12. Проблема сохранения национальной окраски в переводах художественной литературы
Специфичность вопроса обусловлена тем, что именно художественная литература отражает в образах определенную действительность, связанную с жизнью конкретного народа, язык которого и дает основу для воплощения образов. В той мере, в какой образность играет роль и в литературе общественно-политической, вопрос о национальной окраске встает и по отношению к ней, но в полном споем объеме он может быть прослежен только на материале художественном. Само собою разумеется, что сохранение национального своеобразия подлинника, предполагающее функционально точное воспроизведение целого сочетания элементов, задача чрезвычайно сложная в плане как практического ее решения, так и теоретического анализа.
Следует подчеркнуть, что литература каждой страны дает ряд произведений на темы и сюжеты, взятые из жизни других народов и тем не менее отмеченные печатью собственной народности. Это явление давно привлекало внимание писателей и критиков.
Внимание критики привлекал в прошлом и тот факт, что среди писателей одного народа есть такие, у которых черты национального своеобразия выражены особенно ярко на основе тематики, взятой из жизни их народа, их страны. В этом смысле Белинский, например, из числа русских писателей особенно выделял Гоголя. Показательно, что яркую национальную окрашенность творчества Гоголя он подчеркивает в связи с появлением французского перевода его сочинений, сделанного Луи Виардо (1845 г.).
Черты национального своеобразия и для Пушкина и для Белинского представляют собой нечто вполне конкретное и уловимое. Пушкин рассматривает это проявление «народности» главным образом со стороны сюжетов, общей обрисовки характеров, ситуаций. Белинский тоже ставит «колорит» произведений Гоголя, их «национальную оригинальность» в связь с их содержанием, с ролью писателя, как «живописца преимущественно житейского быта». Именно поэтому в данном случае, по мнению Белинского, своеобразие Гоголя оказывается передаваемым на другом языке. В той же статье он касается и басен Крылова, их неповторимое народное своеобразие он видит и языке, который и считает причиной их непереводимости (кажется, единственный раз, когда Белинский прибегает к понятию непереводимости).
Это замечание Белинского характерно в том смысле, что методологическая сложность вопроса о национальной окраске творчества писателя и возможностях ее передачи обусловлена языком.
Поэтому и разрешение проблемы национальной окраски (как в теоретическом разрезе, так и на практике — применительно к переводу) возможно только па остове диалектико-материалистического понятия единства, образуемого содержанием и формой литературного произведения в его национальной обусловленности, в его связи с жизнью народа, которую оно отражает и образах, и с языком народа, воплощающим эти образы, придающим им специфические оттенки.
Национальная окраска — вполне конкретная особенность литературного произведения, которая может быть выражена и более и менее ярко. Выражается она чаще всего или в образах, наиболее непосредственно отражающих материальную обстановку и социальные условия жизни народа (в частности, в характере и поступках действующих лиц) или в насыщенности идиоматикой (в широком смысле слова). В первом случае особой переводческой проблемы не возникает. Во втором случае переводческая трудность может быть очень значительна. Чем ближе произведение по своей тематике к народной жизни, а по стилистике своей — к фольклору, тем ярче проявляется, обычно, национальная окраска. При этом переводческая задача усложняется еще и потому, что национальная окраска оригинала воспринимается как нечто привычное, родное, естественное всеми теми, для которых его язык является родным. Отсюда, казалось бы, неразрешимая дилемма — или показать специфику и впасть в экзотику или сохранить привычность и утратить специфику, заменить ее спецификой одного из стилей того языка, на который делается перевод.
Вопрос о передаче национального своеобразия подлинника относится к числу тех основных проблем теории перевода, от которых зависит и ответ на вопрос о переводимости. Но при этом необходимо помнить, что национальная окраска менее всего может быть сведена к какой-либо отдельной формальной особенности произведения. Национальная окраска всегда затрагивает целую совокупность черт в литературном произведении. И, конечно, не может быть назван какой-либо общий переводческий «прием», который специально служит для ее воспроизведения
Вся проблема национальной окраски и практически и теоретически чрезвычайно сложна и еще совсем не исследована. Здесь сделана попытка наметить лишь в самой общей форме пути, вернее даже — отправные точки для ее решения.
