4. Денежно-кредитная политика не преследует цель стимулировать экономический рост и повышать благосостояние населения. Она в принципе оторвана от потребностей российской экономики и носит столь противоречивый характер, что не позволяет хозяйствующим субъектам принимать экономически обоснованные решения. Так, теоретически проводившаяся в докризисный период политика укрепления рубля должна была способствовать модернизации российских предприятий. Но в условиях высокой инфляции и проводившейся процентной политики модернизация производства носила ограниченный и фрагментарный характер. В кризисный период политика «плавной» девальвации рубля наряду с политикой высоких процентных ставок ставит крест на планах технического перевооружения производства и, более того, ведет к свертыванию деловой активности в российской экономике. Промышленный спад и одновременно значительное расширение денежного предложения формируют у хозяйствующих субъектов и домашних хозяйств устойчивые ожидания дальнейшего обесценения российской валюты и начала нового витка долларизации экономики России.
5. Деятельность банков как проводников денежно-кредитной политики направлена исключительно на соблюдение формализованных нормативов, требование выполнения которых зачастую носит выборочный характер. В условиях развития кризиса российские банки как независимые коммерческие организации, преследующие собственные интересы, ограничивают свою деятельность на всех сегментах финансового рынка, кроме валютного, и трансформируют свои рублевые обязательства в валютные активы. Средства, выделяемые банкам государством, привлекаемые в форме кредитов Банка России, депозитов юридических и физических лиц, не направляются на финансирование хозяйствующих субъектов, а выбрасываются на валютный рынок. В результате финансовые антикризисные меры усиливают девальвационное давление и не позволяют преодолеть кризис в экономике. Сокращение рублевой ликвидности порождает сжатие внутреннего совокупного спроса, что еще больше усугубляет экономический кризис.
6. Инвестиции, привлекавшиеся внутри страны в докризисный период, использовались не производительно, а направлялись на финансовые спекуляции, что привело к надуванию нескольких пузырей, в том числе на национальном рынке ценных бумаг. Российский рынок ценных бумаг в докризисный период отличало несколько особенностей: низкая емкость рынка (в свободном обращении находилась лишь незначительная часть ценных бумаг наиболее привлекательных эмитентов); ограниченное число инвесторов, среди которых преобладали крупные зарубежные и национальные институциональные инвесторы; широкое распространение инсайдеровских сделок, что позволяло инвесторам манипулировать курсовыми колебаниями; децентрализованная инфраструктура рынка. Высокий инвестиционный рейтинг России привлекал иностранные инвестиции, а узость предложения наряду с указанными чертами рынка вели к стремительному «разогреву» российского фондового рынка. Перед кризисом в мае 2008 г. его капитализация составляла 1,6 трлн долл., увеличившись за последние 3 года более чем в 3 раза. В то время инвесторы в ряде случаев приобретали пенные бумаги по явно завышенной пенс. Так, по показателю отношения полной стоимости компании к выручке акции российской компании «Северсталь-Авто» были размешены на 15-20 % дороже, чем акции таких мировых автогигантов, как Honda, Nissan, Toyota и др., а по такому показателю, как отношение капитализации к чистой прибыли, акции российской шинной компании «Ам- тел» были размещены в 2- 2,5 раза выше, чем акции мировых лидеров отрасли -- компаний Michelin и Bridgestone.
В результате во многом изолированного и во многом сегментарного функционирования банковской системы и реального сектора в национальной экономике усилились структурные диспропорции. Поэтому для российской экономики выход из нынешнего кризиса будет крайне сложным и потребует принятия нестандартных решений.