Право страхователя требовать от страховщика возмещения убытков (уплаты страховой суммы) возникает только с момента наступления страхового случая. Тем самым договор страхования приобретает черты условной сделки. Это сходство усиливается благодаря тому, что страховой случай обладает еще одной присущей условной сделке особенностью. Имеется в виду, что и "условие" и "страховой случай" в равной мере представляют собой обстоятельства, относительно которых неизвестно, наступят ли они или не наступят (ст. 157 ГК).
И все же страхование условной сделкой, очевидно, не является <*>. При этом В.И. Серебровский выдвинул два соображения против такого отождествления: "...во-первых, основная обязанность, лежащая на страхователе, уплата страховой премии, не находится в зависимости от какого-либо условия или срока; по общему правилу страхователь должен уплатить премию при самом заключении договора страхования, если не установлены рассрочка или иные сроки.
--------------------------------
<*> В свое время И.И. Степанов высказывался в пользу того, что "страховой договор - это договор условный, зависящий от случая" (Степанов И.И. Указ. соч. С. 14).
Во-вторых, "наступление предусмотренного в договоре события" есть не случайная, добавочная часть страхового договора, а часть договора существенная, необходимая (essentiale negotii)" <*>.
--------------------------------
<*> Серебровский В.И. Избранные труды по наследственному и страховому праву. С. 339.
Еще на одно обстоятельство в этой же связи обратил внимание О.С. Иоффе: "...ненаступление предусмотренного события приводит только к одному последствию: у страховщика не появляются обязанности уплатить страховое возмещение (страховую сумму). Все же другие последствия, возникшие из установленного обязательства (например, сохранение за страховщиком права на полученные платежи) остаются неприкосновенными" <*>.
--------------------------------
<*> Иоффе О.С. Обязательственное право. С. 736.
Взаимное страхование
Смысл взаимного страхования раскрывается в одноименной ст. 968 ГК путем указания на то, что в этом случае граждане и юридические лица могут страховать свое имущество и иные имущественные интересы на взаимной основе путем объединения в обществах взаимного страхования необходимых для этого средств. Указанное определение, помимо прочего, решает вопрос о возможных интересах, обеспечиваемых этим видом страхования с помощью содержащейся в настоящей статье отсылки к п. 2 ст. 929 ГК. Последнее означает, что в соответствующем качестве могут выступать риски утраты (гибели), недостачи или повреждения определенного имущества, риск гражданской ответственности, а также предпринимательский риск. Однако следует иметь в виду, что перечень, содержащийся в п. 2 ст. 929 (см. об этом ниже) ГК, является лишь примерным. По этой причине смысл такой отсылки может иметь только то значение, что таким образом подтверждается включенное в п. 4 ст. 968 ГК указание: взаимное страхование представляет собой страхование имущественное.
Взаимное страхование является одной из наиболее древних форм страхования, тесно связанной прежде всего с торговлей. Особенно, как подчеркивал В.К. Райхер, с "путевой торговлей" <*>, имея в виду договоренности лиц, отправляющихся в дальние страны за товаром, о разделе между ними последствий возможной гибели как самих товаров, так и средств их передвижения. В этом смысле прямыми наследниками древних купцов были, в частности, украинские чумаки, договаривающиеся о разделе между собой последствий возможных в будущем потерь, при этом связанных не столько с утратой перевозимых из Крыма соли и рыбы, сколько с падежом волов. Для указанного вида страхования в древнее время и в средние века было характерным, на что обращал особое внимание В.К. Райхер, не уплата предварительных сумм (того, что стало впоследствии страховой премией), а принятие на себя обязательств их внесения после того, как страховые случаи уже наступят <**>.
--------------------------------
<*> Райхер В.К. Общественно-исторические типы страхования. С. 42. В указанной работе содержится специальное исследование развития многообразных форм взаимного страхования в разных странах. Этому посвящен специальный раздел книги, носящий название "Страхование - взаимопомощь в профессионально-корпоративных объединениях" (С. 39 - 64).
<**> Там же. С. 41.
Следующим этапом в развитии все той же формы страхования послужило создание специальных обществ. И хотя первые попытки их учреждения в начале 30-х гг. XVIII в. оказались неудачными, спустя уже несколько десятков лет положение изменилось. Так, в исследовании, посвященном имущественному страхованию, О.А. Ноткин привел данные, относящиеся к 1878 г. И они подтвердили, что только обществ, связанных со взаимным страхованием от огня, в то время насчитывалось около 50. При этом широкое распространение получили также общества, которые осуществляли помимо страхования зданий от пожаров также страхование посевов от градобития и скота от падежа <*>.
