Основой устойчивого воспроизводства оборотного капитала являются механизмы рефинансирования коммерческих банков за счет соответствующим образом организованных механизмов денежного предложения. Современный экономический рост начался с промышленной революции в Европе, которая стала возможной благодаря организации долгосрочного дешевого кредита государством, создавшим механизм эмиссии национальной валюты, рефинансирования коммерческих банков под векселя промышленных предприятий, переучитываемых центральными банками.
В России же дефицит денежного предложения нарушил механизм расширенного воспроизводства оборотного капитала, привел к завышению процентных ставок, эмиссии денежных суррогатов, долларизации экономики и в результате -- к росту трансакционных издержек, падению конкурентоспособности отечественных товаропроизводителей. В условиях кризиса необходимо отказаться от примитивной политики количественного ограничения денежного предложения, перейдя к регулированию последнего через ставку рефинансирования, последовательно снижая ее до уровня, не превышающего среднюю норму рентабельности производственного капитала.
Гибкое денежное предложение, удовлетворяющее потребности воспроизводства оборотного капитала, должно использовать механизм рефинансирования коммерческих банков под залог векселей платежеспособных производственных предприятий.
Регулирование воспроизводства финансового и производственного оборотного капитала, по мнению Нобелевского лауреата Дж. Стиглица [6], необходимая и малая цена за преодоление глобального кризиса. Ожидаемое списание деривативов на сумму 30 трлн долл. ознаменует новый этап глобального финансового кризиса [7]. Эти экономисты требуют увеличения денежной эмиссии в сочетании с усилением государственного регулирования оборота капитала. “Бездефицитный” бюджет и подавление инфляции путем жесткого ограничения этого оборота, по их мнению, ведет к стагнации производства. Эмиссия в этих условиях -- не зло, а вынужденная мера, необходимая для выхода из кризиса. Ее каналами могут быть выделение централизованных ресурсов на приоритетные инвестиционные проекты на льготной основе, а также льготный гарантированный кредит. Моделирование устойчивого развития в инновационной экономике позволяет выбрать наиболее рациональные схемы воспроизводства капитала [8].
Неокейнсианская концепция, представленная в работах Нобелевского лауреата В. Леонтьева и других видных ученых, исходит из того, что денежная политика лишь отражает общее состояние экономики. Регулирование инфляции базируется на интегральном, а не фрагментарном подходе. Анализ одних только денежных источников инфляции не объясняет российский феномен, который не укладывается в монетаристский подход. Даже при заметном росте денежной массы в России с ее активным торговым балансом и валютными резервами возможно в течение короткого периода адекватное расширение импорта, что сбалансирует предложение товаров и услуг с платежеспособным спросом и нивелирует инфляционное давление роста спроса. Главным источником инфляции являются не денежные факторы, а рост издержек производства и высокий уровень монополизма. Эффективная борьба с инфляцией требует ограничения роста цен на сырье и энергоносители, на электроэнергию, тарифов на транспорте и в ЖКХ и, прежде всего, цены кредита.
Меры монетарной политики должны быть дополнены системной поддержкой воспроизводства оборотного капитала в реальном секторе экономики [9].
С точки зрения монетаристской концепции в 90-х гг. для подавления инфляции было сделано все. Достаточно сказать, что скорость оборота денежной массы (ВВП к агрегату М3) возросла с 1,4 в 1991 г. до 2 раз в 1995 г. Российская денежная масса стала самой сжатой в мире. Доля заработной платы в ВВП демонстрировала устойчивую тенденцию к падению: с 49% в 1990 г. до 25% -- в 1996 г.
Такое снижение вызвало падение спроса на относительно недорогую продукцию отечественной промышленности. За первые годы реформ доля потребительских товаров и услуг в ВВП упала с 47% (1990 г.) до 20% в 1995 г. В результате резко возросла и продолжала расти в 2000-2008 гг. несбалансированность между доходами и производимыми в России товарами, сглаживаемая импортом. Соотношение доли потребительских товаров (услуг) в ВВП к доле доходов представляет собой своеобразный коэффициент дисбаланса. В 1990 г. этот показатель составлял 0,79; в 1991 г. -- году пустых прилавков -- он снизился до 0,69; в 1994 г. был равен всего 0,35; в 2008 г., по оценке экспертов, не превышал 0,5, если учитывать лишь отечественную продукцию.
