Материал: Будни и праздники Ольвии в VI-I вв. до н.э

30 Μ. В. Скржинская. Будни и праздники Ольвии в VI-I вв. до н. э.

Итак, по археологическим источникам удается более или менее пред­ ставить античную Ольвию догетского времени: ее оборонительные стены и башни, не раз испытавшие натиск врагов, скромные за небольшим ис­ ключением жилые дома в один-два этажа, узкие однообразные улицы и нарядный по сравнению с ними центр с традиционной агорой и двумя те­ меносами, где, по общеэллинскому обычаю, ежедневно бывал каждый гражданин...

Гражданская община города заботилась о постройках общественных зданий, храмов и алтарей, об украшении города скульптурами. Для этого нанимали опытных архитекторов и скульпторов из разных городов Элла­ ды. Сначала это были ионийцы, преимущественно милетяне, в V-IV вв. их место заняли афиняне, а в эллинистический период появились произ­ ведения мастеров с острова Родос, из Александрии, а затем из Пергама 47.

Ольвия предстает перед нами сравнительно небольшим провинциаль­ ным эллинским городом со всеми традиционными зданиями, естественно, более скромными, чем в крупных полисах Эллады.

47 О них можно узнать лишь по фрагментам небольших скульптур: Фарма­ ковский Б. В. Мраморная головка Диониса из Ольвии / / Сообщения ГАИМК. 1926. Т. 1. С. 198.

3. ЖИЛЫЕ ДОМА

На своей новой родине в Северном Причерноморье греки сначала жили в землянках и полуземлянках, а затем стали строить дома, такие же, как в Греции. Они отличались лишь тем, что часто имели жилые под­ вальные комнаты, где зимой лучше, чем в наземных помещениях, сохра­ нялось тепло1.

В первой половине V в. многие ольвиополиты жили в типично гречес­ ких домах, сложенных из сырцового кирпича и камня. Однако в предмес­ тье близ западной оборонительной стены землянки и полуземлянки про­ должали строить еще в течение примерно ста лет. Сначала они заполняли все предместье, а с середины V в. в них обитали лишь бедняки.

Эти небольшие однокамерные постройки размером от б до 14 кв. м чаще всего бывали прямоугольными, реже круглыми и овальными. За­ глубленные в землю на 0,6-1,8 м, они имели либо ступенчатые врезанные в материк входы, либо в них спускались по приставной деревянной лест­ нице (рис. 17). Полы делали глинобитными, стены белили известью. Их нижняя часть врезалась в землю, а верхняя строилась из дерева, плетня, обмазанного глиной, сырцового кирпича или камня. Дом покрывали кры­ шей из тростника и соломы: у круглых построек она имела коническую форму, а у прямоугольных — двускатную, реже односкатную. Крыша опи­ ралась не только на стены, но и на опорные деревянные столбы. Столб обычно врывали в землю или устанавливали на камень в центре помеще­ ния, реже ставили несколько опорных столбов.

Семьи в землянках жили в большой тесноте, поэтому рядом с жилыми нередко строились хозяйственные землянки. В них хранили всевозмож­ ные запасы, делали печи для просушки зерна, а в предместье в холодное время держали скот. По-видимому, круглые землянки служили преиму­ щественно для хозяйственных надобностей.

Внутренность землянок освещалась днем через открытую дверь, а ве­ чером светильниками, заправленными растительным маслом. Землянки

1 Архитектура ольвийских жилищ описана по книгам: Крыжицкий С. Д. Жи­ лые ансамбли древней Ольвии. Киев, 1971; Он же. Ольвия. Историографическое исследование архитектурно-строительных комплексов. Киев, 1985; Леви Е. И. Ольвия. Город эпохи эллинизма. Л., 1985.

32 Μ. В. Скржинская. Будни и праздники Ольвии в VI-I вв. до н. э.

обогревались либо открытым, врытым в землю, очагом, либо переносны­ ми жаровнями. Их использовали также для приготовления пищи.