--------------------------------
<*> Ноткин О.А. Страхование имущества по русскому законодательству. С. XXII и сл.
Справедливости ради следует отметить, что взаимное страхование встречало иногда настороженное отношение в литературе. Так, Г.Ф. Шершеневич полагал: "...взаимное страхование, если не считать случаев, когда можно довольствоваться небольшими суммами, напр. похоронная касса, трудноосуществимо, при всей своей выгодности, потому что требует очень большого числа участников, привлечение которых, в свою очередь, требует выдающейся инициативы и сложной организации. Поэтому страхование лица весьма редко строится на взаимности" <*>. Правда, вслед за этим была сделана оговорка относительно распространения в Соединенных Штатах разного рода Mutual Life Societies.
--------------------------------
<*> Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. Т. II. С. 434.
Учитывая приведенные взгляды Г.Ф. Шершеневича, есть основание признать, что их, очевидно, разделил в определенной части и современный законодатель. Имеется в виду ограничение возможности использования взаимного страхования при имущественном страховании. Правда, соответствующая норма была подвергнута (как нам кажется, не без оснований) сомнению. Так, Е.И. Ивашкин полагает, что такое ограничение (имеется в виду ограничение объектов "взаимного страхования" имущественным страхованием) недопустимо, что оно выражает экономические интересы лишь коммерческого страхования и сдерживает развитие личного страхования и, в первую очередь, долгосрочного страхования жизни" (Ивашкин Е.И. Проблемы организации взаимного страхования // Финансы. 1999. N 8. С. 45).
Широкое использование этого вида страхования в США продолжается и теперь. Так, В. Насонкин пишет о компаниях взаимного страхования, которые принадлежат держателям страховых полисов, при этом каждый член страховой компании (держатель полиса) заранее выплатит страховую премию, размер которой, как правило, должен быть несколько больше суммы, необходимой для покрытия индивидуального ожидаемого страхового случая (убытков), плюс его долю в покрытии административных расходов. А затем в зависимости от убытков компании и осуществляемых ею расходов, а также от выплаты процентов, заработанных из страховых взносов, компания может выплачивать в конце года держателям полисов (своим членам) в форме дивидендов часть страховой помощи <*>. Таким образом, большинство крупнейших корпораций создают специальные образования (кэптивы), которые принимают на страхование риски учредителей или своих аффилированных членов. В результате в 60 - 70-х гг. количество учредителей кэптивов достигало 3 тыс. <**>.
--------------------------------
<*> См.: Насонкин В. Организационно-правовые формы частного страхования в США. М., 1998. С. 56.
<**> См.: Там же.
Сама ст. 968 ГК хотя и носит название "Взаимное страхование" и является единственной специально регулирующей этот вид страхования, появилась в расчете на последующее утверждение закона о взаимном страховании, к которому она отсылает. Часть норм этой статьи посвящена природе образований, специально созданных для осуществления соответствующего страхования - обществ взаимного страхования. Указанные общества, как правило, призваны осуществлять страхование имущественных рисков собственных членов и по этой причине являются некоммерческими организациями. Как таковые в силу п. 1 ст. 2 ФЗ РФ "О некоммерческих организациях" <*> они должны представлять собой образования, для которых извлечение прибыли не является главной целью их деятельности, а прибыль, которую общества все же получают, не может распределяться между их членами. ГК содержит указание на то, что особенности правового положения обществ взаимного страхования, а равно условия их деятельности должны определяться в соответствии с законом о взаимном страховании. Приведенная норма (п. 2 ст. 968 ГК) позволяет сделать вывод, что при коллизии между нормами этого Закона и Кодекса приоритетом будут пользоваться последние. Тем самым и в этом случае следует руководствоваться общим положением, закрепленным в п. 2 ст. 3 ГК ("нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать настоящему Кодексу").
--------------------------------
<*> Собрание законодательства РФ. 1996. N 3. Ст. 145.
