Осмелимся сделать еще один вывод, который напрашивается при сравнительном анализе норм, регулирующих виндикацию и норм, регулирующих квази - виндикацию. Толкование ст. 302 ГК РФ дает основание полагать, что «цепочка» добросовестных приобретателей «исцеляет» порочность сделок по отчуждению вещи. Так собственник вправе истребовать вещь из владения добросовестного приобретателя в случае, если вещь выбыла из его владения помимо его воли, и при этом добросовестный приобретатель приобрел такую вещь от лица, которое не имело право ее отчуждать. Логичным будет предположить, что добросовестный приобретатель, в случае если он решит осуществить последующее отчуждение приобретенной вещи , другому добросовестному приобретателю, будет уже лицом управомоченным к отчуждению вещи, а следовательно, такая вещь не сможет быть виндицированна собственником у последующего добросовестного приобретателя. В случае же с квази - виндикацией подобного не происходит, так как возможность истребования бездокументарных ценных бумаг не ставится под условие о правомочности действий последующих отчуждателей. С учетом, того что сделки по отчуждению акций могут осуществляться крайне быстро, а цепочка, последующих приобретателей, удлиняться, то отсутствие в ст. 149.3 ГК РФ упоминания о «лицах не имеющих право отчуждать имущество», является серьезным подспорьем в успешном разрешении дела в пользу акционера.
Как и в виндикации, безвозмездность приобретения имущества, в данном случае акций, является основанием для возврата таких акций правообладателю в любом случае.
Исследуемый способ защиты прав акционеров обладает еще одним преимуществом перед виндикацией. Так в соответствии со ст. 149.3 ГК РФ правообладатель, утративший бездокументарные ценные бумаги, вправе требовать от лица, на счете которого ценные бумаги были зачислены, возврата такого же количества соответствующих ценных бумаг. Тем самым неустранимая проблема смешения вещей в случае их виндицирования, применительно к бездокументарным ценным бумагам решена. Теперь нет необходимости доказывать наличия на счете ответчика именно тех же самых, утраченных акционером ценных бумаг, достаточно лишь, чтобы на счете ответчика имелись аналогичные ценные бумаги в принципе. Более того, п. 2 указанной статьи позволяет осуществлять возврат акций образовавшихся в результате конвертации утраченных. Пункт 2 ст. 149.3 ГК РФ стал воплощением «принципа единой стоимости». В настоящий момент подобный принцип имеется, к примеру, в залоговом праве. Так в соответствии с п. 2 ст. 345 ГК РФ имущество считается находящимся в залоге, если создано, либо возникло в результате переработки или иного изменения ранее заложенного имущества.
У применения подобного принципа существуют и противники. Так Белов В.А. пишет « «По жизни», наверное все понятно, так и должно быть, но «по праву» … По праву хочется воскликнуть: да с какой же стати?! Ведь это все равно, что виндицировать вещь, созданную из недобросовестно приобретенного чужого материала».
Но говорить о том, что замена «тех же самых» акций на «такое же количество» акций решила все имеющиеся проблемы преждевременно. Во - первых, отыскания лица, на счет которого утраченные акции были зачислены, сложно реализуема, в силу разветвленной системы опосредованного держания акций через депозитарии. Во - вторых, лица, осуществляющие неправомерные действия по отчуждению акций из имущественной сферы акционера прибегают не только к «смешению» ценных бумаг, как способу противодействия акционеру, но и к «распылению» акций. Результатом такого «распыления» является ситуация, когда неправомерно списанные акции, распределяются между множеством подконтрольных злоумышленнику лиц таким образом, что ни у одного из таких лиц нет того количества акций, которые были списаны со счета акционера. Таким образом, истцу необходимо решить вопрос к кому предъявлять иск, а самое главное в каком объеме.
В доктрине и судебной практике для решения обозначенной проблемы было предложено два решения. Оба решения имеют характер презумпции, предположения. Первое решение условно именуется как «долевое истребование». В соответствии с ним пропорциональное долевое истребование акций осуществляется от всех приобретателей таковых. Соответственно ответчиками в таком случае должны быть все лица, осуществившие приобретение утраченных акций.