Из-за тесноты в землянках почти отсутствовала мебель. Не для всех членов семьи хватало места для ложа, на котором греки спали и возлежа­ ли во время еды. В первые десятилетия существования колонии большин­ ство жителей спало на положенных на пол матрацах, набитых сухой тра­ вой. Их застилали домотканными покрывалами и шкурами.

В классический и эллинистический периоды дома ольвиополитов стро­ ились по типичной греческой схеме: все помещения располагались по двум, трем или четырем сторонам внутреннего прямоугольного дворика (рис. 18). В богатых домах его окружал портик с каменными колоннами (рис. 19), в более скромных портик строился не со всех сторон, и колонны были деревянными, а во многих домах портики вообще отсутствовали. Размеры внутренних ольвийских двориков колебались от 14 до 70 кв. м, а в наиболее роскошных зданиях достигали более 100 кв. м; они составляли 11-27 % общей площади дома. Небольшие дома занимали вместе с дво­ риком 100-200 кв. м, а богатые — 200 - 400 кв. м, иногда — более 500 кв. м. Соответственно в небольших домах комнат было меньше, чем в крупных, где иногда их строили даже в два ряда.

Окна и двери комнат выходили во внутренний дворик, так что на ули­ цу смотрели глухие фасады и заборы с одной лишь входной дверью. Дома тесно примыкали друг к другу, образуя кварталы из двух, трех, четырех, редко из большего количества домов.

Стены домов обычно выкладывались из сырцового кирпича на камен­ ном цоколе из местного известняка или песчаника, изредка полностью из камня. Дома из сырцового кирпича строились в Ольвии чаще, чем в Хер­ сонесе и на Боспоре, где камень добывали поблизости от города. В окрес­ тностях Ольвии выходы известняка маломощны, поэтому камень достав­ ляли из района современного Николаева.

Небогатые дома имели саманные крыши, остальные — черепичные. Последние широко распространились с IV в., когда в Ольвии наладилось местное производство черепицы. На фоне основной массы домов, крытых обычной красной черепицей, выделялись крыши храмов и общественных зданий из привозной блестящей краснолаковой и чернолаковой черепицы.

Комнаты ольвийских домов группировались в северной части двори­ ка, так что окна и двери выходили на юг. При малом количестве окон и даже иногда их полном отсутствии в греческом доме дверные проемы иг­ рали роль источника света. Напомним, что оконное стекло в Ольвии, как и в остальном античном мире, появилось лишь в римское время. Окна были небольшими прямоугольными отверстиями, имевшими, как и двери, деревянные створки.

Южная ориентация дверей и окон помогала поддерживать тепло в доме. Планировка ольвийских жилищ отразила многовековую практику греков и римлян, всегда учитывавших особенности климата и местности, в которой велось строительство ( X e n . Mem. 111, 8-10; Vitruv. VI, 6). Те

же климатические условия породили уже отмеченную выше особенность ольвийских домов, имевших подвальные жилые комнаты. В Греции с ее более теплым климатом аналогичных сооружений не было.

Подвальные и полуподвальные помещения (рис. 20, 21), в число кото­ рых входили не только жилые, но и хозяйственные, соединялись с назем­ ными деревянными или каменными лестницами; последние в ряде случа­ ев хорошо сохранились. Например, в полную высоту открыта лестница из 13 ступеней в одном из домов Верхнего города (рис. 22). В V в. стены под­ валов делали из сырцового кирпича на каменном цоколе, а в эллинисти­ ческий период в богатых домах подвальные комнаты ограждались прекрас­ но выполненной каменной кладкой.

В V-IV вв. жилая застройка Ольвии выглядела довольно однородно, дома богатых и именитых граждан внешне ничем особенным не выделя­ лись. Это было характерно и для других городов Эллады. Например, в Афинах дома Мильтиада, Аристида и других знаменитых людей того вре­ мени не отличались от соседних (Dem. Ol. III, 27). Положение изменилось в III в., когда в Ольвии несколько позже, чем в Греции, появились боль­ шие частные дома, резко контрастирующие с рядовыми, более скромны­ ми, и маленькими, совсем бедными. Богатые дома выросли в центре Верх­ него и Нижнего города. Их фасады отличались хорошо пригнанными кам­ нями, отделанными рустом, внутренний дворик окружала красивая колоннада (рис. 19).