ГК предусматривает две правовые формы, укладываемые им в рамки взаимного страхования. Первая целиком строится на членских, корпоративных отношениях. Соответственно п. 3 ст. 968 ГК устанавливает общее правило, в силу которого страхование имущества и иных имущественных интересов членов общества осуществляется непосредственно на основании членства. Вторая модель все же составляет исключение и для своего использования требует специального указания в учредительном документе, явно предполагая заключение договоров между обществом взаимного страхования, которое выступает страховщиком, и ее членами - страхователями. Однако, как следует полагать, и при этой второй модели учитываются корпоративные права страхователя. В данном случае может быть проведена аналогия с членами потребительского кооператива, которые приобретают принадлежащие ему товары либо обращаются за его услугами, заключая с ним для этой цели соответствующие договоры; при этом они пользуются в указанных случаях определенными льготами (ст. 11 ФЗ РФ "О потребительской кооперации (потребительских обществах и их союзах) в Российской Федерации" <*>. Не случайно поэтому одним из видов сельскохозяйственных кооперативов является страховой кооператив, который образуется "для оказания различного рода услуг по личному и медицинскому страхованию, страхованию имущества, земли, посевов" <**>.
--------------------------------
<*> В ред. 1997 г. (Собрание законодательства РФ. 1997. N 28. Ст. 3306).
<**> Статья 4 Закона "О сельскохозяйственной кооперации" (Собрание законодательства. 1995. N 50. Ст. 4870).
Таким образом, при недоговорной и при договорной формах взаимного страхования сохраняется правовая природа такого рода самого общества, отмеченная в свое время еще К.Д. Кавелиным: "Страхователи имущества, в составе общества, сами образуют страховой капитал за счет взносов страхователей, премии и обязуются круговой порукой выплачивать членам общества страхования деньги" <*>.
--------------------------------
<*> Кавелин К.Д. Права и обязанности по имуществам и обязательствам в применении к русскому законодательству. СПб., 1889. С. 216.
В очевидной связи с этим п. 3 ст. 968 ГК включил указание на то, что общие относящиеся к страхованию правила, которые содержатся в гл. 48 ГК, применяются к отношениям по страхованию между обществом взаимного страхования и его членом, если иное не предусмотрено не только законом о взаимном страховании, но также учредительными документами общества или установленными ими правилами страхования.
ГК самым общим образом решает вопрос о возможности использования взаимного страхования при обязательном страховании. Имеется в виду, что в соответствии с п. 4 ст. 968 ГК использование взаимного страхования при осуществлении обязательного страхования возможно лишь тогда, когда это предусмотрено законом о взаимном страховании. Приведенная редакция соответствующего правила позволяет сделать вывод, что до принятия закона, о котором идет речь, привлечение обществ взаимного кредитования в качестве страховщиков для осуществления обязательного страхования исключается. Кроме того, можно заранее сделать вывод, что перечень случаев допускаемого использования совместного страхования для страхования обязательного будет носить исключительный характер и соответственно вряд ли такой перечень сможет не подлежать распространительному толкованию <*>.
--------------------------------
<*> В постатейном комментарии к Гражданскому кодексу (части второй) (М., 1998. С. 564) в качестве примера возможного применения ст. 968 ГК приведены ст. 38 и 39 Закона "О банках и банковской деятельности". В первой из этих статей идет речь о создании Центральным банком РФ и банками, которые привлекают средства граждан, федерального фонда обязательного страхования вкладов, призванного обеспечить гарантии возврата привлекаемых банками средств граждан и компенсации потерь дохода на вложенные средства. А во второй имеется в виду создание фондов добровольного страхования вкладов для обеспечения возврата вкладов и выплаты доходов на них. Есть все основания, полагаем, признать, что требованиям ст. 968 ГК соответствуют лишь фонды, о которых говорится в ст. 39 указанного Закона. Речь идет о том, что только в этом случае, в отличие от того, что имеется в виду ст. 38, в Законе особо подчеркивается добровольность создания фондов, то, что они должны представлять собой некоммерческие организации, а также исключено указание на обязательное участие Центрального банка РФ.
КонсультантПлюс: примечание.
Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации (части второй) (под ред. О.Н. Садикова) включен в информационный банк согласно публикации - М.: Юридическая фирма КОНТРАКТ, Издательская группа ИНФРА-М-НОРМА, 1997.
