Материал: Будни и праздники Ольвии в VI-I вв. до н.э

40 Μ. В. Скржинская. Будни и праздники Ольвии в VI-I вв. до н. э.

который, после того, как будет выпито вино, он поставит на столик. Не­ большая величина и высота столика показывает, что он легко переносил­ ся и мог быть убран под ложе.

Греки часто драпировали свою мебель цветными покрывалами, а для мягкости клали на нее матрацы и подушки. Их существование в Ольвии иллюстрируется рядом изображений. На ложе, представленном на стеле ситонов, лежат матрац и две подушки (рис. 24). Кресло Кибелы на терра­ котах и рельефах часто драпируется покрывалом.

Матрацы и подушки, в зависимости от достатка владельца, набивали шерстью, перьями, сухими листьями, сеном и соломой. Материал для них ткали из шерсти и льна. Их часто украшали цветными полосами, так как на вазах VI-V вв. эти ткани обычно рисуют полосатыми. Наряду с тканя­ ми на ложа часто клали овчины и звериные шкуры (Plat. Protag. 315; Aristoph. Aves. 120; Nub. 8).

В интерьере греческого дома ткани использовали не только для мебе­ ли, их также вешали на стены и в проемы дверей31. По произведениям ан­ тичного искусства можно заключить, что эллины развешивали по стенам разнообразные предметы обихода (всевозможные сосуды, ручные зерка­ ла, полотенца, повязки, сандалии), а также музыкальные инструменты и вооружение32. Таким образом, на стенах находилось то, что теперь обыч­ но хранят в шкафах, которых в античности не было. Поэтому, воссозда­ вая интерьер даже скромного жилища ольвиополитов, надо представить комнаты, расцвеченные тканями и висевшими на стенах различными пред­ метами. Среди них были также терракотовые протомы и статуэтки со спе­ циальными отверстиями для подвешивания. Подобные отверстия имеют­ ся также на тарелках и блюдах, но для многих сосудов они не требова­ лись, поскольку их вешали за ручку33.

В заключение следует сказать несколько слов об освещении комнат. Как уже говорилось, источником дневного света служили двери, выходив­ шие во двор, и немногочисленные небольшие окна. Каковы они были в Ольвии, можно судить в основном по греческим аналогиям, поскольку наземные части стен сохранились лишь на небольшую высоту. Известны только окна, иногда встречающиеся в подвальных помещениях. В одном доме Верхнего города верхней части южной стены жилого подвала обна­ ружено окно размером 60x65 см; оно выходило на лестничную клетку, соединявшую наземную часть дома с подземной34. Все сказанное показы­ вает, что не только подземные, но и наземные комнаты не могли быть осо­ бенно светлыми.

31Ibid. Р. 33.

32Robsjohn-Gibbins Т. И., Pullin G. W. Ор. cit. Р. 37.

33В Ольвии найдены терракоты с отверстиями для подвешивания (См. САИ. 1970. С. 42, № 3; с. 45, № 30, 31, 33; с. 46, № 36; с. 48, № 61, 62), а также посуда

спросверленными отверстиями для шнурка (Козуб Ю. И. Раскопки в предместье и некрополе Ольвии // АО. 1979. М., 1980. С. 284).

34Леви Е. И. Указ. соч. С. 39.

Втемное время суток комнаты освещались светильниками (рис. 28). Их часто находят при раскопках Ольвии. Первоначально они были исклю­

чительно привозными, а в эпоху эллинизма наладилось местное их произ­ водство35. Греческие светильники изготовлялись главным образом из гли­ ны, реже из бронзы, иногда даже из золота и серебра. Ольвийские све­ тильники почти все керамические; найдено и несколько бронзовых. Различаются два типа светильников: открытые и закрытые. У первых от­ крыт резервуар, куда наливали масло, у вторых он закрыт, и масло влива­ ли через рожок, в который вставлялся фитиль из сердцевины тростника или растительных волокон. Чаще всего встречаются светильники с одним рожком, реже с двумя и совсем редко с тремя и более рожками. Свет от них был слабым и давал много копоти, которую, как правило, видно на рожке светильника; эта копоть, конечно, сильно загрязняла стены поме­ щений.

