Многочасовая перекличка надолго запомнилась узникам Аушвица. Бывший заключенный Ян Дзопек вспоминал: «Заключенные были в одних рубашках, потому что уходили на работу, большинство из них было даже без обуви. Стоя, им не разрешалось покидать ряды, садиться, опускаться на колени или менять позу. Они справляли свои телесные потребности в штаны» [38, s. 106]. Еще один узник Аушвица, Тадеуш Балют, отмечал, что был совершенно измучен такими издевательствами: «Я смертельно устал, отправился в блок и забыл, что на божьем свете существует что-то еще» [41, s. 8-9], а Мариан Дыбус, имевший лагерный номер 678, запомнил обезумевших эсэсовцев, которые «все больше и больше приходили в ярость и вымещали свое недовольство на заключенных» [39, s. 161].
Предельно суровые наказания были применены и в отношении соседей Вейовского по бараку. По словам Эдварда Вроны, узника номер 206, «мужчины, спавшие рядом с Вейовским, были крайне жестоко избиты», причем настолько, что «у одного из этих мужчин, который получил 120 ударов плетью по задней части тела, лежа на специальном табурете, была открытая рана размером с кулак» [37, s. 164].
Поняв, что Вейовский совершил побег и найти его по горячим следам не удастся (хотя эсэсовцы и организовали поиск по всему Освенциму и его окрестностям, во время которого обыскали многие дома), администрация концлагеря провела расследование и изучила обстоятельства, которые привели к этому инциденту. Довольно быстро им удалось установить личности пятерых гражданских электриков-поляков, работавших в Аушвице. Ими оказались Юзеф Патек, Болеслав Бич, Юзеф Мускинский, Эмиль Коваловский и Станислав Мржыглод. Впоследствии Болеслав Бич, единственный выживший член бригады электриков, в подробностях рассказал о своем задержании и назвал фамилии двух узников, «сдавших» его группу. Это были некие Попович и Баран, по-видимому, не выдержавшие многочасовых побоев [36, s. 38-39]. Также в оказании помощи беглецу обвинили одиннадцать заключенных Аушвица, которых вместе с пятью электриками разместили в подвале блока № 13, а затем перевели в штрафной изолятор. Их имена: Георг Олек, Рудольф Грегор, Ежи Урбанский, Владислав Щудлик, Карл Юрек, Павел Збещук, Тадеуш Кукульский, Станислав Баргель, Леопольд Гонья, Эугениуш Хейка и Здзислав Веселек [8, р. 18; 32]. Никто из них не признал связи с Вейовским и не выдал его местоположение.
Предпоследним в списке Рудольфа Хесса из шестнадцати обвиняемых [32] шел поляк Эугениуш Герхард Хейка, заключенный номер 608. 22-летний выпускник кадетского корпуса из города Любава, как и Вейовский, прибыл в Аушвиц первым транспортом, однако в организации побега участия не принимал. Его ошибочно задержали вместе с десятью другими поляками только за то, что написанное его рукой письмо (оно было адресовано его родителям) оказалось у одного из гражданских рабочих, который должен был отправить его на воле. Хейку допросили и поместили в камеру смертников, где он ждал своей участи на протяжении нескольких недель. Случай привлечения «лишнего» заключенного к списку из десяти человек является уникальным для нацистской лагерной системы, так как обычно за побег администрация Аушвица наказывала только десятерых узников [1, р. 504-505; 8, р. 17-18, 33; 11, р. 123; 26, р. 73].
Происшествие было настолько серьезным и исключительным, что руководству концлагеря пришлось доложить о случившемся шефу Гестапо, группенфюреру СС Генриху Мюллеру, который 2 августа 1940 г. получил подробное письмо начальника политического отдела Аушвица с информацией о том, что после побега заключенного Вейовского было проведено расследование в отношении всех шестнадцати пособников беглеца [9, s. 50].
