В прежнем правопорядке от юриста требовалось прежде всего умение ориентироваться в море нормативных актов, жестко регламентировавших все стороны общественных отношений. Этим объяснялся преобладающий информационный характер обучения, упор на познание действующего нормативного материала и его комментирование, следование за законом в изучении правовой науки. Разумеется, и в современных условиях знание и строгое соблюдение законов полностью сохраняет все свое значение для подготовки профессионального юриста. Однако теперь в гораздо большей мере требуется понимать смысл гражданско-правовой материи и заложенные в ней возможности творческого практического применения.
Этим обусловлено первостепенное значение глубокого усвоения существа основных цивилистических категорий, конструкций и институтов, знания и понимания основных тенденций развития гражданско-правового (частноправового) регулирования имущественных и личных неимущественных отношений. Поэтому главную роль начинает играть методологический, а не информационный подход к обучению, связанный с раскрытием содержания и различного законодательного оформления основных понятий цивилистики, возможностей их творческого использования с учетом современных тенденций развития гражданского права. Обращение к конкретным решениям действующего законодательства при таком подходе приобретает справочно-иллюстративное, вспомогательное, а не приоритетное значение.
Изложенным определяются и отдельные задачи курса гражданского права. Прежде всего это теоретико-познавательная задача получения, усвоения и систематизации цивилистических знаний. При этом формируются также определенные навыки как научно-теоретического подхода к рассматриваемым гражданско-правовым явлениям, так и практического их использования в юридической работе.
В ходе изучения гражданского права формируются основанные на специальных знаниях оценки действующей гражданско-правовой регламентации, составляющие часть профессионального правосознания юриста. Они характеризуют развитие его профессионального мышления и культуры и, в свою очередь, могут вызвать представления о необходимости и полезности тех или иных усовершенствований, изменений в законодательстве и правоприменительной практике. Если они основаны на глубоком, серьезном познании юридической и социально-экономической природы соответствующего гражданско-правового института, а не на поверхностных, непрофессиональных суждениях и оценках, то способны сыграть весьма полезную роль как в правотворческой, так и в правореализационной деятельности.
Дополнительная литература
Иоффе О.С. Развитие цивилистической мысли в СССР (части I и II) // Иоффе О.С. Избранные труды по гражданскому праву. Из истории цивилистической мысли. Гражданское правоотношение. Критика теории хозяйственного права (серия "Классика российской цивилистики"). М., 2000.
Красавчиков О.А. Советская наука гражданского права (понятие, предмет, метод, состав и система). Свердловск, 1961.
Шершеневич Г.Ф. Наука гражданского права в России (серия "Классика российской цивилистики"). М., 2003.
Раздел XIV. Обязательства по оказанию финансовых услуг - охватывает изложение гражданско-правового (договорного) регулирования кредитно-финансовой сферы: услуг по страхованию, предоставлению займа и кредита, финансирования под уступку денежного требования (факторинг), а также различных услуг в сфере банковской деятельности (отношения банковского вклада, банковского счета, безналичных расчетов).
Раздел XV. Обязательства по совместной деятельности - освещает гражданско-правовое оформление отношений по договорной организации и осуществлению совместной деятельности участников имущественного оборота, в том числе по созданию юридических лиц на основе учредительного договора.
Раздел XVI. Обязательства из односторонних действий - раскрывает содержание и особенности обязательств, возникающих из публичного обещания награды, конкурсов и аналогичных действий одностороннего (недоговорного) характера.
Раздел XVII. Внедоговорные (правоохранительные) обязательства - посвящен гражданско-правовому оформлению отношений, возникающих в связи с причинением имущественного вреда гражданам и организациям, а также вследствие неосновательного приобретения или сбережения ими чужого имущества. Эти отношения имеют правоохранительный характер. Изложение посвященных им правил завершает курс гражданского права.
