В отношении исполнений, записанных на фонограмму, действие ограничений, установленных п. 3 ст. 1317 Гражданского кодекса Российской Федерации, до некоторой степени сглаживается наличием у исполнителей права на получение вознаграждения при публичном исполнении такой фонограммы, ее сообщении в эфир или по кабелю при условии, что она была опубликована в коммерческих целях. В то же время исполнители оказались лишены важнейших правомочий в отношении любых иных, в частности, аудиовизуальных записей своих исполнений. Толкование данных положений в их совокупности вызывало на практике затруднения с определением того, ограничение каких именно условий лицензионного договора будет считаться недействительным и в какой степени приведенные положения противоречат друг другу. Для определения условий лицензионного договора, ограничение которых законодательством в данном случае не допускается, возможно обратиться к содержанию п. 5 ст. 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации, который устанавливает, что лицензионный договор должен предусматривать предмет договора путем указания на результат интеллектуальной деятельности и способы использования такого результата. Определенность предмета договора необходима для самого его существования. Таким образом, представляется правильным утверждение о том, что недействительным согласно п. 1 ст. 1240 Гражданского кодекса Российской Федерации будет установление ограничений именно в отношении способов использования сложного объекта, содержащего правомерно включенные в него результаты интеллектуальной деятельности.
Правомерность данного вывода была подтверждена пунктом 19.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 5 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 29 от 26.03.2009 г. «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»: «Применяя абзац третий пункта 1 и пункт 2 статьи 1240 ГК РФ, следует учитывать: пункт 2, определяющий, что условия лицензионного договора, ограничивающие использование результата интеллектуальной деятельности в составе сложного объекта, недействительны, предусматривает запрет на ограничение лицензионным договором способов использования такого результата. Абзац же третий пункта 1 статьи 1240 Кодекса допускает возможность определения в договоре иного срока и иной территории действия исключительного права на указанный результат, нежели установлены законом». Следовательно, автор или иной обладатель исключительного права на включенный в состав сложного объекта результат интеллектуальной деятельности вправе установить в заключаемом с ним лицензионном договоре ограничения по территории и способу дальнейшего использования, будучи лишен возможности устанавливать ограничения в отношении способов такого использования.
В то же время исполнитель, исключительное право которого в соответствии с п. 3 с. 1317 Гражданского кодекса Российской Федерации не распространяется на воспроизведение, сообщение в эфир или по кабелю и публичное исполнение записи результата своей творческой деятельности, оказывается лишен возможности не только определять допустимые способы использования его исполнения в составе сложного объекта, но даже ограничивать использование по сроку или территории для наиболее характерных для аудиовизуальных произведений способов. Следовательно, актер, снявшийся в видеоклипе, рекламном ролике или любом ином аудиовизуальном произведении, не может ограничивать использование такого «сложного объекта» ни по способам, ни по сроку и территории в отношении показа по телевидению, публичного исполнения в кинотеатрах, демонстрации на рекламных экранах и т.д., поскольку не обладает необходимыми для этого полномочиями. Данный подход может вступать в противоречие не только с интересами самих исполнителей, но и с потребностями практики. Так, например, за рубежом и в нашей стране широко распространены рекламные и иные контракты, позволяющие использовать образы актеров для рекламы определенных товаров, услуг или производителей в течение определенного времени. Закрепление правил, позволяющих бессрочно использовать ранее созданные аудиовизуальные произведения, включающие исполнения того или иного актера, делают невозможным обеспечение «эксклюзивности» подобного использования, так как любой ранее сделанный с тем же актером рекламный ролик может быть использован в дальнейшем без его согласия, независимо от его работы над новым проектом, предусматривающим рекламу товаров и услуг других производителей.
С другой стороны, остается неясным, может ли исполнителям выплачиваться вознаграждение за такое использование записей их исполнений, в отношении которого они не обладают исключительными правами, даже если соответствующие выплаты предусмотрены договором, и не приведет ли подобная «безосновательная» выплата к предъявлению претензий со стороны налоговых органов.
В целом следует отметить, что установление императивных норм, ограничивающих возможности сторон самостоятельно определять условия заключаемых ими договоров, в рассматриваемом случае вряд ли может быть признано оправданным. Подобные ограничения обычно предусматриваются для защиты «слабой стороны» в договоре, например, граждан-потребителей, вкладчиков, авторов или исполнителей, но в данном случае они устанавливаются в пользу киностудий, продюсеров и иных лиц, как правило, осуществляющих коммерческую деятельность и имеющих все необходимые возможности для грамотного оформления договорных отношений.
