Самарский государственный социально-педагогический университет
ГБУК «Наследие»
Погребение эпохи энеолита грунтового могильника максимовка i из самарского заволжья
Виктор Александрович Цибин
Антон Александрович Шалапинин
г. Самара, Российская Федерация
Аннотация
Материалы грунтовых могильников послужили основой для выделения в начале 80-х гг. XX в. особого энеолитического периода в истории Среднего и Нижнего Поволжья. Процесс накопления источниковой базы по погребальным энеолитическим комплексам идет медленными темпами. В связи с этим публикация новых данных о погребальных комплексах медно-каменного века является весьма актуальной. В данной работе вводятся в научный оборот материалы из разведок на грунтовом могильнике Макси- мовка I, расположенном в бассейне р. Самара. Коллективное погребение на грунтовом могильнике Макси- мовска I состояло из трех, возможно четырех, костяков. Они лежали на спине с согнутыми в коленях ногами и были ориентированы головой на северо-восток. Погребальный инвентарь состоял из костяного орудия, отжимника, подвески из песчаника, кремневых скребков и проколки, наконечников стрел с прямым или выемчатым насадом. При сравнении погребального обряда с материалами других энеолитических могильников наибольшее сходство наблюдается в комплексах хвалынской энеолитической культуры (наличие коллективных захоронений, положение костяков на спине с завалившимися ногами, ориентировка погребенных головой на северо-восток). Наконечники стрел листовидной формы с зауженным основанием и выемкой на насаде имели широкий диапазон бытования в эпоху энеолита и раннего бронзового века в Волго-Донском междуречье, однако в степной зоне Поволжского региона они характерны для прикаспийских и алтатинских комплексов. На основании имеющихся на данный момент радиоуглеродных дат по энеолитическим материалам грунтовых могильников и поселенческих памятников погребение на грунтовом могильнике Макси- мовка I в предварительном плане следует датировать 5200-4500 ВС. Вклад авторов. В.А. Цибин - описание погребального комплекса, внесение принципиальных изменений в текст статьи, одобрение окончательной версии; А.А. Шалапинин - интерпретация данных, обзор литературы, написание текста статьи.
Ключевые слова: энеолит, степное Поволжье, погребальный обряд, прикаспийская культура, хвалын- ская культура, алтатинская культура.
Abstract
Samara State University of Social Sciences and Education
THE ENEOLITHIC BURIAL OF MAKSIMOVKA I SOIL BURIAL GROUND FROM THE SAMARA TRANS-VOLGA REGION 1
Viktor A. Tsibin
State Budgetary Establishment of Culture “Heritage”, Samara, Russian Federation
Anton A. Shalapinin
Samara, Russian Federation
Introduction. In the early 1980s the materials of soil burial grounds served as a base for identifying a special Eneolithic period in the history of the Middle and Lower Volga regions. Gathering of source basis on burial Eneolithic complexes is being effected rather slowly Due to this fact the publication of new information on burial complexes of the Copper Age is quite urgent. This article enters the materials found during the excavations on Maksimovka I soil burial ground situated within the Samara river basin into scientific life. Methods. The collective burial on Maksimovka I burial ground consisted of three or probably four skeletons. They were supine, their legs bent at the knees and their heads oriented towards the North-East. Grave goods included a bone tool, a pressure tool, a sandstone pendant, flint scrapers and a borer, arrowheads with straight or emarginated foundation. Results. While comparing the burial rite with materials of other Eneolithic burial grounds one can see the greatest similarity in the complexes of the Khvalynsk Eneolithic culture (the presence of collective burials, supine position of skeletons with bent legs, orienting the buried people's heads towards the North-East). Leaf-like arrowheads with narrowed bases and a cavity on the foundation were used in a wide range of activities in the Eneolithic period and Early Bronze Age in the Volga-Don interfluve. However they are typical for Caspian and Altatin complexes in the steppe area of the Volga region. Discussion. In accordance with the latest radiocarbon dates concerning the Eneolithic materials of soil burial grounds and settlement monuments one should date the burial on Maksimovka soil burial ground tentatively 5200-4500 BC.
