Известная максима Гуссерля «Наза,д к самим вещам!» стала лозунгом феноменологического движения против упрощающего абстракционизма современной философии и науки, редуцирующих сущность явления к причинам, функциям, условиям возможности, фактам, и заслоняющего суть феномена спекулятивными понятиями, голыми схемами и конструктами. Философия, философское исследование, по Гуссерлю, - не конструирование по-возможности точной системы общих понятий. Пафос феноменологии – уйти от спекулятивных и метафизических конструкций в философии и обратить исследовательский взгляд на сами предметы, их непосредственную данность, их бытие.
Основные концепты феноменологии: «сознание», «интенциональность», «феномен» (феноменальность), «эйдетическое» и «категориальное созерцание» «сущностей», «темпоральность», «феноменологическая редукция» («эпохе»), «жизненный мир», «телесность», «вот-бытие», «деструкция», «историчность», «горизонт», «событие».
Как философское направление феноменология не представляет собой единого движения, она распадается на множество феноменологических школ, каждая из которых имеет свои предметные и процедурно-методические предпочтения, но сохраняет общую исследовательскую установку феноменологического подхода к анализу феноменов – предмета феноменологического исследования и общую концепцию метода. «Выражение «феноменология» означает прежде всего, - писал М. Хайдеггер в сочинении «Бытие и время», - концепцию метода... Его можно сформулировать так: назад к самим вещам! И это в противовес подвешенным в воздухе конструкциям и случайным находкам, поверхностно поставленным проблемам, передаваемым из поколения в поколение как истинные проблемы».
Среди учеников Гуссерля были М. Хайдеггер, Е. Финк, М. Шелер, Л. Ландгребе, Р. Ингарден, Я. Паточка; французские философы М. Мерло-Понти, Э. Левинас, русские философы Г. Шпет (Томск), Б. Яковенко (Москва). Влияние Гуссерля испытали Ж.-П. Сартр, Г.-Г. Гадамер, П. Рикер, Ж. Деррида. Каждый из них в поисках своего места в феноменологии разрабатывал свой вариант феноменологической философии, сочетая ее основные интенции с идеями других направлений в философии, оказавшими влияние на личную историю развития этих мыслителей.
При жизни Гуссерля центром феноменологического направления были те города и университеты (Фрайбург, Геттинген), где преподавал Гуссерль. Феноменологическое движение после Гуссерля не имеет единых твердых очертаний и институтов, однако центры феноменологической философии сформированы вокруг главных архивов Гуссерля в г. Фрайбург, г. Кельн в Германии, г. Лувен в Бельгии. Институты феноменологических исследований есть также в США, Японии, Скандинавии, Латинской Америке, России, Беларуси. Школы феноменологической философии в России сегодня сосредоточены в крупных университетах и институтах и группируются вокруг журналов (напр. «Логос»), осуществляя крупные издательские и переводческие проекты.
Основатель феноменологии – Эдмунд Гуссерль (1859 - 1938) родился в Моравии, в еврейской семье, окончил гимназию в Австрии, затем учился в университетах Лейпцига, Берлина и Вены. В Вене у известного математика Карла Вейерштрасса защитил кандидатскую диссертацию по философским проблемам математики и через философию математики вышел к философии, сохранив на всю жизнь идеал и образец строгого математического познания. В наибольшей степени путь Гуссерля от математики к философии был определен влиянием австрийского психолога и философа Франца Брентано. Однако Гуссерль вскоре понял, что исследование понятий математики с психологической точки зрения обречено на неудачу. После защиты докторской диссертации и выхода на ее основе «Философии арифметики» Гуссерль публикует «Логические исследования», в которых решительно порывает с психологическим подходом. По его мнению, математические и логические истины вневременны, аподиктичны, несводимы к психологической способности считать и образовывать понятия и суждения.
В первом томе двухтомника «Логических исследований» Гуссерль формулирует замысел «чистой логики» как науки об абсолютных сущностях, об очевидностях, о достоверных и непротиворечивых истинах, содержание которых независимо от высказывающего суждения субъекта и его психологических способностей осуществлять опыт мышления. Познание, конечно, начинается с опыта, существующих вещей и фактов. Но чтобы анализировать и систематизировать факты, нужно иметь представление об их сущности. Такое представление дает эйдетическая интуиция, в отличие от эмпирической интуиции, которая улавливает отдельные факты. «Чистые сущности» Гуссерля отделены от всего эмпирического, реального и психологического. Они идеальны и универсальны и позволяют классифицировать, опознавать и различать единичное.