Взаключение отметим, что в греческих полисах только полноправные граждане могли владеть землей и домами36. Это считалось столь важной отличительной чертой гражданина, что даже самые бедные из них жили в собственных домах: например, афинский бедняк-инвалид, существовав­ ший на небольшое государственное пособие (Lys. 24, 14) или едва сводив­ шие концы с концами герои комедий Аристофана (Eccles. 310, 673-675; Plut. 230, 259-260). Метеки, вольноотпущенники и приезжие селились в наемных домах.

Среди раскопанных остатков ольвийских домов есть очень скромные жилища. Например, один дом с двором на участке И занимал всего 85 кв. м. Два маленьких жилых помещения и одно хозяйственное выходили в уз­ кий, мощенный плитами дворик. Сырцовые стены дома стояли на очень низком каменном цоколе. Отсутствие обломков черепицы указывает на то, что крыша таких домов была соломенной или камышовой, вероятно, покрытой слоем глины37.

Обладатели домов в Ольвии использовали их главным образом для собственного жилья. Однако уже с V в. известно, что комнаты в Ольвии отдавали внаем. Об этом повествуется в письме Артикона своим домаш­ ним, которых грозят выгнать, вероятно, за просрочку уплаты, из дома Миллиона. Артикон советует им переселиться в комнату к Аттаку, а если он не позволит, то в дом к Агатарху. В качестве квартирной платы автор письма предлагает расплату шерстью38.

35Книпович Т. Н. Керамика местного производства из раскопа «И» / / Оль­ вия. Киев, 1940. С. 145.

36Глускина Л. М. Проблемы социально-экономической истории Афин IV в. До н. э. Л., 1975. С. 20.

37Леви Е. И. Указ. соч. С. 45.

38Виноградов Ю. Г. Древнейшее греческое письмо с острова Березань / / ВДИ. 1971. № 4. С. 78; Яйленко В. П. Человек в античной Ольвии / / Человек и общество в античном мире. М., 1998. С. 114.

42 Μ. В. Скржинская. Будни и праздники Ольвии в VI-I вв. до н. э.

Таким образом, мы знаем, что ольвийское население жило как в соб­ ственных, так и в наемных домах. Причем собственными жилищами вла­ дело большинство граждан Ольвии. Некоторые из них сдавали часть сво­ их владений. Комнаты нанимали приезжие, ремесленники для мастерских и лавок, представители свободного, но неравноправного населения горо­ да. Доход от сдачи дома считался вполне достойным гражданина.

Итак, с V в. ольвиополиты жили в таких же домах, какие строились в других греческих городах. Ольвийские дома отличались лишь наличием жилых подвальных помещений, которые возникли в результате приспо­ собления жилья к более суровому, чем в Элладе, климату Северного При­ черноморья. Все существующие сведения об интерьере ольвийских домов указывают на его типично греческий характер. Для строительства и от­ делки наиболее богатых домов приглашали искусных мастеров из других городов, но большинство построек исполнялось местными силами.

4. КАЛЕНДАРЬ И ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВРЕМЕНИ

В повседневной жизни греков календарь всегда играл важную роль. По нему определяли праздничные и будничные дни, рассчитывали всевоз­ можные сроки (например, долги, займы, аренды), отмечали семейные даты рождений, свадеб, смертей, определяли время начала и окончания раз­ личных работ, поездок, школьных занятий и др.

Все греческие полисы пользовались лунным календарем и делили год на 12 месяцев. Месяц длился 29 или 30 дней и всегда начинался с новолу­ ния. Поэтому при сопоставлении греческих месяцев с современными по­ лучается, что они начинались во второй половине одного нашего месяца и заканчивались в следующем. Год составлял 354 дня и значительно отста­ вал от солнечного, поэтому раз в несколько лет один из месяцев повто­ рялся дважды.

Календари различных полисов значительно отличались друг от друга. Разными были названия месяцев, а также тот месяц, с которого отсчиты­ вали начало года, и система коррекции лунного и солнечного года. Начало года определялось в зависимости от четырех положений солнца: весенне­ го и осеннего равноденствия и зимнего и летнего солнцестояния, поэтому греческий год при переводе на современную хронологию охватывает час­ ти двух лет. Например, в Афинах первым месяцем считался Гекатомбеон, наступавший в новолуние после летнего солнцестояния; этот месяц соот­ ветствовал второй половине июля — первой половине августа. В Милете год начинался после весеннего равноденствия, в Беотии — после зимне­ го, а в Спарте — после осеннего солнцестояния 1. Наиболее определен­ ные сведения о всей системе календаря в Северном Причерноморье отно­ сятся к Ольвии.

