Статья: Дистанционная женская занятость: специфика, проблемы, критерии эффективности

Первый этап. Уточнение терминологии дистанционной занятости и формирование эмпирической базы исследования.

Теоретико-методологическое обоснование дефиниций исследований предполагает использование такие методы как: контент-анализ, обобщение, логическое, экспертное и кабинетное исследование. Эмпирическая база исследования формируется при помощи метода контент-анализа существующих на рынке вакансий для женщин, работающих дистанционно (информационные сайты государственных служб занятости и негосударственных центров подбора персонала). Проведенный анализ позволит выявить распространенность дистанционной женской занятости на рынке труда и востребованность по профессиям. Также целесообразно применение таких распространенных методов социологического исследования как: анкетный опрос (оффлайн и он-лайн формат) и нарративный анализ (письменное нарративное интервью) женщин работающих дистанционно. Реализуемый на данном этапе экспертный опрос руководителей предприятий, имеющих сотрудниц, работающих дистанционно, позволит:

- выявить особенности и технологии управления дистанционным женским трудом;

- произвести оценку производительности труда женщин, работающих дистанционно;

- изучить уровень удовлетворенности руководителей дистанционной занятостью сотрудниц;

- выявить проблемные зоны, относительно управления дистанционно занятыми сотрудницами.

Второй этап. Обработка полученной информации: расчет показателей дистанционной занятости женщин на рынке труда, оценка ее социальной эффективности.

На данном этапе оправданно использование методов социально-экономического анализа, а также детализации, группировок, расчета и сравнения. Важным результатом данного этапа является выявление основных экономических и социальных критериев эффективности дистанционной женской занятости.

Третий этап (заключительный). Комплексный анализ форм дистанционной женской занятости и характер влияния ее развития на институт родительства.

Данный этап является самым важным, он предполагает сопоставление полученных результатов исследования для выработки решений, повышающих эффективность управления дистанционной женской занятостью.

В соответствии с поставленной целью и задачами настоящей статьи, в представленном авторами исследовании реализованы отдельные блоки вышеописанной модели, относящиеся к первому и второму этапу. Полученные результаты являются законченным исследованием по проблеме выделения критериев эффективности дистанционной женской занятости с учетом ее специфики.

Оценка возможности использования данных официальной статистики для проведения нашего исследования показала следующие результаты. Официальные источники информации опираются на стандартную отчетность государственной службы занятости. Информация достаточно скудна, фиксируются данные по удельному весу женщин в структуре занятости, выделяется доля безработных женщин, имеющих детей, по дифференциации заработной платы по гендерному признаку и отдельных аспектов условий труда. Данные государственной службы занятости дополняются результатами более глубоких исследований, проводимых силами территориальных органов государственной статистики на основе социологических опросов населения по проблемам занятости. Однако и они не позволяют провести исследование гендерных аспектов занятости в сегменте дистанционного труда. В российской практике статистического учета дистанционная форма занятости не выделяется в качестве отдельной формы. Так, нестандартная занятость оценивается только с позиций малозанятости (неполной продолжительности), сверхзанятости (занятость более 40 часов в неделю), самозанятости (индивидуального предпринимательства). Занятое население группируется еще по секторам занятости: государственный и частный сектор экономики; по видам экономической деятельности: сельское хозяйство, промышленность, образование и другие. Поэтому в основе авторской методики исследования лежат социологические методы сбора и обработки информации.

Специфика распространенности женской дистанционной занятости, ее эффективность по результатам социологических опросов и контент-анализа информации о вакансиях на рынке труда

В связи с многогранной природой любого труда, который объединяет в себе экономику, социологию, психологию и физиологию оценка эффективности дистанционной женской занятости, по мнению авторов, должна опираться на как минимум две составляющие: экономическую и социальную.

В качестве экономического критерия эффективности применения дистанционной занятости предлагается использовать показатель уровня распространенности (долю предприятий, где применяются подобные трудовые отношения). Обоснованием применимости данного критерия служит логическое умозаключение, что частота применения дистанционных форм на предприятиях зависит от их экономической целесообразности. Для эмпирической оценки в условиях отсутствия официальной статистики возможно применение только социологических методов сбора информации, апробация которых неплохо зарекомендовала себя.

В 2015-2016 гг. в Свердловской области одним из авторов статьи проведена серия социологических опросов по проблемам применения нестандартных форм занятости населения. В качестве основного метода исследования применялось анкетирование работодателей (директоров организаций, их заместителей и руководителей служб по управлению персоналом). Объектом исследования и генеральной совокупностью являлись организации и предприятия (юридические лица), зарегистрированные на территории Свердловской области. В анкетном опросе использовался метод квотной выборки. Информация о генеральной совокупности получена из опубликованных данных на сайте Территориального органа государственной статистики по Свердловской области статистики. В качестве характеристик для расчета выборки выбраны: численность организации и вид экономической деятельности. По первому признаку выборочная совокупность распределяется на 2 группы: малые (с численностью штата до 99 чел.), средние и крупные (с численностью штата свыше 100 чел.).По второму - на девять групп по видам экономической деятельности. На момент опроса все предприятия были действующими и постоянно функционировали на протяжении последних 6 мес. Опрошено 309 организаций (15 % от действующих юридических лиц Свердловской области).

