После августа 1990 г., как результат гласности, сформировался коммуникационный фронт, системно работающий с советским обществом с целью изменить его политическое сознание. Управлять им оказалось в принципе невозможно, поскольку его нельзя рассматривать как организацию, у него отсутствовали органы координации и управления, а интенсивность информационного потока зависела от запросов аудитории. В 1990 г. начинает выходить из-под контроля М.С. Горбачева как Президента СССР и Генерального секретаря ЦК КПСС политический процесс, что подчеркивает его тесную связь и взаимовлияние с коммуникационным процессом в период перестройки. Возникновение подобной ситуации, скорее всего, не просчитывалось инициаторами реформ, и в целом они оказались к ней не готовы. Вместе с тем первые признаки утраты контроля над общественно-политическими процессами проявили себя еще в 1986 г. Судя по стенограммам V Съезда союза кинематографистов СССР и VIII съезда Союза писателей СССР, а также мемуарам его участников, переизбрание правления этих организаций изначально не планировалось и стало результатом энтузиазма и самоорганизации делегатов.
Таким образом, гласность - политическая технология, ориентированная на управление процессами в условиях изменения политической системы. Она характеризуется использованием всех каналов и средств массовой информации для внедрения и актуализации новой общественно-политической проблематики, замещение у общества старых политико-идеологических ориентиров на новые. Ее эффективность достигается конвергенцией документального и художественного информационных потоков, которые были объединены и тематически, и идеологически. Данную технологию можно отнести к рисковым, поскольку активированные с ее помощью гражданская инициатива и энтузиазм практически не поддаются управлению.
На рубеже 1990-2000-х гг. политико-идеологические ориентиры российского общества претерпели очередную трансформацию под влиянием "консервативной волны". Внедрение в общественное сознание идей, которые стали фундаментом власти в 2000-х гг., технологически повторяло гласность, то есть конвергенцию информационных полей, которые формировали СМИ, литература и кинематограф. Их содержание и специфика описана нами в работах "Потенциал телевизионного сериала как элемента политической коммуникации" [11] и "Президент как главная политическая фигура страны в российском остросюжетном романе" [12]. Отличие использования коммуникационной бинарности этого периода от опыта гласности отличается, во-первых, тем, что она задействовалась не в качестве стратегии, а как инструмент обеспечения преемственности президентской власти в РФ. Во-вторых, ее движущей силой стала не инициатива политической группы, а общественные ожидания в рамках формирующегося запроса на нового лидера государства, поэтому коммуникационная бинарность функционировала в этот период во многом стихийно. Управляемость коммуникационного процесса стала прослеживаться только с 1999 г. в рамках подготовки к предвыборной президентской кампании.
В 2000-х гг. данная политическая технология себя не проявляла, даже несмотря на то, что власть в принципе контролировала телевизионный эфир, а в рамках этого коммуникационного пространства удобно осуществлять конвергенцию документального и художественного информационных полей. Президентские выборы 2012 г. показали, что поляризация российского общества сохраняется, а ухудшение экономической ситуации в стране формирует новые политические риски. Для того чтобы успешно пройти избирательный период 2016-2018 гг. власть должна сформировать внятную коммуникационную стратегию, обеспечивающую эффективность своих политических технологий. На настоящий момент под воздействием "украинского кризиса" оформился, как актуальная проблематика, общественный запрос на патриотизм, и он явно станет идейным фундаментом информационных кампаний наступающего избирательного периода. При всем разнообразии вариантов его использования мы предполагаем, что есть всего две концепции политических технологий, которые опираются на принцип конвергенции бинарных оппозиций: информационная война и гласность.
