Думаю, следует согласиться с утверждением ученого, что «понятие общественная опасность является наиболее адекватным асоциальности, более точно выражающим социальную природу правонарушения, в первую очередь преступности». Но тогда получается, что общественная опасность присуща всему асоциальному поведению, т. е. всем асоциальным поступкам; это «размывает» данный институт, превращает юридический термин в общеупотребительный, что является ненужным, ошибочным.
Правонарушения - это антипод правомерному поведению, законности и правопорядку, в известной мере - правосознанию и правовой культуре (правонарушения свидетельствуют о деформации правосознания, правовом нигилизме и даже перерождении правосознания или сигнализируют, как отмечают специалисты, о недостатках законодательства и юридической практики), но вряд ли правонарушения можно назвать антитезой юридическим фактам и правоотношениям, судебной практике и практике правоохранительных органов. Хотя самосуд, самоуправство, наверное, можно назвать антиподом отправления правосудия, судебной практики.
Таким образом, Л. С. Явич подходит к сущности правонарушения с марксистско-ленинских, классовых позиций, характерных для советской юридической науки. Бесспорно, что правонарушения - это отклонение от установленной государством нормы, т. е. разновидность девиантного поведения.
По мнению Н. Н. Вопленко, «только социальная вредность, осознанная законодателями, выраженная ими в правовой форме запрещенного и наказуемого поведения, вскрывает сущностную и социально обусловленную природу правонарушения. Это означает, что только способность отдельных актов человеческого поведения причинять вред наиболее публично значимым общественным отношениям составляет во все времена наиболее исторически выверенную основу для объявления их противоправными и юридически ответственными. Таким образом, в социальной вредности правонарушений выражается их сущность».
С точки зрения этатизма, юридического позитивизма, любое правонарушение (а тем более закононарушение) ослабляет режим законности, а следовательно, и правопорядок. Сторонники этой теории усматривают сущность правонарушения в противоправности, во вреде государству, его интересам.
С точки зрения естественно-правовой и либеральной, нарушение бесчеловечных юридических норм (закрепляющих геноцид, дискриминацию по кастовому, сословному, классовому, национальному, расовому, религиозному, половому признакам), борьба за их отмену и подлинное право (гуманное, справедливое, закрепляющее принцип формального равенство и гарантии соблюдения норм права) ведут, в конечном счете, к торжеству права, совершенствованию режима законности и правопорядка. Такие закононаруше-ния - это сигнал власти, что нужно реформировать, модернизировать законодательство и (или) юридическую практику, государственные институты, правоохранительные органы.
На наш взгляд, в любом случае, правонарушитель не уважает ценности, блага, взятые в данном обществе и государстве под охрану и защиту, частные и публичные интересы; его действия или бездействие причиняют или могут причинить разнообразный вред, ущерб индивиду, коллективу, обществу, государству, группе государств, международному сообществу. В случае массового нарушения норм права, социальных катаклизмов может возникнуть состояние, близкое к правовому вакууму (в случае массовой деформации правосознания, тотального правового нигилизма), к хаосу, анархии, охлократии или власти криминальных структур, организованной преступности.
Наша позиция заключается в следующем: сущность правонарушения выражается в общественной опасности, а она, в свою очередь, в том вреде (моральном и материальном, восстановимом и невосстановимом, измеримом и неизмеримом), ущербе, который был причинен или мог быть причинен охраняемым нормами права общественным отношениям.
1.2 Причины правонарушений
По справедливому утверждению современных отечественных ученых, видными представителями юридического позитивизма, оказавшими большое влияние на формирование общей теории права в России, были Д.Д. Гримм, М.Н. Капустин, Н.К. Ренненкампф, А.А. Рождественский и др. Правда, эти дореволюционные ученые использовали в своих работах некоторые социологические идеи и принципы историзма. Свое «второе дыхание» юридический позитивизм получил в творчестве последнего выдающегося представителя этого направления в дореволюционной России - Г.Ф. Шершеневича.
Приват-доцент Московского университета А.А. Рождественский рассматривает правонарушение как действия, противные юридическим нормам, как юридический факт. Он справедливо отмечает, что правонарушения «могут оказывать влияние как на изменение и прекращение, так и на возникновение субъективных прав». Так, изменение или прекращение прав происходит в результате порчи или уничтожения имущества. Наоборот, правонарушение дает потерпевшему право обратиться с иском в суд, а «в случае уголовных правонарушений государство получает право преследовать правонарушителей по своей инициативе (в настоящее время не совсем так, ибо есть дела частного обвинения)». Это типичный подход к рассматриваемому феномену в энциклопедии права, философии права и общей теории права во второй половине XIX - начала XX в.
