Однако цивилизованный мир стремится ограничивать картельные соглашения. В этих условиях монополисты могут прибегать, например, к тайному сговору (негласному соглашению друг с другом) или использовать так называемое лидерство в ценах (ведущая в данной отрасли фирма устанавливает нужный уровень цен, а остальные "молча" следуют за ней).
Примером скрытого картелирования является ряд химико-фармацевтических фирм Западной Европы и Японии, в том числе знаменитый немецкий концерн BASF (аббревиатура от нем. Badische Апiliп & Soda Fabrik - Баденская анилино-содовая фабрика), действовавший в начале 1990-х годов. Эти фирмы тайно сговорились о постепенном увеличении цен на искусственные витамины А, В, С и Е, но их обогащение было недолгим, так как в последствии стал известен их сговор, и компаниям пришлось заплатить миллионные штрафы и компенсации на многочисленные судебные иски ограбленных граждан [14].
Для увеличения дохода применяются и другие ценовые способы. Так, на сопряжённые товары (принтер и краска к нему) вводится "система связанных цен": на основной продукт (принтер) цена относительно невысокая (тем самым стимулируя его сбыт), а на дополняющий продукт (краску) - завышенная (для получения компенсирующей сверхприбыли). Можно привести еще один пример: новые товары монополисты сначала продают по высоким ценам (для "избранных", богатых покупателей), после цены снижаются ("цены проникновения" - для большого количества покупателей) [4, с.398].
Вторая, наиболее тесная форма союза - синдикат. В нём, как и в картеле, в основном объединяются производители однородной продукции, но, кроме существующего между ними соглашения о квотах и ценах, они организуют совместный сбыт продукции и закупку сырья через общую торговую сеть, т.е. самостоятельность участников в коммерческом плане утрачивается.
Например, создавшие синдикат изготовители йогуртов могут снизить взаимную конкуренцию, сбить цену на закупаемое у фермеров молоко и в то же время дороже продавать свою продукцию. В результате они перераспределяют доходы и поставщиков, и потребителей в личную пользу.
Третий монополистический союз - трест. Предприятия, образующие трест, полностью объединяются под единым управлением. Именно такие сверхмонополии были характерны для экономики СССР. Например, знаменитый Аэрофлот, многочисленные городские объединения (бытовых услуг, торговли хлебопродуктами, тресты столовых и пр.), отраслевые министерства с централизованным управлением - все они были монополистами в своих сферах. Трест - наиболее сильное и антиобщественное проявление монополизма, потому сегодня в большинстве стран мира они запрещены [4, с.400].
2 АНТИМОНОПОЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАН
2.1 Антимонопольное право США
С 1860-х гг. в США из-за недостаточности свободных капиталов началось активное акционирование производства. В дальнейшем независимые акционерные общества начали заключать временные соглашения (пулы) о единых ценах, тарифах, размерах производства, что вызвало распространение таких форм монополий как тресты и холдинги. Тресты создавались путем передачи акционерами своего права управления в единое централизованное правление. Холдинги, приобретая контрольные пакеты различных организаций, осуществляли над ними контроль, управление и финансирование, хотя последние сохраняли юридическую самостоятельность.
Государственная политика, направленная на ограничение монополизма, поддержание и поощрение конкуренции, в США играет немаловажную роль. Выделяют 3 основных направления в развитии антимонопольного законодательства:
- меры, направленные на запрет монополий (антитрестовское законодательство);
- государственное регулирование естественной монополии;
- защита компаний от «чрезмерной конкуренции» [1, с.69].
Антитрестовское законодательство - это сложная по структуре и разветвленная сеть законов и правовых норм, которые направлены на достижение успешного функционирования рынка и регулирование конкуренции между организациями. Именно акты антитрестовского законодательства США стали основой для антимонопольного законодательства других стран: закон Шермана, закон Клейтона и постановление Федеральной комиссии США по торговле.