Опыт президентских предвыборных кампаний 1996 и 2012 гг. показывает, что информационная война в состоянии управлять политическим сознанием целых слоев общества, поскольку погружает людей в дискомфортное состояние эмоционального перегруза. Постоянно сталкиваясь с разными эсхатологическими сценариями, которые могут реализоваться в случае смены политического режима, граждане склонны голосовать за преемственность власти, в которой они видят панацею от кризисов. Данная технология обеспечивает результат на выборах, но еще больше раскалывает общество, а эта ситуация чревата серьезными политическими рисками в поствыборный период. Сегодня питательной средой политических кризисов является целый комплекс проблем, которые актуализировались в последние годы: место России в современном мире, стратегия социального и экономического развития страны, взаимоотношения власти и общества, власти и бизнеса, бизнеса и общества и т.д., которые требуют публичного обсуждения и выработки компромиссных программ их решения. Если общественные дискуссии будут инициированы властью и будут управляться с помощью контролируемых ею коммуникационных ресурсов, то данная политическая технология концептуально будет ориентироваться на опыт гласности. Ее главным достоинством является стимулирование гражданской инициативы, вследствие чего формируются новые группы искренних сторонников власти. Как мы подчеркнули ранее, эта технология является рисковой, но российской власти в любом случае предстоит пройти в грядущий предвыборный период через политические риски. Здесь стоит учитывать, что общественные дискуссии должны быть результативными, а это не смогло реализовать руководство СССР к 1990 г., после чего им был утерян контроль над политическими и коммуникационными процессами.
Таким образом, в период перестройки был использован новаторский прием конвергенции бинарных оппозиционных информационных потоков. Поскольку они были одинаково ориентированы идеологически и тематически, то происходила быстрая смена актуальной социально-политической проблематики. Определяя параметры нового информационного поля страны, руководство СССР достаточно успешно с 1986 по 1990 гг. управляло общественными настроениями, что позволяет рассматривать информационную политику этого периода - гласность в качестве полноценной политической технологии. В 1990-2000 гг. российская политическая элита использовала в рамках своих коммуникационных стратегий как технологический прием конвергенцию документальных и художественных информационных потоков, но исключительно для достижения тактических задач. В современной политической ситуации российская власть могла бы максимально полно реализовать коммуникационный потенциал гласности как технологию, которая в состоянии формировать насыщенное актуальной проблематикой информационное поле, и эффективно модерировать общественные дискуссии по модернизации политической системы.
гласность перестройка информационная политика
Список литературы
1. Болдин В.И. Крушение пьедестала. Штрихи к портрету Горбачева М.С. М.: Республика, 1995.460 с.
2. Бордюгов Г.А., Козлов В.А. История и конъюнктура. М.: Изд-во политической литературы, 1992.355 с.
3. Бурбулис Г.Э. Как распался СССР // Я иду на урок истории. 2001. № 47. С.5-11.
4. Гайдар Е.Т. Дни поражений и побед. М.: Варгиус, 1996, 400 с.
5. Геллер М.Я. Горбачев: победа гласности, поражение перестройки // Советское общество: возникновение, развитие, исторический финал: в 2-х т. М.: Российский гос. ун-т, 1997.Т. II. Апогей и крах сталинизма / под общ. ред. Ю.Н. Афанасьева. С.546-576.
6. Дугин А.Г. Консервативная революция. М.: Арктогея, 1994.343 с.
7. Засурский Я.Н. Десять лет свободы печати в России // Вестник Московского университета. Серия 10. Журналистика. 2001. № 1. С.3-12.
8. Зюганов Г.А. Россия и современный мир. М.: Информпечать, 1996.448 с.
9. Струкова Е.Н. Альтернативная периодическая печать и ее роль в становлении многопартийности в России: 1987-1996 гг.: дисс. к. филол. н. М., 2002.215 с.
10. Ушанов П.В. Гласность как политическая технология. Владивосток: Издательский дом ДВФУ, 2012.120 с.
11. Ушанов П.В. Потенциал телевизионного сериала как элемента политической коммуникации // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. 2014. № 3 (41). Ч.2.С. 194-196.
12. Ушанов П.В. Президент как главная политическая фигура страны в российском остросюжетном романе // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. 2015. № 2 (52). Ч.1. С.188-192.
13. Якобсон Р.О. Работы по поэтике. М.: Прогресс, 1987.464 с.
14. Якобсон Р.О. Язык и бессознательное. М.: Гнозис, 1996.248 с.