Борьба с преступностью как фактор сохранения российского государства в 1990-е гг. (на примере деятельности межрегиональной ассоциации «Сибирское соглашение»)
Сложнейший этап своего развития современное Российское государство переживало в начале 1990-х гг., когда в процессе становления новой общественной системы явно обозначилось ослабление центральной власти. В этих условиях серьёзной угрозой сохранению и целостности России стала преступность, а определяющим фактором успешной борьбы с криминалом - взаимодействие всех уровней власти, а также власти и общества. В этом отношении особый интерес представляет опыт организации борьбы с преступностью, накопленный в рамках деятельности Межрегиональной ассоциации «Сибирское соглашение» (МАСС), которая сформировалась как новый институт постсоветской России, интегрирующий усилия всех заинтересованных сил для решения тех или иных проблем.
Следует отметить, что региональные лидеры в Сибири довольно быстро осознали опасность резкого роста преступности. В одном из документов МАСС указывалось: «Складывающаяся в стране криминогенная ситуация вызывает обоснованную тревогу в обществе и угрожает разрушению самих основ государственности России … Преступность приобретает качественно новые … формы, межгосударственный и межрегиональный характер, действует более организованно и целеустремленно, чем противостоящее ей государство» [1].
В этих условиях появилась идея объединения усилий в правоохранительной деятельности всех сибирских территорий, что обосновывалось «недостаточной эффективностью выполнения своих функций правоохранительными органами». Причина последнего в значительной мере связывалась с «несовершенством уголовно-правового законодательства, неудовлетворительным уровнем мате- риально-технической оснащенности, недостатками в организационно-структурном построении, их координации и взаимодействии, наличием социально-бытовых проблем у сотрудников» [2]. Следовательно, требовались «глубоко продуманные, комплексные решения федерального и регионального уровня, разрушающие саму сердцевину преступности» [1]. Федеральный центр также был заинтересован в поддержании правопорядка, что во многом определяло легитимность нового политического режима, его устойчивость и авторитет, а в конечном итоге - целостность государства.
Начало консолидации сибирских регионов в правоохранительной сфере было связано с реализацией Указа Президента РФ от 8 октября 1992 г. [3]. Уже 16 октября руководство Кемеровской области выступило с инициативой создания у себя в регионе штаб-квартиры по борьбе с организованной преступностью по Западно-Сибирскому экономическому району. Местоположение создаваемого органа объяснялось тем, что «Кузбасс является одним из наиболее сложных регионов по социально-политической и криминогенной обстановке в России» [4].
Данную инициативу поддержала Межрегиональная ассоциация «Сибирское соглашение», в рамках которой был подготовлен проект создания Координационного совета МАСС по борьбе с преступностью (КС БП). Целью его создания провозглашалось «объединение и концентрация усилий всех государственных органов, общественных организаций, трудовых коллективов и граждан на решение неотложных задач в борьбе с преступностью, особенно с её организованными формами» [5]. При этом КС не вправе был вмешиваться в деятельность правоохранительных и надзорных структур [6], а должен был лишь оказывать им помощь, выявлять соответствующие проблемы и вырабатывать комплексные меры, направленные на их решение [7].
Девятого июля 1993 г. Совет МАСС в Саяногорске принял решение [8], в соответствии с которым создавался КС по борьбе с преступностью. Тогда же было утверждено положение о нем, определены основные направления деятельности, полномочия, регламент и состав [9]. Председателем координационного совета стал глава администрации Кемеровской области М.Б. Кислюк, а его заместителями - президент Республики Тыва Ш.Д. Ооржак и директор Сибирского учебнопроизводственного центра «ЛОДА» Ю.В. Дамов. 28 февраля 1998 г. председателем КС по борьбе с преступностью будет утвержден председатель Красноярского краевого Законодательного собрания Александр Викторович Усс, а его заместителями станут заместитель губернатора Красноярского края Сергей Илларионович Мутовин и первый заместитель генерального директора ИД МАСС Виктор Гаврилович Васильев.
Для эффективности работы КС БП создавался ряд вспомогательных структур. Во-первых, к его работе был привлечен научный потенциал вузов Сибири, среди которых особое значение придавалось Томскому государственному университету [10]. Из ученых-юристов предполагалось создавать творческие группы по проведению различных социально-правовых исследований, в том числе в области федеративных отношений.
