К вопросу об «артистах из страны Фулинь» в китайском средневековом искусстве
Д.П. Шульга, А.А. Шульга
Аннотация
Несмотря на активный рост интереса к искусству Великого шелкового пути в отечественной науке практически неизученными являются так называемые «фулиньские мотивы» в китайском искусстве эпох Суй (581-618), Тан (618-907) и Сун (960-1279). В работе коротко рассмотрена семантика «топонима» Фулинь, а также его связь с Восточной Римской империей, Средней Азией и христианством.
Дело в том, что в китайском пространстве три этих значения в равной степени определяли понимание слова «Фулинь» (и, следовательно, различных сюжетов, имеющих подобный эпитет «фулиньский»). Очевидно, изначально появившись как наименование Византийской империи, термин постепенно распространился на обширные регионы к западу от Китая вообще (к тому же в Центральной и Передней Азии в раннем средневековье активно процветало несторианство, истоки которого идут из Константинополя и Антиохии). Поэтому и многочисленные изображения музыкантов, обнаруживаемые на рельефах в гробницах и на сохранившихся картинах Янь Либэня (600-673), У Даоцзы (ум. 758 г.) и Ли Гунлиня (1049-1106) при всем своем среднеазиатском колорите именуются «фулиньскими».
Ключевые слова: изобразительное искусство, музыканты, Восточная Римская империя, Китай, Фулинь
Abstract
To the question about "artists from the country of Fulin" in Chinese medieval art
D.P. Shulga1, А.А. Shulga2
Despite interest in the art of the Great Silk Road in Russian is growing dynamically, the so-called "Fulin motifs" in Chinese art of the Sui (581-618), Tang (618-907) and Song (960-1279). In this work, the authors briefly consider the semantics of the "toponym" Fulin, as well as its connection with the Eastern Roman Empire, Central Asia and Christianity. Apparently that in the Chinese space, these three meanings equally determined the understanding of the word "Fulin" (and, consequently, various plots, having a similar epithet "Fulin"). Obviously, having originally appeared as the name of the Byzantine Empire, the term gradually spread to the vast regions to the west of China in general (besides, Nestorianism actively flourished in Central and Near Asia in the early Middle Ages, the origins of which go from Constantinople and Antioch). Therefore, numerous images of musicians discovered on reliefs in tombs and on preserved paintings by Yan Liben (600-673), Wu Daozi (d. 758) and Li Gonglin (1049-1106) are called "Fulin" for all their Central Asian color.
Keywords: fine arts, musicians, Eastern Roman Empire, China, Fulin
Дорогому Учителю Марине Юзефовне Дубровской
Период раннего Средневековья в Китае стал эпохой расцвета межкультурных коммуникаций. К сожалению, музыкальное и хореографическое искусство Поднебесной при династиях Суй (581-618) и Тан (618-907), которого не в последнюю очередь касалось иноземное влияние по Великому шелковому пути1, реконструируется не так хорошо как, например, словесное или изобразительное. В трактате «Юэфу цзалу»2 и иных подобных памятниках мы находим сообщения о согдийцах, искусных в песнях и плясках. Среди танцев особый интерес представляет так называемый «фулиньский» (Ян Цзюнькай, 2014, с. 221).
Здесь необходимо сказать несколько слов о семантике слова «Фулинь» в раннесредневековом Китае. Общепризнано, что иероглифами ШЖ (fulln)3 обозначалась сначала Римская империя, а затем ее обособившаяся восточная часть4 (более известная как Византия). Однако есть определенные нюансы. Например, немецкий синолог Ф. Хирт (1845-1927) писал: «Я прихожу к выводу, что древнее царство Дацинь, в средние века называвшееся Фулинь, было не Римской империей со столицей в Риме, а только ее восточной частью, а именно Сирией, Египтом и Малой Азией» (Чэн Лун, 2011, с. 170).
На данный момент видится, что под «Дацинь» и «Фулинь» в культурном отношении следует понимать не столько географическую5, сколько стилистическую характеристику. Так, в раннесредневековом Китае был распространен мотив «хмельного фулиньца», в котором явно читаются ориентализированные эллинистические мотивы, очевидно, связанные с культом Вакха-Диониса (Гэ Чэнъюн, 2018). В энциклопедии «Тайпин юйлань» цитируются «Записи о Ранней Лян6» о том, что «во времена Чжан Гуя7 от западных варваров прибывали золотые сосуды фулиньской работы...» (Ян Цзюнькай, 2014, с. 231). Очевидно, имеется в виду нечто напоминающее найденный в Гуюане кувшин из золота и серебра с мотивом из Илиады Гомера (сцена с царевичем Парисом, золотым яблоком и богинями).
