62
пролагать себе путь в сознание и мучить и тревожить человека. Но на их пути природа создаёт прочное укрепление в виде заслона цензуры, которая мешает их разрушающему проникновению.
Цензура состоит из врождённых табу в отношении кровосмеше- ния и других извращённых сексуальных влечений, а также социаль- ных запретов, усваиваемых индивидом, главным образом в детстве.
Динамика психической жизни понимается как
междуусобная вну-
трипсихическая борьба между бессознательными, подавленными вле- чениями и воспоминаниями, с одной стороны, и, распространяю- щимися на них табу, — с другой. Фрейд полагал, что действительная мотивация всякой человеческой деятельности и определяется этой борьбой, в ходе которой бессознательные силы выступают, в основ- ном, в замаскированном виде, чтобы перехитрить и обойти цензор- ский заслон. Замаскированные формы, в которых бессознательные мотивы предстают в сновидениях, бесконтрольных ассоциациях, шутках, обмолвках, анекдотах, неврозах и т.д., взятые вместе, обра- зуют по выражению Фрейда, «
символический язык» бессознательно-
го. Поэтому главная задача психоаналитики и заключается в умении расшифровки этой символики, в интерпретации её для того, чтобы направить больного на самостоятельное раскрытие подлинной, т.е. бессознательной мотивации, в основе которой лежат подавленные влечения.
Учение Фрейда об универсальном символическом языке бессозна- тельного исходит из
двух предпосылок, связанных с воспоминаниями:
1) психика индивида при рождении наделена рядом родовых воспо- минаний, относящихся к раннему периоду доплеменных и племен- ных отношений человечества; 2) врождённые воспоминания являют- ся отражением в психике биологических инстинктов. Такие родовые воспоминания составляют в человеке его «Оно» («Id»); 3) ряд воспо- минаний, включающих табу-запреты, которые общество в своём фи- логенезе накладывало на сексуальные отношения людей в интересах общественной целесообразности. Эти табу-воспоминания составляют в человек «сверх Я» или «Super-Ego» и тоже являются бессознательны- ми; 4) на долю сознания «Я» или «Ego» остаётся сознательное начало, которое должно работать по принципу реальности и подавлять бес- сознательное.
Проблема бессознательного у Фрейда сводится к проблеме неудов- летворенного аффективного стремления, которая казалась ему стерж- нем всей психической деятельности. Для фрейдизма бессознательное то, что по своему содержанию неприемлемо для сознания. Однако, как показывают исследования психологов (Узнадзе, Широзия и др.), бессознательное — это прежде всего неосознанные установки, дале- ко не всегда противоречащие сознанию. Их взаимодействие не только
63
антагонизм, но и принцип помощи. Когда же появляется антагонизм, то это наиболее отчетливо выступает в патологии или в особых со- стояниях (в аффективном напряжении, утомлении, при обстановке
«стресса») Именно эти явления и наблюдал Фрейд, так как он был врачом и имел дело с контингентом больных людей, с уже нарушен- ным единством сознательного и бессознательного. И поэтому Фрейд, положив в основу своей теории переживания и конфликты больного- невротика, и сделал вывод о наличии вечной вражды сознательного и бессознательного. Главная ошибка заключается в
неправомерной
абсолютизации, распространении на всех людей состояния больного, сделав в результате, всех нормальных людей невротиками. У Фрейда антагонизм между сознательным и бессознательным, по сути дела, вытекает из более общего антагонизма: между
биологическим и соци-
альным в человеке. Человек с его точки зрения, существо биологиче- ское, а социальные отношения инородны для него, противоречат его глубинным сущностным характеристикам. В этом, вероятно, и состо- ит главное заблуждение австрийского мыслителя.
Человеческая психика кроме осознания, сознательного имеет большой пласт бессознательного. Пути решения проблемы бессозна- тельного связаны с успехами в области физиологии высшей нервной системы. В философии проблема бессознательного изучается в связи с вопросами творчества и выяснением места и роли интуиции в по- знании.
3.4. ВОЗНИКНОВЕНИЕ ЯЗЫКА И ЕГО ФУНКЦИИ.