Key words: Eneolithic, steppe Volga region, burial rite, Caspian culture, Khvalynsk culture, Altatine culture.
Введение
При изучении эпохи энеолита лесостепной и степной зон бассейна р. Волги одно из первостепенных мест занимают материалы погребальных комплексов. Именно результаты раскопок Съезжинского, I и II Хвалынских, Хлопковского и других могильников во многом послужили в начале 80-х гг. XX в. фундаментом для выделения особого энеолитического периода в истории Среднего и Нижнего Поволжья [8; 17]. В то же время плохая сохранность костных остатков в песчаных и супесчаных почвах и грунтовый характер могильников создают объективные предпосылки для менее динамичного темпа пополнения источниковой базы погребальных комплексов эпохи энеолита по сравнению с памятниками бронзового или раннего железного веков. В связи с этим принципиально важным становится введение в научный оборот новых материалов из разведок и раскопок последних лет. Таковыми являются погребения эпохи энеолита из грунтового могильника Максимовка I. Цель настоящей работы - публикация результатов разведок на грунтовом могильнике Максимовка I в 2017 году. В число задач, поставленных авторами входит: описание изученного комплекса, характеристика особенностей погребального обряда и сопутствующего инвентаря и определение его культурно-хронологической атрибуции.
погребение энеолитический могильник стрела
Рис. 1. Местоположение грунтового могильника Максимовка I Fig. 1. Location of Maksimovka I soil burial ground
Методы
В связи с тем, что настоящая статья является публикацией результатов разведок, авторы используют традиционные для такого рода работ методы исследования: описательный, типологический, сравнительный.
Грунтовый могильник Максимовка I располагается на северной окраине с. Максимов- ка в Богатовском районе Самарской области на левом берегу р. Съезжая в 450 м к востоку - северо-востоку от места ее впадения в р. Самара, приток р. Волги (см. рис. 1).
Грунтовый могильник был выявлен в ходе разведочных работ в 2017 г. сотрудниками ГБУК «Наследие». Информация о захоронении поступила от жителя с. Максимовка, который при рытье котлована на приусадебном участке обнаружил человеческие кости. Авторы настоящей публикации при осмотре котлована собрали подъемный материал, состоящий из четырех наконечников из кварцита и кремня, а также кремневого скребка (см. рис. 3, 1-4). На месте котлована был заложен шурф размерами 4 х 4 м, а в связи с расположением части скелета за пределами размеченной площади, в северо-западной части была осуществлена прирезка размерами 0,5 х 2 м (см. рис. 2, 2).
Стратиграфия рекогносцировочного шурфа следующая (по северной стенке) (см. рис. 2, 1): 1. Дерн мощностью до 6 см. 2. Слой темного гумусированного песка, мощностью от 20 до 36 см. 3. Слой светлого серо-коричневого песка, мощностью от 20 до 45 см. Данный слой расположен под слоем темного гумусированного песка и над материком, а также является заполнением могильной ямы. 4. В восточной части фиксируется переотложенный слой, состоящий из перемешанного темно-коричневого, серого и желтого песка, мощностью до 70 см.
Материк - светло-желтый песок.
В шурфе было обнаружено захоронение, состоящее из трех костяков в непотревоженном состоянии. Кроме того, местным жителем при рытье котлована были изъяты костные остатки еще одного индивида. Центр котлована находился к юго-востоку на расстоянии 20-40 см от изученного захоронения. Не исключено, что изъятые ранее кости и собранный на поверхности инвентарь составляли с указанным погребением один комплекс.
Погребенные располагались в ряд по линии северо-запад - юго-восток (нумерация костяков с востока на запад) (см. рис. 2, 2).
Костяк № 1 находился в юго-восточной части захоронения. Погребенный располагался на спине и был ориентирован верхней частью тулова на северо-восток. Ноги согнуты в коленях и направлены на запад. Фрагменты черепа сильно разрушились и располагались в районе грудной клетки и таза. Кости грудной клетки, рук и таза также сильно фрагментированы. Правая плечевая кость относительно хорошей сохранности ориентирована по линии восток - северо-восток - запад - юго-запад. У левого колена данного костяка был обнаружен кремневый скребок (см. рис. 3, 8). К юго- востоку от него южнее бедренной кости располагался каменный отжимник (см. рис. 3, 12), а к югу от таза обнаружено два наконечника (см. рис. 3, 5, 7). К востоку от левой малоберцовой кости костяка фиксировалось аморфное пятно серой супеси размерами 8 х 12 см.
