Спорные моменты присутствуют и в переводе следующей строфы. К. Фочен несколько меняет ее структуру: у Заболоцкого строфа состоит из четырнадцати стихов, в переводе - из пятнадцати, не сохраняется в английском тексте и способ рифмовки. Но «вещественность» музыки, звуков переводчику, в общем, удалось передать. Среди некоторых шероховатостей перевода укажем на стих «глухим орлом был первый звук», в переводе - “like a mute eagle the first note sounded” («подобно немому орлу прозвучала первая нота»). У К. Фочена орел стал не глухим, а немым. Очевидно, что под «глухим» русский поэт имел в виду не физический недостаток орла - глухоту, а глухой звук. В переводе речь идет именно о физическом нарушении, а не о характеристике звука. Отметим также появление в английском тексте глагола “sounded”, несколько меняющего смысл стиха. Задача Заболоцкого состояла в том, чтобы превратить музыку в форму, предмет, лишить ее привычных характеристик, поэтому он осознанно избегал употребления таких слов, как «слушать», «звучать». Музыка должна была стать в его художественном мире видимой, а не слышимой.
Известен и другой вариант перевода «Бродячих музыкантов» (“Strolling Musicians”) [17, р. 49-50]. Этот перевод значительно точнее сохраняет и передает мысль Заболоцкого и поэтическую форму стихотворения. В первой строфе Д. Вайсборт меняет местами шестой и седьмой стихи, что, скорее всего, объясняется его желанием представить графически свой перевод как можно ближе к оригиналу. На наш взгляд, подобная перестановка никак не влияет на восприятие произведения. Единственный нюанс, который можно назвать недочетом, - это перевод четвертого стиха. Д. Вайсборт перевел его как обращение к Тамаре - “with the splendid song, Tamara”. Вторая строфа также интерпретирована Д. Вайсбортом довольно грамотно, без присущих К. Фочену неточностей: «глухой орел» был переведен как “a toneless eagle”; глагол “sounded”, присутствующий, как мы помним, в варианте К. Фочена, здесь не фигурирует. Все это говорит о полном понимании переводимого материала: «вещественность» музыки, ее «замену» на предметы Д. Вайсборт сумел уловить и интерпретировал, избежав буквализма и неточностей.
Анализ переводов ключевых произведений Заболоцкого на английский язык выявил, что тема «разумного бытия» очень сложна для переводчиков. Непонимание глубинных основ творчества поэта приводит к появлению в переводах смысловых, стилистических и прочих ошибок. Выделим наиболее часто встречающиеся.
Во-первых, много неточностей возникает при переводе «остранняющих» эпитетов. Преследуя цель как можно понятнее донести до представителей иной культуры замысел русского поэта, переводчики шли на намеренные искажения, например, вставляя отсутствующие в оригинале слова и словосочетания.
Во-вторых, очень часто при переводе происходит перестановка стихотворных строк, опускание отдельных слов, что приводит, в сущности, к появлению произведения, зачастую весьма далекого от оригинала.
В-третьих, для переводчиков чрезвычайно трудной задачей оказалась передача оригинального строфического и стихового рисунка, ритма и рифмовки. Английские тексты «тяжеловесны», в них почти отсутствуют легкость и четкость, присущие стихам Заболоцкого.
Самым недопустимым нарушением точности перевода следует считать замену переводчиками ключевых слов (образов и понятий) произведений Заболоцкого, что ведет к смещению смысловых акцентов во всем произведении. Подобный вольный перевод существенно обедняет поэзию Заболоцкого и ее восприятие зарубежными читателями.
Отсутствие научной рефлексии над переводами текстов поэта позволяет говорить о немалых перспективах в этой сфере заболоцковедения. Многогранность поэта, сложность его художественного мира и, соответственно, неоднозначность восприятия его иноязычными читателями дают интересный материал для дальнейшего исследования.
Список источников
1. Акашева Т. В., Песина С. А., Рахимова Н. М., Землянухина Е. В. Когнитивные стратегии интерпретации интертекстуальных включений в художественном дискурсе (на материале произведений Э. Елинек) // Вопросы когнитивной лингвистики. 2016. № 2 (47). С. 5-10.
2. Борисова Е. Б. Художественный образ в английской литературе ХХ века: типология - лингвопоэтика - перевод: автореф. дисс. … д. филол. н. Самара, 2010. 40 с.
3. Борисова Л. И. Лексические трудности перевода: англо-русский словарь-справочник. М.: Билингва, 1999. 320 с.
4. Борисова Л. И., Парфенова Т. А. Справочник по общему и специальному переводу. М.: НВИ-Тезаурус, 2005. 328 с.
5. Бутова А. В., Дубских А. И. «Соединив безумие с умом...»: разумная бессмысленность мира в поэзии Н. А. Заболоцкого // Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2016. № 11 (65). Ч. 3. С. 16-19.
6. Заболоцкий Н. А. Собрание сочинений: в 3-х т. М.: Худож. лит., 1983. Т. 1. 655 с.
7. Коптева Г. Г. Сербский эпос в переводах Николая Заболоцкого // Наука в Сибири. 2008. № 5 (2640). С. 6-7.
8. Кулинич М. А. Ещё раз об эрратологическом аспекте перевода // Вестник Нижегородского государственного лингвистического университета им. Н. А. Добролюбова. 2007. № 1. С. 35-41.
9. Левин Ю. Д. Русские переводчики XIX века и развитие художественного перевода. Л.: Наука, 1985. 297 c.
10. Butova A. V., Dubskikh A. I., Soldatchenko A. L., Ovcharova S. V., Tsaran A. A. Rational Musicality and N. A. Zabolotsky's Poetics // 4th International Multidisciplinary Scientific Conference on Social Sciences and Arts SGEM 2017: Conference Proceedings (24-30 August, 2017). Albena, 2017. Book 6. Vol. 2. P. 597-604.