В заключение следует отметить, что ГК допускает возможность образования общества взаимного страхования и в виде коммерческой организации. Цель использования такой конструкции - получить возможность осуществлять страхование лиц, которые не являются членами общества. Разумеется, одного лишь изменения правового статуса общества для этого недостаточно. Создаваемая таким образом коммерческая организация должна отвечать требованиям, которые предъявляются к тем, кто намерен стать страховщиком. Имеется в виду, что в учредительных документах организации должно быть предусмотрено осуществление ею именно страховой деятельности. Кроме того, она должна получить в установленном порядке соответствующую лицензию (лицензии) на право осуществления страхования соответствующего вида, а также удовлетворять другим требованиям, предъявляемым к страховщикам. Наконец, важно и то, что в подобных случаях отношения такого рода организаций со страхователями - посторонними лицами ничем не должны отличаться от заключения обычными страхователями обычных договоров страхования. Речь, таким образом, идет о том, чтобы исключить установление особого режима для страхования указанными организациями. Необходимой гарантией для этого служит п. 5 ст. 968 ГК, в котором особо оговорено, что страхование интересов лиц, которые не являются членами общества, должно осуществляться непременно в соответствии с общими правилами гл. 48 ГК.
Суброгация
Термин "суброгация" происходит от латинского subrogatio, subrogare. Слово это, имеющее в качестве одного из значений "избрание взамен", нередко связывалось с понятием "закон", и тогда subrogare legem означало "дополнение закона новым положением" <*>. Применительно к современному праву приведенное значение того же термина позволяет лишь определить этимологию слова. Имеется в виду, что оно получило теперь иное значение: платежа со вступлением в права кредитора или - более широко - замену в правоотношении между двумя участниками одного из них без изменения самого правоотношения <**>.
--------------------------------
<*> Бартошек Милан. Римское право. Понятие. Термины. Определения. С. 304.
<**> См., в частности: Годэмэ Евгений. Общая теория обязательств. С. 471 - 472.
Возникший вопрос о соотношении суброгации и цессии (является ли суброгация одной из разновидностей цессии или представляет собой самостоятельную правовую конструкцию) <*> решен ГК в пользу первого варианта. Соответствующий вывод можно сделать уже из самого названия ст. 965 ГК: "Переход к страховщику прав страхователя на возмещение ущерба (суброгация)". Какие-либо сомнения, возникающие на этот счет (в части, касающейся позиции ГК), должны, очевидно, отпасть после того, как п. 1 ст. 382 ГК, имея в виду цессию, признал, что право, принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. В силу ст. 387 ГК переход прав кредитора к другому лицу на основании закона происходит, в частности, в результате таких обстоятельств, как универсальное правопреемство в правах кредитора, либо решение суда о переводе прав кредитора на другое лицо (когда возможность такого перевода предусмотрена законом), либо исполнение обязательства должника его поручителем или залогодателем, который не является должником по данному обязательству, либо, наряду с этим, суброгация страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая.
--------------------------------
<*> О самостоятельности платежа с суброгацией по отношению к цессии см.: Годэмэ Евгений. Общая теория обязательств. С. 480 и сл.
В русской дореволюционной литературе идею, в соответствии с которой суброгация лишь схожа с цессией, но имеет существенные от нее отличия, наиболее подробно обосновывал И.Н. Трепицын. Смысл различий между указанными конструкциями он усматривал в том, что, "во-первых, цессия имеет своим основанием только договор, а суброгация устанавливается, кроме того, и законом. Следовательно, цессия совершается всегда с согласия кредитора, а суброгация может происходить и вопреки воле кредитора. Во-вторых, цессионарий имеет только иск, перешедший к нему от цедента, а при суброгации - третье лицо, получая иск кредитора, сохраняет свои собственные: из договора поручения или из negotiorum gestio. В-третьих, формальная сторона цессии и суброгации различна. Между прочим, при суброгации нет необходимости уведомлять должника о вступлении в права кредитора, цессия же без такого уведомления не имеет силы против третьего лица. В-четвертых, цессия вмещает в себя и обязательство гарантии (по крайней мере за существование обязательства), при суброгации же обязанности гарантии нет, да она и невозможна по самому существу дела: третье лицо производит уплату вместо должника; тем самым признает наличность долга, и, следовательно, оно противоречило бы само себе требованием гарантии; здесь возможно только истребование уплаченного без основания, объект этих требований различен. В-пятых, при цессии новый кредитор может требовать в свою пользу исполнения обязательства целиком, хотя бы приобретение совершено по пониженной цене, при суброгации новый кредитор имеет право только на то, что сам уплатил, так что в остальной сумме первоначальный кредитор свои права сохраняет. При этом надо отметить, что закон в таких случаях не ставит третье лицо наравне с первоначальным кредитором в отношениях к должнику, а дает кредитору с его частью требования преимущество перед третьим лицом: сначала и на первом месте подлежит удовлетворению частичное требование первоначального кредитора, а потом уже следует удовлетворение третьим лицом по суброгации". (Трепицын И.Н. Гражданское право губернии царства Польского и русского в связи с проектом Гражданского уложения. Общая часть обязательственного права. Варшава, 1914. С. 227).