Во-вторых, активно разрабатывался вопрос о создании межрегионального информационного банка данных, что позволило бы оперативно обмениваться собранной информацией. Наряду с этим планировалось во всех административных центрах создать социологические лаборатории по изучению общественного мнения и проведению криминологической экспертизы ситуации на местах [11].
В-третьих, формировались структуры материально-финансового обеспечения. По предложению М.Б. Кислюка и исполнительной дирекции «Сибирского соглашения» создавался Фонд по борьбе с преступностью, который получал статус добровольной общественной организации. Фонд должен был осуществлять материальное содействие правоохранительным органам, оказывать социальную поддержку их сотрудникам, а также поддерживать частные охранные структуры и отдельных граждан, активно участвующих в правоохранительной деятельности [12].
В-четвертых, Сибирской ассоциации МВД
УВД России «Фонд правопорядок» и учебнопроизводственному центру «ЛОДА» ставилась задача обеспечить правоохранительные органы техническими спецсредствами и создать систему подготовки соответствующих кадров.
Важнейшим фактором, оказавшим влияние на деятельность КС БП, стало его неопределенное положение. С одной стороны, он имел статус координационного совета МАСС, но в то же время само «Сибирское соглашение» долгое время не имело четкого правового статуса. Оно действовало на основании президентского указа и постановления правительства, а соответствующий закон был принят только в 1999 г. Закон РФ «Об общих принципах организации и деятельности ассоциаций экономического взаимодействия субъектов РФ» был принят 17 августа 1999 г. При этом правоохранительная деятельность и, в частности, борьба с преступностью не входили в уставную деятельность МАСС. Отметим и тот факт, что борьба с преступностью являлась сферой, преимущественно отнесенной Конституцией РФ к компетенции центральных органов и жестко завязанной на федеральные нормативные акты, что оставляло очень узкие рамки для самостоятельных региональных действий.
С самого начала объединения усилий сибирских регионов в борьбе с преступностью ими предпринимались попытки наладить взаимодействие с федеральными властями. Со стороны администрации Кемеровской области, а также от имени структур «Сибирского соглашения» в Совет безопасности РФ направлялись многочисленные просьбы об оказании практической помощи по организации работы Координационного совета по борьбе с преступностью. Более того, в рамках КС ПБ был подготовлен проект Указа Президента РФ «О координационном совете по борьбе с преступностью МАСС», подписание которого хоть как-то бы легитимировало существование и деятельность координационного совета. Данный документ был вынесен на рассмотрение рабочего совещание КС БП, которое открылось в Кемерове 29 сентября 1993 г. в разгар политического кризиса. Отметим, что в его работе должен был принять участие министр внутренних дел РФ В.Ф. Ерин, что позволяло сибирским регионам оказать некоторое давление на исполнительную власть [10]. В итоговом решении совещания выражалась просьба к Совету МАСС внести указанный проект в Администрацию Президента и в Правительство.
Возможность нормативно оформить деятельность КС БП появилась после президентских выборов 1996 г., когда назначенный секретарем Совета безопасности А.И. Лебедь заявил о необходимости тесного взаимодействия с регионами. В частности, им была выдвинута идея о создании представительств секретаря Совета безопасности на местах. Однако из-за последовавшей вскоре отставки А.И. Лебедя никакого решения принято не было. Вплоть до конца 1990-х г. сибирские регионы периодически актуализировали идею о проведении встречи соответствующих федеральных структур под эгидой Совета безопасности РФ с тем, чтобы четко определить место, роль и задачи координационного совета по борьбе с преступностью, повысить его роль, решить вопрос о взаимодействии [7]. Однако статус КС БП федеральным центром так и не был юридически закреплен. При этом деятельность МАСС, направленная на усиление борьбы с преступностью, «де-факто» поддерживалась центральными ведомствами.
Одной из важнейших проблем в сфере обеспечения правопорядка стало несоответствие нормативной базы реалиям времени. Борьба за власть, которая развернулась в начале 1990-х гг. в федеральном центре, фактически парализовала законодательную работу. После трагических событий конца 1993 г. политическая ситуация, несмотря на принятие новой Конституции и выборы в парламент, оставалась нестабильной. Реакция на это регионов была следующей: «Не один год мы слышим о проектах» важнейших кодексов и федеральных законов, «направленных на усиление борьбы с преступностью и обуздание криминальных структур. Но преступность не ждет» [13]. Выход виделся в принятии самостоятельных мер: «Субъекты Федерации, в том числе и МА «Сибирское соглашение» … вынуждены взять инициативу разработки законодательства, отнесенного к их совместной компетенции с Российской Федерацией, в свои руки» [14].
