Статья: Феномен жизни в фокусе медицинской этики: возможность интерпретации

Аутентичным патерналистской этике Гиппократа является изономия, ибо она связана с мерой, отвечая такому равновесному распределению zoe и bios, которое пифагорейские врачи выражали словом "гармония".

Пифагореизм стал теоретическим ядром общемедицинской доктрины, воспринятой гиппократиками, и значительно повлиял на традиционную медицинскую этику. Пифагорейская идея равновесия качественных противоположностей, гармонии мира-Космоса была основой учения о здоровье, озвученного античным врачом Алкмеоном Кротонским - наиболее вероятным учеником Пифагора. Он определил здоровье как изономию - равновесие, равноправие противоположных сил, а болезнь - как "единовластие" (монархию) одной из них. Врач был призван охранять равновесие в организме человека, поддерживая гармоничное соотношение "предела" - bios и "беспредельного" - zoe. Такое понимание миссии врача отвечало фигуре демиурга, творящего (производящего и поддерживающего) здоровье как равновесие "жизней" в конкретной отдельности - человеке. Поэтому врач не бог, но "как бог".

Принцип изономии соотносился с универсальным порядком вещей. Врач, опираясь на данный принцип, сам оказывался фигурой почти мистической - богоподобной, отличной от простого смертного, поскольку сопричастен бессмертию. Он охранял оба формата жизни: zoe и bios. Как демиург, врач берет на себя заботу и ответственность за отдельную жизнь, руководствуясь общим универсальным правилом "жизни вообще". Гиппократ стал культурным героем, бессмертной философемой медицины, "медицинским Прометеем", потому что утвердил этот принцип в двух основополагающих табу, связанных с изменой так понятому бессмертию, - запретах на аборт и эвтаназию. В этих актах нарушается космический порядок медицины, а вслед за ним и порядок социальный.

Если с абортом эта мысль достаточно очевидна, то с эвтаназией - нет. Противоположность конечной жизни (bios) и смерти не взаимоисключающая (как обнаруживает идеология эвтаназии), а взаимопредполагающая. Смерть здесь - это "изживание жизни посредством смерти", она мыслится древними врачами как "живая". Это важно, потому что в более позднем и "чистом" европейском сознании закрепляется иное понимание и иные образы смерти, тавтологичные для греческого языка. Миф о "живой смерти" в греческом языке заменен в современных языках мифом о "мертвой смерти". Поэтому мысль о паллиативной помощи как альтернативе эвтаназии в современном мире потребовала нового обращения к пониманию смерти и умирания как стадий жизни (Э. Кюблер-Росс). Такое понимание жизни и смерти было естественным в прежние времена, оно нашло отражение в компендиуме античной медицины - "Гиппократовом сборнике". "Лицом больного", изменяющимся при наступлении смерти ("гиппократов лик"), "говорит не он сам, а жизнь-смерть, принадлежащая к надиндивидуальной сфере родовой жизни тела". Понятно, что эта сфера репрезентирует то, что называлось в античности zoe. "Тело" здесь не "биополитическая реальность", а реальность анархистской политики zoe. Описание предсмертной маски в гиппократовой "Прогностике" М. Бахтин комментирует так: "На языке агонизирующего тела, смерть становится моментом жизни, получая телесно-выразительную реальность, говорит на языке самого тела; смерть, таким образом, полностью вовлечена в круг жизни, как один из ее моментов" [3, с.396-397].

Угроза поглощения zoe и bios'ом реализуется в медицине через оправдание и администрирование смерти, через легитимацию эвтаназии, евгеники и абортов. Морфема "ев" выражает суть гедонистических доктрин "благо-смертия" и "благо-рождения", экспортированных в медицину из произвольного выбора автономного пациента (bios'а) - благо-получателя-заказчика желаемого качества своей жизни. Роль заказчика "качества собственной жизни", в которой выступает современный пациент, легитимирует биоэтический принцип "уважения автономии и прав пациента", который противостоит традиционному гиппократовскому принципу "не навреди!". Это противопоставление ставит под вопрос само со-бытие взаимодействия врача и пациента в отношении жизни. Автономия - основа волеизъявления отдельного bios'а, возведенная в закон. Возгонка "авто" в современной культуре проявляется в сосредоточенном самозамкнутом внимании человека на самом себе как самодостаточной отдельности. Происходит своеобразное "отпадение" этой отдельности от первичной "паутины жизни" (zoe). Такая обособленность bios'а и стремление преодолеть в нем zoe с позиций онтологического и аксиологического единства могут быть определены как эгоизм. Он входит в противоречие с хайдеггеровской трактовкой человека: человек "является “лишь" чем-то, что есть, сущим среди тысячи других сущих", но он выдан событию бытия. Поэтому особенность человека в служении всякому сущему [5, с.17]. Прежде всего, данный тезис может быть отнесен к врачу.

Событийность, о которой Хайдеггер говорит в аналитике Da-sein, реализуется через принцип "не навреди!". В его основе лежит изономия zoe и bios'а. Врач оказывается сопричастен в своей деятельности двум форматам жизни. Он берет на себя ответственность за отдельную жизнь (bios) не только в силу ее отдельности, но, прежде всего, в силу ее принадлежности к "жизни вообще" (zoe), жизни как таковой, обладающей единственным определенным качеством - быть не-смертью. Врач поэтому не "борец со смертью", как это иногда представляется, а "охранитель жизни". Пределы этой борьбы и охраны определены еще на заре греческой медицины. За их превышение легендарный Асклепий и был наказан.