Власти греческих городов смотрели за тем, чтобы уличные двери от­ крывались внутрь дома, иначе они загораживали и без того узкие улицы и переулки. Эти деревянные двери обычно имели две створки, о чем свиде­ тельствуют найденные в Ольвии каменные пороги с пазами для вертикаль­ но прикрепленных к створкам задвижек. В качестве дверных ручек наве­ шивались металлические кольца.

За дверями узкий проход вел в центральную часть дома — внутрен­ ний дворик. Сюда выходили окна и двери всех помещений дома, для них двор был основным источником света. В зависимости от достатка владель­ ца дворы вымащивали каменными плитами, битой керамикой или щебен­ кой. Когда позволяла погода, в двориках проходила основная жизнь се­ мьи: готовили еду, отдыхали, занимались различными хозяйственными делами.

В домах Нижнего города во дворе нередко располагался колодец с пи­ тьевой водой. В Верхнем городе, где отсутствовали источники, для хране­ ния воды служили специальные цистерны, находившиеся не во дворе, а в подвалах или закрытых помещениях. Остановимся в связи с этим на во­ просе снабжения питьевой водой ольвийской семьи.

Обеспечение семьи водой входило в круг ежедневных обязанностей гречанок. Они ходили за водой с гидриями, большими кувшинами с узким горлом, двумя ручками по бокам и одной у венчика. Такие сосуды часто находят при раскопках Ольвии. Изображения гидрий на различных пред­ метах античного искусства свидетельствует, что их носили на небольшой

34 Μ. В. Скржинская. Будни и праздники Ольвии в VI-I вв. до н. э.

подставке на голове, причем пустой сосуд клали на бок, а полный ставили вертикально. Это требовало определенной сноровки, и, вероятно, мужчи­ ны не умели установить гидрию на голове, ибо на фризе Парфенона они несут их на плечах.

Снабжение семьи водой в Ольвии различалось в зависимости от того,

вкакой части города стоял дом. Вода в Гипанисе, как и сейчас, была засо­ лена и непригодна для питья, о чем известно из рассказа Геродота (IV, 52). В Нижнем городе обнаружено несколько родников с хорошей питье­ вой водой. На месте их выхода для удобства пользования сооружали спе­ циальные каменные сливы. Но большинство источников каптировали для направления воды в колодцы по каменным водоводам. У некоторых домов колодцы находились в собственном дворе, жители других домов пользова­ лись общественными колодцами. Их шахты, круглые или прямоугольные

вплане, выкладывали из камня и горловину закрывали крышкой. Таким образом, жительницы Нижнего города брали воду прямо в своем доме

либо ходили за ней к ближайшим колодцам, которые располагались на одной улице через каждый квартал2.

Гораздо сложнее было обеспечение водой в Верхнем городе, где водо­ носный слой лежал на глубине более 30 м. Здесь археологи нашли всего

один колодец. Это очень глубокое и сложное гидротехническое сооруже­ ние обеспечивало водой гимнасий3. В некоторых домах Верхнего города сооружались цистерны, вырытые в земле и облицованные известняковым раствором. Воду в них либо собирали во время дождя по специальным желобам с крыш, либо доставляли из Нижнего города. Очевидно, в боль­ шинстве домов воду хранили в амфорах. У нас нет ясного представления о том, как жители Верхнего города обеспечивали себя водой. Ведь цистер­ ны найдены далеко не во всех жилых домах. Предположение А. Н. Карасе­ ва о сооружении для нужд жителей водохранилища, наполнявшегося за счет атмосферных осадков, встретило серьезные возражения ученых. При небольшой глубине такого водохранилища и отсутствии течения вода ле­

том должна была цвести и становиться непригодной для питья, а само со­ оружение не имеет обоснованных археологически подтверждений4. Зна­ чит, скорее всего, воду возили или носили из источников Нижнего города.

