Важное значение для координации деятельности ВЦИК и ВРК имело делегирование ВЦИК 13 своих представителей для работы в ВРК. Кроме отмеченных структурных подразделений в ВРК существовали еще штаб ВРК, полевой штаб ВРК, бюро комиссаров авиации и воздухоплавания при ВРК, особая разведка при ВРК, врачебно-санитарный отдел.
Компетенция ВРК на протяжении его истории менялась. Компетенция ВРК не была очерчена каким-либо нормативным актом, изданным центральным органом власти или управления. Для этого периода вообще характерно отсутствие четкой регламентации компетенции какого-либо органа советского государства. Следует также отметить то очень важное для характеристики правового положения ВРК обстоятельство, что ВРК весьма часто сам определял свою компетенцию. Он занимался многими проблемами: формирование органов советского государственного аппарата (отделов ВЦИК, аппарата наркоматов и т.д.), снабжение Петрограда и армии продовольствием, борьба со спекуляцией, пьяными погромами, хулиганством, охрана общественного порядка и т.д. Одной из основных задач ВРК было подавление сопротивления свергнутых эксплуататорских классов. ВРК пресекал вооруженные выступления контрреволюции, раскрывал и ликвидировал многочисленные заговоры против Советской власти, боролся с контрреволюционной печатью, саботажем чиновников прежнего государственного аппарата, антигосударственной деятельностью различных партий и организаций и т.д.
Пока не был сформирован и не приступил к работе аппарат ВЦИК и СНК, ВРК вынужден был выполнять их полномочия. Поэтому вряд ли правильно говорить о ВРК как об органе, для которого главной была борьба с контрреволюцией. Это был, по существу, единственный налаженный аппарат (вместе с большевистскими Советами), через который взявшие власть в свои руки большевики осуществляли все аспекты государственной деятельности. По своей компетенции это был всеобъемлющий чрезвычайный орган советского государства. ВРК делал все, что было необходимо для укрепления Советской власти и ее защиты.
В советской исторической и историко-юридической литературе не решены многие проблемы ВРК: о месте ВРК в системе органов диктатуры пролетариата; о его взаимоотношениях с другими органами советского государства, в частности с ВЦИК, СНК, местными военно-революционными комитетами, о структуре и компетенции ВРК.
Так, Е.Н. Городецкий считает ВРК органом государственной власти, что следовало из обращения «К гражданам России». Г.С. Калинин пишет, что после победы Октябрьского вооруженного восстания ВРК из органа Петроградского Совета превратился в орган Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета Советов рабочих и солдатских депутатов. На таких же позициях стоят авторы раздела о ВРК в «Истории гражданской войны в СССР». Е.Н. Городецкий отмечает, что после 29 октября 1917 г., когда ВЦИК выделил в состав ВРК своих представителей, ВРК не только фактически, но и формально превратился во всероссийский орган, приняв наименование Военно-революционного комитета при ВЦИК. В то же время Е.Н. Городецкий считает, что протокол заседания ВРК от 30 октября 1917 г., где ВРК определил свои полномочия, является документом, в котором точно определено, что ВРК подчинен Совету Народных Комиссаров, являясь его исполнительным органом.
Наряду с прочими органами власти создается «Рабочая милиция». Постановление НКВД «О рабочей милиции» от 28 октября 1917 г. предписывало Советам рабочих и солдатских депутатов создавать рабочую милицию, т.е. вооружать рабочий класс для защиты революции. В «Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа», принятой ВЦИК 3 января 1917 г., а затем 12 января 1918 года III Всероссийским съездом Советов было четко сформулировано, что в интересах обеспечения всей полноты власти за трудящимися массами декретируется вооружение трудящегося и эксплуатируемого народа, образование Красной Армии рабочих и крестьян м полное разоружение имущих классов. Это положение четко и ясно ориентировало местные Советы при создании отрядов рабочей милиции не допускать в них представителей имущих классов.
. Основные изменения в отраслях права в первые годы советской власти, изменения в судопроизводстве
Первым и наиболее радикальным переменам подверглось семейно-брачное право. Уже в декабре 1917 г. ВЦИК и СНК приняли 2 декрета «О гражданском браке, о детях и ведении книг актов состояния» и «О расторжении брака». За ними в сентябре 1918 г. последовал «Кодекс законов об актах гражданского состояния, брачном, семейном и опекунском праве». Законы отменили всякие ограничения (монашество, духовный сан, разрешение родителей, различие вероисповедания брачующихся и проч.), ввели гражданскую форму брака, отменив венчание, и установили полную свободу развода. Брачный возраст остался прежним (18 и 16 лет), провозглашалось право свободного выбора фамилии супругами. На всех граждан России распространялся принцип единобрачия, снимались ограничения на количество браков. Кодекс расширил также круг лиц, между которыми могли заключаться браки, и включил в их число двоюродных братьев и сестер, дядьев и племянниц, тёток и племянников. Запрет относился только к родственникам по восходящей и нисходящей линиям и к полнородным и неполнородным братьям и сёстрам.