Теоретик права и цивилист, один из популярнейших профессоров юриспруденции Г.Ф. Шершеневич (1863 - 1912) отмечает, что возможность нарушений норм права составляет их необходимое предположение, поэтому нормы права стремятся угрозой воздействовать на сопротивляющуюся волю отдельных индивидов. «Правонарушение всегда выражается только в действии человека», - категорично утверждает Г.Ф. Шершеневич, хотя, конечно, правонарушение может выразиться и в бездействии лица. Под действием этот мыслитель понимал такое выражение воли, которое направлено на некоторое изменение во внешнем мире. Следует, безусловно, согласиться с ученым: нельзя признать действием то, что человек совершает в состоянии гипноза; «нельзя признать действием внутреннюю борьбу мотивов, переживаемых человеком», который, к примеру, задумывает преступление.
Заслуженный профессор М.Н. Капустин (1828 - 1899) определяет правонарушения как действия, прямо нарушающие порядок права.
Правонарушение представляет собой действия, противоречащие нормам права. Противоправность правонарушения выражается в том, что гражданин, иное лицо нарушает какую-либо действующую норму права, действует вопреки ее предписаниям и тем самым противопоставляет свою собственную волю воле государства, вступает с ним в конфликт.
Особенность конфликта граждан, либо иных лиц с государством, который проявляется в форме правонарушений, состоит в том, что субъекты действуют противоправно, вопреки нормам права, запрещающим соответствующее поведение или обязывающим к активным действиям. Поскольку каждая норма права закрепляет не только обязанности, но и права, то всякое нарушение нормы права представляет собой посягательства на права других лиц и, следовательно, является социально-вредным, опасным.
Однако не всякое причинение вреда другому лицу является правонарушением.
Законодательством допускаются ситуации, в которых подобные действия признаются правомерными. Это, например, причинение вреда в состоянии необходимой обороны, крайней необходимости, с согласия потерпевшего, при выполнении профессиональных обязанностей, в случаях производственного риска, задержания лица, совершившего преступление, выполнения законного приказания руководителя по работе, службе. Таким образом, необходимым признаком правонарушения является противоправность. Деяние, которое не нарушает каких-либо норм права, может быть аморальным, нарушением норм общественных организаций, но не правонарушением. Конституция Российской Федерации (далее по тексту - Конституция РФ) закрепляет принцип, который гласит, что никто не может нести ответственность за деяние, не признававшееся правонарушением в момент его совершения.
Если любое правонарушение является противоправным деянием, то не любое противоправное действие непременно является правонарушением. Например, уголовное законодательство освобождает от ответственности лиц, которые совершили преступные деяния под физическим принуждением.
Для признания противоправного деяния правонарушением необходимо, чтобы оно было совершено виновно. Вина понимается как психическое отношение правонарушителя к совершенному деянию и выражается, прежде всего, в том, что он осознает общественно-опасный характер своего деяния либо не осознает, хотя мог и должен был осознавать.
Осознание общественной опасности деяния может исходить из различных обстоятельств и, прежде всего из знаний о наличии нормы, запрещающей подобные действия.
Вполне возможны ситуации, когда правонарушитель не знал о наличии соответствующего запрета в действующем законодательстве. Однако это обстоятельство не освобождает от ответственности за совершенное правонарушение. В праве существует презумпция знания закона. Еще со времен Древнего Рима действует принцип, согласно которому нельзя отговариваться незнанием закона. В современных условиях государство и его органы публикуют все нормативно-правовые акты, затрагивающие права и интересы граждан и иных лиц. Следовательно, каждый должен позаботиться о знании норм, регулирующих отношения, в которые он вступил или намеревается вступить.
Общественную опасность большей части действий можно осознавать и без знания конкретных норм права, руководствуясь логикой отношений и стремлением не нарушать интересов других лиц. Религиозная и моральная заповедь - не желай другому того, то не желаешь себе - четко ориентирует любое лицо, какие его действия могут быть общественно-опасными, причинить вред другим людям.
Так, например, фактическим основанием для наступления административной ответственности является нарушение правовых норм, охраняемых административными санкциями, - административное правонарушение (административный проступок, административный деликт).
Действующее законодательство (ст. 2.1 КоАП РФ) определяет административное правонарушение как противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое КоАП РФ или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.
Таким образом, административное правонарушение - это, во-первых, деяние, т. е. либо действие - как активная форма поведения лица, либо бездействие - как пассивная форма поведения лица, выражающаяся в неисполнении предусмотренной правовой нормой обязанности. Деяние, характеризующееся как административное правонарушение, - это осознанный волевой акт человеческого поведения (в единстве его двух составляющих - физического и психического), выражающийся на практике в подконтрольном сознанию и мотивированном совершении строго определенного (предусмотренного конкретной статьей КоАП РФ или закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях) действия или бездействия. Его характеризуют цель, средства, результат, мотивы и психологическое отношение личности к содеянному.