Комендант лагеря Рудольф Хесс потребовал расстрелять сообщников Вейовского, о чем уведомил в письме от 19 июля 1940 г. обергруппенфюрера СС, начальника полиции СС в Бреслау Эриха фон дем Бах-Зелевски, подробно рассказав об обстоятельствах побега [32]. Также Хесс жаловался на помощь, которую фанатичное польское население оказывает узникам концлагеря. По его словам, поляки «готовы к любым действиям против ненавистной лагерной команды СС. Каждый заключенный, которому удается сбежать, может рассчитывать на любую помощь, как только он доберется до первого польского двора» [2, k. 25]. Однако по личному распоряжению рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера пятерых поляков-электриков приговорили к 75 ударам плетью - три раза по 25 ударов - в весьма изощренной форме: их били электрическими кабелями, обтянутыми кожей, пока заключенные лежали на лошади, после чего определили наказание в виде пятилетнего пребывания в концлагере. Лагерную плеть выдержали далеко не все. Через несколько недель от ран, полученных во время порки, умер Мржыглод, а Бич пролежал в лагерной больнице без сознания на протяжении двух недель, после чего ему была сделана операция [20, s. 143]. Мускинский, Патек и Коваловский были убиты в 1941 г. в другом концлагере [36, s. 41].
В конечном итоге заговорщиков, помогавших Вейовскому, - пятерых поляков-электриков и одиннадцать заключенных - после четырех с половиной месяцев пыток отправили в другие нацистские лагеря. Согласно приказу руководителя системы нацистских концлагерей, группенфюрера СС Рихарда Глюкса [2, k. 3; 22], «польские гражданские рабочие» оказались в Маутхаузене, остальных узников перевели в Флоссенбюрг. По воспоминаниям бывшего сотрудника польской государственной железной дороги Рудольфа Ковалевского, который лично присутствовал при отправлении состава в Маутхаузен, «это были уже не люди, а покрытые кровью калеки» [40, s. 67-68]. К счастью, флоссенбюргским заключенным повезло больше и они дожили до освобождения концлагеря в апреле 1945 г.
Пока в Аушвице искали виновных в организации побега, Вейовский благополучно добрался до родного городка Колачице, где находился более года. Он установил контакт с родителями, которые помогали ему все это время, племянником Чеславом и невесткой брата Марией Кучмой [16, s. 86]. Неизвестно, связался ли Тадеуш со своей женой Катажиной или не стал ее беспокоить, так как она могла пострадать из-за его побега. В окрестностях Колачице Вейовский скрывался до осени 1941 г., когда немцы арестовали его и заключили в тюрьму города Ясло. Удивительно, но во время допроса его не опознали как бывшего узника Аушвица, совершившего побег в июле 1940 г. В Ясло Вейовский пробыл недолго и вскоре вместе с другими арестованными был предположительно перевезен на полицейском фургоне в тюрьму города Горлице. Правда, до Горлице он так и не добрался, так как был застрелен около одной из бывших нефтяных скважин близ Ясло. Так завершился жизненный путь человека, вошедшего в историю как первый беглец из самого страшного нацистского концлагеря.
По словам невестки брата Вейовского Марии Кучмы, после возвращения домой Тадуеш рассказал ей о том, что, едва покинув стены Аушвица, он отправился в город Ченстохова к матери своего лагерного товарища, с которым собирался бежать. Она уговорила Вейовского вернуться в Аушвиц, чтобы освободить ее сына. Вооружившись пистолетами, Тадеуш вместе с тремя поляками пробрался к воротам Аушвица, однако, несмотря на темное время суток, их заметила лагерная охрана, которая открыла огонь. Вейовский и его товарищи бежали [3, k. 6]. По мнению польского историка Яцека Лахендро, эта история является маловероятной [16, s. 86], хотя и очень похожа на инцидент, рассказанный в письме от 12 июля 1940 г. комендантом Аушвица Рудольфом Хессом главному инспектору концлагерей Рихарду Глюксу. В нем Хесс извещал Глюкса о том, что накануне в лагерь пытались ворваться несколько мужчин с намерением освободить заключенных. Однако их попытка оказалась неудачной [2, k. 20].
