Секретарем Казкрайкома А.Н. Гусевым, в свою очередь, было обращено внимание на слабую работу русской секции: «Что касается русских писателей, то надо сказать, что у нас нет писателей в полном понимании этого слова. Есть очеркисты и то с очень низкой писательской и газетной культурой, политически очень слабоваты. Например, очерки тов. Климова и Черепанова. Многие привыкли видеть то черное, в особенности русские писатели. Это грубейшая ошибка, непонимание трудностей, переживаемых Казахстаном, пасование перед этими трудностями» [17. С. 2]. Также, партийным руководством отмечалась слабость организации русской секции, недостаток осуществляемой на местах работы. Лучше обстояли дела в казахской секции, отмечалась ее более налаженная организационная работа, так как в области велся учет казахских писателей и литактива.
На протяжении второй половины 1930-х гг. подобные встречи партийных лидеров области с литературным и театральным активами устраивались неоднократно. Цель встреч - определение уровня развития литературного процесса в крае, выяснение проблематики произведений пишущей интеллигенции и направление этой работы в нужном идеологическом русле для создания произведений, отвечающих требованиям «социалистической по содержанию культуры». При этом свое требование было и к партийцам, курировавшим деятельность интеллигенции, оно сводилось к усилению внимания к вопросам литературы и театра [18. С. 2].
Начальный этап оформления писательской организации республики был завершен на I Съезде писателей Казахстана, прошедшем 12-18 июня 1934 г., за два месяца до I Съезда писателей СССР [19. С. 204]. И. Джансугуров в докладе, сделанном на I Съезде Союза писателей Казахстана, заявил о подъеме казахской советской литературы, насыщенной как «разнообразием жанров, так и богатством содержания» [19. С. 204]. Хотя фактический уровень вовлечения творческих сил был невысоким, в 1934 г. в республике насчитывалось всего 12 членов Союза писателей, в ССПК не было ни одного русского или уйгурского писателя [16. С. 347].
II Съезд Советских писателей Казахстана, состоявшийся через пять лет, в июне 1939 г., показал значительное прибавление писательского состава. Насчитывалось 70 человек основных членов ССПК, из них - поэтов и писателей - 58, народных акынов - 12 . По национальному составу: казахов - 54, русских - 12 , уйгуров - 2. Причем, 90% - члены партии, кандидаты партии либо комсомольцы [16. С. 347].
Что касается процесса оформления местного отделения Союза писателей, то подведение его итогов работы состоялось 4-6 июня 1939 г. на Первом слете начинающих писателей и акынов Восточного Казахстана, отчет о деятельности ССПК по области подготовил С. Машаков: «В ряды начинающих писателей, новых творческих сил входят все возрасты и специальности, с подавляющим большинством казахской колхозной молодежи», - информировал докладчик [20. Л. 1]. Несмотря на целый ряд положительных моментов (произошло увеличение численности литературных кружков с первоначальных 3 (в Семипалатинске, Усть-Каменогорске и Риддере) до 10 (новые литературные кружки появились в райцентрах Шемо- наихе, Зайсане); налажена более тесная связь с прессой - на станицах газет «Екпінді» и «Прииртышская правда» лишь за 1938-1939 гг. было выпущено около 20 литературных страниц с произведениями начинающих писателей; появились новые формы работы с аудиторией - так называемые «встречи в радиоэфире» [Там же. Л. 1]), у местного отделения ССПК оставались серьезные недоработки. Слабыми сторонами организации были: общение между кружковцами казахских и русских секций оставалось на низком уровне, отсутствовала по-настоящему слаженная групповая работа на периферии: «Если в Семипалатинске связь между газетами, кружками и отдельными членами существует, то по районам начинающие писатели часто работают в одиночку» [20. Л. 2]. Недостаточно была поставлена работа и по выявлению творческих сил в области, не было передачи опыта начинающим писателям. Одним из наиболее значимых отставаний было отсутствие своего издания. Если небольшие литературные материалы могли быть напечатаны либо в центральном журнале Союза писателей Казахстана «Литературный Казахстан», на страницах местной прессы, в сибирском журнале «Сибирские огни», то выхода своей книги (на базе издательства в Алма-Ате) заслуживали лишь проверенные члены партии. Также, в области на низком уровне находилось развитие литературной критики произведений начинающих писателей [20. Л. 4]. Таким образом, несмотря на количественное увеличение ряда показателей (численность кружков, количество статей, передач), процесс сложения местной писательской организации к 1939 г. не был завершен, оставались серьезные недоработки в организационном и творческом планах.