Во втором томе «Логических исследований» Гуссерль намечает переход от чистой логики к построению феноменологической философии. В последующих работах «Философия как строгая наука» и «Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии» Гуссерль разрабатывает метод феноменологического исследования и оригинальную феноменологию сознания, – и это главные достижения и концептуальная «дельта» философии Гуссерля.
Важнейшее различение, которое Гуссерль вводит для построения феноменологии – это различение феноменологической и естественной установки. «Естественная установка» человека соткана из различных убеждений, без которых не обойтись в повседневной жизни; первым из них является убеждение, что нас окружает мир реальных вещей. Естественная установка сознания – это наивная, онтическая вера в то, что предмет «есть», что он «есть» сам по себе, независимо от того, что его кто-то представляет, сознает, чувственно переживает, свидетельствует о нем. Но то, как нам предметы даны, определено нашим к нему отношением. В зависимости от этого вещь в опыте показывает себя различными способами. Мы всегда между тем знаем, что предмет «сам по себе» есть всегда нечто большее, чем являющееся в явлении, что он как «одно» являет себя во многом и через многое. Явление служит для естественного сознания связью, отношением между «вещью самой по себе» и «сознанием самим по себе». То, как именно вещь дана сознанию, является предметом феноменологического исследования.
Переход к феноменологической установке предполагает феноменологическое «эпохе» - воздержание от бытийного полагания или бытийной веры. Epoche – (греч.: остановка, воздержание от суждения) – радикальное сомнение по отношению к суждениям философии, науки и обыденного сознания, по отношению ко всему, о чем привычно утверждает человек в «естественной установке» своей повседневной жизни. Наивное разделение на сознание и пред-стоящий сознанию предмет снимается понятием «феномена» феноменологии: явления интерпретируются как моменты «жизни» или «потока сознания», феномен есть всегда имманентное сознанию событие переживания предметного смысла. Граница имманентного и трансцендентного, Я и не-Я сдвигается, мир толкуется как своего рода имманентная сознанию трансцендентность. Вещей самих по себе вне сознания не существует, они как переживаемые, воспринимаемые и представляемые феномены принадлежат сфере сознания. Для феноменолога важно описать то, что действительно явлено, дано сознанию, и пределы такой данности. Для этого феноменолог «выносит за скобки» тезис о независимом существовании внешнего мира, лишая значимости все подобные суждения о мире, привносящие натурализм в науку. Итак, различая естественную и феноменологическую установку, Гуссерль настаивает на несовместимости философии как строгой науки с натуралистической, наивной установкой, предлагая из методологических соображений устранить проблему реальности в том виде, в котором она была сформулирована, из корпуса философских проблем, и обратиться к сфере чистого сознания.
Феноменологический метод исследования сознания состоит из совокупности процедур: феноменологическая редукция (эпохе), феноменологическая конструкция и феноменологическая дискрипция. Феноменологическая редукция осуществляется в два этапа: на этапе эйдетической редукции совершается эпохе от всех высказываний о мире (о природе, человеке, обществе), затем следует этап собственно трансцендентально-феноменологической редукции посредством воздержания от всех естественно-научных, исторических, психологических пониманий сознания и его носителя – «Я», чистой субъективности. Эти два этапа предварительных редукций служат «расчищению поля исследования» и его формированию в качестве предмета феноменологического анализа. Феноменологическая конструкция осуществляет эйдетическое и категориальное созерцание сущностей. Задача последнего этапа – феноменологической дискрипции – дать точную дискрипцию «сущностей», чистое однозначное описание непосредственного переживания смысла.
Совокупность этих методических процедур обеспечивает доступ исследователя к чистому региону сознания – единственному, что нельзя вынести за скобки. Cogito, сознание и его акты – феноменологический остаток, очевидность которых абсолютно несомненна и достоверна.
