Материал: karasik_yazyk_sotsialnogo_statusa

категориальные ряды, выражающие значение, которое по некоторым причинам осталось потенциальным в данном языке. В русском языке, например, структурно разрешены, но не функционируют причастия будущего времени, образованные от глаголов совершенного вида: "побегущий", "испепелящий", "умрущий" и др. Возможен контекст: "Сегодня смеются беспечно умрущие завтра в бою". В латыни, как известно, причастия будущего времени существовали. В английском языке к подобным пустым категориальным рядам относятся сверхсложные видо-временные образования, например, future continuous passive. Дело значительно осложнится, если речь пойдет о категориях применительно к регистру общения: так, в русской разговорной речи деепричастие почти не употребляется либо употребляется в ненормативных формах с точки зрения литературного языка. Пустые категориальные ряды свидетельствуют о коммуникативной избыточности соответствующей категории для данного языка. Но такой ответ вряд ли удовлетворит нас, если мы знаем, что в других языках соответствующая категория является действующей.

Категориальные комплексы в конкретном языке включают несколько категорий, неравноценных по своей категориальной мощности. Их можно было бы назвать категории большей и меньшей яркости. Например, категориальный комплекс модальности/ темпоральности в русском языке включает категорию засвидетельствованности (пересказывательности), выражаемую отдельно в балканских языках (имперцептивная модальность) [Литвинов,1986:76]. В русском языке это значение выражается посредством особых частиц и модальных слов: "Он-де не хотел идти, а его, мол, заставили и якобы уговорили никому не звонить." Аналогичным образом передается в русском языке и категория притворности глагольного действия, выделяемая в морфологии удмуртского глагола. Эта категория обозначает притворность, фиктивность, неполноту действия и выражается суффиксально ("был болен" - "притворялся/ казался больным")20. 20Г.А.Ушаков. Сопоставительная грамматика русского и удмуртского языков. Ижевск,1982 - 144 с. Категория социального статуса передается в английском и русском языках некоторыми периферийными средствами категориальных комплексов модальности, определенности/ неопределенности, диатезы и др.

Содержание категории в терминах внутренних оппозиций и вхождения в тот или иной категориальный комплекс представляет собой семантическую категориальную формулу. Можно разграничить внешнюю и внутреннюю формулу категории. Схематически внешняя категориальная формула социального статуса человека может быть представлена следующим образом: МОДУС (ДИКТУМ), т.е. МОДУС = социальный статус + модальность + оценка + стилистический регистр + эмотивность

199

+экспрессивность + акцентирование + дейксис + ... (ДИКТУМ = действие / процесс / состояние / событие + актанты: Агенс

+Пациенс + Инструмент +...). Внутренняя формула категории социального статуса имеет, на наш взгляд, следующий вид: Статус = Индекс ( Вектор ( Репрезентация )), где статусный индекс - это отношение "говорящий - адресат/ третье лицо", статусный вектор - отношение "от вышестоящего - к нижестоящему" и "от нижестоящего - к вышестоящему" (нисходящий и восходящий вектор), статусная репрезентация - отношение с восходящим вектором по линии возвышения адресата и самоуничижения говорящего (гоноратив и гумилиатив).

Применительно к внешней категориальной формуле статуса следует подчеркнуть, что некоторые категории проявляются в функционально-грамматической и функционально-стилистической сферах языка. Модус (модальность в широком смысле)

принадлежит, как нам представляется, именно к этим категориям. Значения диатезы и темпоральности относятся преимущественно к функционально-грамматической сфере, хотя могут иметь определенные стилистические коннотации (например, настоящее историческое время), значения эмотивности и экспрессивности относятся только к функционально-стилистической сфере. Функциональносемантические и функционально-стилистические категории принципиально различны [Кожина,1983:22], но, на наш взгляд, возможен общий знаменатель для этих типов категорий, и таким общим знаменателем является категория (или суперкатегория) модуса. Распределение способов выражения категории статуса в разных языках обнаруживает либо полное (грамматическое, лексическое и стилистическое) предствление категориальных значений, либо частичное (лексическое и стилистическое) представление значений. Мы не затрагиваем здесь проблему соотношения категорий или точек отсчета: является ли модальность частью оценки и наоборот. Обе точки зрения имеют право на существование в определенных категориальных системах. Мы также не строим категориальной формулы модуса: проблема суперкатегорий составляет отдельный важный вопрос общего языкознания.