Есть и иные источники информации о восприятии далекой «страны Фулинь» в раннесредневековом Китае. У Даоцзы (680-740), именитый китайский художник, по приказу императора Сюаньцзуна (685-762) создал «Картины десяти царств». Картина утеряна, но о ней упоминает Лю Кэчжуань (1187-1269), поэт и публицист времен династии Южная Сун. На этой картине Фулинь представлено как одно из десяти государств, отправивших послов, чтобы отдать дань уважения китайским императорам периода Тан (Гаозуну, У Цзэтянь, Сюаньцзуну). Кэчжуань делает следующую интересную ремарку: «В этих далеких и варварских странах не было надлежащих ритуалов и музыки.
Однако люди там уважали своего правителя не меньше, чем наши [китайцы]. Слуги на картине поднимали зонт перед своим царем, или исполняли музыку, или дарили сокровища, или устраивали красивые танцы, или поклонялись царю, или угощали царя питьем, или помогали царю взобраться на седло.» (Liveri А., 2019).
Помимо упомянутых выше языческих мотивов из Средиземноморья в Китай активно поступали и артефакты с христианской символикой. Самый массовый материал здесь золотые монеты (Гэ Чэнъюн, 2015). Всего их обнаружено в КНР около ста (Шульга Д., 2022) (включая описанные в начале XX в., но затем утерянные во время гражданской войны образцы).
Большая часть находок имитации разной степени качества8 (Ло Фэн, 1993), однако некоторые солиды, очевидно, были отчеканены в Константинополе (Ло Фэн, 2004). Православная символика обычно присутствует на всех, даже самых примитивных подражаниях монетам Восточной Римской империи (Шульга Д., 2021б).
Христианство, впрочем, проникало не только опосредованно. Последователи антиохийской богословской традиции Феодора Мопсуестийского и Нестория, подвергшись преследованиям в Византии, начали продвигаться со своей проповедью на восток (Шульга Д., 2020а). В результате немалое количество согдийцев были крещены и распространяли учение до Дальнего Востока по Шелковому пути (Гэ Чэнъюн, 2001).
В результате подобной многоуровневой межкультурной коммуникации сложилась удивительная ситуация. Согдийцы, многие из которых были носителями несторианской традиции (или, во всяком случае, были с ней знакомы), начали постепенно отождествляться в китайской практике с «Фулинь» и «Дацинь»9, ибо их религия и привозимые ими товары имели корни в далеком Константинополе. Таким образом, хореографическое и музыкальное искусство согдийцев, очевидно, стало восприниматься в Китае как «фулиньское», хотя данная сторона их культуры, думается, в малой степени была затронута византийским влиянием.
Одна из самых ярких коллекций изображений танцоров и музыкантов происходит из погребения Ши Цзюня (491-579). Этот деятель, один из лидеров согдийской общины в тогдашней столице Китая (Кудинова М., 2016), очевидно, придерживался достаточно эклектичных религиозных воззрений. китайский музыкант картина фулинь
На его саркофаге мы находим явное влияние зороастризма (фантастические птицелюди у священного огня), буддизма (традиционная для данной религии иконография воинственных демонов-стражей) и христианства (византийская монета с отверстиями для подвешивания или нашивания с изображенным на реверсе ангелом, найденная в районе груди). Судя по всему, Ши Цзюнь может быть охарактеризован носителем гностической манихейской традиции, в рамках которой различные пророки воспринимались как в равной степени несущие истину, несмотря на принципиальное несходство ряда элементов их учений.
Так или иначе, музыка в системе ценностей Ши Цзюня играла важную роль (рис. 1-2). Помимо изображения людей с инструментами (струнно-щипковыми и духовыми, см. рис. 2, б), одним из важнейших атрибутов крылатых «ангелов»10 являются рожки, свирели и лютни.
|
Рис. 1. Фигуры крылатых музыкантов (возможно, ангелов) из гробницы Ши Цзюня (правая сторона рамы каменных ворот (а)); левая сторона рамы каменных ворот (б) (Ян Цзюнькай, 2014, с. 175-176) Figures of winged musicians (possibly angels) from Shi Jun's tomb (right side of the stone gate frame (a)); left side of the stone gate frame (b) |
Рис. 2. Фигуры крылатых музыкантов (возможно, ангелов) из гробницы Ши Цзюня (постамент саркофага (а)); фигуры музыкантов с саркофага Ши Цзюня (б) (Ян Цзюнькай, 2014, с. 177-179). Figures of winged musicians (possibly angels) from the tomb of Shi Jun (sarcophagus paste (a)); figures of musicians from the sarcophagus of Shi Jun (b) |
Очевидно, что перед нами очередная иллюстрация смешения культур на Великом шелковом пути, когда христианство, изначально пришедшее из «Фулинь»-Византии, смешиваясь с восточными религиями и преломляясь через призму дальневосточной изобразительной традиции, порождало удивительные образцы искусства.
