Из рис. 3 видно, что в Белгородской и Брянской областях наибольшую долю в структуре доходов населения занимает оплата труда, причем она значительно превышает другие источники доходов с 2014 г., да и в более ранние периоды имела преимущественно превалирующее значение. Социальные выплаты в этих регионах России занимают третье место и в некоторых случаях по удельному весу приближаются к величине показателя «прочие денежные поступления». Важным представляется и то, что в Белгородской области показатель «доходы от предпринимательской деятельности» составляет приблизительно 10 % всех доходов населения на протяжении всего исследуемого периода, однако имеет тенденцию постепенного снижения. В Брянской области наблюдается самая высокая доля доходов от предпринимательской деятельности (из приведенных на рисунке 3 субъектов РФ) (в 2005 г.). Однако с 2010 г. происходит постепенное снижение, что крайне негативно, т. к. может свидетельствовать о снижении предпринимательской активности у населения (одной из причин является государственная политика в различных сферах (налогообложение, лицензирование и т. п.)).
Самая низкая доля доходов от предпринимательской деятельности из анализируемых регионов на рисунке 3 наблюдается в республике Ингушетия (12,9 % в 2005 г., 1 % в 2016, 1,1 % в 2017 и 2018 гг.). Таким об - разом, либо население либо практически не осуществляет предпринимательскую деятельность, либо очень велика доля теневого сектора экономики региона.
В то же время в республике Ингушетия социальные выплаты зачастую по величине доли в суммарных денежных доходах населения превышают показатель «оплата труда», а преобладают прочие денежные доходы. Данная ситуация может быть обусловлена структурой и степенью развитости региональной экономики, в которую в значительном объеме поступают межбюджетные трансферты, т. е. превышение социальной сферы (предположительно) над экономической может быть обусловлено дотациями (и иными формами поддержки) региону из федерального бюджета. В таком случае в субъекте РФ наблюдается перекос (диспропорция) развития системы в сторону социальной сферы, и экономика региона не обеспечивает в полном объеме социальное направление.
Еще одним интересным фактом является то, что Брянская область по динамике ВРП находится на четвертом месте, а по среднедушевым расходам -- на третьем (в 2018 г. -- на втором). Это также может свидетельствовать о преобладании социальной сферы, при этом наличие финансовой помощи способно снизить конкуренцию среди региональных лидеров.
В целом, по двум показателям (их динамике), без сомнения, невозможно оценить наличие и степень несбалансированности развития, однако факт существования такого явления диктует необходимость корректировки государственной политики регионального развития России (некоторые направления приведены на рис. 4).
Рис. 4. Направления совершенствования государственной политики регионального развития России
Важным представляется анализ как межрегиональных различий (уровня дифференциации), темпов их роста, так и сбалансированности развития внутри субъекта РФ (в векторе экономического и социального развития). Данное исследование целесообразно проводить в темповой записи за период 4--5 лет с использованием системы показателей, полносью отражающих все основные аспекты территориального развития [15]. В данном направлении в качестве одной из альтернатив оценки степени сбалансированности развития региона можно предложить определение «коэффициента жизненности региона» в разрезе сфер (экономическая и социальная), отдельные элементы методики расчета которого приведены в работе [16].
Заключение
Нормативно-правовая база по государственному управлению региональным развитием, снижению дифференциации субъектов РФ по динамике основных социально-экономических показателей в России сформирована и эволюционирует в соответствии с требованиями экономической и социальной политики. Однако необходима модернизация системы анализа в направлении включения в программу исследований учета внутрирегиональных диспропорций развития.
Литература
1. Экономическое развитие регионов: опыт России и Китая: монография / под науч. рук. В. А. Ильина, А. А. Шабуновой,
К. А. Гулина, Д. Мао. -- Вологда: ИСЭРТ РАН, 2017. -- 402 с.
2. О Программе Правительства Российской Федерации «Реформы и развитие российской экономики в 1995--1997 годах»: постановление Правительства РФ от 28.04.1995 № 439 [Электронный ресурс]. -- URL: http://www.consultant.ru/document/cons_ doc_LAW_8539/.