Спустя полтора месяца после побега Вейовского администрация Аушвица уведомила его жену Катажину о том, что 7 июля 1940 г. ее супруг погиб в лагере, а также спрашивала, может ли она забрать личные вещи «покойного». Письмо датировано 22 августа [21], однако ответа на него, по-видимому, не было, так как Катажина Вейовская наверняка узнала о том, что ее муж жив, и не хотела искушать судьбу. К тому же поездка в Освенцим была смертельно опасной, поскольку в первые годы существования Аушвица в него насильно привозили семьи беглецов и подвергали жестоким пыткам [1, р. 505; 26, р. 73]. Не было и особой необходимости в том, чтобы забирать немногочисленные вещи бывшего узника.
Тадеуш Вейовский был первым, но далеко не единственным узником Аушвица из первого массового транспорта, кто совершил побег. По меньшей мере еще девятнадцать человек решили повторить поступок Вейовского [29]. К сожалению, большинство побегов закончились неудачей, а бежавшие заключенные были впоследствии убиты. Однако перед ними был яркий пример силы и стойкости духа, человека, который не стал приспосабливаться к обстоятельствам, а сам эти обстоятельства изменил и сделал себя свободным.
С именем Вейовского связан еще один любопытный аспект, лингвистический. Удивительно, но с польского языка фамилию Вейовский можно перевести как беглый или беглец, на что первым обратил внимание ротмистр Войска Польского, будущий организатор движения сопротивления в Аушвице Витольд Пилецкий. В своем отчете, более известном как «Отчет Пилецкого», он рассказывает о побеге Вейовского, который был совершен «как будто назло лагерным властям» [19, p. 38]. Дело в том, что на польском языке фамилия Wiejowski является каламбуром слова zwiewac - жаргонного слова для обозначения того, чтобы скрыться или убежать, то есть беглеца. Это довольно интересное наблюдение, так как в ограниченном лагерном пространстве заключенному было жизненно важно сохранить свою личностную идентичность, свое имя, свое Я, чтобы остаться самим собой, не переняв при этом насильно навязываемые нацистские ценности [6, р. 145-147]. В этом плане антропонимические данные играли большую роль в условиях подавления, полного разрушения личности узников и превращения их в безымянную послушную массу, неспособную ни на индивидуальное, ни на групповое сопротивление [4, р. 109].
Успешный побег Тадеуша Вейовского имел важные психологические последствия для заключенных Аушвица. Вейовский не стал символом лагерного сопротивления, его не считали героем или сверхчеловеком, ведь от его действий пострадали многие узники, однако он сделал главное - обманул жестокую, бесчеловечную и циничную систему нацизма, показав остальным, что ничего невозможного нет, даже в аушвицком аду. Его побег был осуществлен не только вследствие хорошей подготовки и помощи надежных людей, но в том числе благодаря попустительству лагерной охраны и счастливому стечению обстоятельств. Он рискнул и выиграл, получив в награду жизнь, а его бегство стало своеобразной моделью идеального побега, которую позднее использовали и другие заключенные Аушвица.
Тадеуш Вейовский прожил короткую (всего 27 лет], но при этом очень насыщенную жизнь. Он стал свидетелем страшной эпохи, когда на его глазах рушилась польская государственность, а многие соотечественники на личном опыте узнали, что такое концлагерь. При этом судьба Вейовского довольно типична для поляка первой половины XX в., так как десятки тысяч жителей Польши прошли через те же испытания. Однако Вейовскому суждено было сыграть другую историческую роль. Он стал первым заключенным, которому удался успешный побег из концентрационного лагеря Аушвиц, и именно поэтому его имя навсегда останется в исторической памяти.
Список литературы
1. Anatomy of the Auschwitz Death Camp. Bloomington: Published in Association with the United States Holocaust Memorial Museum ; Washington: D. C. by Indiana University Press, 1994. 638 p.