Долгое время по лапидарным надписям были известны названия деся­ ти ольвийских месяцев2, но отсутствовала возможность установить, ка­ ким современным они соответствуют. Знания об ольвийском календаре выстроились в стройную систему после находки в 1975 г. надписи, в кото-

1 Биккерман Н. Э. Хронология древнего мира. М., 1975. С. 16-17; Латы­ шев В. В. Очерк греческих древностей. Богослужебные и сценические древно­ сти. СПб., 1997. С. 99-106.

2 IPE I2 № 33, 35, 39, 40, 43, 44, 45, 47, 49; НО № 42, 47, 75.

44 Μ. В. Скржинская. Будни и праздники Ольвии в VI-I вв. до н. э.

рой по порядку перечислены все 12 месяцев. В середине V в. некий ольви­ ополит Андокид посвятил Аполлону чернолаковый скифос и на его доныш­ ке процарапал острым предметом надпись (граффито). Написав названия всех месяцев, Андокид, вероятно, выразил таким способом свое пожела­ ние, чтобы Аполлон покровительствовал ему каждый месяц года (рис. 29). Благодаря этому граффито выяснено, год в Ольвии начинался с Тавреона после весеннего равноденствия в первое новолуние. Этот же месяц по­ вторялся время от времени для коррекции лунного года с солнечным и, возможно, по аналогии с другими полисами назывался вторым Тавреоном. Поэтому через каждые 3-4 года год состоял не из 12, а из 13 месяцев.

В сопоставлении с современным ольвийский календарь выглядел следующим образом:

1.Тавреон — март-апрель,

2.Таргелион — апрель-май,

3.Каламайон — май-июнь,

4.Панемос — июнь-июль,

5.Метагейтнион — июль-август,

6.Боэдромион — август-сентябрь,

7.Кианепсион — сентябрь-октябрь,

8.Апатурион — октябрь-ноябрь,

9.Посейдион — ноябрь-декабрь,

10.Ленеон — декабрь-январь,

11.Антестерион — январь-февраль,

12.Артемисион — февраль-март3.

Этот календарь почти полностью повторяет милетский. Со времени основания Ольвии он сохранялся неизменным в течение многих столетий, поскольку в надписях римского времени встречаются те же названия ме­ сяцев, что и на граффито V в. Такая верность календарной традиции при­ суща не всем милетским колониям. Конечно, на первых порах они все пользовались календарем метрополии, но с течением времени многие его изменяли. Например, на Боспоре с позднеэллинистического периода вве­ ли македонский календарь, начинавшийся с новолуния после осеннего равноденствия4. В сохранившихся боспорских надписях лишь два месяца имеют общие названия с ольвийскими (Артемисион и Панемос)5.

Стойкость ольвийской календарной традиции отчасти объясняется исключительно важной ролью Аполлона в государственном культе поли­ са. В то же время, Аполлон у греков считался покровителем календаря, и его празднества тесно связывались со счислением времени. Первый день

3Виноградов Ю. Г., Русяева А. С. Культ Аполлона и календарь Ольвии / / Исследования по античной археологии Северного Причерноморья. Киев, 1980.

С.24-38.

4Перл Г. Эры Вифинского, Понтийского и Боспорского царств / / ВДИ. 1969. № 3 . С. 40.

5КБН. С. 846.

каждого месяца нумении (новолуние), его середина (дихомении) и 20-е число посвящались Аполлону6. Праздник новолуния в Ольвии справляла сакральная коллегия нумениастов. Их посвятительные надписи сохрани­ лись на нескольких киликах классического периода7.

Названия месяцев Каламайон и Кианепсион связаны с обрядами, со­ провождавшими уборку урожая. Глагол καλαμαίομαι значит собирать ко­ лосья после жатвы. Месяц с этим названием приходится на май-июнь и не соответствует времени окончания жатвы в Северном Причерноморье. Сроки жатвы в Средиземноморье примерно на месяц опережали соответ­ ствующий период на северных берегах Понта, поэтому колосья после жат­ вы подбирали в Панемосе и даже Метагейтнионе. Однако название меся­ ца продолжало сохраняться, не соответствуя действительности. Такое же явление наблюдается в нашем календаре. Мы не смущаемся называть восьмым, девятым и десятым месяцами октябрь, ноябрь и декабрь, хотя по счету они у нас десятый, одиннадцатый и двенадцатый. В этом устарев­ шем счислении сохраняется установление римлян, подобно ольвиополи­ там, некогда начинавших год с марта.

