ЖУРНАЛ «СЕВЕРНЫЙ ВЕСТНИК» (1885-1899) КАК ПРЕДТЕЧА ИЗДАНИЙ РУССКОГО СИМВОЛИЗМА И МОДЕРНИЗМА
Н.Д. Мельник
Санкт-Петербургский государственный институт кино и телевидения
Аннотация
Статья посвящена истории первого в Российской империи символистского издания -- журнала «Северный вестник» (1885-1899). Автор исследует деятельность его руководителей второго периода существования журнала, Л.Я. Гуревич и Х.Л. Флексера (литературный псевдоним -- А.Л. Волынский), и приходит к выводу, что «Северный вестник» стал основой для создания и успешного издания лучших литературно-художественных изданий Серебряного века.
Ключевые слова: журнал «Северный вестник», новаторское издание, пропаганда идеалистических взглядов, творчество символистов, сотрудничество с Л.Н. Толстым, эстетика символизма, лучшие просветительские издания Серебряного века.
журнал северный вестник литературный
Abstract
The article is devoted to the history of the first symbolist issue in the Russian Empire -- the magazine «Severny Vestnik» (1885-1899). The author examines the activities of its leaders of the second period of the magazine's existence, L. Ya. Gurevich and H. L. Flexer (literary pseudonym -- A. L. Volynsky), and comes to the conclusion that «Severny Vestnik» became the basis for the creation and successful publication of the best literary and artistic issues of the Silver age.
Keywords: magazine «Severny Vestnik», an innovative issue, propaganda of idealistic views, creativity of symbolists, collaboration with Leo Tolstoy, aesthetics of symbolism, the best educational issues of the Silver age.
В конце XIX в. в отечественной периодической печати заканчивалась эпоха журналов «обычного русского типа» (так называли их сами журналисты), то есть толстых ежемесячников, претендовавших на энциклопедичность и в течение многих лет в значительной степени выполнявших функцию создателей и проводников общественного мнения. Постепенно выделяя «из своего состава журналы по интересам» [1, 61], они все же не спешили сдавать позиции на издательском рынке. Одним из наиболее интересных в то время по содержанию и форме изданий, которое исследователи относят к умеренно-либеральным [2], представляется ежемесячный литературно-научный и политический журнал «Северный вестник», выходивший в Санкт-Петербурге с 1885 г. объемом 25-30 печатных листов под предварительной цензурой. Первоначально (до 1889 г.) его издательницей была А. В. Сабашникова, а редактором -- А. М. Евреинова.
Именно этому изданию суждено было стать предтечей в плеяде целого ряда изданий символизма Символизм--направление в литературе и искусстве, появившееся в последней четверти XIX в. во Франции. В России символизм стал первым значительным модернистским направлением; одновременно с зарождением символизма начался Серебряный век русской литературы. Но в русском символизме не было единства концепций. Помимо поисков новых литературных перспектив в форме и тематике, единственное, что объединяло русских символистов,-- это недоверие к обыденному слову, стремление выражаться посредством аллегорий и символов. и модернизма Модернизм (итал. modernismo -- «современное течение»; от лат. modernus -- «современный, недавний») -- направление в искусстве конца XIX -- начала XX века, характеризующееся разрывом с предшествующим историческим опытом художественного творчества, стремлением утвердить новые, нетрадиционные начала в искусстве, непрерывным обновлением художественных форм, а также условностью (схематизацией, отвлеченностью) стиля. -- наиболее известных литературных течений Серебряного века русской культуры. И хотя «в исследовательской традиции этот журнал нередко использовался в качестве мальчика для битья, поскольку он не вписывался в существовавшие схемы: ни в ряд прогрессивной (по прошлым понятиям) журналистики, ни в число реакционных органов» [3, 447], все же «Северный вестник» как по содержанию, так и по своей направленности является новаторским изданием: его руководство предоставило страницы журнала ряду классиков русской литературы. Следует также подчеркнуть, что это было единственное издание в России, где, несмотря на цензурные ограничения, в 1893-1898 гг. публиковались произведения графа Л. Н. Толстого. Когда в апреле 1884 г. по личному распоряжению главного цензора России, начальника Главного управления по делам печати, Евгения Феоктистова, были закрыты «Отечественные записки» (1818-1884, с перерывами) -- один из первых русских «толстых» журналов, оказавший значительное влияние на литературную жизнь и общественную мысль в России, именно «Северный вестник» стал почти на три года прибежищем для группы литераторов-народников во главе с Н. К. Михайловским. Также с новым изданием стали сотрудничать Г. И. Успенский, В. Г. Короленко, А. П. Чехов, К. М. Станюкович, А. П. Голубев, И. А. Голышев, С. П. Победоносцев, А. Г. Тимофеев и другие известные писатели и публицисты того времени.
В значительной степени продолжив традиции «Отечественных записок» в русской периодике, «Северный вестник» все же несколько отличался от знаменитого издания, ориентируясь прежде всего на провинциального читателя. Об этом создатели нового журнала информировали своих подписчиков в рубрике «От редакции»: «„.мы думаем ответить одной из насущных потребностей, восстановить одно из священнейших прав, открывая особый отдел в нашем журнале для выяснения местных нужд и интересов провинции. Пусть доходят голоса из самых отдаленных окраин до нашего далекого Севера» [4, VII].
