К вопросу о деятельности немецко-фашистских карательных органов в период оккупации Краснодарского края (июль 1942 - сентябрь 1943 гг.)
Степаненко С.Г.
После вторжения в Советский Союз на органы Главного управления имперской безопасности Германии была возложена задача обеспечения фашистского режима в захваченных районах. Для этой цели на временно оккупированную советскую территорию было направлено значительное количество частей охранной полиции и специальные подразделения РСХА: подвижные оперативные группы и команды, действовавшие в прифронтовой полосе, и территориальные органы для тыловых районов, управляемых гражданской администрацией. Основной целью оперативных групп являлось физическое истребление советских патриотов, еврейского населения, партийных и комсомольских активистов.
Остановимся на общей структуре карательных органов Германии данного периода. Собственно полиция состояла из ранее функционировавших полиций: земель и общегерманской полиции порядка - «орднунгполицай» («орпо»). Возглавлял ее Курт Далюге, имевший одновременно два звания - генерала полиции и обергруппенфюрера СС. Кроме полиции земель, существовала уголовная полиция - «криминалполицай» («крипо»), во главе с группенфюрером СС и генерал-лейтенантом полиции Артуром Небе. «Государственная тайная полиция» («гестапо») входило в РСХА как «амт-IV». Возглавлял гестапо генерал-лейтенант полиции и группенфюрер СС Генрих Мюллер. Крипо и гестапо вместе образовывали так называемую полицию безопасности, или «зипо». Компетенция гестапо распространялась только на территорию Германии, Францию и Польшу. На оккупированной территории Советского Союза гестапо не функционировало, его функции выполняли аппараты так называемых высших СС и полицайфюреров, а также подчиненных им уполномоченных зипо и СД, т.е. полиции безопасности и службы безопасности. Оккупационные власти в городах создавали из числа жителей местную «вспомогательную полицию».
Шефу немецкой полиции, а впоследствии и министру внутренних дел Гимлеру подчинялись орпо, крипо и гестапо.
В марте 1942 года РСХА был создан специальный разведывательно-диверсионный орган под условным наименованием «Унтернемен Цеппелин» (предприятие Цеппелин) для политического разложения Советского Союза». Главные тактические задачи «Цеппелина» определялись этим планом так: сбор и передача политических сведений из Советского Союза; распространение национальной, социальной и религиозной пропаганды; организация и проведение восстаний; проведение политических диверсий и террора.
Весной 1942 года «Цеппелин» направил четыре особых команды (зондеркоманды) на советскогерманский фронт.
Особые команды «Цеппелина» занимались отбором военнопленных для подготовки агентуры в учебных лагерях, собирали разведывательные сведения о политическом и военно-экономическом положении СССР путем опроса военнопленных, проводили сбор обмундирования для экипирования агентуры, различных воинских документов и других пригодных к использованию в разведывательной работе материалов.
В задачу подвижных формирований полиции безопасности и СД - оперативных групп (айнзатцгруппен) входили захват важнейших государственных учреждений и подавление всякого возможного сопротивления со стороны гражданского населения. Понятие «оперативной группы» впервые было установлено во время польской кампании.
Всего существовало четыре оперативные группы: оперативная группа А, В, С и D. В состав этих четырех айнзацгрупп входило 23 небольших айнзац и зондеркоманд.
В айнзацгруппе насчитывалось от 600 до 1000 человек: около 350 эсэсовцев, около 150 шоферов и механиков, около 100 сотрудников гестапо, 40-50 работников уголовной полиции, 30-35 сотрудников СД. В каждой были переводчики, радисты, телеграфисты, административный персонал - в основном женщины от 10 до 15 человек на группу.
Офицеры в группы направлялись из СД, СС, Крипо (криминальной полиции), гестапо (тайной полиции). Рядовой персонал набирался из Ваффен СС, гестапо, а также из числа местной полиции на местах, включались и добровольцы из числа военнопленных (как правило, добровольно перешедших на сторону фашистов). Во время войны в айнзацгруппах насчитывалось 1500 человек из Ваффен СС.
В составе оперативных групп были подразделения - особые команды (зондеркомандо) для действий в районах передовых частей армии и оперативные команды (айнзатцкомандо) - для действий в армейском тылу.