Равноправие мужчин и женщин подчёркивалось также решением вопроса о гражданстве супругов. Перемена гражданства могла последовать только по желанию жениха и невесты. Жена не была обязана следовать за супругом в случае перемены им места жительства. Но сохранялся принцип раздельной собственности супругов.
Расторжение брака проводилось по заявлению одной или обеих сторон. При обоюдном согласии его оформляли отделы ЗАГСа, при одностороннем желании - суд. Суд разрешал и вопрос об имуществе, о судьбе детей, присуждал алименты на их содержание или оказание помощи одному из супругов.
Первыми декретами провозглашались: 8-часовой рабочий день, а для лиц, не достигших 18 лет и занятых на вредном производстве, 6-часовой, ежегодные оплачиваемые отпуска рабочим и служащим, допуск сверхурочных работ только по решению рабочих организаций. Работа по найму разрешалась только с 14 лет. Высокие оклады и пенсии урезывались и уравнивалась оплата труда мужчин и женщин. Принятый в декабре 1917 г. декрет ВЦИК «О страховании на случай болезни» ввел меры социальной защиты, которые должны были обеспечиваться из фондов предприятий. Предполагалось освобождение от работы беременных женщин (на 8 недель до и 8 недель после родов) с выплатой пособия в размере полного заработка, 6-часовой рабочий день для кормящих матерей и пр.
Однако в условиях военного коммунизма новое трудовое законодательство действовать не могло. Не случайно в Кодексе законов о труде (первом советском КЗОТе), принятом в декабре 1918 г., пришлось изменить систему социального страхования. Лишившиеся финансовой самостоятельности национализированные предприятия не имели средств на разного рода выплаты. Поэтому систему социального страхования сменила система социального обеспечения (выплаты из централизованных фондов государства). Закрепив на всех предприятиях (государственных, кооперативных, частных) единые нормы труда и отдыха и льготы для подростков и женщин, КЗоТ ввел трудовую повинность для лиц от 16 до 58 лет.
В дальнейшем нормы КЗОТа постоянно корректировались и отменялись постановлениями правительства. Вместо паспортов были введены трудовые книжки, на основании которых (при наличии в них отметок об отбывании трудовой повинности) выдавались продовольственные карточки. Устройство на работу осуществлялось только через государственные органы учета и распределения рабочей силы, свобода заключения и расторжения трудового договора была ограничена. Безработным воспрещалось отказываться от работы, даже от самой черной или производимой в другой местности. Нельзя было и уволиться по собственному желанию. В 1919 г. запрещался самовольный переход служащих из одного ведомства в другое и т.д. Для укрепления государственных предприятий квалифицированными кадрами практиковались трудовые мобилизации, перевод работников на положение военнослужащих.
Нарушались и правила трудового распорядка, определенные КЗОТом, увеличивалась продолжительность рабочего времени, отменялись отпуска, допускались сверхурочные работы, детский труд, зарплата выдавалась, главным образом, продуктами питания. Для укрепления рабочей дисциплины широко использовались товарищеские суды, обязательное возмещение прогульщиками рабочего времени, а для ударников труда - натуральное премирование.
Уголовное право, призванное защищать новый общественный и государственный порядок, уголовное право с первых дней советской власти становится мощным орудием «диктатуры пролетариата» с ее карательными органами и ярко выраженной классовой политикой. В практике революционных трибуналов вырабатывается в это время четкое представление о контрреволюционном (к/р) преступлении. Это к/р мятеж, к/р восстание, к/р заговор, участие в к/р организации, ставящих своей целью свержение советской власти. К к/р преступлениям относились также попытки различных антисоветских организаций присвоить себе функции государственной власти. Так были расценены декретом ВЦИК от 3 января 1918 г. действия кадетско-эсеровского большинства Учредительного Собрания.
Особо опасными преступлениями, приближавшимися к контрреволюционным, признавались погромы, хищения, спекуляция, бандитизм, хулиганство. Сурово преследовались должностные преступления (взяточничество, халатность, волокита). Выделялись воинские преступления: связь с внутренними и внешними врагами, предательство, мародерство, грабежи и насилия над населением. С весны 1918 г. появится дезертирство как самовольный уход из рядов Красной Армии или неявка по призыву.
