Статья: Механизмы психологической защиты и стратегии совладания со стрессом матерей, имеющих детей, страдающих церебральным параличом

Сравнительный анализ механизмов у первой группы матерей с контрольной группой показал, что имеются различия: показатель «отрицание» выше у матерей здоровых детей (t = -3,340; p < 0,01), а показатель «реактивные образования» выше в группе матерей детей с ДЦП, что указывает на большую уязвимость последних. Предохраняющим фактором у матерей с тенденцией на оптимальный уровень социальной адаптации выступает механизм «интеллектуализация». По данным табл. 1 можно видеть, что достоверных различий по этому механизму с контрольной группой не обнаружено. Как показывают исследования, именно преобладание механизмов «отрицание» и «интеллектуализация» у здоровых людей отличает их от людей с нарушением поведения (Л.И. Вассерман, 1999). Отсюда можно заключить, что основное направление и содержание интрапсихической переработки тревоги у матерей первой группы определяют механизмы «реактивные образования» и «интеллектуализация», которые помогают трансформировать внутренние переживания в субъективно понимаемую и принимаемую их противоположность, выполняя в данном случае адаптивную функцию.

Анализ показал, что в стрессовых событиях жизни по эмоциональному копингу матери детей с ДЦП используют как адаптивные, так и неадаптивные стратегии - 37,5 и 35,5% соответственно (табл. 2). Из адаптивных вариантов с наибольшей частотой выявлен «оптимизм»: «Я всегда уверена, что есть выход из трудной ситуации» (27,1%). Из дезадаптивных вариантов - «подавление эмоций»: «Я подавляю эмоции в себе» (18,8%). Обращает на себя внимание факт, что среди всех вариантов эмоциональных копингов помимо выделенного «оптимизм» второе место по частоте выборов отведено стратегии «пассивная кооперация»: «Я доверяю преодоление своих трудностей другим людям, которые готовы мне помочь» (20,8%), относящейся к относительно адаптивному варианту, содержание которой отражает установку многих матерей детей с ДЦП.

Таблица 2

Показатели структуры копинг-поведения у матерей детей с ДЦП и матерей здоровых детей

Примечание. (+) - адаптивные стратегии; (+-) - относительно адаптивные; (-) - неадаптивные стратегии.

Среди когнитивных копингов соотношение адаптивных и неадаптивных стратегий такое же, как и по эмоциональному копингу, что свидетельствует о внутренней напряженности и конфликтности эмоционально-когнитивной сферы матерей детей с ДЦП. В качестве ведущих стратегий выявлены «сохранение самообладания»: «Я не теряю самообладания и контроля над собой в тяжелые минуты и стараюсь никому не показывать своего состояния» (14,6%); «растерянность»: «Я не знаю, что мне делать, и мне временами кажется, что мне не выпутаться из этих трудностей» (12,5%).

Среди поведенческих копингов по сумме показателей наибольший процент относится к конструктивным стратегиям (45,9%). Среди них ведущим является «обращение»: «Я обычно ищу людей, способных помочь мне советом» (16,7%). Но наибольший процент среди всех вариантов поведенческих стратегий приходится на неадаптивную стратегию «активное избегание»: «Стараюсь не думать, всячески избегаю сосредотачиваться на своих неприятностях» (22,9%).

Сравнительный анализ по показателям методики Э. Хайма с группой женщин, имеющих здоровых детей, показал, что у матерей детей с ДЦП имеются достоверные различия только по параметру эмоционального копинга - «протест»: «Я всегда глубоко возмущена несправедливостью судьбы ко мне и протестую» (t = 2,591; p < 0,05). Анализ поведенческих стратегий с помощью методики Р. Лазаруса в изучаемых группах показал, что имеются достоверные различия по «конфронтативному копингу», частота использования которого выше в группе матерей здоровых детей (t = 3,735; p < 0,001), и «поиску социальной поддержки», значимость которого выше в группе матерей детей с ДЦП (t = 4,363; p < 0,001). Отсюда можно заключить, что основными стратегиями, определяющими психологический рисунок поведенческих паттернов у матерей детей с ДЦП, являются «протест» и «поиск социальной поддержки».

Для более углубленного понимания личностных ресурсов женщины-матери в ситуации хронического стресса, связанного с болезнью ребенка, был проведен корреляционный анализ личностных особенностей с копинг-механизмами. Предварительно для каждой группы проводилась проверка характера распределения показателей, полученных в эмпирическом исследовании с помощью значений асимметрии и эксцесса по специальной статистической программе. Результаты вычислений показали, что распределение не отличается от нормального.

Особенностью матерей первой группы является то, что структура личностных свойств более сбалансирована, чем в других. Из анамнеза: большинство женщин из полной семьи, с высшим образованием, кроме семейной имеют профессиональную занятость. По возрастному критерию женщины в основном старше 30 лет, 59,1% матерей имеют больше одного ребенка. Клиническая картина психического состояния: выраженность эмоциональных проявлений, чаще эмоционально-лабильный тип реагирования, но высокий «эго-контроль», с тенденцией рационализации стрессовых событий жизни.

Матери с тенденцией к оптимальной адаптации предпочитают проблемный анализ: «Я стараюсь проанализировать, все взвесить и объяснить себе, что же случилось»; оптимизм: «Я всегда уверена, что есть выход из трудной ситуации»; отступление: «Я изолируюсь, стараюсь остаться наедине с собой»; обращение: «Я обычно ищу людей, способных помочь мне советом» («у подруги»), что отражает активную жизненную позицию, особенно в значимых ситуациях.