Глава 2. Особенности производства по гражданским делам, связанных с защитой исключительных прав на фильмы
.1 Подведомственность по гражданским делам, связанных с защитой исключительных прав на фильмы, и предварительные обеспечительные меры защиты исключительных прав на фильмы, в том числе кинофильмы, телефильмы, в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе в сети "Интернет"
В настоящее время закрепляется следующая подведомственность дел, связанных с ограничением доступа к указанной информации. Согласно ч. 3 ст. 26 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Московский городской суд рассматривает в качестве суда первой инстанции гражданские дела, которые связаны с защитой исключительных прав на фильмы, в том числе кинофильмы, телефильмы, в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе в сети «Интернет», и по которым им приняты предварительные обеспечительные меры в соответствии со статьей 1441настоящего Кодекса. При этом, одновременно Федеральный закон № 187-ФЗ изменяет статью 28 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дополняя его следующими словами: «за исключением дел, рассматриваемых Московским городским судом в соответствии с частью третьей статьи 26 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации».
Таким образом, дела данной категории рассматриваются судами общей юрисдикции, а конкретно - Московским городским судом.
В отношении информации, распространяемой с нарушением исключительных прав на фильмы применяются особые обеспечительные меры, закрепляемые статьей 1441Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В отношении информации, распространяемой с нарушением исключительных прав на фильмы применяются особые обеспечительные меры, закрепляемые статьей 1441Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации. Заявление о предварительном обеспечении защиты исключительных прав на фильмы, в том числе кинофильмы, телефильмы, в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе в сети «Интернет», подается в Московский городской суд.
При подаче заявления о предварительном обеспечении защиты исключительных прав на фильмы, в том числе кинофильмы, телефильмы, в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе в сети «Интернет», заявитель представляет в суд документы, подтверждающие факт использования в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе в сети «Интернет», объектов исключительных прав и права заявителя на данные объекты. Непредставление указанных документов в суд является основанием для вынесения определения об отказе в предварительном обеспечении защиты исключительных прав на фильмы, в том числе кинофильмы, телефильмы, в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе в сети «Интернет», в котором суд разъясняет право на повторную подачу указанного заявления с выполнением требований настоящей части, а также право на подачу иска в общем порядке.
Далее о предварительном обеспечении защиты исключительных прав на фильмы, в том числе кинофильмы, телефильмы, в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе в сети «Интернет», суд выносит определение.
В определении устанавливается срок, не превышающий пятнадцати дней со дня вынесения определения, для подачи искового заявления по требованию, в связи с которым судом приняты меры по обеспечению имущественных интересов заявителя. Указанное определение размещается на официальном сайте Московского городского суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» не позднее следующего дня после дня вынесения указанного определения.
Если заявителем не было подано исковое заявление в срок, установленный определением суда о предварительном обеспечении защиты исключительных прав на фильмы, в том числе кинофильмы, телефильмы, в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе в сети «Интернет», предварительное обеспечение отменяется Московским городским судом. Об отмене предварительного обеспечения также выносится определение.
При этом, законодатель защищает граждан и организации, права и (или) законные интересы которых могут быть нарушены принятием мер по предварительному обеспечению защиты исключительных прав на фильмы, в том числе кинофильмы, телефильмы, в информационно-телекоммуникационных сетях. Указанные граждане и организации до предъявления иска вправе требовать по своему выбору от заявителя возмещения убытков в порядке, установленном статьей 146 Гражданского процессуального кодекса, если заявителем в установленный судом срок не было подано исковое заявление по требованию, в связи с которым судом были приняты указанные предварительные обеспечительные меры, или если вступившим в законную силу судебным актом в иске отказано.
.2 Проблемы защиты исключительных прав на фильмы в сети Интернет
За последние два года государством предприняты огромные попытки правового регулирования «сетевых отношений», однако действующее законодательство не в полной мере учитывает особенности регулирования данной сферы. Причины, которые осложняют охрану авторских прав в сети Интернет, можно разделить на несколько составляющих:
отсутствие в нормативно-правовой базе определения субъектов «сетевых» отношений, их прав и обязанностей;
отсутствие между такими субъектами разграничения ответственности за правонарушения;
отсутствие единого интернет - реестра объектов авторских прав;
трудность правоприменения, в том числе, в связи с транснациональным характером «сетевых» отношений и сложностью идентификации физических и юридических лиц, размещающих контент в сети Интернет.
Период 2013-2014 годов запомнятся юридической среде как начало активной борьбы государства с нарушением авторских прав в сети Интернет. С 01.08.2013 действует Федеральный закон от 02.07.2013 г. № 187-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам защиты интеллектуальных прав в информационно- телекоммуникационных сетях», который еще называют «антипиратским» законом. «Антипиратский» закон вводит понятие информационного посредника и определяет его ответственность за нарушение интеллектуальных прав. Появившаяся в Гражданском кодексе Российской Федерации статья 1253.1 дает определение этой группе лиц, - лицо, осуществляющее передачу материала в информационно- телекоммуникационной сети, в том числе в сети «Интернет», лицо, предоставляющее возможность размещения материала или информации, необходимой для его получения с использованием информационно- телекоммуникационной сети, лицо, предоставляющее возможность доступа к материалу в этой сети.