Во всех частях Ольвии имелась развитая система канализации. Из дворов по водостокам, пролегавшим под вымостками улиц, дождевые и,

возможно, частично сточные воды из некоторых домов отводились в об­ щие коллекторы5.

2 Лапин В. В. Эллинистические колодцы прибрежной части Ольвии / / КСИА АН УССР. 1960. №10. С. 100-102; Леви Е. И. Указ. соч. С. 142.

3Леви Е. И. Указ. соч. С. 127-130.

4Кудренко А. И. О водоснабжении Ольвии в IV—II вв. до н. э. // Античная культура Северного Причерноморья. Киев, 1984. С. 188; Крыжицкий С. Д. Оль­ вия... С. 56.

5Леви Е. И. Указ. соч. С. 140-141.

Переходя к характеристике комнат, следует напомнить сообщения древних авторов о делении греческого дома на мужскую и женскую поло­ вины. Последняя называлась гинекеем. В двухэтажных домах второй этаж обычно отводился женщинам. В мужской половине дома самым парадным помещением был андрон, комната для приема гостей. Однако андрон стро­ или только в домах состоятельных людей. В Ольвии большие андроны об­ наружены в трех эллинистических домах, один — в Верхнем городе, два других — в Нижнем. Среди прочих комнат они выделялись своей высо­ той: 3,8-4,2 м. Средняя высота остальных комнат в ольвийских домах: 2,5-2,7 м.6

Наиболее отдаленные от света комнаты служили спальнями, в них хранились деньги и самые ценные вещи (Lys. XII, 6). К сожалению, архео­ логические материалы редко позволяют определить назначение каждого помещения дома; сейчас трудно выяснить, в каких комнатах женщины ткали и занимались рукоделием, в каких жили хозяева, их дети и прислу­ га, в каких готовили и ели. Казалось бы, легче всего определить местопо­ ложение кухни, но редкие в Ольвии остатки стационарных очагов найде­ ны в помещениях явно не кухонного назначения7. Из-за погодных усло­ вий еду варили и жарили во дворе на открытом очаге лишь в сухую погоду, зимой и во время дождей пищу приготовляли в кухне, вероятно, на пере­ носных жаровнях. Те же жаровни служили для отопления комнат (рис. 96). В них закладывался древесный уголь, остатки которого нередко встречаются в слоях ольвийского городища. В печах и открытых очагах использовали более дешевое и легко доступное топливо, главным обра­ зом камыш и солому, а также хворост, сучья и поленья8.

Иногда по археологическим остаткам удается определить местонахож­ дение хозяйственных помещений. В одном, например, была врыта верх­ няя часть разбитого пифоса с дном, заложенным обломками черепицы. Остатки рыбьих костей на дне пифоса показывают, что там хранили соле­ ную рыбу 9.

Потолки комнат, по-видимому, были белыми, но об этом не сохрани­ лось никаких археологических свидетельств. Полы в большинстве домов делались глинобитными. В комнатах второго этажа или над подвалами их застилали деревом. Иногда деревянный настил делали в жилых подваль­ ных помещениях10. В зависимости от достатка владельца на пол клали ков­ ры, шкуры или плетеные из камыша и тростника циновки. Некоторое представление об ольвийских циновках дает сохранившийся на земле от­ печаток плетеной циновки в одном эллинистическом склепе. Ее толщина была 0,6-0,8 см, а величина клеток плетения — 2 - 3 см. 11

6 Крыжицкий С. Д. Жилые ансамбли... С. 58.

7 Там же. С. 108.

8 Сокольский Н. И. Деревообрабатывающее ремесло в античных государ­ ствах Северного Причерноморья. М., 1971. С. 270.

9 Леви Е. И. Указ. соч. С. 39.

10 Там же. С. 60.

11 ОАК 1913-1915. С. 43.

36Μ. В. Скржинская. Будни и праздники Ольвии в VI-I вв. до н. э.