Внутренняя формула категории социального статуса имеет три глубины измерения (коммуникативная, социальная и репрезентативная). Если репрезентативное измерение статуса формально представлено в языке, значит, в этом языке категория социального статуса находит многообразные способы выражения в грамматике и лексике и относится к числу характерологических категорий для данного языка. Если же репрезентативное измерение статуса формально не представлено, то категория статуса выражается лексически, стилистически и имплицитно-грамматически.

200

Скрытые категории могут выявляться и, так сказать, "на чужой территории". Имеется в виду одушевленность у прилагательных [Марусенко,1979], залоговость у существительных [Ковалева,1984], темпоральность у существительных [Шмелев,1983]. Например, "пассажир", "пациент", "экзаменатор" могут реализовать свои функциональные возможности в названных качествах только в условиях процесса, происходящего в определенный момент данной ситуации. В английском языке такая ситуация является системообразующей для продолженного вида глагола. Продолженный вид может получить экспрессивное переосмысление (субъективную постоянную характеристику): She is always crying. Аналогичная транспозиция происходит и с категориальным признаком ситуативной конкретизации в значении существительных: "постоянный пациент", "вечный жених". Существительные, категориальный признак в значении которых характеризуется всевременностью или вневременностью, подобных трансформ не допускают: *"постоянный брат", *"вечный англичанин". Существуют промежуточные случаи с предпочтительным выделением либо невыделением темпорального признака ситуативной конкретизации у существительных типа "филолог", "коллекционер". В значении существительных выделяется также темпоральный признак результата, соответствующий категориальному признаку перфектной корреляции в системе глагола. Результативное значение отмечается в семантике слов "автор", "убийца", "лауреат" и не отмечается в значении слов "мальчик", "мечтатель", "храбрец".

Категориальная транспозиция статусного признака в английском языке проявляется на базе категории определенности/ неопределенности, а именно в случае употребления артиклей с именами собственными, которые в норме с артиклями не употребляются. Неопределенный артикль перед именем собственным понижает статус носителя этого имени: a Mr.Brown, a Smith - некий м-р Браун, некий Смит. Транспонированное проявление категории характеризуется нечеткостью и связано с ближайшими категориальными признаками в пределах категориального комплекса - с оценкой и модальностью. Некоторые виды транспонирования статуса проявляются как выход за пределы семантико-стилистической нормы, например: "В этом классе - сорок пять штук учеников !" Экспрессивное использование энумератива "штука", употребляемого только с предметными неодушевленными существительными, понижает статус учеников как людей, объектов обучения и воспитания.

К числу менее экзотичных способов транспозиции статусного признака относится маскирующий пассив ("Против демонстрантов были использованы водометы" - Кем и по чьему распоряжению ?), сложные виды модально-темпоральных

201

сочетаний в просьбах и приказах (снижение категоричности высказывания сближается со статусной репрезентацией), например: "Вы не могли бы помочь мне перевести эту фразу ? ", косвенное обращение: "Некоторые могли бы и помолчать" (о присутствующих).

Категориальная транспозиция, перенос категориального признака на класс слов, не являющийся базой для соответствующего признака, показывает взаимосвязь и динамику семантических признаков в лексике и грамматике. Категориальные транспозиции видоизменяют категориальный признак в совокупности его характеристик. В этом плане уместно различать широкие и узкие категориальные значения, активно либо ограниченно переносимые на другие разряды

слов.В лингвистической литературе высказано мнение о том, что скрытые категории выражают субкатегориальные значения, характеризующие подклассы частей речи: одушевленность/ неодушевленность, конкретность/ абстрактность, лицо/ нелицо, движение/ неподвижность, постоянный/ переменный признак и др.[Харитонова,1982:9]. В этой связи обсуждается также проблема суперкатегорий [Басманова,1977:4]. На наш взгляд, подобное понимание не противоречит развиваемой в данной работе концепции категориальной транспозиции и категориального контекста как способа проявления скрытой категории.

Индуктивно-формальный критерий выделения категориальных признаков дает, таким образом, в руки исследователя несколько вариантов исчисления категорий: 1) перечисление выраженных категорий, 2) выявление скрытых категорий, 3) типологический анализ категориального фонда языков, 4) анализ категориальной транспозиции. Думается, что эти варианты взаимодополнительны.