К числу создателей первого федерального акта о запрете трестов относился один из лидеров республиканской партии Дж. Шерман. В конце 1880?х гг. он получал многочисленные письма от мелких нефтяных компаний с просьбами принять меры против злоупотреблений корпораций Дж. Д. Рокфеллера «Standard Oil», в руках которой было сосредоточено до 90 процентов нефтепереработки [8, с.93].
Закон Шермана от 1890 г. образует базу антитрестовской политики в экономике США. Согласно ему, вне закона объявляется «всякий контракт и всякое объединение в форме треста, либо в иной форме, а также тайное соглашение, направленное на ограничение торговли между штатами или с иностранными государствами» [6].
Закон Шермана обладал рядом упущений: не обговаривался статус монополий, образованных путем слияния. Кроме этого, некоторые виды деятельности, которые ограничивали конкуренцию на свободном рынке, трактовались весьма расплывчато и двусмысленно.
В связи с этим в 1914 г. был принят закон Клейтона, основные положения которого гласили:
- запрет практически всех форм дискриминации в ценовой политике;
- введение ограничений на реализацию товаров с принудительным ассортиментом;
- запрет слияния фирм за счет приобретения акций конкурентов, если подобные действия уменьшали конкурентную борьбу;
- запрет совмещения должностей в советах директоров различных организаций [7].
Одновременно с законом Клейтона Конгресс США ратифицировал постановление Федеральной комиссии США по торговле, дополняющее закон Клейтона. Данный законодательный акт был принят для защиты интересов потребителей, для запрета рекламы, которая дезинформировала, а также для предотвращения нечестных методов конкуренции.
Существование естественных монополий обуславливается эффектом масштабности: одна фирма может поставлять на рынок товар по цене, которая будет ниже цены конкурирующей с ней фирмы. Действия естественных монополий на рынке определяются государственной собственностью и, соответственно, государственным регулированием, осуществляемое федеральными регулирующими комиссиями: Федеральная комиссия по торговле между штатами, Федеральная комиссия по управлению энергетикой и Федеральная комиссия по связи.
В антимонопольную политику в США вносятся поправки с учетом изменяющихся хозяйственных и социальных условий развития страны.
В настоящее время Министерство юстиции США, Федеральная торговая комиссия, пострадавшие частные фирмы или прокуроры штатов могут подать иск на основе антитрестовского законодательства, считая, что ответчик нарушил положение закона Шермана. Суды могут принять решение о запрещении антиконкурентных приемов (мера повеленческого характера) или, если необходимо, разделить монополиста на конкурирующие фирмы (структурная мера). Кроме того, суды могут оштрафовать нарушителя, а в некоторых случаях и подвергнуть его тюремному заключению. Кроме того, пострадавшие от монополий стороны могут получить компенсацию, в 3 раза превышающую ущерб, который они понесли. В некоторых случаях этот ущерб достигает миллионов, а порой и миллиардов долларов [10, с.179].
Самым крупным и заметным антимонопольным делом в США за последние годы стали иски против Microsoft.
Отличительной чертой американского антимонопольного законодательства является борьба с самой практикой монополий. Хотя в современных условиях законодательство становится более мягким по принципу разумного подхода, причиной этого стали качественные изменения, произошедшие в мировом хозяйстве в 80-х - начале 90-х гг.
2.2 Антимонопольное право стран Европейского Союза
Европейская модель антимонопольного регулирования возникла в Европейском Союзе и основана на статьях 81 и 82 Римского договора о создании ЕС от 25.03.57.
В статье 81 говорилось о том, что «между предприятиями запрещаются любые соглашения, а также совместные действия, которые могут препятствовать свободной торговли между странами-членами и целью которых является предотвращение, ограничение или нарушение конкуренции на общем рынке». Действия, которые подпадают под эту статью, автоматически считаются аннулированными. Но, если результат принятия совместных решений, соглашений или действий будет направлен на улучшение производства и распределения товаров, технический или экономический прогресс и следствием, соответственно, станет получение потребителями определенной доли выгоды, и если при этом не ограничиваются действия конкурентов, фирма не будет считаться правонарушителем [13].