В англо-американской правовой системе роль основного источника права выполняет судебный прецедент - вступившее в законную силу решение суда по конкретному спору. Обычно речь идет о решениях судов высших инстанций, определенным образом систематизированных или обобщенных, которые и составляют здесь понятие судебной практики. В качестве источника права (case law) она по сути предопределяет даже порядок применения писаного, "статутного права" (statute law), т.е. законов и других нормативных актов. В континентальной, в том числе в российской, правовой системе судебный прецедент формально не считается источником права, хотя фактически значение судебной практики разрешения тех или иных споров и здесь весьма велико, а в известной мере даже формализовано.
Так, высшие судебные органы в соответствии со ст. ст. 126, 127 Конституции РФ вправе давать судам разъяснения по вопросам применения законодательства. Такие разъяснения "в порядке судебного толкования" обычно принимаются ими в форме постановлений их пленумов, содержащих обязательное толкование действующих правовых норм <1>. Эти акты не должны содержать новых норм права, однако закрепленное ими толкование содержания правовых норм является обязательным для соответствующей судебной системы, а тем самым и для сторон различных споров <2>. Несмотря на то, что формально они не являются источниками права, их роль в установлении единообразного понимания и применения гражданско-правовых норм, безусловно, весьма велика.
--------------------------------
<1> В настоящее время обязательный характер формально признан законом только за постановлениями Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ (п. 2 ст. 13 Федерального конституционного закона от 28 апреля 1995 г. N 1-ФКЗ "Об арбитражных судах в Российской Федерации" // СЗ РФ. 1995. N 18. Ст. 1589; 2003. N 27 (часть I). Ст. 2699). Тем не менее фактически и постановления Пленума Верховного Суда РФ тоже считаются имеющими обязательный характер для судов общей юрисдикции. В ряде случаев принимаются совместные постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, также имеющие для судов обязательную силу.
<2> Это обстоятельство дало возможность ряду ученых говорить о признании данных актов источниками гражданского права (см.: Иоффе О.С. Советское гражданское право. М., 1967. С. 54 - 55; Калмыков Ю.Х. Вопросы применения гражданско-правовых норм. Саратов, 1976. С. 31 - 45). Данная позиция активно поддерживается некоторыми руководителями судебных органов (см. особенно: Жуйков В.М. К вопросу о судебной практике как источнике права // Судебная практика как источник права. М., 2000. С. 78 и сл.).
Важное практическое значение имеют и публикуемые решения по конкретным делам (прецеденты в собственном смысле слова), а также обзоры практики рассмотрения отдельных категорий споров и иные рекомендации высших судебных инстанций <1>. Определенным образом ориентируя суды, а следовательно, и участников судебных споров, в том числе потенциальных, они таким образом в значительной мере предопределяют порядок, условия и последствия применения многих гражданско-правовых норм (даже при отсутствии конкретного спора).
--------------------------------
<1> Такие документы официально публикуются в журналах "Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации" и "Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации".
Сказанное вполне можно отнести и к актам Конституционного Суда РФ, который в соответствии со ст. 125 Конституции РФ проверяет конституционность законов и некоторых других нормативных актов, а также дает обязательное толкование Конституции РФ. Признанные им неконституционными акты или их отдельные положения утрачивают силу, однако в компетенцию Конституционного Суда РФ не входит ни принятие новых правовых норм, ни обязательное толкование действующего законодательства (кроме Конституции) <1>. Можно лишь условно говорить о негативном характере его правотворчества, ибо утрата силы нормами права в связи с признанием их неконституционными в ряде случаев фактически порождает новую редакцию таких норм <2>.
--------------------------------
<1> Согласно ст. ст. 1 и 3 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" (СЗ РФ. 1994. N 13. Ст. 1447; 2001. N 7. Ст. 607; N 51. Ст. 4824) Конституционный Суд РФ является судебным органом конституционного контроля, осуществляющим судебную, а не законодательную власть (о чем косвенно свидетельствует и наличие у него права законодательной инициативы). Поэтому не могут иметь общеобязательной юридической силы ни правовые позиции Конституционного Суда, выраженные в мотивировочной части его постановлений и определений, ни конституционно-правовое толкование норм гражданского права, причем исключающее "любое иное их истолкование в правоприменительной практике" (ср. п. 2 Постановления Конституционного Суда РФ от 25 января 2001 г. N 1-П "По делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан И.В. Богданова, А.Б. Зернова, С.И. Кальянова и Н.В. Труханова" // СЗ РФ. 2001. N 7. Ст. 700).