ЕДИНСТВО ЯЗЫКА И МЫШЛЕНИЯ
Язык рассматривается как выражение внутреннего духовного мира человека, как средство общения и сохранения информации, как си- стема знаков, как устная и письменная речевая деятельность. Струк- турными единицами языка являются слова и предложения, составлен- ные из них тексты. Логику языка образует его
синтаксис (грамматика), смысл языка есть его
семантика, а практическое значение языка вы- ступает как
прагматика. Язык есть символическое выражение в звуке и письме психической жизни человека.
Слово — это не просто фонема (определённое сочетание звуков); оно имеет определённый смысл, т.е. вызывает определённую ассо- циацию, указывая на тот или иной предмет или явление. При этом почти каждое слово является понятием, т.е. представляет собою обобщение в чём-либо однородных предметов или свойств. Если го- ворят «дерево» или «дом», то разумеют под этими словами не какое- то отдельное дерево, а все деревья на свете, и не только этот дом, но и все дома, имеющиеся на земле. Человеческое мышление тем самым
64
не приковано к представлению об отдельных предметах, которых во- круг нас — миллиарды, а пользуется
обобщёнными представлениями- понятиями. Благодаря образованию понятий
ёмкость человеческого мышления сравнительно с чувственно-индивидуальными представ- лениями, свойственным животным формам психики, возрастает в указанные миллиарды раз, дает возможность вобрать в себя и опе- рировать неизмеримо большим количеством информации.
Язык в своей звуковой и графической формах представлен в ос- новном условными знаками психической деятельности человека. Ес- ли субъект говорит или пишет, то он переводит в знаки, «
означивает» свой душевный мир и тем самым делает его доступным для других лю- дей. Тот, кто воспринимает речь и письмо, переводит смысл знаков в состояние своей психики. Язык как процесс на каждой своей стадии есть
символизация. С этой точки зрения язык людей не исчерпывается системой знаков. Система знаков — это лишь промежуточная стадия процесса функционирования языка, его временная обитель, которую собеседники посещают по необходимости.
Выдающийся русский философ А. Ф. Лосев показал, что в самом древнем языке, который он назвал инкорпорированным, не суще- ствовало четкой выделенности Я из мира, а вещи не рассматривались как нечто противоположное Я. То есть язык зафиксировал реальное положение дел: отсутствие четкой оппозиции Я — не-Я. В инкорпо- рированном языке мир фиксировался через разнообразные формы его одушевления, через всякие наслоения ощущений и переживаний. Я и не-Я не обрели еще четких отличительных контуров, еще не противо- стояли друг другу, а переливались друг в друга.
А. Ф. Лосев фиксирует, что полный прорыв к рассмотрению мира вещей в качестве автономного, внешнего, объективного, противосто- ящего Я, произошел в той исторической точке человеческой истории, где появился номинативный строй языка. В этом языке, по мнению
А. Ф. Лосева, была усвоена категория вещи и ее бытия в отличие от бытия воспринимающего ее субъекта, Я. При этом вначале язык фик- сировал такое Я, в качестве которого выступала родовая община, кол- лектив и только много позже Я структурировалось в виде субъекта.
Кроме того, исследования А. Ф. Лосева показали, что существовала некоторая историческая последовательность выделения предметного мира: вначале в языке была зафиксирована способность вещей рас- пределяться в пространственно-временном порядке, а затем вещи ста- ли рассматриваться как носители разного рода свойств и признаков.
А это значит, что языки раньше и полнее зафиксировали предметное содержание мира, а не характеристики субъекта, Я. По-видимому, это было обусловлено наличием у людей жесткой необходимости пони- мать друг друга в своих действиях с природой. Всякое непонимание
65
вело бы к гибели. Поэтому раньше всего в языке были представлены свойства предметов внешнего мира.
Язык — это знаковая система, используемая для целей коммуни- кации и познания.
Структурными единицами языка являются слова
и
предложения, составленные из них тексты. Каждое слово, каждое предложение, каждый текст всегда на что-то указывает, т.е. является знаком, причем чаще всего довольно сложным. Сложный знак — это символ.
Язык — это символ всей нашей жизни, нет ничего в нашей жиз- ни, что могло бы упрятаться от языка.
Философы
античности и средневековья уделяли в языке основное внимание
имени как слову, обозначающему отдельный предмет.