В журнале было шесть отделов: изящной литературы, научный, критики, областной, заграничной корреспонденции и библиографический. В областном отделе важное место отводилось рубрике «Провинциальная печать» и еще одной, возникшей в процессе развития журнала -- «За пределами Европейской России», в которой регулярно публиковалась информация о Сибири, обсуждались важнейшие проблемы этого края. Для наполнения рубрики интересным для читателей содержанием редактор привлекла к сотрудничеству наиболее известных провинциальных журналистов. Среди несомненных удач первого же номера оказалась публикация «Очерков сибирского туриста» В. Г. Короленко [5].
Однако в 1886 г. между Н. К. Михайловским и А. М. Евреиновой произошел раскол, вызванный противодействием издательницы намерению Михайловского превратить журнал в исключительно народнический орган. Следствием этого стал переход критика, теоретика народничества и части его сподвижников в журнал «Русское богатство» и последовавшая за этим потеря большинства подписчиков. Для сравнения: в 1888 г. у «Северного вестника» было 4000 подписчиков, а к концу следующего года их численность уменьшилась до 3278 [6, 399]. Нехватка средств на дальнейшее издание журнала вынудила руководство объявить о его продаже.
Группа молодых литераторов, незадолго до этого начавших активное сотрудничество с журналом, воспользовалась ситуацией, и с мая 1890 г. «Северный вестник» стал собственностью «пайщиков»: А. А. Кауфмана, М. И. Свешникова, Б. Б. Глинского (последний в 1890-1891 гг. был фактическим руководителем издания, подписывая номера в свет как редактор- издатель) и некоторых других. Но новые владельцы журнала так и не смогли выработать единое направление его развития.
В конечном итоге главенствующее положение в «Северном вестнике» заняла дочь известного петербургского педагога, писательница и переводчица Л. Я. Гуревич (1866-1940), владевшая «контрольным пакетом» акций и мечтавшая вместе со своим сподвижником, литературным критиком и искусствоведом Х. Л. Флексером (1863-1926, литературный псевдоним -- А. Л. Волынский), о собственном издании для пропаганды идеалистических взглядов Подробнее об этом см.: Иванова Е. В. «Северный вестник» // Литературный процесс и русская журналистика конца XIX -- начала ХХ века. Буржуазные и модернистские издания. М., 1982. С. 91-128..
Из-за болезни Гуревич не могла принять участия в первых собраниях пайщиков, поэтому 16 мая 1890 г. она письменно обратилась к Глинскому с просьбой рассматривать г. Флексера как полного распорядителя ее средств, так как, писала она, «„не представляю себе ни одного случая, способного возбудить принципиальное разногласие между мною и им». Сам же Флексер (Волынский), также во всем поддерживавший Гуревич, писал ей: «Это такое большое счастье, что "Северный вестник” оказался в Ваших руках: я никогда не сомневался в Вашем призвании к литературному делу. С таким союзником, как Вы, можно будет преодолеть всякие препятствия» [7, 6].
Начиная с июньского номера (№ 6) за 1891 г. в выходных данных Л. Я. Гуревич значится как издательница. Явно для поднятия авторитета нового главы журнала в этом же номере была опубликована рецензия известного философа, филолога и переводчика Э. Радлова(1854-1928)«Несколько замечаний о Спинозе (по поводу перевода "Переписки Бенедикта де-Спинозы”, сделанного с латинского оригинала Л. Я. Гуревич, под редакцией и с примечаниями А. Л. Волынского)». Автор подчеркивал: «Следует пользоваться всяким случаем, чтобы вспомнить величественный своею простотой и цельностью образ философа, у которого жизнь и учение так удивительно согласовались. Прекрасный русский перевод переписки, к которой приложен перевод биографии Спинозы... представляет, конечно, немалую заслугу относительно русской образованной публики» [8, 199] (во втором отделе журнала, в рубрике «Объявление: новая книга», также есть аннотация данного издания).
С июньского номера за 1891 г. в издании также появился новый официальный редактор -- литератор М. Н. Альбов (1851-1911), приглашенный Л. Я. Гуревич. Однако в декабре 1891 г., когда журнал перешел в полную ее собственность, издательница передала свой пай протеже -- А. Л. Волынскому. Таким образом, он получил журнал «в полное и безраздельное владение» [9, 125] и впоследствии имел безоговорочное основание писать владелице журнала: «Весь путь "Северного вестника” мы прошли вместе, рука об руку, в полной солидарности по всем вопросам журнального боя и редакционной дипломатии» [10, 9].
Будучи одним из первых идеологов русского модернизма, Волынский в значительной степени изменил как содержание «Северного вестника», так и состав его авторов. И хотя с 1895 г. Гуревич стала формальным редактором-издателем, по сути, положение дел это не изменило. Истинным идеологом и руководителем журнала оставался Волынский. Именно под его началом начался новый период существования издания.