Второе решение, было выработано судебной практикой. «В надзорном Постановлении от 20 марта 2012 г. N 14989/11, рассмотрев спор, где произошло такое "распыление" и смешение утраченных бездокументарных акций, Президиум ВАС РФ выразил правовую позицию, согласно которой, поскольку в данном деле установленные судами обстоятельства свидетельствовали о совершении единой группой недобросовестных лиц в рамках одной общей схемы взаимосвязанных сделок по передаче прав на акции истца, это переносит на ответчиков бремя опровержения доводов истца о том, в какой последовательности недобросовестные приобретатели акций распоряжались акциями. В данном случае истец при формулировании своих требований исходил из того, что эти недобросовестные приобретатели сначала распоряжались тем пакетом, который принадлежал им на законных основаниях, а в дальнейшем - акциями истца; поскольку ответчики эти доводы не опровергли, не раскрыв соответствующую информацию, Президиум ВАС РФ удовлетворил исковые требования, исходя из доводов истца».
В соответствии со ст. 149.3 ГК РФ надлежащим ответчиком по иску, предъявляемому по формуле «квази - виндикации» является лицо, на счет которого ценные бумаги были зачислены, но при анализе судебной практики было установлено, что к участию в споре в качестве соответчика, суды привлекают так же регистраторов. К регистраторам в рамках подобных дел предъявляются отдельные требования: о восстановлении записи в реестре. В самом деле, предположим, что суд удовлетворил требования истца к ответчику - лицу, на счет которого ценные бумаги были зачислены, о возврате такого же количества ценных бумаг, но при этом не привлек к разбирательству регистратора. Как в таком случае будет исполняться решение суда? Ведь по большому счету, исполнить в добровольном порядке такое решение не возможно. Ответчик не может дать распоряжение регистратору о перечисление присужденного истцу. Полагаем именно по этой причине привлечение регистратора к участию в споре целесообразно. Истец доказав, что он имел права на акции, что акции были утрачены им помимо его воли, а суд установив данные факты вправе удовлетворить требования о возврате такого же количества соответствующих ценных бумаг акционеру и обязать регистратора восстановить в реестре запись о принадлежности акций истцу.
Законодательством не установлено специальных сроков исковой давности к применению исследуемого способа защиты. Общий срок исковой давности составляет три года. Подобный подход установился и в отношении виндикационных требований. С учетом ранее обозначенных общих черт виндикации и квази - виндикации, оснований для не распространения подобного подхода на квази - виндикацию нет.
Исследуемый способ защиты прав на акции обладает еще одним значимым преимуществом. В соответствии со ст. 149.4 ГК РФ акционер, возвративший акции на основании ст. 149.3 ГК РФ, «вправе потребовать от недобросовестного держателя акций возврата всего полученного по ней, а также возмещения убытков; от добросовестного держателя - возврата всего полученного по ценной бумаге со времени, когда он узнал или должен был узнать о неправомерности держания ею либо получил из суда уведомление о предъявлении к нему иска об истребовании ценной бумаги». а так же «в случае реализации неуправомоченными лицами удостоверенных акциями права на участие в управлении акционерным обществом или иного права на участие в принятии решения собрания правообладатель может оспорить соответствующее решение собрания, нарушающее его права и охраняемые законом интересы». Таким образом, исследуемый способ защиты прав акционеров на акции, утраченные помимо их воли, среди способов, позволяющих истребовать акции «в натуре» является самым эффективным. Квази - виндикация позволила обойти вопрос индивидуализации акций, стоящий совсем недавно крайне остро.
В рамках исследуемого способа защиты возможно ретроспективное обжалование решений общества, что является крайне важным для лица, утратившим акции помимо собственной воли. Подобная возможность нивелирует последствия неправомерного выбытия акций.
В то же время ст. 149.3 ГК РФ содержит ряд положений, делающих применение квази - виндикации или мало пригодной, или непригодной совсем, к таковым положения можно отнести: приобретение добросовестным приобретателем акций на организованных торгах.
Вопрос противодействия «распылению» акций так же не раскрыт. Полагаем, что этим в безотлагательном порядке необходимо заняться судебным инстанциям.
В итоге, внедрение исследуемого способа защиты не позволило решить всех ранее выявленных на практике проблем связанных с возвратом акций «в натуре», но в то же время квази - виндикацию, безусловно, необходимо рассматривать как положительное явление в отечественном правопорядке.