Сторонником самостоятельности правовой конструкции суброгации был и В.И. Синайский. Соответственно, хотя в более узком смысле, в его понимании суброгации выделились по сути дела те же ее особенности по отношению к цессии: "1) При цессии цессионарий имеет самостоятельное право требования, хотя в том же самом обязательстве, которое существовало между цедентом и должником и теперь продолжает существовать между цессионарием и должником. Напротив, при суброгации третье лицо становится на место верителя и вступает в его права. 2) Такое вступление в права верителя возможно не только по договору, как при цессии, но и по закону. 3) Нет надобности в уведомлении должника" (Синайский В.И. Русское гражданское право. Выпуск II. С. 76).
Из п. 1 ст. 965 ГК следует, что к страховщику в договоре имущественного страхования <*>, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной им суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за возмещенные в результате страхования убытки. Соответствующая норма является диспозитивной, допуская иное в договоре. Однако, защищая интересы страховщика, тот же п. 1 ст. 965 ГК признает ничтожным условие договора, которым исключается переход к страховщику права требования по отношению к тому, кто причинил ущерб, действуя умышленно (имеется в виду, очевидно, ситуация, при которой обстоятельство, признаваемое страховым случаем, наступило вследствие умышленных действий (бездействия) лица).
--------------------------------
<*> Отсутствие упоминания в ст. 965 ГК о договоре личного страхования рассматривается судебной практикой как недопустимость в таких случаях суброгации. В одном из рассмотренных им дел Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ в обоснование такого ограничения сослался на то, что при суброгации происходит перемена лиц, а ст. 383 ГК перехода к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, не допускает (Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 2001. N 8. С. 48).
Суброгация в указанном смысле, среди прочего, выражает все то же связанное с лежащим в основе имущественного страхования требование: не допустить превращения страхования в источник неосновательного обогащения. Такое превращение произойдет, в частности, если страхователь при гибели или повреждении застрахованного имущества сможет получить сумму, равную понесенным им убыткам, дважды: от того, чьи действия послужили причиной наступления страхового случая, и от своего контрагента по договору страхования - страховщика. Так, например, на заводе возникает пожар, в результате которого сгорает соседнее здание. Если требования страхователя-собственника о взыскании стоимости здания будут удовлетворены заводом и, сверх того, страховщиком, собственник окажется в положении неосновательно обогатившегося. О том, как относятся к этому суды, можно сделать вывод, учитывая позицию судебных органов в другой, но весьма сходной ситуации. Имеется в виду дело, возникшее в связи с тем, что гарант (бенефициар), получив сумму долга от должника, несмотря на это, потребовал уплатить ему ту же сумму еще и от организации-гаранта. Отказав в требовании истцу, Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ счел возможным применить ст. 10 ГК, расценив такие действия кредитора как "злоупотребление правом" <*>.
--------------------------------
<*> Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 1998. N 3. С. 89 - 90.
Избежать указанных последствий можно было бы, признав, что удовлетворение соответствующего требования страховщиком влечет автоматически прекращение обязательства, которое связывало потерпевшего с причинителем вреда. Однако это, помимо прочего, повлекло бы за собой безнаказанность совершенного последним правонарушения.
Вот почему именно суброгация представляет собой оптимальный способ решения возникшей проблемы. Благодаря предусмотренному ею переходу прав оказываются удовлетворенными интересы всех трех участников соответствующих отношений. Так, страхователю тем самым гарантируется возмещение страховщиком причиненных убытков. Потребность в такой гарантии определяется тем, что причинитель вреда далеко не всегда обладает реальной возможностью возместить страхователю возникшие у того убытки (уж по крайней мере, если речь идет о случаях банкротства причинителя - юридического лица). Причинителю придется возместить нанесенный им вред, но только однократно: либо потерпевшему-страхователю, либо страховщику, заменившему страхователя в деликтном обязательстве. Наконец, благодаря суброгации страховщик получает возможность компенсировать все то, что выплатил страхователю.