дети и слуги. Исключение составляет слово Miss (стандартное обращение к незамужней женщине), используемое без фамилии в британских школах при обращении учащихся к учительнице, а также при обращении покупателей к продавщице. Изолированный вокатив Miss при обращении к незнакомым девушкам многими считается невежливым. Впрочем, в США посетитель бара может услышать от незнакомой барменши обращение "Well, honey ?" - "Ну, милый ?" Некоторые считают, что профессиональные вокативы типа waiter - "официант" или driver - "водитель" звучат невежливо, хотя обращения nurse - "медсестра" или operator - "телефонный оператор" приемлемы: Operator, could you put through a call to Copenhagen, please ? [Leech, Svartvik,1983:138]. Англоязычный этикет требует употребления общих вокативов в определенных официальных ситуациях с указанием должности человека без употребления фамилии: Mr.President, Mr.Secretary, Mr.Speaker. Список таких должностей ограничен и распространяется только в отношении социально-престижных позиций.
Специальные вокативы приняты по отношению к лицам, занимающим престижные должности в сложных автономных общественных образованиях% в армии, в государственных учреждениях (суде, полиции и т.д.), в образовательных и медицинских учреждениях, в церкви. В разных общественных подсистемах действуют разные правила обращения. Дело осложняется региональным (диалектным) и социолектным варьированием. Так, по правилам американского этикета к врачу можно обратиться с использованием слова doctor без фамилии, но к лицам, имеющим докторскую степень (PhD, MD, EdD, DD), следует обращаться только с указанием фамилии. Нарушение правил обращения в высшей школе (обращение без фамилии) свидетельствует о том, что говорящий скорее всего относится к вспомогательному персоналу [ErvinTripp,1976:21].
Использование вокативов во многих случаях бывает помимовольным:
"It's quite permanent," she said. "Yes, ma'am," I said.
"Men in tuxedos as beautifully made as yours is should never call anyone but the Queen of England `ma'am`," she said.
"I'll try to remember that," I said.
"You are only a child, of course," she said. "Yes, ma'am," I said. (K.Vonnegut).
Слово ma'am - "госпожа" используется как вежливое обращение к лицам более высокого социального уровня и уместно в речи слуг. Если такое обращение звучит в устах человека в модном дорогом смокинге, то возникает сомнение относительно социального статуса говорящего. В приведенном примере из романа К.Воннегута "Заключенный" герою иронично советуют
223
пользоваться таким обращением только в разговоре с королевой, но он не может сразу изменить привычное поведение и машинально повторяет прежнее слово.
Некоторые специальные вокативы развивают двойную вокативную систему - прямую и опосредованную (King - Your Majesty). Двойная вокативная система свидетельствует о высоком социальном статусе адресата и распространяется на монарха и его близких, высшее дворянство, церковных иерархов, руководителей государства, высших чиновников. Обращения в двойной вокативной системе могут сосуществовать (например, "Государь !" и "Ваше Величество !"), могут иметь свою сферу употребления, например, быть своеобразным предварительным вокативом: His Excellency the Spanish ambassador. В английском языке не принята прямая форма обращения к монарху. Такая форма используется при передаче чужих обычаев и нравов: "Be careful, o king, we are not easy to slay !" (R.Haggard). Адресатом является африканский царь. В качестве опосредованных вокативов используются слова с положительным ценностным значением: Majesty, Highness, Eminence, Holiness, Grace, Honour, Excellency, Reverend, Right Reverend, Most Reverend и др. Отметим, что в средневековых немецких университетах к ректору и декану следовало обращаться по опосредованной форме: Ihre Magnifizenz - "Ваше Великолепие" и Ihre Respektabilitat - "Ваша Почтенность" соответственно.
Общие вокативы проявляют тенденцию к грамматикализации. Эта тенденция выражается в том, что такие слова произносятся всегда в безударной позиции и становятся своего рода морфемами вежливости. В русском языке дореволюционной эпохи обращение "государь" в устной речи сократилось в "сударь" и затем превратилось в "словоер" (по названию букв "с" и "ъ" в старой орфографии): "Дасъ." Речь без вежливого -съ расценивалась как дерзкая и вызывающая: "Сосед наш неуч, сумасбродит, Он фармазон; он пьет одно Стаканом красное вино; Он дамам к ручке не подходит; Все ДА да НЕТ; не скажет ДА-С Иль НЕТ-С." Таков был общий глас. (А.С.Пушкин). Отсутствие вежливого -с в речи Евгения Онегина приравнивалось его соседями к другим формам возмутительного неуважения к людям.
