Гойхбарг подчеркивает, что ограничения собственности имеют место, как в буржуазных государствах, так и в советском пролетарском государстве. Другое дело, в пользу чьих интересов власть устанавливает юридические ограничения: в буржуазных государствах - в пользу частных интересов, а в России - в пользу пролетарского государства, и это незыблемо. При этом советская власть в лице соответствующих наркоматов и подчиненных им управленческих структур должна поощрять частную инициативу, даже при всех ограничениях, если следствием этой частновладельческой инициативы будет польза советскому обществу, советскому государству, советским людям. Указанные ограничения касаются всех аспектов частновладельческого права, если они противоречат не только социалистической идеологии, но и трудовым гарантиям работников. Поэтому рабочие в условиях НЭП даже на частных, арендных, концессионных предприятиях работают на основах, установленных в обязательных (как для предпринимателей, так и для рабочих) законах о труде. Условия труда урегулированы в кодексе законов о труде. У нас имеется закон о минимальной заработной плате, ниже которой предприниматели не могут платить. Рабочий договор у нас не зависит от воли сторон, т. е. от воли предпринимателей. Минимум человеческих условий труда гарантирован рабочим. Исходя из интересов пролетариата, как класса, пролетарское государство не может отказаться от принудительной гарантии этих минимальных человеческих условий труда [9, с. 2].
На наш взгляд, данное суждение Гойхбарга в значительной степени актуально и для современной России. Это касается и его рассуждений о свободе договоров в сфере экономических отношений периода НЭП. Ученый считает, что времена абсолютной свободы договоров позади в тех же буржуазных государствах, и договора там уже основываются на принудительных нормах права, т. е. на законах (об акционерных компаниях, о договоре страхования имуществ и т. п.), соответственно соглашение, отступающее от принудительных норм права, делает недействительным весь договор. А в условиях НЭП абсолютная свобода договоров тем более недопустима, поскольку «при крайней трудности контроля над многочисленными, рассыпанными в разных местах сделками предоставление полной свободы в этих сделках могло бы привести к гибели хозяйственный организм пролетарского государства» [9, с. 2].
Гойхбарг пишет, что «и наши законы об обязательственном, договорном праве должны охранять интересы слабейших в имущественном отношении групп населения против беззастенчивой эксплуатации их крупными хищниками» [9, с. 2]. Этот тезис также представляется актуальным для современной России. В любом случае, как следует из заключительной части статьи Гойхбарга, пролетарское право в переходное время НЭП, допуская определенные уступки капиталистическим элементам, ни при каких обстоятельствах не должно «приносить в жертву» интересы пролетарского государства.
Гойхбарг обращался к вопросам экономического права НЭП и в других работах. В частности, комментируя нормы об институте собственности в ГК РСФСР 1922 г., он отмечал, что «самое широкое и наилучшим образом обеспеченное право собственности принадлежит государству. Затем следуют кооперативные организации, а наиболее узким правом собственности пользуются частные лица. Так, кооперативные организации в противоположность частным лицам вправе владеть предприятиями с неограниченным числом наемных рабочих» [16, с. 21]. Такой подход соответствовал политико-идеологической доктрине большевистской власти, осуществлявшей стратегию огосударствления экономики при тактическом замедлении этого процесса на время НЭП.
Довольно сложную правовую материю Гойхбарг затронул также во второй половине 1920 г. в своей работе «Международное право» [17], которая фактически полностью была посвящена международному частному праву (как отмечается в литературе, причина такого явного несоответствия остается неизвестной) [18, с. 170]. Ученый полагал, что в этой отрасли права не может быть общепризнанных начал, поскольку в разных государствах мнения юристов, решения судов, постановления законов, касающиеся этих основных вопросов, сильно между собою расходятся [17, с. 7]. Соответственно в СССР не следует применять законодательство чужой страны, применяя только свой закон, и такой подход, по его мнению, в сущности, отменяет нормы частного международного права. Однако, учитывая, что союзные республики в СССР как самостоятельном государстве имели определенный международно-правовой статус (согласно Конституции СССР 1924 г. РСФСР, УССР, БССР и ЗСФСР имели право свободного выхода из Союза), то внутри СССР имели место непростые отношения между республиками, и прежде всего, имея в виду экономику, учитывая несовпадение республиканского гражданского законодательства по ряду направлений. В связи с этим (считал Гойхбарг) необходимо выработать правила частного международного права применительно к межреспубликанским отношениям. Но в рамках НЭП этого сделано не было - союзный законодатель издавал по этому поводу лишь отдельные акты (о поставках продукции, о перевозках грузов и т. д.). И только в 1936 г. Постановлением ЦИК и СНК СССР было определено, что гражданское законодательство должно быть единым для всего СССР, а фактически Основы гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик были приняты довольно поздно - в 1961 г., что свидетельствует о сложности этой сферы правовых отношений, о чем писал Гойхбарг.
К концу НЭП Гойхбарг резко снизил свою научную активность, причиной чему стали обстоятельства личной жизни - его сын был осужден и расстрелян как враг народа, а сам ученый был исключен из партии. Трудовую деятельность он продолжил в качестве юрисконсульта в Народном комиссариате внешней торговли СССР. Но с конца 1930 г. Гойхбарг возвращается к правовым исследованиям, в 1944 г. ему без защиты присуждается ученая степень доктора юридических наук, он публикует ряд работ, но уже без прежней энергетики. В 1947 г. он сам был обвинен в государственном преступлении, помещен в психиатрическую больницу, в 1956 г. он и его сын были реабилитированы, а через шесть лет Гойхбарг ушел из жизни, насыщенной творческой деятельностью и вместе с тем драматизмом и трагизмом. Но он оставил о себе добрую память в виде своих научно-правовых работ, ряд которых, в особенности касающихся периода НЭП, по-прежнему актуальны для современной России.
правовед гойхбарг новая экономическая политика советское государство
Литература
1. Лушников А.М. Российская школа трудового права и права социального обеспечения: портреты на фоне времени (сравнительно-правовое исследование): в 2 т. Ярославль, 2010. Т. 1.
2. Гойхбарг А.Г. О Советской конституции // Пролетарская революция и право. 1918. № 3-4.
3. Леоненко Н.Т. Александр Григорьевич Гойхбарг: годы свершений, поражений и забвения // Юридическая наука и практика. 2020. № 4. Т. 16.
4. Гойхбарг А.Г. Исполняйте законы Советской Республики! // Антология мировой правовой мысли: в 5 т. М., 1999. Т. 5.
5. Олейник И.И. Роль А.Г. Гойхбарга в становлении советской науки семейного права / / Теория и практика общественного развития. 2014. № 12.
6. Гойхбарг А.Г. Пролетариат и право // Вестник жизни. 1919. № 6-7.
7. Гойхбарг А.Г. Основы частного имущественного права: очерки. М., 1924.
8. Соборнов П.Е. К вопросу о правопонимании в советской юриспруденции 20-30х годов ХХ века // Вестник Казанского юридического института МВД России. 2019. № 3. Т. 10.
9. Гойхбарг А.Г. Наша экономика и право // Еженедельник советской юстиции. 1922. № 19-20.