Ольвийский календарь освещает некоторые моменты повседневной жизни полиса. Греки нередко называли Нумениями детей, родившихся в новолуние. Это имя засвидетельствовано ольвийскими надписями элли­ нистического времени8. Граффито V в. на обломке лутерия (рис. 30) сви­ детельствует, что в первом месяце Тавреоне в Ольвии истекал последний срок платежей по договорам прошедшего года, и в это время заключались многие сделки и договоры на следующий год9.

Каждый год в Ольвии, как и в прочих эллинских полисах, носил имя эпонима — определенного лица, которое удостаивалось этой чести. Спис­ ки эпонимов составляли хронологию событий города. Например, в декре­ те Протогена упоминается о двух годах голода при жрецах Геродоре и Плейстархе.

Должностные лица и выборные жрецы в Греции и Риме, как правило, исполняли свои обязанности один год. Постоянство их ежегодной служ­ бы дало толчок для использования этого срока в качестве хронологичес­ кой единицы, и гражданский год стал тождественным по продолжитель­ ности сроку службы одного из магистратов или жрецов, именем которого назывался данный год. Эти лица и назывались эпонимами. В Афинах ими становились архонты, в других городах — жрецы, стратеги, пританы, цари и другие. Время их вступления в должность могло не совпадать с началом года. Например, в Риме эпонимами были два консула, приступавшие к

6Nilsson Μ. Р. Geschichte der griechischen Religion. Bd. 1. München, 1976.

S. 34-40, 644.

7Леви Ε. И. Материалы ольвийского теменоса / / Ольвия. Теменос и агора. М.; Л., 1964. С. 140-142. Рис. 9, 2.

8IPE 1 № 147, 175, 201; НО № 24.

9Виноградов Ю. Г., Русяева А. С. Указ. соч. С. 49.

46 Μ. В. Скржинская. Будни и праздники Ольвии в VI-I вв. до н. э.

своим обязанностям первого января. Эта дата начала нового года до сих пор принята в европейских и американских государствах. Однако назва­ ния сохранившихся в нашем календаре римских месяцев октябрь, ноябрь, декабрь (восьмой, девятый, десятый) указывают, что год некогда начинал­ ся с марта (Plut. Mor. 268 а).

В каждом городе существовали списки эпонимов10; некоторые из них сохранились либо в надписях либо переписаны в сочинениях античных авторов. Например, Диодор Сицилийский включил в свою «Библиотеку» список афинских архонтов от войны с персами (с начала V в.) до 302 г., а в Милете найдена стела со списком эпонимов. Надпись на ней исполнена в 334 г., а затем на свободном месте там ежегодно дополняли новые имена 11.

Для перевода античных дат в современные необходимо связать спи­ сок эпонимов с абсолютной хронологией. Это бывает возможно, если там обнаруживается синхронизм с ранее известными датами. В списке эпони­ мов Милета такой оказалась запись об исполнении должности стефано­ фора Александром Македонским. По другим источникам известно, что это было в 333 г. Так удалось датировать весь ряд милетских эпонимов с 525 по 314 г. и получить хронологическую основу для истории Ионии более, чем на двести лет. Путем перекрестных сопоставлений надписей и свиде­ тельств древних авторов установлен список афинских архонтов с 496 по 293 г.12 Поэтому нам известны годы издания афинских декретов в честь боспорских царей.

Например, декрет в честь Спартока и Перисада написан при архонте Фемистокле в восьмое пританство Эгеиды, т. е. в апреле 346 г., а декрет в честь другого царя Спартока, сына Евмела, относится к февралю 288 г., ибо в его заглавии сказано: «при архонте Диотиме в седьмое пританство Антигониды... в последний день Гамелиона»13. Афинские надписи позво­ ляют связать некоторые моменты истории Боспора с абсолютной хроно­ логией и перевести их на современное летосчисление. К сожалению, по­ добных источников об Ольвии не сохранилось.

