Что касается граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, то они приобретают и осуществляют права и обязанности под своим именем, включающим фамилию и собственно имя, а также отчество, если иное не вытекает из закона или национального обычая (п. 1 ст. 19 ГК). Поэтому в рамках действующего сегодня российского законодательства невозможно представить ситуацию, когда бы в роли единственного правообладателя по договору коммерческой концессии выступал гражданин, зарегистрированный в качестве индивидуального предпринимателя.
И все же нормы, содержащиеся в п. 2 ст. 1038 ГК, имеют свою сферу применения, поскольку не исключена возможность возникновения на стороне правообладателя множественности лиц в обязательстве. Данные обстоятельства имеют место, если первоначальный правообладатель отчуждает отдельные исключительные права из состава комплекса исключительных прав, право на использование которых предоставлено пользователю на основании договора коммерческой концессии. В качестве обладателя такого исключительного права (например, права на товарный знак, патент) может оказаться и гражданин, который в этом случае становится (в отношении соответствующего исключительного права) правообладателем по договору коммерческой концессии.
Не исключено, что в ходе исполнения обязательств по договору коммерческой концессии правообладатель изменит свое фирменное наименование или коммерческое обозначение. На этот случай ГК (ст. 1039) содержит правило о том, что при изменении правообладателем своего фирменного наименования или коммерческого обозначения, права на использование которых входят в комплекс исключительных прав, договор коммерческой концессии действует в отношении нового фирменного наименования или коммерческого обозначения правообладателя, если пользователь не потребует расторжения договора и возмещения убытков. В случае продолжения действия договора пользователь вправе потребовать соразмерного уменьшения причитающегося правообладателю вознаграждения.
Таким образом, произвольное изменение правообладателем своего фирменного наименования или коммерческого обозначения по сути приравнивается к нарушению договора коммерческой концессии и влечет для правообладателя весьма негативные последствия. Однако сейчас важно подчеркнуть, что данное обстоятельство не может повлиять на судьбу договора и служить основанием для прекращения правоотношений по коммерческой концессии (если только на то не будет воля пользователя).
Заслуживают внимания также положения ГК о последствиях прекращения исключительного права, пользование которым предоставлено по договору коммерческой концессии (ст. 1040). Как известно, действие исключительных прав может быть прекращено по основаниям, предусмотренным законами об отдельных объектах интеллектуальной собственности. Так, в соответствии со ст. 30 Патентного закона Российской Федерации действие патента может быть прекращено досрочно: при признании патента недействительным; на основании заявления, поданного патентообладателем в патентное ведомство; при неуплате в установленный срок пошлин за поддержание патента в силе. Согласно ст. 23 Закона РФ "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров" регистрация товарного знака (знака обслуживания) аннулируется патентным ведомством в следующих случаях: в связи с прекращением срока ее действия; в связи с использованием коллективного знака на товарах, не обладающих едиными качественными или иными общими характеристиками, предусмотренными законом; по причине неиспользования товарного знака (знака обслуживания) в течение установленного срока; при ликвидации юридического лица - владельца товарного знака; в случае превращения товарного знака в обозначение, вошедшее во всеобщее употребление как обозначение товаров определенного вида; в случае отказа от нее владельца товарного знака.
В таких и иных подобных случаях должно применяться общее правило, согласно которому, если в период действия договора коммерческой концессии истек срок действия исключительного права, пользование которым предоставлено по этому договору, либо такое право прекратилось по иному основанию, договор коммерческой концессии продолжает действовать, за исключением положений, относящихся к прекратившемуся праву, а пользователь, если иное не предусмотрено договором, вправе потребовать соразмерного уменьшения причитающегося правообладателю вознаграждения.
Данное правило не может применяться, когда прекращаются права на фирменное наименование или коммерческое обозначение, принадлежащие правообладателю. Как известно, действие исключительного права на фирменное наименование не ограничено каким-либо сроком, оно прекращается с ликвидацией коммерческой организации - обладателя фирменного наименования.
Кроме того, не исключена возможность признания условия о фирменном наименовании, содержащегося в учредительных документах коммерческой организации-правообладателя, недействительным, например, в случае, когда суд придет к выводу, что регистрация фирмы осуществлена с нарушением требований законодательства.
В ГК (ст. 1040) на этот счет содержится специальное правило, согласно которому в случае прекращения принадлежащих правообладателю прав на фирменное наименование или коммерческое обозначение наступают последствия, предусмотренные п. 2 ст. 1037 и ст. 1039 ГК. Данное правило представляется не вполне удачным, поскольку нормы, к которым оно отсылает, предусматривают, во-первых, что расторжение договора коммерческой концессии подлежит регистрации (п. 2 ст. 1037 ГК), во-вторых, что в случае изменения фирменного наименования или коммерческого обозначения правообладателя договор коммерческой концессии продолжает действовать в отношении нового фирменного наименования (коммерческого обозначения), если пользователь не потребует расторжения договора и возмещения убытков (ст. 1039 ГК).