Вбогатых домах полы андронов украшали мозаикой. В Греции полы,

набранные из морской гальки, известны с V в., а во II в. появилась мозаи­ ка из искусственной массы, смальты12. В Ольвии найдены фрагменты трех мозаичных галечных полов III в., все в центральной части андрона. Вдоль его стен шли неорнаментированные панели шириной 0,9 м, а середину комнаты занимало пространство, выложенное цветной галькой на извест­ ковом растворе. В одном доме галька не составляла никакого определен­ ного рисунка, а в двух других из нее были выложены сложные компози­ ции (рис. 23).

В«доме с алтарем» ковровый геометрический рисунок занимал цент­ ральную часть комнаты и доходил до западной стены откуда входили в андрон; с трех других сторон мозаику обрамляли оштукатуренные панели ярко-малинового цвета. На их фоне особенно хорошо выделялась компо­ зиция из речной гальки белого, синего и темно-серого цветов. Пояса пле­ тенки и меандра окружали сетку ромбов с крестиками посредине (рис.

23). Мозаичная часть отделялась от окружавших ее панелей канавками, в которые стекала вода при мытье пола13. Известно, что пол мыли после окончания трапезы — перед началом питья вина. Речная галька в мокром виде ярче блестит, и тогда выложенный из нее рисунок выглядит наряд­ нее. Возможно, для этого пол неоднократно поливали водой во время при­ ема гостей.

Мозаичная вымостка в андроне дома у Зевсова кургана образовывала сложный рисунок из синей, белой и светло-желтой гальки: заключенный в четырехугольную рамку круг заполняла утраченная ныне сложная ком­ позиция, как можно заключить по сходным по схеме рисунка мозаикам Олинфа. Сохранились окружавшие центральную композицию четыре пальметты и два пояса орнамента, внешний в виде волны и внутренний с изображением пантер, львов, кабанов и грифонов. В этом андроне вокруг мозаики размещалось на панелях 8 лож. В классический период место, где ставилось ложе, выделялось особым возвышением; затем разница в высоте между полом и местом для ложа уменьшилась, а в ряде случаев и вовсе исчезла, проходы же между ложами стали выделяться декоратив­ ным способом. По-видимому, так было в упомянутом андроне, где сохра­ нилась одна галечная дорожка из мелких темных камешков, обрамленных по краю полоской светлых камешков14. О том, каковы были ложа, стояв­ шие в подобных богатых домах, можно судить по изображению ложа на стеле ситонов, исполненной ольвийским мастером, современником домов с мозаиками (рис. 24).

Ольвийские андроны с мозаичными полами имеют аналогии в домах Делоса, Афин и Олинфа15. Их нарядное убранство было исполнено при-

12Белов Г. Д. Эллинистическая мозаика // МИА. № 34. 1953. С. 289-291.

13Крыжицкий С. Д. Жилые ансамбли... С. 85.

14Там же. С. 55-57.

15Крыжицкий С. Д. Жилые ансамбли... С. 109.

глашенными из Греции мастерами. В городах Северного Причерноморья, кроме Ольвии, сюжетная композиция из гальки найдена лишь в Херсоне­ се. Выполненная также в период раннего эллинизма, она украшала не ан­ дрон, а, вероятно, банное помещение. На ней изображены две обнажен­ ные женщины, моющиеся у лутерия16. Незначительные остатки галечной вымостки пола обнаружены в Фанагории, Пантикапее, на усадьбе в окру­ ге Калос Лимена и в Керкинитиде17.

Стены хозяйственных помещений и многих жилых комнат в ольвий­ ских домах обмазывали глиной и белили. В некоторых подвальных жилых помещениях стены из прекрасно подогнанных и хорошо обработанных плит известняка и песчаника оставались, очевидно, без дополнительного покрытия. В таких каменных стенах встречаются специально выложен­ ные ниши различных форм и размеров, расположенные на разной высоте. Может быть, небольшие ниши использовались для светильников, а в бо­ лее крупных, вероятно, устанавливали изображения божеств. Ведь на развалинах домов археологи нередко находят фрагменты терракотовых и мраморных статуэток различных греческих богов.