2. Archiwum Panstwowego Muzeum w Oswicimu. Sygn. D-AuI-1/13. Acta dotyczqce ucieczki Tadeusza Wiejowskiego. K. 1-28.
3. Archiwum Panstwowego Muzeum w Oswicimu. Zespot Oswiadczenia. Relacja Marii Kuczmy. T. 57. K. 1-8.
4. Bettelheim B. The Informed Heart: Autonomy in a Mass Age. Glencoe, Ill.: Free Press, 1960. 309 p.
5. Bruce G. The Nazis. Secaucus, N.J.: Chartwell Books, 1977. 160 p.
6. Cohen E. Human Behavior in the Concentration Camp. New York: W. W. Norton, 1953. 295 p.
7. Correspondence from the command of Auschwitz concerning the escape of prisoner Thadeus Wiejowski, 6 July 1940, and the punishment of 5 Polish workers and 11 prisoners for helping in the escape. Itemized personal papers. July 1940 // Nazi concentration camp records. United States Holocaust Memorial Museum Archives. Accession Number: 1991. A. 0038. RG Number: RG-04.006M. Reel 1 (Auschwitz). 3.
8. Czech D. Auschwitz Chronicle, 1939-1945. New York: H. Holt, 1990. 855 p.
9. Czech D. Kalendarium Der Ereignisse Im Konzentrationslager Auschwitz-Birkenau 1939-1945. 1. Auflage. ed. Reinbek Bei Hamburg: Rowohlt, 1989. 1056 s.
10. Deportowani wg narodowosci // Panstwowe Muzeum Auschwitz-Birkenau. URL: http://auschwitz.org/ historia/liczba-ofiar/deportowani-wg-narodowosci.
11. Dlugoborski W., Piper F. Auschwitz, 1940-1945: Central Issues in the History of the Camp. Vol. V. Epilogue. Oswicim: Auschwitz-Birkenau State Museum, 2000. 314 p.
12. Dunin-Wasowicz K. Resistance in the Nazi Concentration Camps, 1933-1945. Warszawa: PWN-Polish Scientific Publishers, 1982. 436 p.
13. Friedrich O. The End of the World: A History. New York: Fromm International Pub. Corp., 1986. 384 p.
14. Hoss R. Kommandant in Auschwitz: Autobiographische Aufzeichnungen // Veroffentlichungen Des Instituts Fur Zeitgeschichte. Quellen Und Darstellungen Zur Zeitgeschichte, Bd. 5. Stuttgart: Deutsche Verlags - Anstalt, 1958. 184 S.
15. Lachendro J. Ucieczki wizniow KL Auschwitz // Panstwowe Muzeum Auschwitz-Birkenau. URL: http://lekcja.auschwitz.org/pl_15_ucieczki.
16. Lachendro J. Wybrane przyktady ucieczek z KL Auschwitz // Cena odwagi. Miedzy ocaleniem zycia a ocaleniem cztowieczenstwa / Red. A. Bartus, P. Trojanski. Oswicim: Wydawnictwo Naukowe Uniwersytetu Pedagogicznego im. Komisji Edukacji Narodowej w Krakowie, 2019. S. 85-110.
17. Langbein H. People in Auschwitz. Chapel Hill: University of North Carolina Press, 2004. 549 p.
18. Liczba zamordowanych // Panstwowe Muzeum Auschwitz-Birkenau. URL: http://auschwitz.org/ historia/liczba-ofiar/liczba-zamordowanych.
19. Pilecki W. Witold's Report from Auschwitz. Krakow: Apostolicum Publishing House, 2017. 253 p.
20. Piper F. Warunki zycia i pracy jako srodek wyniszczania wizniow // Auschwitz. Nazistowski oboz smierci. Oswicim: Wydawnictwo Panstwowego Muzeum Oswicim-Brzezinka, 2008. S. 139-146.
21. Pismo administracji KL Auschwitz do Katarzyny Wiejowskiej z dnia 22 sierpnia 1940 r. powiadami- ajqce o mozliwosci przejcia rzeczy osobistych po rzekomo zmartym w obozie (faktycznie zbiegiym 6 lipca 1940 r.) Tadeuszu Wiejowskim // Strzelecka I. Pierwsze deportacje do Auschwitz. Ucieczki. Panstwowe Muzeum Auschwitz-Birkenau. URL: http://lekcja.auschwitz.org/pl_14_transporty.