5. Восстановление корпоративного контроля
Восстановление корпоративного контроля, как способ защиты прав участия в коммерческой корпорации, в том числе и прав на акции, расположен в ст. 65.2 ГК РФ. В соответствии с данной статье «если иное не установлено настоящим Кодексом, участник коммерческой корпорации, утративший помимо своей воли в результате неправомерных действий других участников или третьих лиц права участия в ней, вправе требовать возвращения ему доли участия, перешедшей к иным лицам, с выплатой им справедливой компенсации, определяемой судом, а также возмещения убытков за счет лиц, виновных в утрате доли. Суд может отказать в возвращении доли участия, если это приведет к несправедливому лишению иных лиц их прав участия или повлечет крайне негативные социальные и другие публично значимые последствия. В этом случае лицу, утратившему помимо своей воли права участия в корпорации, лицами, виновными в утрате доли участия, выплачивается справедливая компенсация, определяемая судом».
Данный способ защиты является частным случаем восстановления положения существовавшего до нарушения прав, прямо поименованного в ст. 12 ГК РФ. Первоначально он был выработан арбитражной практикой, как ответ на широко распространившуюся практику рейдерских захватов.
Сарбаш С.В. в работе «Восстановление корпоративного контроля», исследуемый способ характеризовал следующим образом: «применение такого способа, как восстановление корпоративного контроля, стремится к достижению цели наиболее прямым, коротким путем, в обход многостадийного, последовательного применения совокупности других способов защиты. В этом смысле восстановление корпоративного контроля опирается на истинную цель участника юридического лица, лишившегося этого контроля. Ему не столь важны промежуточные последствия применения указанного длинного перечня способов защиты в их всевозможной комбинации, сколько конечная цель: вернуть себе возможность принятия корпоративных решений, утраченную в связи с незаконными и недобросовестными действиями третьих лиц».
Восстановление корпоративного контроля является своего рода комплексным способом защиты прав на акции, который в каждой конкретной ситуации вбирает в себя различные рассмотренные в данной работе способы защиты. В соответствии со ст. 65.2 ГК РФ участник коммерческой корпорации вправе требовать возвращения ему доли участия. В зависимости от фактических обстоятельств дела способы возвращение доли участия варьируются.
Положительным результатом восстановления корпоративного контроля будет не возврат такого же количества акций и не возмещение стоимости утраченных акций, а возврат доли участия в корпорации.
Необходимыми условиями позволяющими применять исследуемый способ защиты являются: выбытие, в частности, акций против воли акционера, наличие неправомерных действий, ставших причиной выбытия акций из обладания акционера.
Собственно данные условия, дополненные подтверждением того факта, что истец действительно обладал акциями на момент их выбытия, являются предметом доказывания с его стороны в суде.
На основе анализа имеющейся судебной практики, в зависимости от фактических обстоятельств дела, установлено, что чаще всего ответчиками по делу о восстановлении корпоративного контроля являются: хозяйственное общество, регистратор, лица «перехватившие» корпоративный контроль.
Срок исковой давности по требованиям о восстановлении корпоративного контроля определяется в зависимости от применяемого конкретного способа защиты прав акционеров на акции.
В случае применения исследуемого способа защиты необходимо учитывать следующие моменты. При восстановлении корпоративного контроля со стороны истца возможно неосновательное обогащение, вызванное увеличением стоимости его доли в абсолютном выражении. Для недопущения подобного ст. 65.2 ГК РФ предусмотрен механизм выплаты истцом справедливой компенсации добросовестным лицам, лишенным корпоративного контроля. Размер компенсации определяется судом. В дальнейшем, издержки по компенсации излишне полученного истец может взыскать с лиц непосредственно виновных в утрате корпоративного контроля.
В рамках анализируемой статьи, суду предоставлена возможность широкое усмотрение. Своим усмотрением суд может отказать в иске, компенсировав истцу лишь убытки, Основанием отказа может то, что восстановление корпоративного контроля «приведет к несправедливому лишению иных лиц их прав участия или повлечет крайне негативные социальные и другие публично значимые последствия». Не трудно заметить, что указанная норма изобилует общими понятиями, взывающими к справедливости, соблюдению публичного интереса. Подобные понятия являются сугубо оценочными и в зависимости от моральных установок отдельно взятого судьи будут существенно колебаться.