Фундаментальная характеристика сознания – его интенциональность, направленность на предметы. Понятие интенциональности Гуссерль заимствует у Ф. Брентано, который использовал термин схоластики intentio для построения своей психологии сознания. Сознание всегда интенционально, говорит Гуссерль, всегда есть «сознание о...», воление, желание, воспоминание, представление, переживание чего-то. Интенциональная модель сознания полагает любой его акт как наполненный некоторым содержанием. Всякое сознание имеет свое «что» и полагает свою предметность. Акт сознания Гуссерль называет «ноэзис», а предмет, содержание сознания – «ноэма». И если психические акты характеризуются привязкой к определенному предмету, то ноэмой могут стать не только вещи, но и субъекты, их восприятия, воображаемые математические объекты и сами психические функции сознания.
Главные характеристики сознания в феноменологии таковы:
Сознание есть бесконечный и необратимый поток переживаний. Каждое сознание интенционально, направлено на некоторое содержание актуального переживания.
В этом «потоке сознания» отчетливо выделяются некие целостности – феномены, единицы анализа феноменологии. Феномены имманентны сознанию, образуют его внутреннюю сферу, и тем самым отличаются от явлений внешней реальности. На основании «схватывания» этих феноменов сознания мы можем исследовать «чистую сущность» данных явлений.
Сознание процессуально и темпорально, все ноэматические акты, включая восприятие, репрезентацию, воспоминание, актуально протекают в горизонте внутреннего времени сознания. Сознание «овременяет», «темпорализует» мир.
Сознание обладает способностью «конституировать», давать смысл как отдельным предметам и явлениям опыта, так и таким целостностям как «мир», «бытие», «субъект», «жизнь», «общество».
Конституирующая деятельность сознания предполагает функциональный центр – «чистое Я», «трансцендентальный субъект», «чистую субъективность». «Я» конституирует (не конструирует!) мир, наделяя его смыслом.
Каждый феномен сознания имеет свой горизонт, границы которого неопределены и подвижны. Всякое сознание есть сознание горизонта. Предмет-тема сознания конституируется в горизонте наполненных (актуальных) и пустых (потенциальных) интенций, которые оно удерживает и предвосхищает.
Сознание обладает также способностью осознавать и мыслить бытие. Мир мы знаем только благодаря сознанию. Это является основанием для построения феноменологической онтологии.
Феноменология предложила философии новую, уникальную онтологическую модель – модель онтологических слоев, в которой региональные онтологии объединяются в единую универсальную онтологию. Основанием этой онтологической модели должен стать регион сознания как наиболее фундаментальный, согласно мысли Гуссерля. В качестве фундаментальнейшего основания было выделено сознание-время – самоконституирующийся абсолютно темпоральный поток сознания. Концепция построения этой «формальной дисциплины онтологии» как «общей теории объектов» мыслилась Гуссерлем аналогично формальной логике и представляла собой комплекс формально-онтологических дисциплин (формальная онтология сознания) и региональных онтологий (регионов природы, общества, истории, религии, логических и математических сущностей и т.д.), образующих теоретический фундамент конкретных точных и эмпирических наук.
В работах позднего периода Гуссерль вводит понятие «жизненного мира», в котором оказываются фундированы наука и сознание. «Жизненный мир», по Гуссерлю, - это действительный и конкретный мир, реальность, которая нас окружает и нас самих, вместе с нашим сознанием, культурой и историей включает. Жизненный мир образует горизонт для всякой, внетеоретической и теоретической, деятельности человека. В связи с этим тезисом в корне меняется отношение Гуссерля к естественной установке (не без влияния его ученика М. Хайдеггера), которая больше не подлежит редукции, а в качестве компоненты «жизненного мира» как совокупности априорных структур жизни, подлежит тематизации и исследованию. Главные характеристики жизненного мира – его историчность, интерсубъективность и горизонтность. Он является нам в обличьи окружающего сообщества людей, исторической традиции, оказываясь ближайшей природой и культурой, родным языком, домом и ландшафтом, образующими горизонт жизненного мира каждого отдельного человека.
В заключение дадим общую оценку валидности феноменологической философии Гуссерля:
Введение метода феноменологического исследования и разработка оригинальной феноменологии сознания формируют принципиально новую концептуальную и методологическую платформу философских исследований сознания.
Разработка концептов «интенциональность» и «феноменальность» преодолевает субъект-объектную схему, порождающую противопоставление сознания и мира.
Фундаментальная онтология сознания становится радикализацией трансцендентальной философии: онтология, познание и деятельность больше не нуждаются в модели субъект-объектных отношений.
Концепт «жизненного мира» и его исторического и интерсубъективного сознания выводит сознание за пределы его субстанциально-солипсистского представления в рамках классической эпистемологии.