22. Pismo z 14 pazdziernika 1940 r. wystane przez inspektora obozow koncentracyjnych SS-Oberfuhrera Richarda Glucksa do komendantow Auschwitz, Mauthausen i Flossenburg / / Lachendro J. Ucieczki wizniow KL Auschwitz. Panstwowe Muzeum Auschwitz-Birkenau. URL: http://lekcja.auschwitz.org/pl_15_ucieczki.
23. Podobozy KL Auschwitz // Panstwowe Muzeum Auschwitz-Birkenau. URL: http://auschwitz.org/ historia/podobozy.
24. Proch F. Poland's way of the cross 1939-1945. New York: Polish Association of Former Political Prisoners of Nazi and Soviet Concentration Camps, 1987. 153 p.
25. Rawson A. Auschwitz: The Nazi Solution. Havertown: Pen & Sword Books, 2015. 136 p.
26. Rees L. Auschwitz: The Nazis & The `Final Solution'. London: BBC Books, 2005. 400 p.
27. Rocznica pierwszej ucieczki z Auschwitz // Panstwowe Muzeum Auschwitz-Birkenau. URL: http://auschwitz.org/muzeum/aktualnosci/rocznica-pierwszej-ucieczki-z-auschwitz,61.html.
28. Steinbacher S. Auschwitz: Geschichte Und Nachgeschichte. Originalausg. Munchen: Beck, 2004. 128 S.
29. Strzelecka I. Pierwsze deportacje do Auschwitz. Ucieczki // Panstwowe Muzeum Auschwitz- Birkenau. URL: http://lekcja.auschwitz.org/pl_14_transporty.
30. Swiebocki H. Ludzie Dobrej Woli: Ksiga Pamici Mieszkancow Ziemi Oswicimskiej Niosqcych Pomoc Wizniom KL Auschwitz. Oswicim: Wydawnictwo Panstwowego Muzeum Auschwitz-Birkenau, 2005. 626 s.
31. Tippelskirch K. Geschichte Des Zweiten Weltkriegs. Bonn: Athenaum-Verlag, 1959. 636 s.
32. Trzystronicowe pisma z 19 lipca 1940 r. wystane przez komendanta KL Auschwitz Rudolfa Hossa do wyzszego dowodcy SS i policji we Wroctawiu SS-Gruppenfuhrera Ericha von dem Bacha Zelewskiego / / Lachendro J. Ucieczki wizniow KL Auschwitz. Panstwowe Muzeum Auschwitz-Birkenau. URL: http://lekcja.auschwitz.org/ pl_15_ucieczki.
33. Ucieczka polaka Tadeusza Wiejowskiego 6 lipca 1940 // Lachendro J. Ucieczki wizniow KL Auschwitz. Panstwowe Muzeum Auschwitz-Birkenau. URL: http://lekcja.auschwitz.org/pl_15_ucieczki.
34. Wachsmann N. KL: A History of the Nazi Concentration Camps. New York: Farrar, Straus and Giroux, 2015. 865 p.
35. Weinbaum L., Jacobs M., Swiebocki H. London Has Been Informed: Reports by Auschwitz Escapees. Oswicim: Auschwitz-Birkenau State Museum, 1997. 314 p.
36. Zeznanie Bolestawa Bicza z dnia 11 lipca 1946 roku // Archiwum Instytutu Pamici Narodowej w Warszawie. Sygn. IPN GK 196/84. S. 37-42.
37. Zeznanie Edwarda Wrony z dnia 12 listopada 1946 roku // Archiwum Instytutu Pamici Narodowej w Warszawie. Sygn. IPN GK 196/89. S. 150-167.
38. Zeznanie Jana Dziopeka z dnia 16 wrzesnia 1946 roku // Archiwum Instytutu Pamici Narodowej w Warszawie. Sygn. IPN GK 196/90. S. 38-164.
39. Zeznanie Mariana Dybusa z dnia 28 wrzesnia 1946 roku // Archiwum Instytutu Pamici Narodowej w Warszawie. Sygn. IPN GK 196/85. S. 157-168.