Оперативные и особые команды насчитывали от 120 до 170 человек, из них 10-15 офицеров, 40-60 унтерофицеров и 50-80 рядовых эсэсовцев.
Группа D не была придана группе армий, она была в непосредственном подчинении 1-й армии, а в последующем находилась в резерве и предусматривалась для операций в районе Кавказа для группы армий, которую намеревались создать для проведения этой операции.
Перед оперативными группами, оперативными командами и особыми командами полиции безопасности и СД был поставлен ряд задач:
В зоне боевых действий и ближних тылах они захватывали и обыскивали служебные здания и помещения партийных и советских органов, воинских штабов и ведомств, здания органов государственной безопасности СССР и всех других учреждений и организаций, где могли быть важные оперативные или секретные документы, архивы, картотеки. Производили розыск, арест и физическое уничтожение оставленных в немецком тылу для борьбы с оккупантами партийных и советских работников, сотрудников разведывательных и контрразведывательных органов, а также попавших в плен командиров и политработников Советской Армии. Выявляли и репрессировали коммунистов, комсомольцев, руководителей местных советских органов, общественный и колхозный актив, сотрудников и агентов органов советской разведки и контрразведки. Преследовали и истребляли все еврейское население.
В тылу опергруппы боролись с антифашистскими проявлениями, информировали командующих тылом о политическом положении в подведомственной им местности.
Полиция безопасности и СД насаждали среди гражданского населения агентуру из уголовного и антисоветского элемента: деревенские старосты, волостные старшины, сотрудники созданных немцами административных и других учреждений, полицейские, лесники, владельцы буфетов, закусочных, ресторанов, иногда агентов переводили на малозаметную работу. Агентура следила за появлением в городах и селах подозрительных и незнакомых лиц, партизан, советских парашютистов, сообщать о коммунистах, комсомольцах, бывших активных общественниках. Агентура сводилась в резидентуры. Резидентами работали зарекомендовавшие себя изменники Родины, служившие в немецких учреждениях, городских управах, земельных отделах, строительных организациях и др.
Особая команда 10 а (полевая почта № 47540 и № 35583) действовала совместно с 17-й немецкой армией генерал-полковника Руофа. До середины 1942 года ее возглавлял оберштурмбаннфюрер СС Зетцен, затем штурмбаннфюрер СС Кристман. Команда широко известна своими зверствами в Краснодаре, Таганроге, Осипенко, Ростове, Мариуполе и Симферополе.
Отряды команды в период оккупации Кубани действовали на территории края в городах Новороссийске, Ейске, Анапе, Темрюке, станицах Варениковской и Верхне-Баканской. На судебном процессе в Краснодаре в июне 1943 года были вскрыты факты чудовищных злодеяний сотрудников команды: издевательство над арестованными и сожжение заключенных, содержавшихся в краснодарской тюрьме; массовые убийства больных в городской больнице, в Березанской лечебной колонии и детской краевой больнице на хуторе «Третья речка Кочеты» Усть-Лабинского района; удушение в автомашинах- «душегубках» многих тысяч советских людей. Особая команда в то время насчитывала около 200 человек. Помощниками начальника команды Кристмана были сотрудники Раббе, Боос, Сарго, Сальге, Ган, Эрих Мейер, Пашен, Винц, Ганс Мюнстер; немецкие военные врачи Герц и Шустер; переводчики Якоб Эйкс, Шетерланд. Когда немцы отступили с Кавказа, некоторые официальные сотрудники команды были назначены в другие группы полиции безопасности и СД на советско-германском фронте.
Что касается вооруженных сил Германии (вермахт), то в их подчинении находилась собственная служба безопасности - «Абвер» (военная разведка и контрразведка), организована в 1919 году на правах отдела военного министерства Германии.
Диверсионно-разведывательные команды и группы «Абвер 2» занимались вербовкой, подготовкой и переброской агентуры с заданиями диверсионно-террористического, повстанческого, пропагандистского и разведывательного характера. Одновременно команды и группы создавали из изменников Родины специальные истребительные подразделения (ягдкоманды), различные национальные формирования и казачьи сотни для захвата и удержания до подхода главных сил немецкой армии стратегически важных объектов в тылу советских войск. Эти же подразделения использовали иногда для войсковой разведки переднего края обороны советских войск, захвата языков, подрыва отдельных укрепленных точек. Личный состав подразделений при проведении операций экипировался в форму военнослужащих Советской Армии.