Рис. 2. Северная стенка шурфа (I) и погребение (II) Fig. 2. The Northern wall of the pit (I) and burial (II)
Костяк № 2 расположен в центре захоронения, ориентирован верхней частью туловища на северо-восток. Скелет находился на спине, кости ног согнуты в коленях и завалились на запад. Череп располагался между костями таза и грудной клеткой. Плечевой отдел сохранился относительно хорошо и находился в анатомическом порядке. От рук сохранились локтевые и лучевые кости, вытянутые вдоль тулова. В костях плечевого отдела располагалась подвеска из песчаника (см. рис. 3, 13). В районе левого плеча находился обломок наконечника (см. рис. 3, 6). К югу обнаружена кремневая проколка (см. рис. 3, 11). В районе таза и колен располагалось костяное орудие (см. рис. 3, 10).
Костяк № 3 находился в северо-западной части захоронения. Он ориентирован головой на северо-восток. Погребенный лежал на спине, ноги согнуты в коленях и завалились на восток. Череп располагался в районе грудной клетки и повернут теменем на северо-восток. Плечевой пояс, грудная клетка и таз в плохой сохранности. Кости рук вытянуты вдоль тулова. Между костяком № 3 и костяком № 2 обнаружен фрагмент неорнаменти- рованной стенки сосуда.
Рис. 3. Инвентарь из погребения Fig. 3. Grave goods from the burial
Подъемный материал, относящийся к эпохе энеолита включает четыре наконечника стрел и один скребок.
Первый наконечник изготовлен из кремня серо-коричневого цвета, длинной 6 см, максимальной шириной 2 см, толщиной 0,3 см (см. рис. 3, 4). Наконечник имеет листовидную форму с зауженным основанием. Основание насада с выемкой.
Второй наконечник выполнен из кварцита желто-коричневого цвета, длиной 6 см, максимальной шириной 1,5 см и толщиной 0,2 см (см. рис. 3, 1). Наконечник имеет листовидную форму с зауженным основанием. Основание насада прямое.
Следующий наконечник также сделан из кварцита желто-коричневого цвета (см. рис. 3, 2). Его длина - 5 см, максимальная ширина - 1,7 см и толщина 0,2 см. Наконечник имеет листовидную форму с зауженным основанием. Основание насада с выемкой, один шип обломан.
Четвертый наконечник изготовлен из кварцита желто-коричневого цвета (см. рис. 3, 3). Его длина - 4,6 см, максимальная ширина - 1,6 см, толщина - 0,2 см. Наконечник имеет листовидную форму с зауженным основанием. Основание насада с выемкой.
Скребок конце-боковой на удлиненном отщепе из кремня темно-серого цвета и белой коркой, длиной 5,5 см, максимальной шириной 1,9 см, толщиной 1 см. Ретушь рабочего края вертикальная (см. рис. 3, 9).
Инвентарь, обнаруженный в захоронении следующий:
Подвеска (см. рис. 3, 13). Она изготовлена из плитки песчаника коричневого цвета и имеет крестообразную форму. Длина изделия - 4,5 см, ширина - 4 см, толщина - 0,5 см. Подвеска отшлифована. Грани частично закруглены. Верхний конец имеет выемки для подвешивания. Выемка с нижней стороны зафиксирована у одного из боковых концов. На изделии сохранились небольшие пятна охры.
Костяное орудие (см. рис. 3, 10). Изготовлено из трубчатой кости крупного копытного животного. Длина орудия - 18,5 см, ширина - 2,5 см, толщина - 0,9 см. Изделие имеет подромбическую форму. Один конец при- острен, другой обломан. Грани закруглены. В приостренной части изделия имеется выемка шириной 0,4 см и глубиной 0,6 см.