Сущность правонарушения Г.Ф. Шершеневич видит в поведении вопреки нормам права, исходящим от государственной власти, даже если ее веления не соответствуют ни общественным, ни частным интересам. Итак, сущность правонарушения заключается в противоправности. Мы придерживаемся другой позиции: сущность правонарушения выражается в общественной опасности, т.е. том вреде, ущербе, который был причинен или мог быть причинен охраняемым общественным отношениям. Это, во-первых. Во-вторых, мы не разделяем такой формальный подход этатистов к праву вообще и к правонарушению в частности. Для нас важно содержание права, в том числе и то, что берется им под охрану и защиту. В-третьих, право исходит не только от государства, государственных органов, но и от муниципальных органов, от работодателей, которых наделило правотворческой компетенцией государство.
Вина. Г.Ф. Шершеневич пришел к выводу, что «возможна ответственность при отсутствии вины, а, следовательно, мыслимо правонарушение».
М.Н. Капустин много внимания уделяет обдуманным правонарушениям, т.е. тому, что принято называть прямым умыслом. В таких правонарушениях воля и ее внешнее выражение вполне совпадают: лицо совершает то, что желало. Ученый отмечает свободное выражение воли, а в самой обдуманности различает четыре момента, которые проходит определяющая себя воля: намерение, умысел, побуждение и повод. Намерение, по мнению ученого, выражается в непосредственной ближайшей связи действия с волей: лицо совершает то, что намерено было осуществить. «Умысел есть та цель, которой намеренно действующий (бездействующий) желает достигнуть». Так, лицо сознательно не платит долг с целью вызвать продажу имущества. Теория права в настоящее время различает умысел (прямой и косвенный) и факультативные элементы субъективной стороны - цель и мотив. То, что М.Н. Капустин называет побуждением, сейчас принято называть мотивом: «Побуждением служит то, что вызывает известные намерение и умысел (корысть, любовь), а повод есть то, что послужило основанием побуждения». Так, действительное или воображаемое оскорбление может вызвать желание отомстить за обиду, служит поводом для мщения. Индивид задумывает убийство и намеренно убивает оскорбителя.
М.Н. Капустин рассматривает вину как основание для ответственности лица за совершенное им действие. В настоящее время теоретики права выделяют, как правило, правовое основание, т.е. наличие нормы права, предусматривающей возможность применения норм юридической ответственности за противоправное деяние, и фактическое основание, т.е. само правонарушение - юридический факт, который приводит в движение всю структуру юридической ответственности.
М.Н. Капустин выделяет различные степени вины: неосторожность, небрежность и виновность.
2. Понятие ответственности, ее виды и особенности
2.1 Понятие ответственности
ответственность правонарушение юридический административный
В случаях нарушения прав, оказания услуг или работ ненадлежащего качества, причинения вреда нарушитель несет гражданско-правовую ответственность. При этом нарушителя могут привлечь к административной или уголовной ответственности, для чего необходимым условием является его виновность. Однако гражданско-правовая ответственность может наступить и при отсутствии вины.
М.П. Авдеенкова предлагает разделить юридическую ответственность на частноправовую и публично-правовую, т.е. частноправовые формы ответственности, в отличие от публично-правовых форм, обладают рядом особенностей: они возникают из конкретных правоотношений, складывающихся между сторонами в процессе экономической жизни общества; правонарушение, являющееся основанием частноправовой ответственности, наносит вред преимущественно интересам конкретных субъектов правоотношений; частноправовые формы ответственности в большей мере ориентированы на защиту прав отдельных субъектов. В данном случае гражданско-правовая ответственность относится к частноправовым формам юридической ответственности.
Е.А. Суханов делает вывод о том, что «гражданско-правовая ответственность - одна из форм государственного принуждения, состоящая во взыскании судом с правонарушителя в пользу потерпевшего имущественных санкций, перелагающих на правонарушителя невыгодные имущественные последствия его поведения и направленных на восстановление нарушенной имущественной сферы потерпевшего».
О.С. Иоффе пишет, что «отрицательные имущественные последствия для нарушителя в виде лишения субъективных гражданских прав, возложения новых или дополнительных гражданско-правовых обязанностей - вот что такое гражданская ответственность по господствующему в современной цивилистической литературе мнению».
С точки зрения некоторых исследователей, во многих случаях происходит отождествление ответственности с наказанием.
Исходя из вышеизложенного согласимся с мнением Е.А. Суханова о том, что гражданско-правовая ответственность является формой государственного принуждения и состоит во взыскании судом с правонарушителя в пользу потерпевшего имущественных санкций. Исследователь верно отметил, что гражданско-правовая ответственность связана с невыгодными имущественными последствиями для правонарушителя, и налагается взыскание судом, поэтому имеет место именно государственное принуждение.