Как можно увидеть в табл. 3, для матерей первой группы среди неадаптивных поведенческих стратегий к группе риска относится «бегство-избегание», частота использования которого может привести к усилению социальной интроверсии.

Таблица 3

Связи индивидуально-личностных свойств с поведенческими стратегиями у матерей детей с ДЦП

Примечание. Приведены только статистически значимые коэффициенты корреляции r: * - при p < 0,05; ** - при p < 0,01; *** - при p < 0,001; (-) - отрицательная связь.

Как показали наблюдения, матери данной группы в условиях стрессовых событий жизни предпочитают уходить от контактов, для того чтобы снять напряженность аффективных переживаний, что подтверждается снижением «тревожности». Наиболее адаптивными стратегиями являются «принятие ответственности» и «планирование решения проблемы», также помогающие снизить «тревожность», но и повысить «оптимистичность», более объективно оценивать проблемы. В целом можно увидеть, что использование большего числа вариантов стратегий приводит к тому, что у матерей поведение становится более упорядоченным, и в рамках ситуативно обусловленного развития способствует кумуляции положительного опыта.

Во второй группе матерей преобладали жалобы на постоянную усталость, вялость, отсутствие сил, растерянность. Этих женщин ничто не привлекает в жизни, так как «уже ни на что нет сил». Основные характеристики указанной группы - беспомощность и тревожность перед постоянно усложняющимися трудностями, связанными с ребенком, заниженная самооценка, жертвенность. Из анамнеза - большинство женщин не работают. В семьях зачастую больше одного ребенка. Клиническая картина психического состояния: фоновое снижение настроения, плаксивость, подавленность, уныние. Эмоциональная неустойчивость проявляется фиксацией на негативных сторонах жизни, нарушением сна, отсутствием чувства отдыха. Жалобы на усталость, чувство одиночества, «брошенность» со стороны государства, собственную несостоятельность или мужа. Переживания чаще связаны непосредственно с ситуацией болезни ребенка, сопровождающиеся чувством внутреннего беспокойства.

В этом варианте дистимического комплекса у матерей «принятие ответственности», наоборот, развивает напряженность аффективных переживаний, в связи с чем возникает состояние «невротического сверхконтроля», сопровождаясь снижением «оптимистичности» и повышением «иррациональности» и «импульсивности». «Планирование решения проблемы» вызывает «раздражение» и усиливает «социальную пассивность». В силу замкнутости, самоуничижения еще более усугубляются «полоролевые проблемы», а также проблемы, связанные с «иррациональностью», «ригидностью», провоцируя бесплодные обдумывания решений возникающих проблем с ребенком. Как показывает анализ, для этих матерей в качестве предохраняющих механизмов выступают использование стратегий «поиск социальной поддержки» и «положительная переоценка», благодаря которым появляется возможность уменьшить «тревожность», «пассивность» и «невротический сверхконтроль», т.е. возникает возможность переосмыслить и найти приемлемые решения по изменению ситуации.

Клиническая картина третьей изучаемой группы женщин: повышенная возбудимость, раздражительность, конфликтное поведение, возникающее чувство озлобленности, несдержанности, вспыльчивости, нетерпимости к окружающим. Эти женщины в постоянной «борьбе за свои права», они используя факт заболевания ребенка, манипулируют окружающими, тем не менее уделяют недостаточно внимания своему ребенку, пытаясь переложить заботу о нем на социальные службы.

Как можно увидеть, структура связей личностных свойств и неадаптивных стратегий обнаруживает зависимость от внешней ситуации. Так, в связи с «конфронтацией» возникает «тревожность», «дистанцирование» усиливает снижение «оптимистичности» и «иррациональности», а «бегство-избегание» формирует «полоролевые проблемы». К предохраняющим механизмам для матерей с тенденцией к поведенческим нарушениям можно отнести копинг-стратегии «принятие ответственности» и «планирование решения проблемы». Эти стратегии являются наиболее эффективными, так как используют возможности свойственного для этих матерей защитного механизма рационализации. Благодаря этим стратегиям уменьшаются «тревожность», «полоролевые проблемы», повышаются «активность» и «рациональность».

Заключение

Выделенные особенности использования психологических защит, варианты адекватных и неадекватных стратегий совладания со стрессовыми событиями жизни, а также установленные в исследовании взаимосвязи между характеристиками индивидуально-личностных свойств и копинг-стратегиями дают возможность прогнозирования вероятностных проблем в отношении матери и ребенка, связанных с социальной адаптацией и их психическим здоровьем. Полученные результаты имеют практическое значение как для понимания возникающих проблем психогенеза и патогенеза, так и для организации оптимальных психопрофилактических мероприятий для усиления адаптивных личностных механизмов членов семей, оказавшихся в трудной ситуации, связанной с болезнью ребенка.

Литература

1. Вассерман Л.Л., Ерышев О.Ф. и др. Психологическая диагностика индекса жизненного стиля: Пособие для врачей и психологов. СПб, 1999.

2. Вишневский В.А. Клинические особенности депрессивного развития личности / Журн. неврологии и психиатрии. 1989. №12. С. 73-78.

3. Карвасарский Б.Д., Абабков Б.А., Васильева А.В. и др. Копинг-поведение у больных неврозами и его динамика под влиянием психотерапии. СПб., 1999.

4. Лакин Г.Ф. Биометрия: Учебное пособие для университетов и педагогических институтов. М.: Высш. шк., 1973. 343 с.