Если в середине 1920-х власть шла на предоставление свободы самовыражения писателям, во всяком случае были ее декларативные заявления на этот счет, то к началу 1930-х гг. период относительной свободы выражения закончился. Общей платформой для всех советских литераторов становится утвержденный метод социалистического реализма. Данное положение было оформлено и закреплено в Уставе писателей СССР, принятом на I Съезде писателей [1. С. 342]. Социалистический реализм подразумевался как метод, который бы смог объединить различных писателей. Предполагалось, что только при централизации и унификации процессов в литературе можно будет построить будущее общество единомышленников [21. С. 14].
С этого времени в писательской палитре все больше укореняются стереотипность в подаче произведений и тематическое единообразие. Наглядно этот факт отражает партийная тематика новых произведений авторов, готовящихся в 1939 г. - в год проведения XVIII Съезда ВКП (б). И. Байзаков работал над песней «XVIII Съезд ВКП (б)»: «В этой песне я говорю о мощи и силе Советской Родины, о расцвете литературы и искусства, о счастливой радостной жизни в нашей стране» [22. С. 107]. А. Исмамбетов: «С большим волнением и творческим подъемом работаю над поэмой «Песня о третьей пятилетке». Кроме того, пишу специальный цикл лирических стихов, который также закончу к открытию XVIII партсъезда» [22. С. 107].
Ведущая роль в руководстве творческим процессом отводилась партии. На особый характер сложившихся взаимоотношений партии с писательской интеллигенцией указал И. Джансугуров в выступлении на IX Съезде Советов Казахской АССР 6 января 1935 г.: «...Краевой комитет партии, возглавляемый тов. Мирзояном, повседневно руководит Союзом советских писателей Казахстана. В настоящее время под руководством партии писатели Казахстана взялись за создание произведений, отвечающих высоким требованиям эпохи социализма. Основная задача - создать высокохудожественную, революционную литературу, воспитывающую массы в духе Маркса- Ленина» [23. С. 210]. Помимо создания высоко художественных произведений советские писатели Казахстана должны были «помогать партийным организациям в развертывании агитационной и пропагандистской работы, помогать художественным словом, которое доходчиво и доступно широчайшим массам» [24. С. 94]. Быть агитатором и проводником власти - важнейшие задачи советского писателя 1930-х гг.
В целом создание писательской организации «сверху» позволяло эффективно контролировать ранее разрозненные творческие группы. Творческий союз писателей, таким образом, сохраняя определенные черты добровольного общества, стал приобретать характер особой общественной организации, подконтрольной партийной цензуре [25. С. 30]. Проводниками установок партии на местах фактически выступали отделения творческих союзов, имевшие функцию внутрицеховой критики, параллельно действовал и идеологический партийный контроль. Казглавлито, функционирующее при Народном Комиссариате Просвещения КАССР, занималось выдачей разрешения на ту или иную творческую продукцию литераторов. К 1934 г. на территории КАССР было запрещено 87 пьес русских авторов, среди них: «Лекарство от любви» (пьеса в 4 действиях Циркина), «Ледяной дом» (социальная мелодрама в 10 картинах Ширша- новича), «Маскарад» (!) - драма в 4 действиях, 7 картинах М.Ю. Лермонтова, «Обыватели» - комедия Истомина, «Шахтеры» - комедия в 5 действиях Пономарева [26. Л. 50]. Из 37 пьес на казахском языке было запрещено 14 пьес, в том числе некоторые пьесы М. Ауэзова («Энлик-Кебек» в старой редакции, «Бай- бише-Токал»), пьесы талантливого драматурга Ж. Аймаутова (1889-1931), осужденного в 1931 г. за связь с Алаш-Ордой [26. Л. 4-5]. Специальные циркуляры с утвержденными к просмотру списками были доведены до сведений всех начальников управлений по делам искусств областных и районных уровней. Списки разрешенных и запрещенных произведений в масштабах республики регулярно пересматривались и дополнялись.