Вместе с тем условие о предоставлении пользователю права использовать в предпринимательской деятельности права на фирменное наименование или коммерческое обозначение, принадлежащие правообладателю, относится к существенным условиям договора коммерческой концессии. Поэтому прекращение исключительного права правообладателя на фирменное наименование или коммерческое обозначение может иметь только то последствие, что условие договора о предоставлении пользователю права на использование соответствующего исключительного права становится недействительным, а договор коммерческой концессии, в силу того, что в нем отсутствует существенное условие, следует считать прекращенным. Именно это последствие предусмотрено п. 3 ст. 1037 ГК.
Ответственность за нарушение договора
Применительно к обязательствам, вытекающим из договора коммерческой концессии, с учетом всех правовых норм, регулирующих этот договор, можно говорить о трех различных уровнях правового регулирования ответственности пользователя и правообладателя за неисполнение или ненадлежащее исполнение указанных обязательств.
Первый уровень регулирования ответственности представляют собой содержащиеся в ГК (гл. 25) общие положения об ответственности за нарушение договорных обязательств. В гл. 54 ГК, регламентирующей правоотношения, вытекающие из договора коммерческой концессии, отсутствуют какие-либо специальные правила, исключающие применение отдельных общих положений об ответственности должника за неисполнение или ненадлежащее исполнение гражданско-правового обязательства, как это имеет место в отношении некоторых иных типов договоров (об основаниях и условиях ответственности, о формах и объеме ответственности и т.п.). Следовательно, при неисполнении или ненадлежащем исполнении правообладателем или пользователем встречных обязательств друг перед другом они обязаны возместить контрагенту убытки, причиненные нарушением обязательств (ст. 15, 393 ГК).
Основанием такой ответственности может служить нарушение любого из условий договора коммерческой концессии. Необходимыми условиями для привлечения к ответственности являются: во-первых, наличие убытков (в экономическом смысле) у потерпевшей стороны, т.е. уменьшение ее имущественной сферы, вызванное неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств со стороны контрагента; во-вторых, причинная связь между допущенным нарушением договорных обязательств и указанными убытками.
Поскольку обязательства, вытекающие из договора коммерческой концессии, для обеих его сторон связаны с осуществлением предпринимательской деятельности, их ответственность по этому договору наступает и при отсутствии вины (строится на началах безвиновной ответственности). Согласно п. 3 ст. 401 ГК, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, т.е. чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.
Естественно, помимо возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, договором коммерческой концессии может быть предусмотрена ответственность в форме договорной неустойки за нарушение отдельных условий договора.
Поскольку на стороне пользователя имеется денежное обязательство - выплата правообладателю предусмотренного договором вознаграждения за предоставленное право использовать исключительные права, принадлежащие правообладателю, в случае просрочки его исполнения пользователем правообладатель вправе потребовать от него уплаты процентов годовых за пользование чужими денежными средствами (ст. 395 ГК).
Второй уровень регулирования представляют собой положения, содержащиеся в гл. 54 ГК, о двух особых основаниях ответственности правообладателя, характерных для договора коммерческой концессии.
Первое особое основание ответственности правообладателя служит некоторой гарантией права пользователя, добросовестно исполнявшего свои обязательства по договору коммерческой концессии, срок которого истек, на возобновление договорных отношений с правообладателем. В случае если правообладатель, отказавший такому пользователю в заключении нового договора коммерческой концессии, заключит до истечения трехлетнего срока со дня истечения срока действия прежнего договора договор коммерческой концессии с другим лицом, действующим на той же территории, он должен возместить убытки, понесенные прежним пользователем (п. 2 ст. 1035 ГК).
Во втором случае основанием для возложения на правообладателя обязанности возместить пользователю причиненные ему убытки признается изменение правообладателем своего фирменного наименования или коммерческого обозначения, право на использование которых предоставлено пользователю на основании договора коммерческой концессии. Предъявление пользователем требования о взыскании убытков возможно лишь при том условии, что он одновременно потребует расторжения договора коммерческой концессии (ст. 1039 ГК).
Третий уровень правового регулирования составляют нормы об ответственности правообладателя по обязательствам пользователя перед потребителями товаров (работ, услуг), выпускаемых (выполняемых, оказываемых) пользователем с использованием исключительных прав, принадлежащих правообладателю, на основании договора коммерческой концессии. Согласно ст. 1034 ГК правообладатель несет субсидиарную ответственность по предъявленным к пользователю требованиям о несоответствии качества товаров (работ, услуг), продаваемых (выполняемых, оказываемых) пользователем по договору коммерческой концессии. Более того, по требованиям потребителей, предъявляемым к пользователю как изготовителю продукции (товаров) правообладателя, последний отвечает солидарно с пользователем.