Статья 82 содержит запрет на «злоупотребление господствующим положением любого концерна на общем рынке и применяется к фирме, если ее доминирующие положение может привести к негативным последствиям для торговли между государствами». Но, необходимо сказать, что в Римском договоре отсутствует прямой запрет монополий и их доминирующего положения на рынке, т. о. можно сделать вывод, что в европейском праве преследованию подвергается не сама монополия вне зависимости от ее размера, а именно злоупотребление исключительным положением на рынке. В 82 статье также перечисляются антиконкурентные приемы, которые используются организациями для монополизации собственного положения, в него входят: «ограничение производства или технического развития в ущерб интересам потребителей, навязывание несправедливых условий торговли или дополнительных условий партнерам, а также создание невыгодных условий торговли и конкуренции для партнеров, путем применения к ним неравных условий» [13].
Таким образом, европейское антимонопольное регулирование базируется на двух принципах: запрет монополий и контроль и регулирование деятельности монополий, что, несомненно, способствует укреплению малого и среднего бизнеса, поддержанию на необходимом уровне конкуренции, развитию и совершенствованию процесса производства, а также охране интересов потребителей.
Также нужно сказать, что политика ЕС, касающаяся конкуренции, характеризуется тем, что она существует не обособленно, а развивается в рамках глобальной интеграционной тенденции, имеет сквозной характер, проникая во все сферы деятельности экономических агентов рынка [2, с.608].
Так как задачи, которые стоят перед антитрестовским законодательством в разных странах, решаются неодинаково, у европейской модели есть своя характерная особенность: данное антимонопольное регулирование руководствуется доктриной юридической проверки деятельности фирм в целях пресечения их монополистических злоупотреблений.
3 МОНОПОЛИЯ И АНТИМОНОПОЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО В РОССИИ
3.1 Монополии в России
Высокий уровень монополизации и его негативное влияние на экономику говорит о необходимости проведения антимонопольной политики и в нашей стране. Более того, Россия нуждается в демонополизации, т.е. кардинальном сокращении количества секторов экономики, где установилась монополия.
Однако преступить к рассмотрению антимонопольной политики рационально с уточнения особенностей российского монополизма.
Во-первых, он возник как наследник государственного монополизма социалистической экономики. Социалистическая экономика являла собой единый народнохозяйственный комплекс, в котором ни одно из предприятий не было полностью автономно, а являлось лишь составной частью некой общенациональной «суперструктуры». При этом достаточно широко распространенной практикой было поручение удовлетворения потребностей всей страны в том или ином виде продукции всего одному-двум заводам.
К причинам для такой концентрации выпуска продукции можно отнести следующие:
- Стремление к использованию положительного эффекта масштаба. Притом пристрастие к гигантизму было явно гипертрофированным, так как из-за искусственного занижения цен на энергию, сырье и транспорт вполне рентабельными казались проекты даже нерационально крупных заводов. Сырье для них достаточно часто привозилось за тысячи километров, а готовая продукция развозилась по всему Союзу.
- Удобство централизованного управления крупными предприятиями. Все важнейшие решения по развитию экономики страны принимались общенациональными плановыми органами, а значит и управляемость хозяйством была тем выше, чем меньше производственных единиц. Действительно, проконтролировать выпуск некоторого вида продукции на одном заводе-гиганте намного проще, чем решить эту же задачу, когда данное изделие производят две-три сотни мелких заводов [1, с.73].
В результате народное хозяйство СССР в буквальном смысле являло собой единый организм. Так же, как человеческий организм состоит из специализированных органов, обеспечивающих жизнедеятельность всего организма, так и в социалистическом хозяйстве одни заводы удовлетворяли потребность всей страны в одной, другие - в другой продукции. При этом советские монополисты оставались узкоспециализированными, взаимное дублирование было либо на минимальном уровне, либо полностью отсутствовало. Последствиям для хозяйства ликвидация поставок любым из них было аналогично отказу какого-либо органа в человеческом организме.