Согласно данным табл. 3, топоним «Барнаул» ассоциируется у китайских студентов как «горный» и «лесной» (72 %). Это связано с географическим положением Барнаула. Город расположен на краю горного хребта Алтай, который является трансграничным, поскольку находится в границах четырёх стран (Россия, Китай, Монголия и Казахстан). В сознании китайских студентов Барнаул как столица Алтайского края имеет некоторые черты Горного Алтая.
Ассоциация «сибирское ледяное поле» связана с географическим положением и местным климатом Барнаула. Расположение в Западной Сибири, низкая среднегодовая температура, холодная и долгая зима повлияли на возникновение у многих китайских студентов (81 %) данного стереотипа.
Два стереотипа: «жемчужина» и «разноцветное место» в сознании китайских студентов (43 %) отражают влияние китайского языка. В китайском языке каждый иероглиф имеет своё значение - топоним «Барнаул» был переведен на китайский язык согласно русскому произношению, а официальный унифицированный перевод этого слова - «нефрит» и «агат». Ввиду этого, когда китайские студенты слышат топоним «Барнаул», они ассоциативно совмещают топоним с национальной культурой переводимого языка.
«Промышленный город» - ассоциация восходит к историческим событиям и историческому развитию, однако лишь небольшая часть студентов дали такое описание (8 %).
Благодаря знаниям, полученным из тестов научной литературы, китайские студенты ответили, что топоним «Барнаул» происходит от монгольского (32 %) и тюркского (54 %) языков. «Известный писатель и краевед М. Юдалевич в одной из своих публикаций собрал разрозненные предположения и размышления разных исследователей. Общим в их работах является то, что название “Барнаул” имеет либо тюркские, либо монгольские корни»1.
Китайские студенты соотносят топоним «Барнаул» с названием реки Барнаулки (81 %). Данная точка зрения неоднократно обосновывалась нами в ряде публикаций, в частности, в словаре «Топонимический словарь Алтайского края» находим: «Город получил своё название по реке» Почему так назван город Барнаул, центр Алтайского края. - URL: https://newsland.com/commumty/8238/content/pochemu-tak-nazvan-gorod- ЬатаиІ^егїг-аКа^кодо-кгаіа/6858583 (дата обраще-ния: 20.01.2021). - Текст: электронный. Дмитриева Л. М. Топонимический словарь Ал-тайского края. - Барнаул: АЗБУКА, 2013. - С. 15..
Определяя значение топонима «Барнаул», большинство китайских студентов затруднились дать ответ, но некоторые из них полагали, что топоним «Барнаул» означает «волчье озеро» (27 %), «мутная вода» (31 %). На предположение, что топоним переводится как «волчье озеро», мы можем найти детерминированный ответ: «Первая часть слова Барнаул - с тюрск. бору, боре - “волк”; по-монгольски бору означает также “волк”, а нуур (нур) - “озеро”. Ул - в тюрских и енисейско-кетских языках означает “река, вода”. Отсюда появляется значение названия Барнаул - “волчья река”» Там же. [16; 17]. Барнаульский историк и археолог А. Уманский придерживался версии о реке и попытался перевести, предполагая, что название имеет телеутские корни. По мнению исследователя, «боронаул»/«бороноул» произошло в результате языковых метаморфоз от телеутского слова «поронгыул», где «поронгы» - «мутная вода», «ул» - река. Таким образом, Барнаулка переводится как «мутная река» Барнаул. - URL: https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0% 91%D0%B0%D1%80%D0%BD%D0%B0%D1%83%D0% ВВ (дата обращения: 23.01.2021). - Текст: электронный..
На вопрос о значении топонима «Барнаул» (включая культурное и историческое значение), 42 % китайских студентов не дали никакого ответа.
Заключение
Таким образом, топонимы дают беспрецедентный объём информации, связанной с историческими и социокультурными аспектами. Огромные различия как в языке, так и в культуре мешают китайским студентам правильно понять значение русских топонимов, в связи с этим понимание китайскими студентами русских топонимов крайне неполно. Углублённое, многоаспектное изучение русских топонимов может помочь китайским студентам больше узнать о русской культуре. В процессе использования и передачи топонимов представители разных национальностей будут понимать их по-разному: русские топонимы «Россия», «Москва» и«Барнаул» китайцы связывают с национальным (китайским) языком. Поскольку опрошенные китайские студенты изучают и понимают русский язык, на их понимание русских топонимов влияет не только национальный язык, но и возможность использования русского языка, знание русской культуры и истории для понимания топонимов. Нами было проведено изучение восприятия топонимов «Россия», «Москва» и «Барнаул» китайскими студентами, обучающимися в России. В результате исследования мы пришли к следующим выводам:
1) понимание китайскими студентами русских топонимов складывается из совокупности информации, которую они получили через интернет, СМИ, книги;
2) при восприятии иностранных (русских) топонимов студенты опираются на национальный (китайский) язык и культуру;
3) для понимания русских топонимов китайские студенты используют свои знания географического положения объекта, различных особенностей местности, а также климата данной территории.
Глубокое изучение топонимов, связанных с историей и культурой России, позволит расширить круг знаний у китайских студентов о русской культуре.
Список литературы
1. Суперанская А. В. Что такое топонимика? М.: Наука, 1984. 182 с.
2. Чу Япин, Инь Цзюньке, Сунь Дунху. Базовыйкурстопонимии. Пекин: China Cartographic Publishing House. 2009, 176 с. DOI: 10.11947/j.AGCS.2015.20130205.