Отжимник (см. рис. 3, 12). Орудие изготовлено из камня зернистой структуры желто-коричневого цвета. Изделие овальное в сечении. Длина орудия - 10 см, ширина - 3 см, толщина - 2,5 см.
Наконечник стрелы из кремня белого цвета (см. рис. 3, 5). Изделие имеет длину 5,3 см, максимальную ширину 1,5 см и толщину 0,2 см. Наконечник листовидной формы с зауженным основанием. Основание насада с выемкой.
Наконечник стрелы из кварцита желтокоричневого цвета (см. рис. 3, 7). Длина изделия - 3,6 см, максимальная ширина - 1,7 см, толщина - 0,3 см. Наконечник имеет листовидную форму с зауженным основанием. Основание насада с выемкой.
Обломок насада наконечника стрелы из кварцита желто-коричневого цвета (см. рис. 3, 6). Изделие имеет длину 2,3 см, максимальную ширину 1,5 см и толщину 0,3 см. Насад прямой.
Проколка из кремня темно-серого цвета (см. рис. 3, 11). Изделие имеет длину 5 см, максимальную ширину 2,1 см и толщину 1,2 см. Орудие изготовлено на удлиненном отщепе. Острие имеет ретушь со стороны спинки.
Скребок конце-боковой на удлиненном отщепе из кремня темно-серого цвета и белой коркой (см. рис. 3, 8). Длина орудия - 4,2 см, максимальная ширина - 3 см, толщина-1,2 см. Ретушь полукрутая.
Сильно фрагментированная неорнамен- тированная стенка.
Анализ. При установлении культурнохронологической атрибуции захоронения из грунтового могильника Максимовка I определяющую роль играет ориентировка погребенных, положение костяков и специфический набор сопутствующего инвентаря. Наиболее ранними погребениями со схожей ориентировкой и положением костяка в степной зоне Поволжского региона на данный момент являются захоронения на Варфоломеевской стоянке. Особый интерес вызывает коллективное погребение № 4, в котором костяки располагались на спине, один из них имеет слабо согнутые колени и ориентирован головой на северо-восток. Указанное захоронение залегало в верхней части нижнего культурного слоя, содержащего прочерченную и наколь- чатую неолитическую керамику и перекрыто на данном участке суглинистой прослойкой [31, с. 119]. Со Съезжинским могильником самарской энеолитической культуры сходство наблюдается в северо-восточной ориентировке костяков и в наличии коллективных погребений [6]. С материалами могильника Липовый Овраг параллели прослеживаются не с основной группой энеолитических захоронений, где костяки вытянуты на спине и ориентированы головой на север, а с безинвентарным скорченным погребением № 6, чья культурно-хронологическая атрибуция автором раскопок до конца не была определена [5, с. 12]. Скорченное погребения изучено на могильнике мариупольского времени Екатериновский Мыс [12, с. 12]. Наибольшая близость к максимовскому захоронению прослеживается в материалах хвалынской культуры. Так, на I Хвалынском могильнике около половины захоронений имеет ориентировку на северо-восток. Умершие в основном располагались на спине с подогнутыми в коленях ногами и вытянутыми вдоль тела руками. Достаточно часты в Хвалынском некрополе коллективные погребения, состоящие из 2-4 костяков [1; 26]. На другом могильнике хвалынской культуры - Хлопковском северо-восточная ориентировка погребенных преобладает. Здесь костяки также лежат на спине с согнутыми ногами [16, с. 79-89]. Следует указать на энеолитические захоронения с аналогичным погребальным обрядом со стоянки Лебяжинка V (погр. 9, 12), ранее относимые к мариупольскому кругу памятников [7], а в свете последних данных радиоуглеродного анализа, близкие по времени к I и II Хвалынским и Хлопковскому могильникам [29]. Что касается грунтовых погребений лесостепной и степной зон, датируемых поздним энеолитом (Гундоровка, Урочище Красноярка), то для них характерно вытянутое положение костяков на спине. У данных костяков голова ориентирована на восток [4], юго-восток, юг, юг - юго-запад и только в одном случае - на северо-восток [25, с. 293].