3. Об Основных положениях региональной политики в Российской Федерации [Электронный ресурс]: указ Президента РФ от 03.06.1996 № 803. -- URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_ LAW_10590/.
4. Об утверждении Стратегии пространственного развития Российской Федерации на период до 2025 года (Ш. Основные проблемы пространственного развития Российской Федерации): распоряжение Правительства РФ от 13.02.2019 № 207-р (ред. от 31.08.2019) [Электронный ресурс]. -- URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_ LAW_318094/.
5. О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации: указ Президента РФ от 31.12.2015 № 683 [Электронный ресурс]. -- URL: http://www.consultant. ru/document/Cons_doc_LAW_191669/.
6. Об утверждении Основ государственной политики регионального развития Российской Федерации на период до 2025 года: указ Президента РФ от
16.01.2017 № 13 [Электронный ресурс]. -- URL: http://www.consultant.ru/document/cons_ doc_LAW_210967/.
7. О Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года (вместе с «Концепцией долгосрочного социальноэкономического развития Российской Федерации на период до 2020 года»): распоряжение Правительства РФ от 17.11.2008 № 1662-р (ред. от 28.09.2018) [Электронный ресурс]. -- URL: http://www.consultant.ru/ document/cons_doc_LAW_82134/.
8. Прогноз долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2030 года (разработан Минэкономразвития России) [Электронный ресурс]. -- URL: http:// www.consultant.ru/document/cons_doc_ LAW_144190/.
9. О Стратегии экономической безопасности Российской Федерации на период до 2030 года: указ Президента РФ от
13.05.2017 № 208 [Электронный ресурс]. -- URL: http://www.consultant.ru/document/cons_ doc_LAW_216629/.
10. Новоселов А. С. Проблемы оценки показателей стратегического планирования социально-экономического развития региона [Электронный ресурс] / А. С. Новоселов, А. В. Фалеев // Региональная экономика и управления: электронный научный журнал. -- 2020. -- № 1 (61). -- URL: https:// eee-region.ru/article/6101/.
11. Гирина А. Н. Методика оценки социально-экономического развития региона [Электронный ресурс] / А. Н. Гирина //
Вестник ОГУ. -- 2013. -- № 8 (157). -- URL: http://vestnik.osu.ru/2013_8/15.pdf.
12. Ферару Г. С. Методика оценки уровня устойчивого социальноэкономического развития регионов [Электронный ресурс] / Г. С. Ферару, А. В. Орлова // Современные проблемы науки и образования. -- 2014. -- № 1. -- URL: http://dspace.bsu.edu.ru/bit- stream/123456789/8911/1/Feraru_Metodika_ Otsenki.pdf.
13. Кузнецова О. В. Системная диагностика экономики региона / О. В. Кузнецова, А. В. Кузнецов. -- М.: Изд. стереотип. ЛЕНАНД, 2019. -- 232 с.
14. Кислицына В. В. Формирование комплексного подхода к оценке социально-экономического развития регионов / В. В. Кислицына, Л. С. Чеглакова, В. М. Караулов,
A. Н. Чикишева // Экономика региона. -- 2017. -- Т. 13, вып. 2. -- С. 369--380.
15. Коварда В. В. К вопросу о формировании системы показателей для оценки уровня социально-экономического развития региона [Электронный ресурс] /
B. В. Коварда // Управление экономическими системами: электронный научный журнал. -- 2018. -- № 10. -- URL: http://www. uecs.ru/regionalnaya-ekonomika/item/5129- 2018-10-06-10-08-02.
16. Коварда В. В. О необходимости введения показателя «коэффициент жизненности региона» в качестве индикатора состояния жизнеспособности и безопасности субъектов России [Электронный ресурс] / В. В. Коварда // Вестник Евразийской науки. -- 2018. -- № 5. -- URL: https://esj.today/ PDF/63ECVN518.pdf.