13. Сохранение смысловой емкости худ. текста как задача перевода.
Особая смысловая емкость ставит свои специфические требования к работе переводчика и в частности, к его работе над языком.
Смысловая емкость литературного произведения проявляется как: - реалистическая типизация (когда конкретный отдельный образ приобретает обобщенный типический смысл); - аллегорическое иносказание (когда отдельный образ имеет условно-отвлеченный смысл), - более сложная форма многоплановости (когда смысл произведения может получить разные). Эта важнейшая особенность воссоздается обычно в результате передачи всей системы стилистических средств подлинника в их функциональной направленности. Общая задача решается целым рядом частных задач, выполнение которых опирается нередко на прямые, номинативные значения слов в языке перевода, одновременно соответствующие и номинативному, и переносному значению слов оригинала — таких, например, как названия времен года («весна», «лето», «осень», «зима»), частей суток («утро», «день» «вечер», «ночь»), которые могут означать и этапы жизни человека, слова «рассвет» и «закат» и многие другие. Это наиболее благоприятный случай, позволяющий придти к положительному творческому решению. Возникающие при этом трудности имеют в формальном плане много общего с теми, какие вызываются передачей игры слов.
Только полное непонимание идейно-художественного замысла автора, отсутствие языкового и эстетического чутья или неверное, предвзятое представление о самом подлиннике могут привести к совершенной утрате типизирующего, обобщающего смысла, иносказательности, или многоплановости произведения.
Вопрос о передаче смысловой ёмкости подлинника переносится в специфически языковую плоскость тогда, когда эта особенность опирается на многозначность или смысловую осложненное, слова, которой не оказывается полного соответствия в языке перевода. Даже при несовпадении объема многозначных слов компенсация их функций, как носителей смысловой многоплановости, оказывается возможной путем вариаций лексических средств, и трудная задача, по крайней мере в ряде случаев, оказывается осуществленной.
«Мертвые души» — юридический термин, принятый во времена крепостного права в России для обозначения умерших крестьян; — все те, кто в погоне за наживой, среди корыстных мелочных забот утратил живую человеческую душу. При дословном переводе заглавия утрачивается значение юридического термина и сохраняется только его второе значение, которое у Гоголя — иносказательно.
Особую творческую актуальность (и сложность) приобретает вопрос о смысловой многоплановости приобретает в области стихотворного перевода, так как именно в поэзии эта черта получает исключительно широкое развитие. Возможности воспроизведения этой особенности варьируют в обширных пределах в зависимости от принципов и характера мастерства поэтов-переводчиков, от изобретательности в использовании образных словосочетаний своего языка, но, как явствует из многих примеров, и здесь часто достигаются замечательные результаты при всех особых трудностях задачи.
Специфика этой задачи заключается в том, что возможности осмысления, заложенные в оригинале, колеблются в известных пределах и в то же время совмещаются. При переводе степень совмещения этих возможностей может быть иной, избранный способ передачи может в большей мере закрепить то, а не иное осмысление.
14. Передача в переводе ритмико-синтаксического своеобразия подлинника.
Е) НЕОБХОДИМОСТЬ ИЗБЕГАТЬ РИФМЫ И СТИХОТВОРНОГО РАЗМЕРА В ПРОЗЕ
Прозаическая речь характеризуется отсутствием строгой и постоянной ритмической организации, строгих ритмических закономерностей — в виде повторения отдельных групп звуков, расположения их в определенном порядке и т. д.
Правда, порою и в произведении прозаика мелькнет созвучие окончаний или произойдет скопление одинаковых звуков. Чаще всего такое явление — случайность, не отражающая специального намерения, не служащая художественным целям. При переводе вывод из этого может быть лишь один: случайная рифма или случайное созвучие не есть черта стиля автора и тем самым не требует воспроизведения.
А если так, то противоречием принципу прозы, свидетельством переводческой небрежности и пренебрежения к стилю автора становится появление рифм, аллитераций, ритмизованных строк там, где их в прозаическом подлиннике даже и нет.
Специфические различия между стихом и прозой с точки зрения звука и ритма, являются вместе с тем практическим предостережением, а также и советом переводчику — указанием на необходимость проверки перевода на слух.