Свою миссию как литературного критика А. Волынский видел в пропаганде идей критического идеализма немецкого философа Э. Канта, под чьим влиянием и сформировались его идейные и эстетические воззрения. Несмотря на то, что публицистическую деятельность он начинал в народнической среде, впоследствии подверг в ряде статей резкой критике популярную в то время «гражданскую поэзию», основой которой было наследие революционно-демократической критики, выражавшей идеи В. Г. Белинского, Н. А. Добролюбова и Н. Г. Чернышевского. В публицистике А. Волынского доминирует мысль об их духовной и творческой несостоятельности.
В 1896 г. он объединил свои статьи в книгу «Русские критики» [11], вызвавшую, с одной стороны, ярость оппонентов, а с другой -- восторг сторонников. В итоге последовал разрыв критика с народниками.
Для А. Волынского и руководимого им журнала была характерна политика «неприсоединения» ни к одному из существовавших в 1890-е гг. литературных лагерей -- либеральному или консервативному. Свою позицию борца за философский идеализм, поддерживаемую ранними символистами, он выразил в соавторстве с Л. Гуревич в программной статье «Идеализм и буржуазность», в которой утверждалось, что «русское интеллигентное общество остается при самых примитивных, детских представлениях о взаимных отношениях между наукой и философией... Россия не знает Канта,-- а это то же самое, что не знать Коперника в представлениях о мироздании». Для авторов, прежде всего для А. Волынского, философский идеализм Э. Канта стал «источником всякой сознательной критики в области научного знания, эстетики и практической морали» [12].
Публикация этой статьи имела печальные последствия как для самого журнала «Северный вестник», так и для его руководителей: либералы и консерваторы, объединившись в своей ненависти к высказанным в ней публично идеям, выступили против издания, ослабив его позиции на информационном рынке.
Однако борьба мнений имела и оборотную сторону: несомненной заслугой руководства журнала стало предоставление его страниц для публикации произведений литераторов -- представителей нового искусства, с 1890-х гг. «витавшего в воздухе» [13, 46] и впоследствии получившего название -- символизм. Основоположник этого явления в русской литературе -- Д. С. Мережковский (1865-1941). В 1892 г. в издательстве А. С. Суворина (1834-1912) вышел его второй поэтический сборник с программным для зарождавшегося модернизма названием «Символы. Песни и поэмы», отразивший перелом в развитии мировоззрения автора, выразившийся в повороте его к религиозному миросозерцанию. В конце октября того же года Мережковский выступил с публичной лекцией «О причинах упадка и о новых течениях современной русской литературы», вышедшей год спустя отдельным изданием [14]. Лекция, наряду с упомянутым сборником, стали манифестом символизма и модернистского обновления искусства.
Руководство «Северного вестника» поддержало идеи Мережковского, и именно этот журнал стал первым периодическим изданием, начиная с 1893 г. систематически печатавшим «старших символистов»: романы Д. С. Мережковского, стихи З. Н. Гиппиус (1869-1945), Н. М. Минского (1856-1937), Ф. К. Сологуба (1863-1927) и К. Д. Бальмонта (1867-1942). Таким образом, благодаря непосредственному содействию А. Волынского было впервые публично заявлено о появлении в русской литературе нового литературного направления, имеющего общие задачи и устремления. Однако необходимо сделать оговорку: А. Волынский поддерживал только тех литераторов- символистов, в чьих произведениях присутствовала идеалистическая, а также религиозно-мистическая направленность.
Несмотря на предвзятый подход А. Волынского к выбору символистов в качестве возможных авторов журнала, сам факт его сотрудничества с рядом представителей нового литературного направления вызвал негативную реакцию в стане противников «Северного вестника». Бывший пайщик и редактор- издатель журнала Б. Глинский, например, утверждал в статье «Болезнь или реклама?», опубликованной в «Историческом вестнике», что руководитель издания превратил его в «колыбель символизма», придав этим словам отчетливо негативный смысл. Утверждая, что для привлечения внимания читателей к сотрудничеству был приглашен «добрейший и великий писатель русской земли, граф Л. Н. Толстой», и за его «выгодною и широкою спиною совершались нужные Волынскому перемены -- журнал был окрашен в символический цвет» [15, 618].
Формально Б. Глинский, насколько нам представляется, в некотором смысле был прав. Журналу, активно продвигавшему произведения писателей, выражавших идеи нового литературного направления, далеко не всей читающей публикой понятого и принятого, действительно нужна была реклама для привлечения новых читателей, увеличения числа подписчиков. Ведь авторитет Л. Н. Толстого был чрезвычайно высок, причем не только в Российской империи, но и во всем мире. Недаром Л. Гуревич в своей «Истории "Северного вестника”» с гордостью и благодарностью к великому писателю утверждала: «Поддержка, которую Толстой в те годы оказывал журналу, была деятельная и всем бросалась в глаза» [16, 250]. Сам же Л. Н. Толстой в письме издательнице журнала от 9 ноября 1895 г., отзываясь о последнем из прочитанных им номеров «Северного вестника» как о «прекрасно составленном», признавался: «...очень желаю быть вам полезным, потому что журнал ваш мне все больше и больше нравится» [17, 306].