Личная свобода становилась обязательной и поддерживалась кнутом. Но право, пользование которым становится обязательным, превращается в повинность. Государство о дорогое достояние - человеческую личность, и все нравственное и гражданское существо стоит за это стеснение воли со стороны государства, за эту повинность, которая дороже всякого права. Но в русском обществе XVII в. ни личное сознание, ни общественные нравы не поддерживали этой общечеловеческой повинности. Да и государство, воспрещая лицу частную зависимость, не оберегало в нем человека или гражданина, а берегло для себя своего солдата или плательщика. Уложение не отменяло личной неволи во имя свободы, а личную свободу превращало в неволю во имя государственного интереса. Но в строгом запрете закладничества есть сторона, где мы встречаемся с закладчиками в одном порядке понятии. Эта мера была частичным выражением общей цели, поставленной в Уложении, овладеть общественной группировкой, рассажав людей по запертым наглухо сословным клеткам, сковать народный труд, сжав его в узкие рамки государственных требований, поработив им частные интересы. Закладчики только раньше почувствовали на себе тяжесть, ложившуюся и на другие классы. Это была общая народная жертва, вынужденная положением государства, как увидим, изучая устройство управления и сословий после Смуты.
Глава 2. Содержание Соборного Уложения 1649 года
.1 Гражданское право
Развитие товарно <#"justify">Вещное право
Основными разделами формирующегося гражданского права были вещное и обязательственное право. Вещи по русскому праву XII в. были предметом ряда правомочий отношений и обязательств. Основными способами приобретения вещных прав считались: захват (оккупация), давность, находка и пожалование. Наиболее сложными были вещные имущественные права, связанные с приобретением и передачей недвижимой собственности.
Впервые точное понятие об отвлеченном праве собственности, связан московских князей. В более поздний период в порядке юридического закрепления субъективных имущественных прав отмечался постепенный переход от фактических форм завладения землей (основанных на захвате) к формально очерченному порядку, закрепляемому жалованными грамотами, зафиксированному межевыми знаками и пр. В высокой степени формализованный порядок установления-вещных прав был знаком уже Псковской судной грамоте, откуда он постепенно проник в московское законодательство XVI-XVII вв.
Пожалование земли представляло собой сложный комплекс юридических действий, включавший выдачу жалованной грамоты, составление справки, т.е. запись в приказной книге определенных сведений о наделяемом лице. На этих сведениях основывалось его право на землю: обыск, проводимый по просьбе наделяемого землей и заключающийся в установлении факта действительной незанятости передаваемой земли (как фактического основания для просьбы на ее получение), ввод во владение, заключавшийся в публичном от мере земли, проводимом в присутствии местных жителей и сторонних людей. Раздачу земли наряду с Поместным приказом осуществляли и иные органы - Разрядный приказ, приказ Большого дворца, Малороссийский, Новгородский, Сибирский и др.
В акте пожалования субъективное волеизъявление вызывало объективные последствия - появление новых субъекта и объекта собственности, для точной корректировки которых требовались дополнительные, достаточно формализованные действия (регистрация, обоснование нового правомочия, ритуализированные действия по фактическому наделению землей) и с помощью которых новое право «вписывалось» в систему уже существующих отношений.
Права на пожалованные земли впервые были сформулированы в Указе 1566 г. и сводились к праву менять земли, сдавать их внаем и передавать в приданое.
Давность (приобретательная) стала юридическим основанием для обладания правом собственности, в частности на землю, при условии, что данное имущество находилось в законном владении в течение срока, установленного законом: 15 лет - по закону, принятому при сыне Дмитрия Донского великом князе Василии, начало XV в. 20, 30 или 40 лет - по церковным законам. Срок давности владения недвижимостями законодательно впервые был определен в Псковской грамоте (четыре и пять лет). Судебники установили трехлетний срок давности в отношениях между частными лицами и шестилетний в отношениях частных лиц с государством. Соборное Уложение не определяет общего срока давности и специально оговаривает сроки для выкупа родовых имуществ.