Дейктический признак в сочетании с признаком вокативности характеризует английское личное местоимение you. В современном английском языке нет противопоставления фамильярного и вежливого местоимения второго лица. Антиномия "Ты - Вы" (фамильярность - вежливость) составляет одну из языковых универсалий и интерпретируется в исследовании Р.Брауна и А.Гилмана в терминах "власть" и "солидарность". В древних языках, включая латынь, отсутствовала форма множественного числа применительно к одному человеку. Возникновение такой формы связывается с
224
императорским употреблением "Мы" вместо "я" и последующим обращением "Вы". Исторически обращение на Вы относилось только к первому лицу в государстве, затем так стали обращаться друг к другу представители дворянства и потребовали к себе такого обращения. В XII-XIII веках европейское культурное сообщество однозначно интерпретировало выбор "Ты - Вы": "Вы" по отношению к вышестоящему или равному нормативно, по отношению к слуге - выражение похвалы; "ты" по отношению к слуге нормативно, по отношению к равному или вышестоящему - выражение презрения или гнева. Обращение на "ты" было равно оскорблению. В 1603 году на судебном заседании прозвучала следующая реплика: "All that he did, was at thy instigation, thou viper; for I thou thee, thou traitor." [Brown, Gilman, 1979:254,257]. - "Все, что он сделал, было из-за твоего подстрекательства, ты, змея; ибо я называю тебя на "ты", ты, предатель." В обществе с жесткой иерархией было принято обращаться на Вы (без права получить такое обращение) в социальных диадах: солдат - к офицеру, работник - к работодателю, официант - к посетителю, сын - к отцу, младший брат - к старшему и слуга к хозяину. Постепенно в обществе стало распространяться демократическое употребление "ты", которое закрепилось прежде всего в семье, а также в религиозной сфере. Так, квакеры использовали слово thee для друзей, т.е. членов своего религиозного сообщества, и местоимение you для чужих людей. Нормы религиозного братства были перенесены на правила партийной этики: в бывшей Германской Демократической Республике члены бывшей правящей Социалистической Единой партии Германии обращались друг к другу со словом du - "ты" независимо от пола, возраста и степени знакомства. Любопытно отметить, что и в Федеративной Республике Германия обращение на "ты" стало распространенным вокативом в высших сферах: выпускники университетов сохранили верность студенческой солидарности [Hartmann,1978:94].
Сочетание социального статуса и дейксиса в английском языке не имеет столь многообразных языковых способов выражения, как в некоторых восточных языках. В корейском языке местоимения противопоставляются по признакам "вежливое/ невежливое", "дистантное/ интимное", "самоуничижительное/ нейтральное", "возвышающее/ унижающее". Выделяются восемь социально-значимых типов местоимений: возвеличенное, описательно-нейтральное, вежливо-дистантное, простое, скромно-почтительное, предельно скромно-почтительное, невежливое дистантное, пренебрежительное [Kim-Renaud,1987:154]. Близкая система координат существует и в японском языке.
Возвышение позиции адресата или третьего лица и принижение собственной позиции выражаются как две отдельных
225
поведенческих линии, хотя во многих случаях эти линии взаимосвязаны. Способ выражения информации во многом определяется степенью уважения к адресату. В дистанционном плане важно подчеркнуть тот факт, что принижение собственной позиции естественным образом сопряжено с принижением позиции близких людей. Это не значит, что к близким людям относятся без уважения, скорее это означает, что идентичность личности, в том числе и самоуважение человека, распространяется в восточной культуре на близких людей. Социальный статус говорящего обозначается не только в вокативном признаке, в направленности на адресата, но и в автохарактеристике (признак социальной репрезентации), которая часто носит гумилиативный характер. Буквальный перевод корейского обращения и автохарактеристики в цитируемом ниже деловом письме звучит необычно: Venerable Mr.Chairman, this humble man would be grateful if you could consider my stupid son as your branch manager. - "Высокочтимый г-н Председатель, Ваш покорный слуга был бы Вам благодарен, если бы Вы смогли рассмотреть кандидатуру моего глупого сына в качестве руководителя отдела Вашей фирмы." В культурной традиции корейского, японского и некоторых других языков такая статусная дистанция с заниженной автохарактеристикой (распространяемой на своих близких) и завышенной характеристикой статуса адресата является нормальной. Уменьшение дистанции или амплитуды статусов будет восприниматься как фамильярность и неуважение.
Если в западной культуре, к которой относятся англоязычные речевые сообщества, человек мыслит себя отдельно от всех, то в восточной культуре, судя по языковым данным, человек и его ближайшее окружение неразрывно слиты. Эта слитность индивида и его близких обосновывается в пяти конфуцианских принципах: 1) справедливость и лояльность между руководителем и подчиненным, 2) близость и любовь между родителями и детьми, 3) приличие между супругами, 4) должный порядок между старшими и младшими, 5) верность между друзьями. Слитность человека и его близких является показателем демократичности общества: попавшие в опалу царедворцы подвергались наказанию вместе с домами их, т.е. вместе с членами семьи и слугами. Печально известная формулировка "член семьи изменника Родины" (ЧСИР) означает полное пренебрежение к человеку как личности, важен только статус. Но следует отметить, что отдельность личности не сводится к элементарным социологическим схемам, а вписывается в ценностные ориентиры общества и, значит, имеет несомненные положительные черты для соответствующего общества. Эксперимент по завершению предложений свидетельствует о различных ценностных ориентациях в англоязычном и японском обществе. Так, предложение "Если
226
мои желания противоречат интересам моей семьи..." японские информанты завершают фразой "...наступает время большого несчастья", а англоязычные информанты - "...я делаю, что хочу", "подлинные друзья должны..." по-японски "...помогать друг другу", по-английски "...быть искренними" [ЭрвинТрипп,1975:353].