В парадных комнатах не только богатых, но и рядовых домов стены покрывали известковой штукатуркой. Ее многочисленные обломки, най­ денные при раскопках, окрашены чаще всего в красный цвет. Штукату­ ренные стены появились в ольвийских домах в классический период и по­ лучили широкое распространение в эллинистический. В богатых домах штукатурку украшали росписи красного, желтого, синего и черного цве­ та. Например, стены соседней с андроном комнаты в доме у Зевсова кур­ гана были тонированы под мрамор с прожилками и отделаны рельефной штукатуркой с изображением лесбийского киматия на красном фоне18. Полностью поддается восстановлению роспись стен одной комнаты в доме III — первой половины II в., располагавшемся в Террасном городе. Ниж­ няя часть стен около 40 см была окрашена темно-серым цветом, верхняя до потолка — ярко-красным. Эти части разделены узким белым поясом высотой в 15 см с темным орнаментом в виде кружков и треугольников 19.

Археологические находки свидетельствуют, что в античных городах Северного Причерноморья употреблялись те же виды мебели, что и в дру­ гих греческих полисах: кресла, стулья, табуреты, сундуки, ложа, скамей­ ки для ног и столы20. Об ольвийской мебели можно составить представле-

16 Белов Г. Д. Указ. соч. С. 279-290.

17 Там же. С. 291; Щеглов А. Н. Исследования сельской округи Калос Лимена // CA. 1967. № 3. С. 251-252; Марченко И. Д. Раскопки Пантикапея в 19591964 гг. // Сообщения ГМИИ. 1968. № 4. С. 46-47; Кутайсов В. А. Дом с анд­ роном из раскопок Керкинитиды // CA. 1985. №3. С. 183-186.

18 Леви Е. И. Указ. соч. С. 43.

19 Назарчук В. I. Комплекс розписного тиньку з Ольвії// Археологія. 1997. №4. С. 144-148.

20 Сокольский Н. И. Указ. соч. С. 96.

38 Μ. В. Скржинская. Будни и праздники Ольвии в VI-I вв. до н. э.

ние по украшавшим ее фрагментам костяных накладок и по некоторым произведениям местного искусства. Несколько костяных накладок в виде голов лебедей свидетельствуют о наличии в интерьере богатых ольвий­ ских домов дорогих кресел и стульев. Именно такой тип украшений этих предметов мебели широко распространился в Греции в VI-V вв. Тонкие пластинки выполнены в невысоком рельефе на лицевой стороне; оборот­ ная сторона — плоская, иногда с перекрещенными линиями, нанесенны­ ми острием для лучшего приклеивания основы21. Эти накладки, по боль­ шей части изготовленные из слоновой кости, относятся к импортной ме­ бели.

Сидение стульев и табуретов состояло из деревянной рамы с натяну­ тыми кожаными ремнями или веревками из растительных волокон; на них часто клали подушку. Судя по многочисленным изображениям, на стуль­ ях обычно сидели женщины (рис. 25); мужчинам же было более привычно возлежать на ложе во время еды и отдыха (рис. 26). Чаще, чем кресла и стулья, для сидения использовались табуретки и сундуки. В последних хранили одежду, ткани, рукописи и другие предметы, поэтому сундуки исполняли роль современных шкафов. Табуретки бывали двух типов: квадратные с прямыми ножками и складные дифросы с изогнутыми нож­ ками22. Складной табурет-дифрос мы видим на росписях аттических ваз, найденных в Ольвии23. (рис. 42)

Ложа выполняли функции современных кроватей, а днем служили местом для еды и отдыха. Ложе состояло из деревянной, иногда бронзо­ вой, рамы, стоящей на четырех ножках, на нее натягивали ремни или ве­ ревки, поверх них клали матрац, а под руку возлежащего — подушку, ча­ сто не одну, как это видно на ольвийской стеле ситонов (рис. 24). Изобра­ жение на этой стеле дает также представление о том, какой сложной резьбой в эллинистический период могли украшать ножки ложа. У них, как и у других видов мебели, нередко имелись металлические окончания в виде лап животных. Таковы четыре бронзовые ножки в виде копыт из оль­ вийского погребения конца VI в.24

Две находки свидетельствуют о наличии дорогих лож в домах ольвио­ политов эллинистического периода: это остатки деревянного ложа с брон­ зовым изголовьем25 и костяные накладки на горизонтальную планку ложа

21Там же. Табл. 3, 2-6; 4, 1.