К сожалению, на данный момент мы вряд ли можем реконструировать те музыкальные композиции, что исполняли согдийские музыканты, под чьи мелодии, очевидно, танцевали «фулиньские пляски». Однако анализ исторических источников как нарративных, так и археологических, позволяет отчасти восстановить тот культурно-исторический фон, на котором опосредованно контактировали Восточная Римская империя и Китай. Очевидно, что культурные импульсы из Константинополя серьезно видоизменялись по пути в Поднебесную через Переднюю и Центральную Азию, «фулиньское» искусство в том виде, как оно попало в Танскую державу, разительно отличалось от средиземноморских образцов.
Примечания
1 ей противоречит наличие созвучных к «Фулинь» синонимов в китайском языке: «Пулань»
2 из «Истории Вэй», созданной в 550-х гг. и -«Фулуни»
3 из «Истории Северных династий», составленной к 659 г. (Шульга Д., 2021а).
4 Такой точки зрения, например, придерживался Фердинанд фон Рихтгофен (1833-1905) (Hirth F., 1885, р. 28).
5 Тем более, что точки зрения исследователей на то, какая же часть Римской или Византийской империи должна называться «Фулинь» разнятся. В противоположность Ф. Хирту, Л. Христопулос считал, что топоним охватывает не азиатские, а западные владения ромейских императоров, включая сам Константинополь (Византий). В силу этого «Фулинь» нельзя назвать топонимом в полном смысле, так как конкретное расположение этой «страны на западе» в представлении китайцев, во-первых, было нечетким, во-вторых, не вполне реконструируемым, в-третьих, могло меняться с течением времени.
6 Удельное царство на западе китайского мира, включавшее в себя юг современной пров. Ганьсу и восток пров. Цинхай.
7 С 301 по 314 г. Чжан Гуй был губернатором Лянчжоу при династии Цзинь и владетелем городка Аньле. Ему было 47 лет, когда он взошел на престол, и 60 лет, когда он скончался. Он правил 14 лет. Его храмовое имя Тайдзу, а посмертный титул У-ван («воинственный государь»). Династия Ранняя Лян, основанная его потомками, просуществовала 57 лет, с 317 по 376 г., насчитывала шесть царей (ванов) и одного императора. Ее столица находилась в Увэй, ныне пров. Ганьсу. В конце концов сменилась династией Ранняя Цинь.
8 Следует отметить, что, являясь статусным предметом, достойным погребения с монархом (Шувалов П., 2020), византийские монеты и их копии присутствуют не только на территории КНР, но и в Монголии в захоронениях средневековой кочевой знати (Шульга Д., 2020в).
9 Данное название также изначально наименование Римской империи (сперва единой, а затем Восточной). Семантически оно представляет собой описание далекой державы как равной Китаю (Ш, Цинь первая императорская династия в Поднебесной, X, да большой, великий). Одно из устойчивых названий несторианского христианства в Китае «учение Дацинь», ХШШ.
10 Авторы берут данное слово в кавычки потому что хотя Ши Цзюнь, очевидно, знал христианскую иконографию ангелов (он, как минимум, неоднократно видел изображение крылатой фигуры с крестом на византийских монетах, которые использовал, и с которыми был похоронен), ввиду синкретичной манеры оформления гробницы, семантика крылатых фигур могла несколько отличаться от ортодоксальной христианской.
Литература
Баярсайхан Д. Монгол-Византийн олон талт харилцаа (XIII-XIV зуун) // Historia Mongolarum. 2013. Vol. 7. Fasc. 3. Р. 33-48.
Кудинова М.А., Комиссаров С.А., Соловьев А.И., Николаева Н.Ш. Гробница согдийца Ши Цзюня (Виркака) в контексте межкультурных связей Китая периода раннего средневековья // Проблемы археологии, этнографии, антропологии Сибири и сопредельных территорий. 2016. Т. 22. С. 323-327.
Шувалов П.В., Шульга Д.П., Кудинова М.А. Элитное погребение позднего этапа правления династии Северная Вэй с солидом византийского императора Анастасия I // Stratum plus. Археология и культурная антропология. 2020. № 6. С. 253-260.
Шульга Д.П., Хаснулина К.А. Кочевые и оседлые империи на Шелковом пути: модели взаимодействия // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: История, филология. 2019. Т. 18, № 10. С. 51-58.
Шульга Д.П., Дурова М.В. Несторианство: путь «светлого учения» через четыре империи // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: История, филология. 2020а. Т. 19, № 4. С. 51-58.
Шульга Д.П., Кудинова М.А. Межэтнические взаимодействия и культурный синкретизм в раннесредневековом Гуюане (по материалам погребения с лаковым гробом эпохи Северная Вэй) // Stratum plus. Археология и культурная антропология. 2020б. № 4. С. 193-201.
Шульга Д.П., Гирченко Е.А., Филатова М.О. Восточно-римские монеты из Северной Монголии и их имитации // Проблемы археологии, этнографии, антропологии Сибири и сопредельных территорий. 2020в. Т. 26. С. 695-701.
Шульга Д.П., Чень Ц., Головко Н.В. Кочевой мир, Греко-Бактрийское царство и Китай: этнокультурная ситуация на юге Центральной Азии