Однако возникает вопрос, что при определенной интерпретации информационными посредниками могут быть признаны и новостные агрегаторы, и поисковые системы, поскольку под предоставлением «возможности размещения материала или информации» можно понимать и размещение ссылок, что противоречит сложившейся практике.
Действительно, судебная практика знает случаи отказа в удовлетворении требований о признании поисковой системы виновной в размещении ссылки на пиратский контент. На самом деле, в утвержденной редакции «антипиратского» закона понятие информационного посредника сформулировано таким образом, что под него может попасть и обычный пользователь, разместив ссылку на нелегальный контент в своем блоге или отправив ее по электронной почте. В данной связи, полагаем, что необходимо ограничить круг информационных посредников только теми лицами, которые реально имеют возможность оказать влияние на доступ к контенту. В первую очередь это касается хостинг-провайдера, у которого есть соглашение с владельцем сайта. В недавней арбитражной практике уже появлялся намек на скорое появление такого закона. Так, в деле № А56-57884/2010 по иску ЗАО «С.Б.А. Мьюзик Паблишинг» против ООО «В Контакте» еще раз был подтвержден уже сложившийся на практике подход к вопросу о пределах ответственности информационных посредников.
Стоит отметить, что принятый Федеральный закон от 02.07.2013 г. № 187-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам защиты интеллектуальных прав в информационно-телекоммуникационных сетях» породил сразу несколько вопросов.
Во-первых, законодатель ограничил сферу применения предварительных обеспечительных мер только нарушением исключительных прав на фильмы, но не предусмотрел аналогичных мер защиты при незаконном использовании музыкальных произведений, книг, фотографий и т.д.
Во-вторых, Гражданский кодекс Российской Федерации содержит понятие «аудиовизуальное произведение» (ст. 1263 Гражданском кодексе Российской Федерации), которое является более широким понятием, чем фильм. К аудиовизуальным произведениям также можно отнести видеоклипы, записи концертов, различные видеоролики и другие подобные произведения. Федеральный закон от 02.07.2013 г. № 187-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам защиты интеллектуальных прав в информационно-телекоммуникационных сетях» не включил иные аудиовизуальные произведения в сферу своего применения. В последующем законодатель Федеральным законом от 24.11.2014 г. № 364-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об информатизации, информационных технологиях и о защите информации» и Гражданско-процессуальный кодекс Российской Федерации» устранил данные пробелы. А именно, он расширил действие предварительных обеспечительных мер на все авторские права, кроме прав на фотографические произведения и произведения, полученные способами, аналогичными фотографии. Данный Закон вступает в законную силу с 01.05.2015 г.
Судебная практика до принятия Федерального закона от 02.07.2013 г. № 187-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам защиты интеллектуальных прав в информационно-телекоммуникационных сетях» складывалась неоднозначно. Ранее суды обычно не признавали владельцев сайтов и хостинг-провайдеров виновными в нарушении интеллектуальных прав, ссылаясь на то, что ответственность за эти действия должно нести разместившее контент лицо. Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в 2008 году подчеркнул, что хостинг-провайдер освобождается от ответственности за передаваемую информацию, если не он инициирует ее передачу, выбирает получателя информации, а также влияет на целостность передаваемой информации. Эту правовую позицию впоследствии не раз поддерживал и сам Высший Арбитражный Суд Российской Федерации, и нижестоящие суды. Однако факт размещения спорного контента третьим лицом необходимо было еще доказать - в противном случае суд мог признать владельца сайта виновным в нарушении авторских прав. Впрочем, даже при доказанности размещения контента третьими лицами суды иногда привлекали к ответственности одновременно и третье лицо, и владельца сайта.
Вместе с тем, и до принятия «антипиратского» закона складывались предпосылки к дифференцированному решению вопроса о виновности владельца сайта и хостинг-провайдера в нарушении интеллектуальных прав. В конце 2008 года Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации отметил, что судам следует учитывать степень вовлечения провайдера в процесс передачи, хранения и обработки информации, возможность контролировать и изменять ее содержание. В одном из последующих решений Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации развил этот тезис. Он подчеркнул, что судам необходимо проверять следующие факты: получил ли провайдер прибыль от пиратского контента, установлены ли ограничения объема размещаемой информации и ее доступности для неопределенного круга пользователей, зафиксированы ли в пользовательском соглашении обязанности пользователя по соблюдению законодательства при размещении контента, а также безусловные права провайдера удалить незаконно размещенный контент. Следовало также установить отсутствие технологических условий, способствующих нарушению исключительных прав, а также наличие специальных эффективных программ, позволяющих предупредить, отследить или удалить размещенные контрафактные произведения. Суды восприняли эти критерии и, в результате, судебная практика уже знает случаи взыскания с хостинг-провайдеров компенсаций за причиненный ущерб в тех случаях, когда у них была техническая возможность ограничить доступ к спорному контенту, но они ею не воспользовались. Применение такого подхода ощутили на себе, к примеру, социальная сеть «В Контакте» и медийный портал «Рамблер».