и

самого

документа

, 

не

сохранилось

. 

Однако

ар

-

хивные

материалы

позволяют

установить

, 

что

именно

с

этого

момента

перлюстрационная

деятельность

в

Российской

империи

стала

осуществляться

системно

и

более

качественно

. 

Большое

фактологическое

зна

-

чение

для

оценки

состояния

перлюстрационного

дела

в

этот

период

имел

секретный

доклад

министра

внут

-

ренних

дел

Д

.

А

. 

Толстого

от

 5 

июня

 1882 

г

. 

Ценность

этого

документа

заключалась

еще

и

в

том

, 

что

в

нем

содержались

положения

определительно

-

устано

-

вочного

характера

, 

раскрывавшие

роль

и

место

пер

-

люстрации

корреспонденции

в

системе

государствен

-

ного

управления

. 

В

частности

, 

в

докладе

отмечалась

«

полная

независимость

перлюстрационной

деятель

-

ности

от

каких

бы

то

ни

было

властей

, 

кроме

импера

-

торской

» [23. 

С

. 1–6]. 

Кроме

того

, 

из

содержания

до

-

клада

следует

, 

что

по

состоянию

на

 1882 

г

. 

на

терри

-

тории

Российской

империи

действовало

 8 

перлюстра

-

ционных

пунктов

: 

в

Санкт

-

Петербурге

, 

Москве

, 

Вар

-

шаве

, 

Вильне

, 

Киеве

, 

Харькове

, 

Одессе

и

Тифлисе

. 

Некоторые

из

перечисленных

пунктов

в

короткие

сроки

были

закрыты

. 

Впоследствии

на

территории

империи

появлялись

новые

пункты

, 

некоторые

из

них

через

непродолжительное

время

прекращали

свою

деятельность

по

разным

причинам

. 

Так

, 26 

октября

1886 

г

. 

для

работы

на

сибирском

направлении

был

организован

перлюстрационный

пункт

в

Казани

, 

од

-

нако

уже

в

течение

года

стал

актуальным

вопрос

о

необходимости

его

дальнейшего

существования

. 

В

связи

с

изменением

маршрутов

доставки

сибирской

почты

появилась

необходимость

переноса

этого

пунк

-

та

в

Томск

или

Тюмень

. 

Однако

 29 

ноября

 1890 

г

. 

по

причине

малозначительности

получаемых

сведений

Александр

 III 

решил

вообще

отказаться

от

просмотра

сибирской

корреспонденции

, 

а

казанский

пункт

со

-

хранить

в

качестве

постоянно

действущего

уже

непо

-

средственно

по

перлюстрации

своей

собственной

корреспонденции

 [24. 

С

. 125]. 

Казанский

перлюстра

-

ционный

пункт

просуществовал

вплоть

до

второй

половины

 1908 

г

. [25. 

С

. 20]. 12 

мая

 1894 

г

. 

на

вре

-

менной

основе

был

открыт

перлюстрационный

пункт

в

Нижнем

Новгороде

, 

являвшимся

в

тот

период

до

-

вольно

крупным

торговым

узлом

; 

в

мае

 1910 

г

. 

был

открыт

временный

пункт

в

Риге

 [26. 

С

. 89]. 

Следует

отметить

, 

что

российскому

правительству

удалось

наладить

процесс

перлюстрации

не

только

на

территории

империи

, 

но

и

за

рубежом

. 

Так

, 

созданное

в

июле

 1883 

г

. 

в

Париже

подразделение

Департамента

полиции

, 

организующее

работу

с

заграничной

агенту

-

рой

, 

с

первых

дней

своего

существования

занялось

налаживанием

процедуры

контроля

переписки

рево

-

люционеров

-

эмигрантов

и

уже

к

 1885 

г

. 

добилось

на

этом

направлении

серьезных

успехов

. 

Были

установ

-

лены

адреса

, 

через

которые

осуществлялась

перепис

-

ка

Веры

Засулич

с

революционерами

-

террористами

Российской

империи

, 

осуществлен

контроль

частной

корреспонденции

члена

 Â«

Народной

воли

» 

Л

.

А

. 

Тихо

-

мирова

, 

революционера

-

террориста

В

.

Л

. 

Бурцева

, 

революционных

эмигрантов

Г

.

В

. 

Плеханова

, 

А

.

Д

. 

Гнатовского

, 

Л

.

Э

. 

Шишко

, 

М

.

А

. 

Стахович

, 

а

также

других

известных

лиц

: 

Н

.

А

.  

Бердяева

, 

Н

.

Ф

. 

Ан

-

ненского

, 

Г

.

Г

. 

Кугушева

, 

Д

.

В

. 

Соскиса

, 

Н

.

К

. 

Круп

-

ской

и

т

.

д

. 

Кроме

того

, 

в

 1889 

г

. 

руководитель

загра

-

ничной

агентуры

Департамента

полиции

П

.

И

. 

Рачков

-

ский

смог

добиться

официального

согласия

француз

-

ских

властей

о

необходимости

полного

контроля

частной

переписки

всех

без

исключения

русских

эми

-

грантов

и

направлении

копий

писем

лиц

, 

интересую

-

щих

Департамент

полиции

, 

в

Петербург

 [27. 

С

. 71]. 

К

началу

 XX 

в

. 

руководство

заграничной

агентурой

в

Париже

организовало

работу

по

просмотру

частной

корреспонденции

русской

эмиграции

и

изготовлению

с

нее

копий

не

только

в

Париже

, 

но

и

во

всей

Фран

-

ции

, 

а

также

в

Швейцарии

, 

Италии

, 

Австро

-

Венгрии

.  

К

числу

ведомственных

нормативных

правовых

актов

, 

имевших

отношение

к

официальной

регламен

-

тации

перлюстрационной

деятельности

, 

следует

отне

-

сти

Циркуляр

министра

внутренних

дел

от

 5 

января

1883 

г

. [28. 

С

. 2–3]. 

Этот

документ

распространял

свое

действие

на

две

категории

граждан

: 

лиц

, 

состоя

-

щих

под

негласным

надзором

полиции

, 

и

лиц

, 

при

-

влеченных

к

дознаниям

по

политическим

делам

. 

Всю

без

исключения

исходящую

и

поступающую

на

адре

-

са

этих

лиц

корреспонденцию

в

обязательном

порядке

следовало

подвергать

перлюстрации

. 

В

последующие

годы

в

отношении

этих

категорий

граждан

было

еще

издано

несколько

циркуляров

ведомственного

харак

-

тера

, 

конкретизировавших

и

детализировавших

от

-

дельные

процедурные

стороны

тайного

просмотра