Между динамикой денежного предложения и инфляцией не обнаруживается устойчивой линейной связи (какие бы лаги между этими двумя параметрами не рассматривались). Одной из причин этого является крайняя неустойчивость скорости обращения денег, высокая чувствительность финансовой системы и экономики в целом к изменениям ожиданий населения и бизнеса.
По оценке Е.Гавриленкова (“Тройка-диалог”) [10], связь между динамикой номинального курса рубля и инфляцией, хотя и существует, но не носит устойчивого характера и не слишком сильна: в наборе факторов, влияющих на динамику цен, вес динамики эффективного курса рубля составляет порядка 12-15%. При прочих равных условиях для того, чтобы снизить годовую инфляцию на 1%, эффективный курс рубля должен повыситься примерно на 6-8%. При этом, как показал опыт 2000-2008 гг., рост курса рубля ведет к росту импорта на 20-30% в год, сокращает профицит торгового баланса, темп роста денежной массы, оборотного капитала и экономики в целом.
Инфляцию и воспроизводство оборотного капитала определяют не только монетарные факторы (денежная масса М2), но и динамика ссудного процента, регулируемых тарифов (ЖКХ, газ, энергия, транспорт), государственных расходов, цен на импортные комплектующие изделия и материалы и их доля в себестоимости. При нахождении компромисса между темпами инфляции и динамикой курса рубля необходимо учитывать также соотношение иностранных обязательств и валютных активов банков, их депозиты и остатки на корсчетах в ЦБ, масштабы покупки валюты ЦБ, ожидания кризиса ликвидности и т.д. В любом случае попытки регламентировать цены на ресурсы приводят лишь к их дефициту и перемещению на черный рынок по более высоким ценам. Стратегия воспроизводства оборотного капитала призвана учитывать и прогнозировать все эти тенденции. Для повышения эффективности этого воспроизводства наиболее приемлема инфляция на уровне 3-5%. Такой темп достигнут в ряде развитых стран и Китае.
Инфляция в 2009 г. (8,8%) оказалась самой низкой в истории постсоветской России, однако это достигнуто не за счет эффективного управления воспроизводством капитала, а в результате снижения расходов на оплату труда и платежеспособного спроса
В публикациях последних лет исследованы особенности рынка кредитных деривативов и фондового рынка, вызвавшие кризис воспроизводства капитала. Американские экономисты выявили особенности нынешнего кризиса, связанные с отсутствием системы глобального регулирования финансовых рынков, где лидирующее положение заняли неконтролируемые эмиссионные центры -- инвестиционные и хеджевые фонды. По оценке С.Глазьева, причина кризиса -- саморазрушение финансовой пирамиды долговых обязательств США и вовлечение в спекулятивный оборот все новых обязательств, в т.ч. нефтяных контрактов. В исследовании воспроизводства оборотного капитала необходимо исходить из институциональной, а не либерально-монетарной концепции. Кризис не может завершиться возвратом к прежней ресурсно-сырьевой модели в надежде на рост нефтегазовых цен. Управление оборотным производственным капиталом следует ориентировать на качественно новую модель инновационного развития.
В условиях модернизации посткризисной экономики необходимо создать новые условия для эффективного использования оборотного капитала, прежде всего в высокотехнологичном секторе. Во-первых, необходимо уменьшить различия в рентабельности секторов экономики. По данным Росстата, сальдированный финансовый результат в промышленности с учетом накопленной инфляции в 2007-2009 гг. сократился на 30%. При этом общая доналоговая прибыль крупных и средних компаний в 2009 г. увеличилась с 14,2 до 15,3 трлн руб. и продолжает расти в 2010 г. Доналоговая прибыль в торговле, несмотря на кризис, выросла в 2,1 раза, в производстве и распределении электроэнергии, газа и воды -- на 90%, а в обрабатывающей промышленности -- снизилась на 41,5%. 46,5 тыс. предприятий получили 5,35 трлн руб.прибыли, а 20 тыс. -- более 1,0 трлн руб. убытка. Доля убыточных предприятий выросла с 25 до 35%, в основном за счет машиностроения и инвестиционного сектора. Задолженность предприятий этих отраслей превысила сумму их оборотных средств. В результате ведущий сектор экономики стал неликвидным заемщиком, привлекающим кредиты не для пополнения оборотных средств и развития производства, а для реструктуризации долгов.