Возможность привлечения потребителями соответствующих товаров, работ и услуг правообладателя к субсидиарной ответственности, как известно, обусловлена необходимостью предъявления требования к пользователю как основному должнику. Однако, если пользователь откажется удовлетворить указанное требование или не даст ответа на него в разумный срок, указанное требование может быть предъявлено непосредственно правообладателю (п. 1 ст. 399 ГК). В случаях, когда правообладатель и пользователь несут солидарную ответственность, потребители вправе требовать привлечения их к ответственности как совместно, так и любого из них в отдельности, как полностью, так и в части долга. Притом, не получив удовлетворения от одного из солидарных ответчиков, кредитор имеет право требовать недополученное от другого солидарного ответчика. Правообладатель и пользователь остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью (ст. 322 ГК).
Необходимость введения такой ответственности правообладателя перед потребителями товаров (работ, услуг), выпускаемых (выполняемых, оказываемых) с использованием исключительных прав, принадлежащих правообладателю, объясняется экономической сущностью коммерческой концессии: покупатели товаров, заказчики работ и услуг, неискушенные в правовых вопросах, приобретая соответствующие товары (работы, услуги), производимые под вывеской правообладателя, вправе рассчитывать на то, что их качество окажется эквивалентным качеству товаров (работ, услуг) обладателя соответствующего фирменного наименования, товарного знака или знака обслуживания. Такой подход соответствует и интересам правообладателя, стремящегося расширить свою товаропроводящую сеть на основе единых стандартов качества товаров (работ, услуг). Например, А.А. Иванов подчеркивает, что коммерческая концессия предполагает, "что передаваемые исключительные права используются, как правило, в целях расширения сбыта товаров, выполнения работ или оказания услуг. Качество этих товаров (работ, услуг), производимых (выполняемых, оказываемых) пользователем, должно быть не ниже, чем у правообладателя. Последний, в свою очередь, обязан контролировать качество товаров (работ, услуг), если договором коммерческой концессии не предусмотрено иное. При таких обстоятельствах логично установление особой ответственности правообладателя перед третьими лицами за ненадлежащее качество товаров (работ, услуг)" <*>.
--------------------------------
<*> Гражданское право: Учебник. Часть II / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. С. 647.
Чем объясняется различный подход законодателя к определению порядка привлечения правообладателя к ответственности по одним и тем же требованиям потребителей о несоответствии качества товаров (работ, услуг), продаваемых (выполняемых, оказываемых) пользователем по договору коммерческой концессии (в одних случаях субсидиарная, а в других - солидарная ответственность)?
По общему правилу в подобных случаях для правообладателя наступает субсидиарная ответственность. Солидарная ответственность установлена лишь в отношении требований потребителей, предъявляемых к пользователю как изготовителю продукции (товаров) правообладателя. Соответствующие законоположения объясняются в юридической литературе по-разному. Например, по мнению А.А. Иванова, различия в строгости ответственности правообладателя связаны с тем, что "пользователь, являющийся изготовителем продукции (товаров), более зависим от инструкций (указаний) правообладателя в отношении качества. Солидарная ответственность, наступающая в этом случае, должна... сильнее стимулировать правообладателя к тому, чтобы добиваться необходимого качества. Ведь при простой продаже пользователь обычно имеет дело с товарами, которые произведены самим правообладателем - профессионалом в своей сфере. Что же касается работ (услуг), то применительно к ним инструкции правообладателя играют менее важную роль" <*>.
--------------------------------
<*> Гражданское право: Учебник. Часть II / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. С. 648.
Думается все же, что законодатель, ужесточая ответственность правообладателя (солидарная ответственность) именно за недостатки товаров, выпускаемых пользователем на основании договора коммерческой концессии, вряд ли исходил из степени важности инструкций и указаний правообладателя в том или ином случае. Видимо, основой такого решения явилось то обстоятельство, что, выступая в роли заказчика работ и услуг, всякий потребитель имеет полноценную возможность выяснить, кто непосредственно выполняет заказанные работы или услуги, и оценить их качество задолго до их завершения, чего нельзя сказать о потребителе, покупающем в магазине товар, на котором имеется товарный знак правообладателя. В последнем случае значительно повышается вероятность введения потребителя в заблуждение относительно как реального изготовителя товара, так и качества товара. Указанный риск отчасти компенсируется ужесточением ответственности правообладателя. В силу изложенного именно для тех случаев, когда предпринимательская деятельность пользователя состоит в изготовлении продукции (товаров) с использованием товарного знака и иных исключительных прав правообладателя (производственный франчайзинг), по мнению законодателя, наиболее приемлема солидарная ответственность пользователя-изготовителя и правообладателя.