В
Новое время в соответствии с философией разумного человека большое внимание стали уделять соотношению слов и понятий; слова считались обозначениями мыслей (а также чувств). Делались попытки изобрести единый язык логики для науки, а также единый язык обще- ния для людей всех национальностей. Понадобились многие годы, прежде чем эти усилия дали ощутимый результат. В 1887 г. варшав- ский врач
Людвиг Заменгоф создал язык эсперанто (в переводе с ла- тинского означает «надеющийся»), на котором способны общаться ныне несколько миллионов человек.
Развитые в
Новое время воззрения, интерес к научному пониманию истины привели к выдвижению в центр анализа предложения, а не слова.
Законченная мысль выражается не словом, а повествовательным пред- ложением, высказыванием. К повествовательным предложениям в отли- чие от слова применимо представление об истинности и ложности.
В философии предложения — предмет понимается как то, что об- ладает свойствами и участвует в отношениях. Свойства и отношения называются
признаками. При рассмотрении любого предложения ин- терес представляют два момента: 1) что соответствует предложению в реальной действительности; 2) каким образом связаны слова в пред- ложении. В первом случае мы интересуемся
значением и смыслом пред- ложения, а во втором — его грамматикой, синтаксисом.
Наука, изучающая
значения и смыслы высказываний, называется
семантикой. Главный вопрос семантики: что обозначает данное вы- сказывание? Главный вопрос
синтактики (она изучает синтаксис): построено ли высказывание правильно, по законам грамматики, не- противоречиво?
В рамках философии предложения совсем необязательно ограни- чивать свой анализ отдельными предложениями. Можно рассматри- вать и
тексты, но как составленные из предложений, которые долж- ны быть связаны друг с другом непротиворечивым образом.
Стратегической целью философии предложения является дости- жение максимальной ясности в понимании языка. Язык должен быть
66
ясным, как условие математической задачи; нет такого математика, который бы не потребовал уточнения условия задачи при обнаруже- нии в нем неточностей, двусмысленностей.
Философия предложения — это важнейший этап в развитии фило- софии языка, для которого характерен обостренный интерес к семан- тике (теории значения и смысла) и синтаксису (сочетанию слов в пред- ложении). Философия предложения дополняет философию имени.
Язык создается и используется людьми не произвольно, а в соот- ветствии с их целенаправленной деятельностью, практикой. При этом человека интересует не просто истина (как в философии предложе- ния), представляющая ему объект таким, каким он является безотно- сительно к целям человека, а значение объекта
для человека. Человек вольно или невольно реализует ценностное отношение к миру. Это обстоятельство довлеет над ним постоянно и в итоге находит свое вы- ражение в самом характере интерпретации.
Итак, очень часто предложение является выражением ценностной установки личности, оно обладает особым прагматическим смыслом.
Прагматика — это такая философия языка, которая изучает содержа- щиеся в высказываниях ценностные установки личности
. Филосо- фию языка как ценностных установок можно назвать одним словом — прагматика. С ценностными установками, своими и других людей, человек имеет дело на каждом шагу, всегда, когда в поле его действия попадают ценности. Таким образом, в философии языка наиболее значимыми оказались три концепции: философия имени, философия предложения (или высказывания), философия языка как ценностных установок личности.
Язык необходим не только для познания, но и для действия. Прак- тика человека придает подлинный смысл нашим словам, показывает, что в них истинного и ложного. Но ведь справедливо и обратное соот- ношение: практика «запускается» в ход принятым решением, а на нем всегда лежит печать языка. В современной философии часто излага- ется такая мысль: нельзя жестко разводить язык и практику, они на- сквозь пронизывают друг друга.
Практическая функция языка состоит
в обеспечении успеха практики. Одно из важнейших назначений язы- ка — обеспечить успешную
коммуникацию людей. Языковая комму- никация (связь) предполагает установление контакта между людьми, развитие способности взаимопонимания.
3.5. ФИЛОСОФИЯ ЯЗЫКА И КОММУНИКАЦИИ
В современном обществе все большее значение приобретает ком- муникация, а на первый план выступает культура общения. Повсед- невная коммуникация имеет сложное строение и регулируется на ос- нове собственных критериев. В первую очередь в ее составе следует