При отступлении агентуру команд, групп и их подразделений использовали как факельщиков и подрывников по поджогу населенных пунктов, уничтожению мостов и других сооружений. Агентуру разведывательно-диверсионных команд и групп забрасывали в тыл Советской Армии с целью разложения и склонения военнослужащих к измене Родине. Они распространяли антисоветские листовки, проводили устную агитацию на переднем крае обороны при помощи радиоустановок. При отступлении оставлялась в населенных пунктах антисоветскую литературу, а для ее распространения вербовалась специальная агентура.
Наряду с подрывной деятельностью в тылу советских войск команды и группы по месту своей дислокации проводили активную борьбу с партизанским движением. Основной контингент агентуры проходил обучение в школах или на курсах при командах и группах. Практиковалась индивидуальная подготовка агентов сотрудниками разведоргана. Переброска диверсионной агентуры в тыл советских войск проводилась при помощи самолетов и пешим порядком группами по 2-5 человека (один - радист). Агенты экипировались и снабжались фиктивными документами в соответствии с разработанной легендой. Заданиями групп являлось: организация подрывов поездов, железнодорожного полотна, мостов и других сооружений на железных дорогах, ведущих к фронту; уничтожение оборонительных сооружений, военных и продовольственных складов и стратегически важных объектов; совершать террористические акты над офицерами и генералами Советской Армии, партийными и советскими руководящими работниками.
Агенты-диверсанты выполняли и разведывательные задания, срок которых был от 3 до 5 и более дней, после чего агенты по паролю возвращались на сторону немцев. Агенты с заданиями пропагандистского характера перебрасывались без указания срока обратного возвращения. Донесения агентов о произведенных ими диверсионных актах проверялись.
В последний период войны команды приступили к подготовке диверсионно-террористических групп для оставления в тылу советских войск: создавали базы и хранилища с оружием, взрывчатыми веществами, продовольствием и одеждой, которыми должны были пользоваться диверсионные группы. На советскогерманском фронте действовали 6 диверсионных команд. В подчинении каждой абверкоманды находилось от 2 до 6 абвергрупп.
В Краснодаре в период оккупации действовали: германский военно-разведывательный орган «Абвергрупп-10», по Краснодару в «Список немецко-фашистских захватчиков и их сообщников, конкретных виновников совершенных злодеяний над мирным населением Краснодарского края» (далее - «Список») были внесены начальник группы подполковник фон Гопф, заместитель начальника группы капитан Рудель Карл Иванович, заместитель начальника группы офицер Крюгер.
Контрразведывательные команды и группы «Абвер 3» действовали на советско-германском фронте в тылу немецких армейских группировок и армий, которым они были приданы. Проводили активную агентурную работу по выявлению советских разведчиков, партизан и подпольных работников, а также собирали и обрабатывали трофейные документы. Контрразведывательные команды и группы перевербовывали некоторых задержанных советских разведчиков, через которых проводили радиоигры с целью дезинформации органов советской разведки. Часть перевербованных агентов контрразведывательные команды и группы выбрасывали в советский тыл с целью внедрения в органы МГБ и разведотделы Советской Армии для изучения методов работы этих органов и выявления подготовленных и выброшенных в тыл немецких войск советских разведчиков.
Каждая контрразведывательная команда и группа имела при себе штатных или постоянных агентов, завербованных из предателей, зарекомендовавших себя на практической работе. Эти агенты передвигались вместе с командами и группами и внедрялись в созданные немецкие административные учреждения и предприятия.
Кроме того, по месту дислокации команды и группы создавали агентурную сеть из местных жителей. При отступлении немецких войск эти агенты передавались в распоряжение разведывательных абвергрупп или же оставались в тылу советских войск с разведывательными заданиями.
Провокация была одним из наиболее распространенных методов агентурной работы немецкой военной контрразведки. Так, агенты под видом советских разведчиков или лиц, переброшенных в тыл немецких войск командованием Советской Армии со спецзаданием, поселялись у советских патриотов, входили в их доверие, давали задания, направленные против немцев, организовывали группы для перехода на сторону советских войск. Затем все эти патриоты подвергались аресту. С той же целью из агентов и предателей Родины создавали лжепартизанские отряды.