Как и справка при пожаловании, давность владения играла вспомогательную роль при установлении законных оснований для права собственности. Например, Судебник 1497 г. назначал трех-четырехлетнюю давность по искам, связанным с земельной собственностью, тогда как в судебной практике учитывались более длительные давностные сроки 20-30 лет. Законодатель постепенно уступал требованиям практики: в Судебнике 1550 г. при сохранении трех-четырехлетней давности по некоторым делам устанавливался 40-летний срок для выкупа имений, а Соборное Уложение распространило этот срок и на другие земельные сделки и отношения. Если в постановлениях начала XVII в. срок приобретательной давности формулировался достаточно неопределенно («многие лета»), то по Соборному Уложению он уже фиксируется как 40-летний.
Законодательная тенденция XVII в., связанная с установлением фиксированных сроков давности, совпадала с другими важными тенденциями в сфере регулирования поземельных отношений; с оттеснением на второй план в спорах по этим делам свидетельских показаний (как доказательств права собственности) и выдвижением на первый план документальной обоснованности права землевладения.
Поскольку факт существования того или иного имущественного отношения стал терять свою правоустановительную силу (если он не был подтвержден соответствующими формальными актами), постольку давность меняла свой традиционный характер (давность как длительность, обычность, факт, «пошлость») на черты формализма, установленности, искусственного введения.
Нужно отметить, что категория давности заимствовалась русским правом XVII в. из различных по характеру и времени возникновения правовых источников. Если в юго-западной Руси этот институт возник из польских обычаев, западноевропейского законодательства и римского права, то в Москве и Пскове - прежде всего из русского обычного права. Различия в источниках возникновения сказались и на сфере применения этого института: если в юго-западной Руси давность владения распространялась и на движимое, и недвижимое имущество, и не только по сделкам купли-продажи, но и по долговым обязательствам и наследованию, то в северо-восточной и северо-западной Руси она применялась прежде всего к сделкам, предметом которых была возделанная земля.
Сервитуты
Впервые в Соборном Уложении регламентировался институт сервитутов (юридическое ограничение права собственности одного субъекта в интересах права пользования другого или других). Законодатель знал личные сервитуты (ограничение в пользу определенных лиц, специально оговоренных в законе), например, потрава лугов ратниками, находящимися на службе, право на их въезд в лесные угодья, принадлежащие частному лицу (гл. VII). Вещные сервитуты (ограничение права собственности в интересах неопределенного числа субъектов) включали: право владельца мельницы в производственных целях заливать нижележащий луг, принадлежавший другому лицу; возможность возводить печь у стены соседского дома или строить дом на меже чужого участка (гл. X).
Развитие сервитутного права свидетельствовало о формировании четких представлений о праве частной собственности, возникновении большого числа индивидуальных собственников и, как следствие этого, о столкновении их собственнических интересов.
Наряду с этим право собственности ограничивалось либо прямыми предписаниями закона (например, вдовам запрещалось закладывать выслуженные вотчины, служащим - принимать залог от иноземцев), либо установлением правового режима, который не гарантировал «вечной» собственности (сохранение срока в 40 лет для выкупа родовой общины). Таким образом, право частной собственности продолжало подвергаться ограничениям.
Семейное право.
Нормы, регулировавшие семейные отношения можно найти и в главе XXII, которая называется «Указ за какие вины кому чинити смертнаю казнь и за какие вины смертию не казнить, а чинити наказание»
В соответствии со статьей 25 этой главы, если мужчина или женщина, «забыв страх Божий и християнскии закон, учнут делати свады жонками и девками на блудное дело», и это станет достоянием общественности, то им полагается наказание кнутом.
В статье 26 данной главы говорится о том, что, если жена будет жить «блудно и скверно», наживет детей и тех детей сама или кто-нибудь по ее велению погубит, то по отношении к ней будет применена смертная казнь, «чтобы на то смотря, иные такова беззаконного и скверного дела не делали, и от блуда унялися».