Процедура выделения категориального признака в лексическом значении на основании формального критерия заключается в определении лексического выражения соответствующего категориального признака, принимаемого как данный. Например: expect1 - to think (that something will happen)(LDCE); partly1 - not completely (LDCE); general - an officer of very high rank in the army (LDCE). В определениях слов expect - "ожидать", partly - "частично", general - "генерал" непосредственно выражены темпоральный признак будущего времени, модально-бытийный признак отрицания, статусный признак ранга. Аналогичным образом выделяются другие категориальные признаки, непосредственно данные в словарных дефинициях.

В ряде случаев категориальный признак не выражается непосредственно в составе словарной дефиниции и выявляется методом семантического развертывания: blame1 - consider (someone) responsible (for something bad) (LDCE);

202

responsible1 - having the duty of looking after someone or something so that one can be blamed (by the stated person) if the things go wrong (LDCE); duty1 - what one must do either because of one's job or because one thinks it right (LDCE). В приведенном примере в значении глагола blame - "обвинять, порицать" устанавливается модальный компонент долженствования (must - "должен").

Формально-индуктивный критерий выделения категориальных признаков в значении слова аксиоматичен. Для начального этапа построения теории аксиоматичность - это, вероятно, оптимальный (самый экономный) способ рассуждения. Следующим этапом является объяснение. Следовательно, формально-индуктивное моделировапние должно быть дополнено содержательно-индуктивным моделированием.

Содержательно-индуктивный критерий выделения категориальных признаков складывается, как нам представляется, из трех направлений доказательства, соответствующих трем сторонам знака - классификация, трансформация, интерпретация.

Рассмотрим содержательно-индуктивный критерий выделения категориальных признаков на примере категоризации инструментального признака в классификационном объяснении: dagger1 - a short pointed knife used as a weapon (LDCE); knife1 - a blade fixed in a handle used for cutting as a tool or weapon (LDCE); weapon - a tool for harming or killing in attack or defence (LDCE); tool1 - any instrument held in the hands for doing special job (LDCE); instrument1 - an object used to help in work (LDCE); object1 - a thing (LDCE). Слово dagger - "кинжал" объясняется в словаре как "короткий остроконечный нож, используемый в качестве оружия". Нож (knife) определяется как "лезвие, укрепленное в рукояти, используемое для резания в качестве инструмента, оружия". Далее уточняются значения слов "оружие" (weapon) и "инструмент" (tool) и пределом вычленения является абстрактное понятие "предмет" (thing). Устанавливается естественная иерархия признаков-классификаторов: кинжал - нож - оружие - инструмент - предмет. Эти системные отношения рассматриваются в работах, посвященных гиперонимии и гипонимиии [Дяченко,1976], суперординатным связям слов [Залевская,1990]. Классификаторы высших рангов, не получающие толкования в словаре, по-видимому, могут рассматриваться как категориальные признаки, выделяемые на классификационной основе.

Процедура выделения категориальных признаков заключается в анализе словарных дефиниций и выборке высших гиперонимов. Выполнение этой задачи на материале английского языка в значительной мере облегчено благодаря составителям словаря LDCE, в котором все дефиниции (около

203

[Dahlgren,1988:50]. Мы противопоставляем два типа классификационных признаков: классификаторы-конструкты и классификаторы-концепты.

Конструкты лежат в основе различных идеографических словарей, представляя собой дедуктивно установленные рубрики для классификации слов по тематическому принципу. Так, в словаре Роже выделяются шесть основных рубрик (абстрактные отношения, пространство, вещество, интеллект, волеизъявления, чувства) (RTh), в словаре Т.Мак-Артура - 14 главных рубрик (жизнь, организм, люди, строения, пища, чувства и т.д.) (LLCE). Конструкты направлены в сторону субклассификации и завершаются отдельными словами. Концепты представляют собой обратное движение. Говоря о признакеклассификаторе в словаре, мы имеем в виду классификаторконцепт.

Наряду с классификаторами в дефинитивном тексте выделяются классификаторы в недефинитивном тексте: Мы шелком лун, как ризами, одеты, нам ведом день немеркнущих ночей, - полночных Солнц к себе нас манят светы. (М.А.Волошин). Контраст значений "день::ночь, свет::тьма" в приведенном фрагменте сонета с учетом названия произведения ("Звездный венец") свидетельствует, на наш взгляд, о классифицирующем признаке "космичность". Классифицирующие признаки поэтического текста имеют, впрочем, принципиально иную природу по сравнению с признаками в составе

204