В исследовании Л.М.Рязановой установлено семь дифференциальных признаков социально-психологических значений лексических вокативов: 1) официальность / неофициальность, 2) подчеркнутая фамильярность / обычность, 3) превосходство (равенство) ранга адресата / превосходства (равенство) ранга адресанта, 4) статусная определенность / неопределенность, 5) внутрисемейная сфера / внесемейная сфера, 6) стилистическая сниженность / нормативность, 7) положительное отношение к адресату / нейтральное (отрицательное) отношение к адресату [Рязанова,1983:20-21].
Система обращения в США моделируется в работе С.ЭрвинТрипп как сложный алгоритм с несколькими возможными выборами (селекторами). Первый выбор определяет возраст адресата (младше либо старше 18 лет), второй выбор определяет статусно-маркированные ситуации (заседание суда, официальное собрание факультета и т.д., когда обращение к человеку зависит сугубо от его социального статуса), третий выбор определяет родственные отношения и уточняется признаками восходящей линии и старшинства, четвертый выбор определяет степень знакомства и уточняется рангом и возрастом адресата. На выходе модель имеет семь возможных способов обращения к человеку: 1) отсутствие обращения, 2) обращение по имени, 3) обращение по родственному титулу и имени ("тетя Полли"), 4) обращение по официальным титулам: а) к человеку, имеющему специальное звание, б) к человеку, не имеющему специального звания (к мужчине / к замужней женщине / к незамужней женщине). Для американской академической среды существенным является момент профессионального сотрудничества: равные по статусу и возрасту сотрудники немедленно после знакомства обращаются друг к другу по имени. Обратиться к коллеге по официальному титулу значит вызвать импликации отрицательного характера, если обращение не выдержано в шутливом тоне. К равным и подчиненным обращаются по имени, различие в статусе адресатов подчеркивается в этих случаях такими способами, как, например, прямые команды в адрес подчиненных и просьбы, направленные к равным. Обращение без специального титула может быть знаком открытого неуважения. С.ЭрвинТрипп приводит характерный диалог, свидетельствующий о намеренном понижении статуса человека:
"What's your name, boy ?" the policeman asked. "Dr.Poussaint. I'm a physician."
"What's your first name, boy ?"
227
"Alvin."
Чернокожий врач был оскорблен полицейским: слово boy нейтрализует личностные отличия, позицию и даже возрастной статус. Так обращаются к детям и слугам. Отвечая на вопрос, врач указал свою фамилию вместе с социальным вокативом и попытался объяснить свое право на такое обращение: профессия врача считается престижной. Полицейский не принял объяснения, вторично оскорбил человека, задав ему вопрос , и вновь использовал слово boy. Идея полицейского, как считает автор, может быть выражена в следующей фразе: "Blacks are wrong to claim adult status or occupational rank. You are children." - "Чернокожие неправильно поступают, когда требуют признания их взрослого статуса или профессионального ранга. Вы - дети." Подчеркивается, что врач был оскорблен именно потому, что он и полицейский разделяли единую систему норм обращения [Ervin- Tripp,1976:19-22].
Использование имен собственных связано с указанием на статусное различие коммуникантов: "Каждой социальной группе свойствен особый именник (комплекс имен, находящихся в активном употреблении), причем именник характеризуется не только своеобразным репертуаром, но и своеобразным оформлением имен" [Суперанская,1973:310]. Имена собственные представляют собой комбинацию антропонимичного и вокативного признаков. Статусный признак в именах собственных актуализируется при определенных комбинаторных вариантах имени собственного (компонентов имени собственного) и титула или звания. К детям обращаются по имени, к подчиненным часто обращаются по фамилии без общих и специальных вокативов. Лабильность, подвижность статусного вектора при обращении проявляется в том, что любое отклонение от прототипной формулы обращения сразу же наполняется различными коннотациями. Например, фамилия порусски обычно следует за именем и отчеством. Инвертированное обращение в устной речи типа "Профессор Крутиков Иван Дмитриевич !" обычно применяется к человеку, совершившему проступок [Николаева,1972:139]. В русском языке обращение по имени и отчеству выражает уважение. У адыгейцев обращение по отчеству и имени - в буквальном переводе "Аслана сын Ахмед" сигнализирует о неуважении к адресату [Тхаркахо,1977:79]. Соответственно, выражение "Ахмед Асланович", распространенное в официальных учреждениях, несет определенную коннотацию, хотя и менее выраженную. Отметим, что само по себе использование отчества в тех республиках СССР, где в культурной традиции отчества не приняты, всегда ассоциировалось с принудительной русификацией и поэтому вызывало протест, выражавшийся, в частности, в том, что в самоименовании отчества принципиально избегались. Само по себе обращение
228