В этом плане работа представителей сибирских регионов в рамках КС БП МАСС позволяла оказывать влияние на федеральное законодательство как путем выявления недостатков в нем, так и разработкой различных поправок и внесения их на федеральный уровень. В этом плане совместная с центром работа велась по проблемам принятия Кодекса РФ об оперативно-розыскной деятельности [15], амнистирования граждан России, незаконно владеющих оружием [16], упорядочения разработки, производства, обращения и использования специальных технических средств» [17] и др. Такие предложения были достаточно обоснованными, поскольку опирались на наработанный в регионах опыт, а также предварительно обсуждались в рамках КС и Совета МАСС, причем с участием представителей от федеральных структур.
Сложность заключалась в том, что на принятие поправок в федеральные законы требовалось время, а бороться с резким ростом преступности нужно было незамедлительно. Для решения возникших проблем, не дожидаясь принятия федеральных законов, регионы-участники ассоциации могли: выработать более эффективные меры борьбы с преступностью в рамках существующих законов через регулярный обмен опытом и выработки единой правоприменительной политики по пресечению правонарушений на всей территории МАСС; принять нормативные акты в рамках своей компетенции; способствовать взаимодействию различных структур (правоохранительных, административных) как на уровне региона, так и в межрегиональном масштабе, в проведении совместных операций и рейдов, усиления надзора за перевозкой грузов (алкогольной продукции, цветных металлов и т.д.); наладить оперативный обмен информацией о преступниках, предприятиях, противоправных действиях и т.д. В частности, по противодействию незаконному обороту цветных металлов, предлагалось создать единый банк данных о предприятиях, фирмах, приёмных пунктах, занимающихся сделками и операциями с ломом и отходами цветных металлов, регулярно обмениваться накопленной информацией.
Таким образом, в повседневной деятельности сибирские регионы сталкивались с широким кругом проблем, в целом характерных для всей страны. Тем не менее можно выделить ряд приоритетных направлений, которые стали предметом специального рассмотрения на заседаниях КС БП и Советах МАСС. К ним относятся: разработка межрегиональных программ по борьбе с преступностью, подготовка кадров для правоохранительных структур, оказание помощи органам исполнения наказания, борьба с незаконным оборотом спирта, алкогольной продукции и наркотических веществ, предотвращение хищения цветных металлов и многое другое.
К числу существенных недостатков в работе КС БП можно отнести: сложности с реализацией принимаемых решений, которые носили в основном рекомендательный характер; небольшой штат постоянных сотрудников в ИД МАСС, в связи с чем вопросами борьбы с преступностью занимался только заместитель генерального директора В.Г. Васильев. В силу объективных причин он не мог проконтролировать выполнение всех решений, а также поддерживать контакты с регионами и федеральными органами власти и управления; КС БП оставался органом без определенного статуса. Как уже отмечалось выше, борьба с преступностью и правоохранительная деятельность не входили в компетенцию «Сибирского соглашения», поскольку оно должно было заниматься только вопросами социально-экономического взаимодействия регионов. Все попытки добиться от центра принятия какого-либо нормативного акта, регулирующего деятельность КС БП, остались безрезультатными.
С переходом к либеральной федеративной общественной модели позиции центральной власти ослабли. Федеральные структуры и их отделения в регионах оказались не в состоянии самостоятельно решать многие проблемы. Переход к новому общественно-экономическому устройству привел к появлению новых видов преступности. В то же время значительная часть силовых структур, недополучая финансирование с федерального уровня, вынуждена была «выживать самостоятельно».
Такое положение создавало принципиально новую ситуацию для региональной власти. Объективно субъекты Федерации были заинтересованы в борьбе с преступностью, поскольку фактически несли ответственность за положение на местах. В то же время активное участие в правоохранительной деятельности явно поднимало их статус в рамках федеративных отношений. При этом федеральная власть фактически соглашалась на вмешательство регионов в сферу охраны порядка, главным образом там, где она сама не могла выполнить свои обязательства.