Цензура пропускала лишь те произведения, дух которых отражал действия коммунистической партии как единственно правильные и неоспоримые, никаких критических или того хуже - очернительных материалов не допускалось. За профессиональные «вольности» (как это виделось со стороны руководящих органов) во второй половине 1930-х гг. пострадали многие писатели и журналисты, даже стоявшие на «крепкой социалистической основе», в том числе выходцы из Восточного Казахстана. За критические материалы, опубликованные в начале тридцатых на страницах республиканской газеты «Советская степь» в 1937 г. был исключен из партии и снят с должности писатель, журналист, один из бывших руководителей усть- каменогорского отделения САПП М. Иванусьев (М. Алтайский), в 1937 г. он возвращается в Усть- Каменогорск [11. С. 55]. Еще раньше, в июне 1935 г., работавший секретарем днепропетровской газеты «Звезда», талантливый журналист П.Н. Кузнецов был исключен из кандидатов в члены ВКП (б) как троцкист. В 1936 г., однако, его членство в партии было восстановлено [27].
Репрессивный маховик затронул многих писателей и общественных деятелей Восточного Казахстана. В 1937 г. был неожиданно арестован работавший журналистом в «Прииртышской правде» Д. Черепанов, но через месяц отпущен за недостатком улик [28. С. 90]. На большой политический и моральный поступок решился известный журналист, писатель С. Донентаев: не приняв перегибов политики партии в проведении коллективизации, писатель выходит из ее рядов [29].
Был репрессирован и первый уполномоченный краевой организации писателей по ВКО, член Союза писателей Казахстана, поэт Т. Касенов. В 1935 г. обвинен по статье 58. п. 10 (антисоветская агитация и пропаганда), однако через год был оправдан [30]. В 1937 г. Т. Касенов повторно арестован , приговорен к 8 годам лагерей и направлен в Тагиллаг, где скончался в 1942 г. [31].
В 1939 г. писательская организация «Звено Алтая» фактически была признана контрреволюционной. Не избежал трагической участи ее руководитель Б.Н. Лапин, до своего ареста в 1939 г. работавший в школе им. Кирова города Усть-Каменогорска. В предъявленном ему обвинении указывалось, что «Являясь членом антисоветской контрреволюционной организации «Звено Алтая», проводил антисоветскую агитацию среди молодежи и интеллигенции, вел индивидуальную обработку людей в антисоветском духе, выступил с антисоветской речью на собрании среди слушателей литературного кружка. Выступая в печати как литератор, воспевал в своих произведениях уходящую Русь, кулачество и старый кержацкий быт, стремился вызвать у читателей жалость к разрушенному капиталистическому строю» [32. С. 48]. Осужденный в марте 1940 г. на 5 лет лагерей, домой Б.Н. Лапин не вернулся [33].
Таким образом, история писательских организаций Восточного Казахстана выступает наглядным примером генезиса советских литературных организаций периода раннего СССР в его региональном аспекте. Местные литературные объединения, основанные творческой интеллигенцией в начале 1920-х, были преобразованы под влиянием партийных постановлений сначала в организацию пролетарских писателей на платформе РАПП, затем в Восточно-Казахстанское отделение Союза писателей Казахстана. Среди специфических черт деятельности ВК отделения писателей 1930-х гг. выделим: организационную незавершенность объединения, неравномерность развития казахской и русской секций, роль журналистики в становлении писательского коллектива региона.
Крайне сложными и неоднозначными видятся взаимоотношения восточно-казахстанских писателей с властью. С одной стороны, имело место содействие руководителей области более широкому вовлечению молодых талантливых кадров в ряды писательской организации, осознание необходимости укрепления и развития советской литературы края, с другой стороны, налицо проходивший в 1930-е гг. процесс усиления партийной цензуры, введения творческого единообразия, догматизма, что привело к сведению роли писателя к роли агитатора и проводника партийных установок, усилило негативные тенденции. Развернувшиеся с середины 1930-х гг. массовые политические репрессии против писательской интеллигенции, от которых пострадали в том числе и наиболее видные писатели Восточно-Казахстанской области - Т. Касенов, Б. Лапин, М. Иванусьев (Алтайский) и др., привели к ощутимому замедлению в развитии литературного процесса региона.