Сначала ольвиополиты вели местную хронологию по именам айсим­ нетов, стоявших во главе аристократического союза мольпов. По образцу метрополии колонисты организовали этот союз и стали вести собствен­ ную хронологию по именам его айсимнетов14. В Милете счисление лет по

10Возможно, одна ольвийская надпись (IPE I2 № 20), исполненная на рубеже II—I вв., представляет собой диахронный каталог ольвийских жрецов-эпонимов. См.: Виноградов Ю. Г. Политическая история Ольвийского полиса. М., 1989. С. 220.

11Биккерман Н. Э. Указ. соч. С. 62.

12Биккерман Н. Э. Указ. соч. С. 62-65, 204-205.

13Граков Б. Н. Материалы по истории Скифии в греческих надписях / / ВДИ. 1939. № 3. С. 239-242.

14См. надпись V в. с посвящением Аполлону Дельфинию; она датирована именем айсимнета Дионисодора, сына Ленея: НО № 58. Уточненное чтение дано

встатье: Graf F. Das Kollegium der Molpoi von Olbia / / Museum Helveticum. 1974. № 31. S. 209.

именам главы мольпов продолжалось в течение нескольких столетий. В III в. или несколько раньше союз мольпов в Ольвии прекратил свое су­ ществование. Функция эпонимов перешла к жрецам Аполлона Дельфи­ ния, поэтому годы по-прежнему назывались по имени почитателей вер­ ховного бога Ольвии. Эта традиция прервалась после гетского разгрома, когда эпонимами стали гражданские магистраты — первые архонты15.

Приведем два примера с подобной датировкой из ольвийских надпи­ сей. «При жреце Герогейтоне Совет и народ постановили двадцатого чис­ ла» и далее идет текст декрета в честь херсонесита Дионисия 16. «При ар­ хонтах во главе с Антифонтом, сыном Анаксимена, месяца Кианепсиона» издан декрет в честь ольвиополита Дадага17. К сожалению, эти даты не­ возможно привязать к современной хронологии, и время надписей опре­ деляется по особенностям начертания букв и другим косвенным призна­ кам. Первая относится к концу III — началу II в., вторая — к рубежу I и II вв. н. э.

Греки делили месяц на три декады и вели счет дней по дням декады. У эллинов и римлян отсутствовал еженедельный праздничный свободный день, такой, как воскресенье у христиан или суббота у иудеев. Свободны­ ми от работы были дни государственных праздников, количество которых в каждом полисе было различным. Например, афиняне, по свидетельству Ксенофонта (Ath. pol. III, 9), справляли вдвое больше праздников, чем дру­ гие эллины. В Ольвии известен целый ряд городских празднеств, о которых речь пойдет в следующей главе. Однако сейчас невозможно определить точ­ ные даты и количество дней того или иного ольвийского праздника.

Сутки у греков разделялись на 24 часа, но, в отличие от современных, часы оказывались разной величины, поскольку 12 часов, отводившиеся на дневное время, продолжались от восхода до захода солнца; на оставшу­ юся темную часть суток также приходилось 12 часов. Следовательно, про­ должительность часа менялась в зависимости от времени года и широты пункта, в котором находился тот или иной полис. Часы с постоянной про­ должительностью впервые стали использовать астрономы и космографы (Strab. II. 5, 36. С. 133).

Простейшим определением времени дня у греков было измерение тени человека количеством умещавшихся в ней ступней. Существовали также солнечные часы, но они вряд ли имели в Ольвии широкое распростране­ ние. Лишь один мраморный фрагмент считается обломком подобного при­ бора. Ночью время определялось по положению звезд, что было возмож­ но лишь в ясную погоду. Как и измерение собственной тени, солнечные часы имели существенные ограничения в их использовании. Они показы­ вали время лишь в светлую часть суток и только в солнечный день.

С V в. по письменным источникам известно о водяных часах, клепсид­ рах. Они состояли из шара с трубкой вверху и мелкими дырочками внизу.

15Карышковский П. О. Ольвийские эпонимы / / ВДИ. 1978. № 2. С. 82-66.

16НО № 26. В надписи отсутствует название месяца.

17НО № 42.

48 Μ. В. Скржинская. Будни и праздники Ольвии в VI-I вв. до н. э.