Ли Жулонг. Топонимия на китайском языке. Шанхай: Shanghai Education Press, 1998. 167 с.
3. Фань Сунин. Пекин и Вашингтон, планирование, географическое название, культура [J]. Шанхай: Управление города Шанхая, 2003. С. 44-45. DOI: CNKI:SUN:CGZJ.0.2003-04-013. @@ йШ^.
№±)ШЖШЖ, 2003, 44-45. DOI: CNKI:SUN:CGZJ.0.2003-04-013.
4. Цзян Юнчжи, Чжан Хайчжун. Моё скромное мнение о кросс-культурном исследовании стереотипов китайского регионального характера // SocialSciencesReview. 2009. Vol. 24, no. 10. P 157. DOI: CNKI:SUN:SKZH.0.2009-10-055. @@ Ж^Ш, ЖШФ.
2009 (10): 157-160. DOI: CNKI:SUN:SKZH.0.2009-10-055.
5. Карасик В. И. Языковая матрица культуры. М.: Гнозис, 2013. 320 с.
6. Рубинштейн С. Л. Бытие и сознание. СПб.: Питер, 2012. 288 с.
7. Стернин И. А. Коммуникативное и когнитивное сознание // С любовью к языку: сб. науч. тр. М.; Воронеж: Воронеж. гос. ун-т, 2002. С. 44-51.
8. Васильева С. П., Дмитриева Л. М. Обзор топонимических исследований Алтая и Сибири в антропоцентрической парадигме // Журнал Сибирского федерального университета. 2021. № 4. С. 478-488.
9. Голев Н. Д., Дмитриева Л. М. Единство онтологического и ментального бытия топонимическиой системы // Вопросы ономистики. 2005. № 8. С. 5-17.
10. Шэнь Силунь. Китайская традиционная культура и язык [М]. Шанхай: Шанхайское образовательное издательство, 2004. 450 с.
11. Пархоменко В. А. У истоков русской государственности (VIII-XI вв.). М.: Госиздательство, 1924. 120 с.
12. Ловмяньский Х. Русь и норманны. М.: Прогресс, 1985. 184 с.
13. Ши Цзялу. Сопоставительный анализ топонимов столиц Китая и России (на примере наименования улиц Пекина, Москвы) // Litera. 2019. № 3. С. 20-31.
14. Ши Цзялу. Критерии классификации географических названий Китая и России // Litera. 2019. № 6. С. 66-77.
15. Дульзон А. П. Дорусские топонимы Средней Сибири // Изучение географических названий. 1966. № 70. С. 40-41.
16. Воробьева И. А. Русская топонимия Алтая. Томск: Томск. гос. ун-т, 1983. 256 с.
References
1. Superanskaya, A. V. What is toponymy? M: Nauka, 1984. (In Rus.).
2. Chu Yaping, Yin Junke, Sun Donghu. Basic course of toponymy. Beijing: China Cartographic Publishing House. 2009. DOI: 10.11947/ j.AGCS.2015.20130205. (In Chin.).
3. Li Zhulong. Toponymy in Chinese [M]. Shanghai: Shanghai Education Press, 1998, 167. (In Chin.)
4. Fan Suning. Beijing and Washington, Planning, Geographic Name, Culture [J], Shanghai City Office, 2003, 012 (004): 44-45. DOI: CNKI: SUN: CGZJ.0.2003-04-013. (In Chin.)
5. Jiang Yongzhi, Zhang Haichzhong. My humble opinion on a cross-cultural study of Chinese regional stereotypes. Social Sciences Review. Gansu: Social Sciences Review Publishing, 2009, Issue 10, p. 157. DOI: CNKI: SUN: SKZH.0.2009-10-055. (In Chin.)
6. Karasik, V. I. Language matrix of culture. Moscow: Gnosis, 2013. (In Rus.)
7. Rubinstein, S. L. Being and consciousness. Saint Petersburg: Piter, 2012. (In Rus.)
8. Sternin, I. A. Communicative and cognitive consciousness. With love to the language: collection of scientific works. M.: Voronezh: Voronezh State University, 2002: 44-51. (In Rus.).
9. Vasilyeva, S. P., Dmitrieva, L. M. Review of toponymic studies of Altai and Siberia in the anthropocentric paradigm. Krasnoyarsk: Journal of the Siberian Federal University, 2021: 478-488. (In Rus.).
10. Golev, N. D., Dmitrieva, L. M. The unity of the ontological and mental being of the toponymic system. Questions of onomastics, no. 8, pp. 5-17, 2005. (In Rus.)
11. Shen Xilun. Chinese Traditional Culture and Language [M]. Shanghai: Shanghai Education Publishing House, 2004. (In Chin.)
12. Parkhomenko, V. A. At the origins of Russian statehood (VIII-XI centuries). Moscow: State Publishing House, 1924. (In Rus.).
13. Lovmyansky, H. Rus and the Normans. M: Progress, 1985. (In Rus.)
14. Shi Jialu. Comparative analysis of the toponyms of the capitals of China and Russia (on the example of the names of the streets of Beijing Moscow). Litera, no. 3, 20-31, 2019. (In Rus.)
15. Shi Jialu. Criteria for the classification of geographical names of China and Russia. Litera, no. 6, pp. 6677, 2019. (In Rus.)
16. Dulzon, A. P. Pre-Russian toponyms of Central Siberia. Study of place names, no. 70, pp. 40-41, 1966. (In Rus.)
17. Vorobyova, I. A. Russian toponymy of Altai. Tomsk: Tomsk State University, 1983. (In Rus.)