Возобновление договора
Одной из характерных черт договора коммерческой концессии является наделение пользователя, который добросовестно исполнял свои обязанности в течение всего срока действия договора, правом на заключение нового договора на тех же условиях (право на возобновление договора). Указанное право пользователя нашло отражение в п. 1 ст. 1035 ГК, согласно которому пользователь, надлежащим образом исполнявший свои обязанности, имеет по истечении срока договора коммерческой концессии право на заключение договора на новый срок на тех же условиях.
В юридической литературе признается правомерность такого подхода, однако причины появления соответствующего законоположения, его смысл и значение объясняются по-разному. Так, по мнению Г.Е. Авилова, указанное положение прежде всего призвано защищать интересы пользователя как более слабой стороны договора. "Находясь в зависимости от правообладателя, - пишет Г.Е. Авилов, - пользователь по окончании срока действия договора рискует оказаться в сложном положении: ему практически придется начинать свое дело с нуля, так как он более не сможет пользоваться средствами индивидуализации и коммерческим опытом правообладателя. Это было бы несправедливо, ведь пользователь вкладывал свои собственные средства в развитие предпринимательской деятельности правообладателя (в продвижение на рынок его товаров, работ или услуг, увеличение объемов его производства)" <*>.
--------------------------------
<*> Авилов Г.Е. Указ. соч. С. 558.
Соглашаясь с тем, что сформулированное в законе право пользователя на возобновление договора коммерческой концессии призвано защищать интересы слабой стороны договора (пользователя) с учетом принципа справедливости, Е.А. Суханов считает также, что "возобновление договора франчайзинга может служить интересам потребителей на устоявшемся рынке товаров и услуг" <*>.
--------------------------------
<*> Суханов Е.А. Указ. соч. С. 636.
Л.А. Трахтенгерц обращает внимание на экономический аспект взаимоотношений правообладателя и пользователя, связанных с возобновлением договора коммерческой концессии. Она указывает: "При этом учитывается, очевидно, что вложенные пользователем средства на приобретение концессии окупаются не сразу и прибыль начинает поступать лишь через какое-то время. Возможность продления договора в определенной мере страхует имущественные интересы пользователя, рискующего своим капиталом при создании нового хозяйственного комплекса под фирмой правообладателя" <*>.
--------------------------------
<*> Гражданское право России. Часть вторая. Обязательственное право: Курс лекций / Отв. ред. О.Н. Садиков. С. 597.
А.А. Иванов видит значение положения о праве пользователя на возобновление договора коммерческой концессии в необходимости поддерживать баланс интересов обеих сторон этого договора. Он пишет: "Пользователь в течение срока договора продвигает на рынок товары (работы, услуги) правообладателя и вправе рассчитывать на стабильность своего положения. Однако стабильность может быть достигнута только при условии длительности срока. Напротив, правообладатель очень часто заинтересован в коротком сроке, с тем чтобы после его истечения заставить пользователя принять более жесткие условия. Для устранения подобного дисбаланса интересов и введены гарантии прав пользователей при окончании срока договора" <*>.
--------------------------------
<*> Гражданское право: Учебник. Часть II / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. С. 650 - 651.
Конечно же, все приведенные точки зрения относительно смысла и значения законоположения о наделении добросовестного пользователя правом на возобновление договора коммерческой концессии в своей совокупности объясняют действия законодателя. Как уже отмечалось, пользователь, выпуская товары, выполняя работы, оказывая услуги на основе договора коммерческой концессии, т.е. под фирменным наименованием правообладателя и с использованием его товарных знаков, знаков обслуживания и иных исключительных прав правообладателя, по сути своей, в экономическом смысле, действует в качестве одного из звеньев интегрированной товаропроводящей системы правообладателя. Однако в правовом аспекте отношения правообладателя и пользователя строятся на основе договора коммерческой концессии, заключаемого между юридически самостоятельными и независимыми субъектами. При этом применение общего принципа свободы договора (п. 1 ст. 421 ГК) в ситуации, когда истек срок действия договора коммерческой концессии при условии надлежащего его исполнения пользователем, приведет к тому, что пользователь будет лишен своего бизнеса, более того, этот бизнес может быть передан другому лицу - новому пользователю, с которым правообладатель оформит договор коммерческой концессии. Законоположение о праве добросовестного пользователя на возобновление договора направлено на исключение подобных ситуаций, а при отсутствии такой возможности - на компенсацию пользователю ущерба, причиненного в связи с утратой последним своего бизнеса.