Через трубку шар наполнялся водой, которая вытекала за определенное количество времени. Античные авторы пишут о клепсидрах главным об­ разом в связи с их употреблением в суде. Там с их помощью определяли время, отведенное для речей истцов и ответчиков. Вероятно, клепсидра стояла в ольвийском здании суда на агоре.

В повседневной жизни время определялось приблизительно. День де­ лили на четыре части: утро, начинавшееся с рассвета, затем часы между 9 и 12-ю назывались временем «наибольшего наполнения агоры», потому что тогда шла торговля и проходили важнейшие деловые и прочие встре­ чи граждан. Дион Хрисостом начинает свою «Борисфенитскую речь» с рассказа о том, как он встретил юношу Каллистрата, когда прогуливался по берегу Гипаниса «в час наибольшего наполнения агоры». После этого наступало полуденное время и затем часы до заката. Ночь разделяли на три части: вечер, середина ночи и часы, когда начинает светать. Таким образом, ночь и вечер наступали в разное время, в зависимости от сезона.

Среди многочисленных картин повседневной жизни Афин Аристофан в «Птицах» (ст. 488-492) представил раннее утро, которое начиналось примерно одинаково в любом греческом полисе. С криком петуха

Встают для работы ткачи, гончары, кузнецы,

Греки, как и другие народы древности, очень дорожили светлой час­ тью суток. В городе и деревне они вставали рано, едва начинало светать. Платон в «Законах» (VII, 807е) предписывал хозяину дома подниматься до рассвета. Такая практика подтверждается словами Исхомаха в «Эконо­ мике» Ксенофонта (XI, 14), объяснявшего своей молодой жене, что она должна встать первой на рассвете и будить слуг.

После заката солнца деловая жизнь замирала. При слабом свете све­ тильников нельзя было заниматься большинством ремесел; с наступле­ нием темноты приостанавливались сельскохозяйственные работы, дети возвращались из школы, юноши из гимнасия, прекращалась торговля, за­ седания суда и т. п.

5. ПРАЗДНИКИ И ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЯ

Древнейшие ольвийские празднества повторяли милетские, которые колонисты привыкли отмечать на своей прежней родине. Со временем праздники приобрели местные черты, вызванные условиями жизни в Се­ верном Причерноморье и влиянием других полисов, с которыми Ольвия в тот или иной период имела наиболее тесные связи. Например, в религиоз­ ных ритуалах греков большую роль играли ветви лавра и мирта. Из-за не­ возможности вырастить в Ольвии средиземноморские растения их за­ меняли какими-то местными, подобно тому, как христиане во многих об­ ластях Европы вместо пальмовых ветвей в день «Входа Господня во Иерусалим» берут вербу, и праздник называется «Вербное воскресенье». Почитание в Ольвии элевсинской триады богов появилось в период тес­ ных контактов с Афинами, и празднества в их честь в какой-то степени копировали Элевсинские мистерии.

Платон в «Законах» (II, 653 с) писал, что «боги, тронутые сострадани­ ем к человеческому роду, установили людям времена отдохновения в пра­ вильной последовательности праздников и сделали Муз, их главу Апол­ лона и Диониса участниками праздников». Вероятно, не случайно оказа­ лось, что из весьма ограниченных сведений об ольвийских праздниках более всего известно именно о посвященных двум богам, упомянутым Платоном.

Со времени основания города ольвиополиты почитали Аполлона в ипо­ стаси Ιατρός, буквально Врач. По-видимому, в этой эпиклезе заложен бо­ лее широкий смысл, означающий Спаситель: бог вступал не только це­ лителем, но и покровителем первой волны милетских колонистов1. На За­ падном теменосе находился храм, статуи и алтари Аполлона Врача, о чем уже упоминалось во второй главе. Около них проходили древнейшие празднества в Ольвии. Как и прочие, они сопровождались торжественны­ ми шествиями, жертвоприношениями и песнопениями. О содержании по­ добных песнопений можно получить представление по так называемым го­ меровским гимнам, сложенным в VI в. В гимне «К Аполлону Дельфийскому» поэт говорит, что ионийцы, где бы они ни были, услаждают Аполлона пени­ ем, танцами и атлетическими состязаниями (I, 149-150). Эти слова право­ мерно отнести и к ионийским колонистам, основавшим Ольвию.

1 Русяева А. С. Религия и культы античной Ольвии. Киев, 1992. С. 40.