<2> См., например, Постановление Конституционного суда РФ от 23 февраля 1999 г. N 4-П "О проверке конституционности положения части второй статьи 29 Федерального закона от 3 февраля 1996 года "О банках и банковской деятельности" в связи с жалобами граждан О.Ю. Веселяшкиной, А.Ю. Веселяшкина и Н.П. Лазаренко" и комментарий к нему судьи КС РФ Г.А. Гаджиева // Комментарий к постановлениям Конституционного Суда Российской Федерации / Отв. ред. Б.С. Эбзеев. В 2-х т. Т. 2: Защита прав и свобод граждан. М., 2000. С. 344 - 356.
Не является источником права цивилистическая доктрина. Обоснованные учеными выводы обычно представляют собой результат доктринального (научного) толкования закона и других источников права, но не имеют обязательного характера. Они могут быть учтены судом в качестве мнения сведущих лиц или стать основой предложений об изменении (усовершенствовании) законодательства, но в любом случае сами по себе не приобретают непосредственного юридического значения. Это же можно сказать и о разрабатываемых учеными-юристами на национальном и международном уровнях модельных (рекомендательных) законах и иных аналогичных документах <1>.
--------------------------------
<1> См., например: Гражданский кодекс. Часть первая. Модель. Рекомендательный законодательный акт Содружества Независимых Государств. Принят на пятом пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств - участников Содружества Независимых Государств 29 октября 1994 г. // Приложение к "Информационному бюллетеню МПА государств - участников СНГ". 1995. N 6; Международный институт унификации частного права (УНИДРУА, UNIDROIT). Принципы международных коммерческих договоров. М., 2003.
Не могут считаться источниками права и индивидуальные акты, или акты локального характера, не исходящие от органов государственной власти и не содержащие общеобязательных для всех субъектов права предписаний (правовых норм). В сфере гражданского права часто используются конкретные уставы различных юридических лиц, их внутренние регламенты и другие корпоративные документы, договоры и т.п. Они обязательны лишь для тех, кто их принял (не случайно говорят, что "договор - закон для двоих") или входит в состав соответствующего юридического лица, ибо основаны исключительно на добровольном подчинении их действию. Главное же и очевидное их отличие от нормативных актов состоит в том, что такие локальные акты, как и гражданско-правовые договоры, не являются актами публичной (законодательной) власти и не санкционированы в этом качестве органами государства, имеющими компетенцию по изданию нормативных актов, а приняты самими участниками гражданских правоотношений. Такие акты в механизме гражданско-правового регулирования играют роль юридических фактов, а не правовых норм <1>. Поэтому они, не будучи общеобязательными правилами поведения, тем не менее имеют значение для возникновения, изменения или прекращения конкретных правоотношений, возникших между их участниками, в том числе при разрешении споров (разумеется, при условии полного соответствия их содержания действующему законодательству). С их помощью участники гражданских правоотношений могут самостоятельно организовывать и регулировать свои конкретные взаимосвязи.
--------------------------------
КонсультантПлюс: примечание.
Учебник "Гражданское право. Часть первая" (отв. ред. В.П. Мозолин, А.И. Масляев) включен в информационный банк согласно публикации - Юристъ, 2005.
<1> Распространившаяся в ряде работ последнего времени трактовка локальных актов и даже договоров как современных источников гражданского права (см., например: Гражданское право. Часть первая: Учебник / Отв. ред. В.П. Мозолин, А.И. Масляев. М., 2003. С. 48, 61) в действительности придает этим юридическим фактам гражданского права несвойственное им нормативное значение. Подробнее о значении и видах юридических фактов см. гл. 12 настоящего учебника.
Таким образом, к числу источников отечественного гражданского права следует относить:
- законодательство (нормативные акты);
- международные договоры, в которых участвует РФ;
- обычаи делового оборота и иные признанные законом обычаи.