ПРИМЕЧАНИЕ
1 «Алаш» - партия, образованная по инициативе видного казахского политического деятеля Алихана Букейханова, ставившая своей целью достижение независимости казахов на уровне автономии в рамках России. Представителями алашской интеллигенции были выходцы из семей султанов, биев, баев и зажиточной части казахских скотовод и земледельцев. Многие из них получили высшее образование в России, большинство служило в царской администрации, врачами, юристами. В группу входят представители казахской национальной и интеллигенции: А. Байтурсынов - главный редактор газеты «Казах», поэт, писатель, лингвист; Ж. Акпаев - юрист; М. Тынышпаев - инженер; М. Дулатов - поэт, писатель; М. Жумабаев - поэт, писатель; Х. Габбасов - писатель; Ж. Аймаутов - писатель, поэт; Х. Досмухамедов - врач; М. Чокай - юрист и многие другие [7. С. 144].
ЛИТЕРАТУРА
1. Самигулин И.М. У нас имеются неиссякаемые возможности для всестороннего развития художественной литературы // Казахстан в до
кументах и материалах : альманах. Караганда : Экожан, 2013. Вып. 3. С. 340-346.
2. Какишев Т. Сакен Сейфуллин // Букинист инфо. URL: http://litread.info/pages/237450/240000-241000?page=34 (дата обращения:
11.04.2018) .
3. Ашимбаев Д., Хлюпин В. Главреды «Казахстанской правды». За штурвалом главной газеты страны (история) // Central Asia Monitor:
Республиканская общественно-политическая газета. URL:https://camonitor.kz/14966-glavredy-kazahstanskoy-pravdy-za-shturvalom-
glavnoy-gazety-strany-istoriya-dashimbaev-vhlyupin.html (дата обращения: 26.04.2018).
4. Черных С.Е. Звено Алтая // Черных С.Е. Под небом Алтая. Алма-Ата : Жазуши, 1988. С. 6-17.
5. Центральный Государственный Архив Республики Казахстан (ЦГА РК). Ф. 440. Д. 144.
6. Постановление Политбюро ЦК РКП(б) «О политике партии в области художественной литературы» 18 июня 1925 г. // Культурное строи
тельство в СССР 1917-1927 гг. Документы и материалы. М. : Наука, 1989. С. 383.
7. Кенжебаева С.Е. Представители Алашской интеллигенции и Советская власть // Вестник АГТУ. 2011. № 2. С. 144-153.
8. Каип-Назаров М. Казахская литература в борьбе с буржуазными влияниями. Алма-Ата : Казахское краевое изд-во, 1932. 19 с.
9. Аблакова Р. Дыхание жизни // Литературная Алма-Ата. URL: http://almaty-lit.ucoz.ru/load/5-1-0-8 (дата обращения: 11.04.2018).
10. Вечер памяти В.В. Маяковского // Прииртышская правда. 1932. 14 апреля. Ст. 37.
11. Черных С.Е. Время взлета // Черных С.Е. Под небом Алтая. Алма-Ата : Жазуши, 1988. С. 17-56.
12. Абдуллина Л.И. Восточно-Казахстанский литературный текст: диалог времен и культур // Культура и текст. 2008. № 11. С. 226-233.
13. Смирнов А. За широкое вовлечение рабочих ударников в пролетарскую литературу // Прииртышская правда. 1932. 12 апреля. Ст. 36.
14. Писатели Семипалатинского региона. Био-библиографический указатель / сост. О. Мальцева. Семипалатинск : Талант, 2006. 84 с.
15. Абдуллина Л.И. Литературный ландшафт родного края. Усть-Каменогорск : Изд-во Казахстанско-Американского свободного университета, 2012. 136 с.
16. Стенограмма II Съезда Союза Советских писателей Казахстана. Алма-Ата, 22-25 июня 1939 г. // Казахстан в документах и материалах : альманах. Караганда : Экожан, 2013. Вып. 3. С. 346-435.
17. Встреча тов. Гусева с писателями 25 мая в редакции «Прииртышской правды» // Прииртышская правда. 1933. 30 мая. Ст. 124.
18. Литература, театр - дело каждой партийной организации // Прииртышская правда. 1934. 15 декабря. Ст. 285.