Во-вторых, нуждаются в пересмотре условия кредитования обрабатывающей промышленности. Ее средняя рентабельность до 2008 г. несколько превышала ссудный процент, но к 2010 г. средняя рентабельность промышленности снизилась до 10%, в т.ч. машиностроения -- до 4% при средней кредитной ставке около 14%. Риск ликвидности в банковском секторе в 2010 г. сократился по данным Центра по изучению финансовых инноваций и переместился с 1 на 12 место среди банковских рисков. Причины свертывания кредитов ныне лежат на стороне заемщиков, а не кредиторов. Банкам негде размещать привлеченные депозиты, т.к. предприятия не могут обеспечить приемлемый кредитный риск. До половины реструктурированных в 2009 г. кредитов могут стать проблемными и вызвать дефолт. Российские компании в 2010 г. должны выплатить 85,5 млрд долл. внешнего долга. В 2009 г. просроченная задолженность перед банками по оценке ЦБ, выросла на 140% и к середине 2010 г. превысила 1 трлн руб. При этом объем кредитов 20 крупнейшим заемщикам достиг 240-250% капитала банковской системы при нормальном уровне 50%.
В-третьих, не оправдала себя чрезмерная либерализация финансовых потоков. По данным Дж. Сороса (Ведомости, 15.01.2010 г.) кредитный портфель США увеличился со 160% ВВП в 1929 г. до 250% в 1932 г. и 365% ВВП в 2008 г., без учета деривативов. Финансовые рынки в условиях глобализации не смогли сами себя регулировать. Приток спекулятивных финансовых инвестиций в Россию в 2010 г. возобновился и затрудняет эффективное регулирование и налогообложение оборотного капитала. В его составе выросла доля дебиторской задолженности, особенно проблемной. Оборотный капитал финансируется не за счет собственных средств и краткосрочных кредитов, а в результате вовлечения в оборот кредитной задолженности и реструктуризации просроченных займов.
В-четвертых, следует оценить и включить в состав капитала нематериальные активы, в т.ч. репутационный капитал (гудвилл) [11].
В-пятых, важным источником увеличения капитала должна стать ускоренная амортизация. До сих пор она рассматривалась в соответствии с марксистской концепцией как часть стоимости, перенесенной с основных фондов. Однако в современных условиях амортизация, как и прибыль, представляет собой добавленную стоимость, которая может и должна использоваться как источник финансирования модернизации экономики [12], [13].
Литература
1. Kansas D. The End of Wall Street as we Know it. -- N.Y., 2009.
2. The Economist, 07.02.2009, p.70.
3. Мильнер Б.З. Фактор доверия при проведении экономических реформ // Вопросы экономики. -- 1997. -- № 4.
4. Krugman P. The Return of Depression Economics and the Crisis of 2008. -- N.Y., 2008. -- 224 p.
5. FT, 28.01.2009, p.4.
6. Conversations on the credit crunch Joseph Stiglitz says tax cuts are not the answer www.ft.com/conversations
7. Davies P. $ 30.000 bn credit derivatives cancelled. FT, 12.01.09, p.16.
8. Павловский Ю. Устойчивое развитие и инновационная экономика. // Экономические стратегии. -- 2008. -- № 8.
9. Андрюшин С., Бурлачков В. Денежно-кредитная политика и глобальный финансовый кризис: вопросы методологии и уроки для России // Вопр. экономики. -- 2008. -- № 11.
10. Гавриленков Е.Е. Chief Economist`s View: Мнение главного экономиста. -- М.: ЗАО ИК “Тройка-Диалог”, 2008.
11. Агеев А. Неоцененные активы // Экономические стратегии -- 2009 -- №2.
12. Маевский В. Воспроизводство основного капитала и экономическая теория // Вопросы экономики. -- 2010 -- №3.
13. Орлов А. Об экономической сущности амортизации // Вопросы экономики. -- 2010 -- №3.