"Не навреди!" - это напоминание врачу о первостепенности и онтологической фундаментальности "голой жизни". В силу ее присутствия можно рационально взаимодействовать с bios через правильный образ жизни, занятия физической культурой, определенные духовные практики, само искусство медицины. Именно zoe обладает подлинной автономией, в то время как "автономия" "биоса" - мнимая: bios зависит от zoe, он конечен, он всего лишь ее момент. Автономия "биоса" - угроза не столько для zoe, сколько для него самого.

По отношению к отдельной жизни врач выступает заботливым охранителем равновесия в ней zoe и bios'а - "Отцом" (pater). Его забота соотносится с порывом "голой жизни", противоречить которому недопустимо. Именно так могут быть квалифицированы дерзновенные попытки вторгнуться на неподконтрольную территорию "голой жизни" с любыми целями (научно-исследовательскими или коммерческими). Своеволие в отношении zoe ставит под вопрос ее единичное проявление - bios. Поэтому принцип патернализма, сегодня столь критикуемый и вульгаризированный, оборачивается в риторике "zoe-bios" подлинным самоименованием медицины, для которой жизнь - это не столько эмпирическая данность (bios), сколько репрезентант ее онтологически первичного истока (zoe).

Обозначенное понимание жизни раскрывает истинное значение патерналистского идеала врача и связи альтруизма и медицинской помощи: врач должен использовать профессиональные знания, навыки и умения, сочетая их со способностью сопереживания, участливого и терпеливого отношения к пациенту. От этого зависит его доверие к врачу, а значит, лечение и спасение/сохранение жизни. Четкое осознание, что пациент препоручает себя врачу, обращается к нему за необходимой помощью как к тому, кто единственный способен удержать гармоничное равновесие zoe и bios'а, делает личность врача исключительной с точки зрения нравственных требований к ней. Врач - "фигура этики" (К. Дернер), а не просто искусный исполнитель медицинских манипуляций. Поэтому альтруизм предстает не столько абстрактной ценностью в медицине и данью этике, сколько личностным проявлением определенной онтологической позиции, которую занимает врач в силу природы свой деятельности, связанной с универсальным строем бытия.

медицинская этика онтологический онтический

Список литературы

1. Аверкина Е.И. Гуманитарная парадигма врачевания (открывая "Цолликоновские семинары" М. Хайдеггера) // Вестник Тверского государственного университета. Серия: Философия. 2015. № 2.С. 195-202.

2. Бадью А. Этика: очерк о сознании Зла / пер. с франц. СПб.: Machina, 2006.126 с.

3. Бахтин М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура Средневековья и Ренессанса. М.: Художественная литература, 1990.543 с.

4. Бергсон А. Творческая эволюция / пер. с франц. М.: Терра - Книжный клуб; Канон-пресс-Ц, 2001.384 с.

5. Босс М. Предисловие // Хайдеггер М. Цолликоновские семинары / пер. с нем. Вильнюс: ЕГУ, 2012.406 с.

6. Вересаев В.В. По поводу "Записок врача": ответ моим критикам. СПб.: Электропеч.Н. Никитенко, 1903.79 с.

7. Дернер К. Хороший врач. Учебник основной позиции врача. М.: Алетейа, 2006.544 с.

8. Доманова С.А. Концепт гуманитарной медицины: о диалоге, полилоге и признании чужой одушевленности // Философские проблемы биологии и медицины. М.: Принтберри, 2013. Вып.7. Естественнонаучный и гуманитарный полилог: сб. ст. / ред.В.И. Моисеев и др. С.36-39.

9. Кереньи К. Дионис. Прообраз неиссякаемой жизни / пер. с нем. М.: Ладомир, 2007.319 с.

10. Фейгельман С. Законы природы и раневая инфекция // Наука и жизнь. 2007. № 10. С.44-51.

11. Фуко М. Рождение биополитики. Курс лекций, прочитанных в Колледж де Франс в 1978-1979 учебном году / пер. с франц. СПб.: Наука, 2010.448 с.

12. Хаггард Г.В. От знахаря до врача. История науки врачевания / пер. с англ. М.: ЗАО "Центрполиграф", 2012.447 с.

13. Хайдеггер М. Беседы с Медарду Боссу (1961-1972) // Хайдеггер М. Цолликоновские семинары / пер. с нем. Вильнюс: ЕГУ, 2012.406 с.

14. Хайдеггер М. Из писем Медарду Боссу (1947-1971) // Хайдеггер М. Цолликоновские семинары / пер. с нем. Вильнюс: ЕГУ, 2012.406 с.

15. Хайдеггер М. Письмо о гуманизме // Проблема человека в западной философии: сб. переводов с англ., нем., франц.

М.: Прогресс, 1988.552 с.

16. Хайдеггер М. Цолликоновские семинары (1959-1969) // Хайдеггер М. Цолликоновские семинары / пер. с нем. Вильнюс: ЕГУ, 2012.406 с.

17. Шмитт К. Новый Номос Земли в праве народов jus publicum europaeum / пер. с нем. СПб.: Владимир Даль, 2008.670 с.