Важнейшие сочинения Э. Гуссерля: «Логические исследования» (1901), «Философия как строгая наука» (1911), «Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии» (1913), «Картезианские размышления» (1931), «Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология» (1933).
М. Шелер (1874-1928), ученик Гуссерля, создатель особого варианта феноменологии, считался при жизни Гуссерля «феноменологом номер два», является также основателем социологии знания и одним из создателей философской антропологии. Макс Шелер родился в Мюнхене, где закончил гимназию и начал учебу на философским факультете в Мюнхене, затем учился в Берлине и Йене. В Берлине Шелер слушал лекции В. Дильтея и Г. Зиммеля. В Йене защитил диссертацию под руководством Р. Эйкена, одного из влиятельных и известных мыслителей в литературных и культурных кругах Германии, который вскоре стал первым из философов лауреатом Нобелевской премии по литературе. Темы, над которыми размышлял Эйкен (вопросы о положении человека в природе и его духовной деятельности) и стиль рассуждений оказали сильнейшее влияние на Шелера, однако, определяющим в выборе философской позиции оказалось влияние феноменологии Э. Гуссерля. В Мюнхене, куда Шелер переехал после защиты диссертации, он вошел в кружок «мюнхенских феноменологов». Принципиальным вкладом Шелера в феноменологию оказалось то, что он придал ей характер мировозрения, но главной целью для него стало не развитие феноменологии как «чистой науки», а построение феноменологической этики.
Феноменологическая этика, по мысли Шелера, не должна исходить из кантианского противопоставления долга и удовольствия. Согласно Канту, мы делаем нечто либо потому, что этого требует моральный долг, моральный закон, либо потому, что нам это нравится, из чувства удовольствия. Если последнее противоречит долгу, морали, оно должно быть вытеснено и подавлено. Это положение лежит в основании кантовской императивной этики, которую Шелер критикует как произвольное построение на основе категорического, повелевающего и предписывающего императива. Моральный закон несомненно должен иметь универсально-априорный характер, должен быть всеобщим и необходимым. Но проблема кантовской этики – в том, что она повелевает. «Ты должен потому, что ты должен», - но сам императив не обоснован. Это этика досады: недовольство рождается из напряжения между желанием и невозможностью его удовлетворить. Во имя долга человек вынужден лишать себя радости жизни и полноты бытия.
Шелер находит новое основание этики – не долг, а ценность. Сфера ценностей имеет приоритетное положение, примат над сферой «должного», долга. Априорность моральных норм, основанных на ценностях, Шелер сохраняет, но понимает априори не как формальное, а как материальное, хотя материи, на которые эти нормы опираются, вовсе не факты, фактические материальные ценности, а «сущности». Ценность - это сущность, тогда как благо, удобность, полезность (напр. автомобиля) – это фактическое нечто, наделенное ценностью, то, чему мы ценность приписываем. Сущности как ценности открыты не интеллекту, а врожденному чувству ценностей. Выстраивая иерархию материальных ценностей, Шелер определяет такой их порядок: чувственные (радость-наказание, удовольствие-боль), гражданские (полезное-вредное), жизненные (благородное-вульгарное), культурные или духовные (эстетические: красивое-некрасивое, этико-юридические: праведное-неправедное, спекулятивно-теоретические: истинное-ложное) и религиозные (священное-мирское).
Еще одним важнейшим философским вкладом Шелера является пересмотр социологии знания. Он выделяет три формы знания, сосуществующие в каждую эпоху развития человеческого мышления: 1) религиозное знание, или знание о спасении; 2) метафизическое знание, или формирующее знание, устанавливающее отношение человека с истиной и миром ценностей; 3) техническое знание, позволяющее человеку использовать ресурс природы и разума. Эти три типа знания существуют не последовательно, исторически сменяя друг друга, как полагал О. Конт, а совместно в каждую эпоху как сущностные, неизменные, «заданные самим существом человеческого духа „формы познания“». Ни одна из них не может «представлять через себя другие» или заменять, «сменять» одна другую. Типы знания определяются не предметом и применяемыми методами, а духовными усилиями человека и направленностью совокупности его ценностных ориентиров. Всем этим типам знания соответствует тип познавательного интереса и свой тип человека. Картины мира создаются самим человеком, его активностью, творчеством, интуицией, его способностью осознавать и рефлектировать способ своего бытия.