В вводной части анкеты для респондентов, где разъяснялись основные понятия нестандартной занятости, отдельно выделялась дистанционная занятость (работа по интернету). Результаты опроса позволили оценить общую экономическую и социальную эффективность применения дистанционных форм занятости, изучение количественных гендерных характеристик дистанционной занятости не выявило преобладания в ней женщин или мужчин. Указанный уровень распространенности удаленной работы практически одинаков и в группе женщин, и в группе мужчин, в среднем - 12%. Исследование показало, что в рейтинге нестандартных форм занятости (далее по тексту НФЗ) дистанционная форма занимает пятое место из двенадцати, то есть по экономическому критерию применение дистанционных форм занятости достаточно эффективно. Дистанционная занятость в настоящее время распространена, как правило, в среде служащих, среди которых основной удельный вес занимают специалисты высшего уровня квалификации (52%), не эффективно ее применение в группе обслуживающего, вспомогательного персонала и рабочих.

Данные опроса руководителей в 2018 году дополнены контент-анализом информации о требованиях в отношении женщин на позиции в дистанционном сегменте рынка труда, размещенной в Интернет-ресурсах (портал freelance.ru, hh.ru, работа 66.ру, интерактивный портал государственной службы занятости). Пока не получилось дать статистически достоверную картину распространенности женской дистанционной занятости, так как есть технические сложности, связанные с обобщением различных форматов данных о удаленных вакансиях для женщин, находящихся на разных интернет-порталах, Однако авторам удалось проранжировать формы дистанционной женской занятости по степени ее эффективности в различных областях рынка труда. Было выявлено, что женский дистанционный труд имеет свою специфику, по экономическому критерию дистанционная женская занятость эффективнее применяется в отличных от «мужских» сегментов рынка труда (таблица 2).

Таблица 1 ? Перечень наиболее распространенных дистанционных вакансий для женщин и мужчин*

* названия вакансий приведены по убыванию распространенности применения

Полученные данные, свидетельствуют о наличии ассиметрии информации на дистанционном рынке труда, представленной на государственных и коммерческих информационных ресурсах. Исследование затруднялось еще и тем, что по российскому законодательству запрещена дискриминация на рынке труда по полу, поэтому в открытых публикациях своих вакансий работодатели опасаются указывать требования и предпочтения по полу будущего сотрудника. В данной связи дальнейшее изучение дистанционной занятости перспективно с помощью метода социологического опроса женщин, работающих дистанционно.

Социальная эффективность применения дистанционных форм занятости определяется авторами через критерий удовлетворенности работодателей применением дистанционной формы занятости.

В качестве основных проблем применения дистанционных форм, что с мужчинами, что с женщинами работодатели выделяют следующие (таблица 4).

Таблица 2 - Ранжирование наиболее распространенных проблем применения дистанционных форм женской занятости*

*Составлено авторами по результатам социологического опроса работодателей

В качестве третьего социального критерия эффективности дистанционной занятости предлагается использовать субективную удовлетворенность женщин дистанционной работой, которую мы оценивали при помощи изучения восприятия женщин своего места на рынке труда, восприятия качества трудовой и личной жизни в письменных нарративах женщин.

Результаты анализа нарративов женщин, работающих дистанционно

Результаты нарративного анализа представлены как фрагменты высказываний, расшифровки стенограмм и описания [16]. Мы изучили письменные истории 37 женщин с дистанционной занятостью, в возрасте от 25 до 42 лет. Семейное положение: замужем 84% женщин, не замужем 16%, наличие детей 78%, отсутствие детей 22%. Тип дистанционной занятости: фриланс 62,2%, работа на постоянного работодателя 32,4, сочетают данные типы занятости 5,4% женщин. Распределение по профессиями: копирайторы, переводчики, телеворкинг (преподаватели), сетевой маркетинг, бизнес-тренеры, бизнес-консультаны, контент-менеджеры, веб-дизайнеры, операторы калл-центра.

Нарративный метод позволил выявить наиболее ярко воспринимаемые респондентами преимущества и недостатки дистанционной занятости. Анализ нарративов дистанционно занятых женщин, проводился по трем основным параметрам, которые выступили в качестве репрезентант для нарративного анализа и своебразных маркеров субективной удовлетворенности женщин дистанционной работой:

- восприятие женщинами своего места на рынке труда,

- восприятие качества трудовой жизни,