Что касается наказаний, то они в первых декретах, как правило, не определялись. Говорилось о предании суду революционного трибунала, о заключении в тюрьму до предания суду и т.п. Первая попытка упорядочить систему наказаний была предпринята Инструкцией Наркомюста от 19 декабря 1917 г. В эту систему входили денежный штраф, лишение свободы от 7 дней до 10 лет, удаление из столицы или высылка из пределов республики. Разрешалось объявление виновного врагом народа, лишение всех или частичных политических прав, общая или частичная конфискация имущества, обязательные общественные работы. Летом 1918 г. был введена смертная казнь, революционным трибуналам предоставлено при во применять любые наказания, расширились функции ВЧК. Обобщение уголовного законодательства и судебной практики состоялось в декабре 1919 г., когда Наркомюст принял «Руководящие начала по уголовному праву РСФСР». Согласно теории социальных функций права принцип законности в них был подменен принципом целесообразности. Предполагалось, что пролетарский суд при решении дел будет руководствоваться «социалистическим правосознанием», опираться на «социальное чутье», а потому ему не понадобится исчерпывающее и полное нормирование всех отношений. «Руководящие начала» не имели особенной части и ограничивались поэтому только разделами о сущности уголовного права, об уголовном правосудии, о преступлении и наказании и о некоторых других общих положениях.
При назначении наказания, к примеру, рекомендовалось учитывать степень и характер социальной опасности преступника, его социальное происхождение и принадлежность к «угнетающему» или «эксплуа-тируемому» классу. Принадлежность к неимущим классам являлась смягчающим вину обстоятельством, так же как состояние голода, нужды, невежество и несознательность.
В кодексе не определялись и не расшифровывались такие понятия, как форма вины, необходимая оборона, крайняя необходимость: мотивы преступления, кроме указанных выше, не учитывались, что усиливало принцип объективного вменения (по результату преступления).
В судебной практике большое значение приобрел принцип аналогии, когда при отсутствии в законе конкретной нормы, разрешающей конкретный казус, можно было решать его по аналогии с другим казусом. Свобода толкования норм права на практике вела к произволу.
К уже применявшимся наказаниям новый уголовный кодекс добавил внушение, общественное порицание, принудительное изучение курса политграмоты, бойкот, отстранение от должности, исключение из коллектива. Высшей мерой наказания стал расстрел. Понимая под правом систему (порядок) общественных отношений, советское уголовное законодательство делало значительный шаг назад от дореволюционной правовой системы, отвечавшей самым высоким требованиям мировой науки.
Революция 1917 года привела к возникновению Советской России, которая в процессе строительства своей судебной системы отвергла институт присяжных заседателей и отдала предпочтение народным заседателям.
Декрет о суде №1, утвержденный советом народных комиссаров 22 ноября 1917 года, ликвидировал дореволюционную судебную систему общего суда. Взамен были созданы местные суды, состоявшие из профессионального судьи и двух представителей общественности - народных заседателей, объединенных в одну коллегию. Народные заседатели избирались местными советами. Судьи были сменяемы, что соответствовало политической ситуации. Кассационными инстанциями стали уездные и столичные съезды местных судей.
Решение дел о контрреволюции и саботаже вменялось еще одному звену судебной системы - революционному трибуналу.
Упомянутым Декретом были ликвидированы адвокатура и прокуратура, а деятельность мирового суда - приостановлена. Приостановленная деятельность мировой юстиции так и не возобновилась за все время существования советской государственности.
марта (22 февраля) 1918 года принят Декрет о суде №2, создавший окружные суды, в составе которых коллегии из трех постоянных членов и четырех народных заседаний занимались гражданскими делами, а коллегии, состоящие из председателя и двенадцати народных заседателей, - по уголовным делам выносили «решения о факте преступления и мере наказания».
Итог первому этапу становления единого советского суда, унифицировавшего судебную систему, подвел документы от 30 ноября 1918 года, именуемый Положением о народном суде РСФСР. Народные суды комплектовались при активном участии советов и их исполнительных комитетов. Народные суды, состоящие из одного народного судьи и нескольких народных заседателей (количество народных заседателей для каждого суда определялось исполкомом), рассматривали уголовные, гражданские, административные дела по их территориальной и иных видах подсудности с учетом полномочий судов на рассмотрение определенных дел. В дальнейшем советская судебная система существенных изменений в принципах ее организации не претерпела, и всегда суд зависел от органов государственной власти.
Советское государство в своей первой Конституции 1918 года закрепило диктатуру пролетариата и беднейшего крестьянства. В соответствии с официально признанными государством марксистско-ленинскими положениями провозглашалось, что после социалистической революции и до полной победы коммунизма (когда государство должно отмереть вообще) не может быть никакой другой государственности, кроме диктатуры пролетариата с присущими ей принципами, институтами, нормами, методами осуществления политической власти. Несмотря на то, что с первых лет советское законодательство интенсивно развивалось, представления о месте и роли права при социализме были размыты. Считалось, что право при социализме тормозит движение к коммунизму.
Вместе с тем, как в первую, так и во все последующие советские конституции закладывались правовые нормы, регламентирующие деятельность и организацию суда, эталонные. Однако между конституционными декларациями и реальной действительностью пролегала безраздельная пропасть, порожденная всевластием партии большевиков, затем коммунистов.