22Richter G. Ancient Furniture. Α History of Greek, Etruscan and Roman Furniture. Oxford, 1926. P. 30-44; Robsjohn-Gibbms Т. H., Pullin C. W. Furniture of Classical Greece. New-York, 1963. P. 44.

23Скуднова В. Μ. Архаический некрополь Ольвии. Л., 1988. С. 65, 125.

24Раньше их ошибочно считали ножками шкатулки. Н. И. Сокольский (указ. соч. С. 88) на основании убедительных аналогий утверждает, что это ножки от мебели, скорее всего от ложа. Однако их небольшая величина, по нашему мне­ нию, может свидетельствовать, что они оканчивали ножки столика или табурета.

25Орешников А. В. Несколько замечаний о древностях, найденных в с. Пару­ тине в 1891 г. / / Древности. Труды Императорского Московского археологи-

ина его ножки. Накладки украшены меандром, волютами и лепестками пальметт26.

Кресла, стулья и ложа имели высокие ножки, так что, сидя на них, человек не доставал ногами земли, а опирался на невысокую скамеечку; она же служила подставкой, с которой всходили на ложе. Такие скамееч­ ки неоднократно изображались на ольвийских терракотах классического

иэллинистического периодов у ног сидящих в креслах богинь Деметры и Кибелы27.

Чаще всего в быту употреблялись простые четырехугольные подстав­ ки, но были и изысканные с резным орнаментом на боковых стенках. Та­ кая парадная скамеечка с волютообразным резным рельефом изображена на стеле ситонов (рис. 24). Здесь сразу видно оба ее назначения: опора для ног сидящей на ложе женщины и подставка для того, кто всходил на ложе. Другой вид скамеечки с точеными ножками представлен на ольвий­ ской терракоте III в., представляющей сидящую богиню Кибелу. Простую скамеечку мы видим на ольвийском мраморном рельефе того же времени

сизображением Кибелы28 (рис. 27).

Столы в домах эллинов использовали исключительно во время еды, причем крупных столов на несколько персон не делали. Античные авторы неоднократно писали, что во время пиров у каждого ложа ставился не­ большой столик с едой; после еды его либо уносили, либо задвигали под ложе (Xen. Anab. VII, 3, 21; Symp. II, 1; Menandr. Cecr. 2). Такие столики

часто изображались на боспорских и херсонесских надгробных релье­ фах29.

В VI-V вв. четырехугольные столешницы опирались на четыре, но чаще на три ножки. У стола с тремя ножками две были на более широкой стороне, ставившейся к изголовью ложа, а третья ножка помещалась в середине более узкой части. В IV в. появляются круглые столы на трех ножках в форме лап животных и постепенно вытесняют четырехуголь­ ные30. Именно такой круглый столик с изогнутыми ножками в виде льви­ ных лап изображен перед изголовьем ложа на стеле ситонов (рис. 24). На столике стоят сосуды с едой. Возлежащий на ложе держит в руке ритон,

ческого общества. Т. 15. Вып. 2. М., 1894. С. 1-13. Орешников ошибочно датиро­ вал погребение с этим ложем римским периодом. На самом деле, оно относится к концу II в. до н. э.: Скржинская М. В. Из истории античных ювелирных украше­ ний// CA. 1994. № 1. С. 21-22.

26Сокольский Н. И. Указ. соч. С. 93. Рис. 26.

27Русяева А. С. Земледельческие культы Ольвии догетского времени. Киев, 1979. С. 37, 105.

28Там же. С. 105. Рис. 51.

29Марти Ю. Ю. Позднеэллинистические надгробия Боспора как историкокультурный документ // CA. 1941. Т. 7. С. 31-44; Иванова А. П. Сцена «загроб­ ной трапезы» на херсонесских надгробных рельефах / / Археологія. 1970. № 23.

С.74-90.

30Richter G. Op. cit. P. 79-87.