Немалое количество норм «Соборного уложения» регулируют семейные правоотношения в случаях, если один из субъектов оказывается в бегах. В частности, в статье 26 главы ХХ «Суд о холопех» говорится о том, что в случае, если от кого-либо убежит холоп/холопка и в бегах женится на иных женах/выйдет замуж за иных мужей, а первых своих жен/мужей «начнут отпиратися», то, помимо возвращения к прежнему хозяина их ждет суровое наказание.
Сходные отношения регулируются и статьей 280 главы Х «О суде». В статье говорится о том, что если один из бранящихся назовет другого «выблядком» (выблядок - сын, рожденный вне брака от наложницы, отсюда связь нормы семейным правом), и оскорбленный станет «государю бити челом о бесчестье», а суд докажет, что челобитник «не выблядок», то«ему на том, кто его назовет выблядком, велеть по сыску доправити бесчестье вдвое безо всякия пощады».
Данные нормы свидетельствуют о том, что уже тогда, в Московской Руси, существовали нормы, регулировавшие отношения в сфере компенсации морального вреда. В первую очередь, это говорит о высокой степени организации русского общества того времени в сравнении с европейским.
.2 Уголовное право
Уголовное право было мощным орудием в руках господствующего класса феодалов для подавления эксплуатируемых масс. Оно носило открыто устрашительный характер. При помощи уголовного права поддерживался известный порядок и внутри самого класса феодалов: подавлялись их самоуправные действия. Которые вредили интересам господствующего класса в целом.
С созданием Русского централизованного государства, с ростом классовой борьбы уголовное право претерпевало серьезные изменения. Меняется само понятие преступления. Если по Русской Правде преступлением считалась «обида», то есть нанесение кому-либо морального или материального ущерба, то с Судебнике 1497 года под преступлением понимается прежде всего посягательство на господствующий феодальный правопорядок, за которое последует не потерпевший, а государство. По Соборному Уложению 1649 года преступление признавалось не только какое-либо посягательство на феодальный правопорядок, но и вообще всякое нарушение указа царя. Уложение как бы подвялю итог развитию русского уголовного права в XVI-XVII вв.
Соборному Уложению известны преступления умышленные и неосторожные, хотя четкого различия между этими понятиями еще нет. За умышленное преступление полагалось самое тяжкое наказание, а за случайное во многих случаях виновный вообще не карался. Малолетние (до 7лет), которые передавались родителям (для «вразумления» розгами), и душевнобольные («бесные») или вовсе освобождались от наказания, или оно значительно снижалось.
Соборное Уложение знало также понятие крайней необходимости и необходимой обороны. При необходимой оборе можно было защищать как жизнь, так и имущество. Соответствия обороны средствам нападения не требовалось. Слуги были обязаны охранять своих господ и их имущество.
Наказание имело своей целью прежде всего устрашение. В целом ряде статей Соборного Уложения прямо говориться: наказать так «чтобы на то смотря, иным неповадно было так делать». Поэтому виновных подвергали наказанию, как правило, на городских площадях, при стечении народа, под звон колоколов. Среди наказаний видное место занимала смертная казнь. Казнь была обычной (повешение, отсечение головы) и особо мучительной (колесование, четвертование, сожжение, закапывания живьем в землю). Наказанием была торговая казнь, или битье кнутом. Зачастую она означала замаскированную смертную казнь. Иногда применялось пожизненное заключение. Очень часто срок его вообще не устанавливался в приговоре. В ряде статей Уложения говориться: «вкинути в тюрьму» или «вкинути в тюрьму до государева указа». Заключенные должны были кормиться за счет родственников или милостыни. Ссылка применялась гораздо чаще, чем тюрьма. Иногда сосланных заставляли служить в качестве стрельцов, пушкарей и т.д. Широко практиковались денежные штрафы и конфискация имущества. Первые применялись главным образом в делах о «бесчестии» (личном оскорблении) и за упущение по службе, другая - назначалась за политические преступления и пособничество уголовным преступникам. Имели место так же церковные наказания: отлучение от церкви, покаяние, лишения христианского погребения и т.д. Вообще законодательные памятники XVI - XVII вв. не дают четкой градации наказаний.