Причины и следствия участия Португалии в Первой мировой войне
А.А. Болтаевский, С.А. Агуреев
Статья посвящена вопросам участия Португалии в Первой мировой войне и истории создания португальского экспедиционного корпуса, сражавшегося в Европе в заключительный период войны. Кроме того, авторы рассматривают военно-политические события в португальских колониях в Африке в период войны.
Ключевые слова: Первая мировая война; португальский экспедиционный корпус; события в африканских колониях.
A.A. Boltaevsky,
S.A. Agureev
The Causes and Consequences of Portugal's Participation in the First World War
This article is devoted the problems of the participation of the Portugal in the First World War and the history of creation the Portugal Expeditionary Corps, which fought in Europe in the final period of the war. In addition, the authors examine the military and political events in the Portuguese colonies in Africa during the period of war.
Keywords: The First World War; the Portugal Expeditionary Corps; the events in the African colonies.
Португалия относится к той редкой категории государств (другим бесспорным примером является Куба), удельный вес которых в мировой политике традиционно намного превышает их положение на Европейском континенте: небольшая страна находится на самой юго-западной окраине Пиренейского полуострова, а ее население даже сегодня, в начале третьего тысячелетия, немногим превышает десять миллионов человек. Тем не менее именно Португалия сыграла яркую роль в эпоху Великих географических открытий, дав миру такие имена, как Васко да Гама, Педру Алвариш Кабрал, Диогу Диаш, Аффонсу Албукерке, Франсишку д'Алмейда и многих других. Благодаря этим мореплавателям страна по праву стала великой колониальной державой, настоящей жемчужиной которой выступила Бразилия. Заморские территории маленькой Португалии находились в трех частях света: Азии, Африки, Америке. Напомним, что долгое время и индийский субконтинент, ставший позднее жемчужиной в другой короне -- британской, -- вплоть до XVII века находился в сфере влияния Лиссабона. Разумеется, на такой высокой роли Португалии сказалось ее географическое положение: находившаяся на окраине Старого Света, страна вошла в ряды великих держав в условиях перехода торговых путей и экспансии европейских стран из Средиземноморья в Атлантику, одновременно стали приходить в упадок доселе величественные Венеция и Генуя.
Однако к началу XX века положение Португалии на мировой арене существенно пошатнулось. Во многом это было вызвано экономической слабостью страны, сохранявшей аграрный характер (в 1910 году даже в двух крупнейших португальских городах -- Лиссабоне и Порту -- насчитывалось соответственно 12 и 10 тыс. сельскохозяйственных рабочих [17: с. 166]; автор «Конспекта географии» Л.В. Хростицкий прямо констатировал в 1903 году: «Фабрично-заводская промышленность развита очень мало» [7: c. 61-83]), скудные природные ресурсы, небольшой людской потенциал, а главное -- Португалию раздирали внутриполитические противоречия. Уже после потери Бразилии в 1820-е годы перед страной встала серьезная задача -- определить, каким курсом следовать далее в условиях превращения во второстепенную державу. Однако правящая элита так и не нашла выхода из этого положения, раздавая своим сторонникам различные должности для «кормления». Бездействие Браганской династии привело к еще большему снижению международного авторитета, в том числе к полному провалу проекта «Розовая карта», не поддержанной даже многовековым союзником -- Великобританией. В 1908 году прямо на лиссабонской площади на трон взошел спасенный младший сын, Мануэл, почти не интересовавшийся царственными делами.
В конечном итоге это привело к закономерному падению монархии. В октябре 1910 года республиканцы подняли успешное восстание, всего за несколько дней установив контроль над страной. Король Мануэл бежал на Британские острова. Болгарский исследователь Й. Митев пишет: «Республика дала португальскому народу прогрессивную для своего времени конституцию, основные буржуазно-демократические свободы и стимулировала среди широких слоев населения стремление к активной политической жизни» [18: c. 3]. Казалось бы, перед страной открываются радужные перспективы, однако, как отмечал современник, республиканцев сгубило отсутствие необходимой программы социальных реформ: «Нет ничего опаснее и неестественнее дать народу политическую свободу и забыть о его социальных, жилищных нуждах и потребностях» [10: с. 9]. Неудивительно, что все последующие годы существования Первой республики были отмечены различными смутами и неурядицами. Так, в апреле 1916 года в течение трех дней Лиссабон находился в руках восставших, спустя год, в мае 1917 года, вспыхнула так называемая бататная революция, вызванная повышением цен на картофель, который представлял основу питания большинства португальских семей.
Конституция 1911 года не только объявила Португалию светским государством, но и поставила преграды самой возможности установления режима личной власти. Так, статья 49 гласила: «Все акты президента республики должны быть скреплены по крайней мере соответствующим министром, иначе они считаются совершенно ничтожными и не подлежат исполнению и никто не обязан им повиноваться» [3: с. 257]. Тем не менее попытки реставрации монархии продолжались с завидным постоянством, а нестабильность португальской политической системы стала притчей во языцех: за период с 1910 по 1926 год сменилось 44 правительства и было отмечено 17 заговоров со стороны военных.
В 1914 году разразилась такая ожидаемая и вместе с тем такая внезапная мировая война, с которой, по меткому определению Н. Дэвиса, началось «затмение Европы». Перед португальской элитой встал сложный вопрос, чью сторону занять (Антанты или центральных держав), при этом видную роль в политической жизни играли сторонники обоих блоков. Радикально настроенная Демократическая партия во главе с Афонсу Коштой, пользовавшаяся поддержкой значительной массы населения, стояла за активное участие в войне на стороне Сердечного согласия, Эволюционистская и Юнионистская партии в целом выступали за сохранение нейтралитета, а ряд сил, в том числе будущий «президент-король» Сидониу Паиш, относились молвой к германофилам.
Вступление Португалии в войну во многом носило вынужденный характер и было связано с желанием если не укрепить, то хотя бы сохранить свой статус колониальной державы. Роль Португалии в конфликте определялась не только стремлением защитить свои колонии, на которые в самом начале войны германские силы и не нападали, а сложностью взаимоотношений со своим основным союзником в лице Великобритании, политическое руководство которой, верное стратегии баланса, не раз меняло свою позицию в отношении португальских колоний.
Так, еще по условиям Колониальной конференции в Берлине в ноябре 1884 года Португалия получила гораздо меньше владений, чем все остальные участники и единственным ее достижением осталось закрепление за собой области Кабинда в устье реки Конго. Португалия находилась под угрозой потери своих колоний до самого начала Первой мировой войны, так как Великобритания и Германия рассматривали возможность решить собственные разногласия за счет раздела португальских колоний. Подобная ситуация сложилась в 1898 году, когда Англия и Германия заключили между собой секретное соглашение, предусматривающее условия раздела. Но уже в следующем году британское правительство, начавшее войну с бурами, вновь проявило интерес к союзу с Португалией, результатом чего стало подписание Виндзорского соглашения, по которому «:...гарантировалась неприкосновенность португальских колоний и покровительство Англии» [11: с. 80]. Взамен португальская сторона обязалась запретить контрабанду оружия для буров через свою территорию и досматривать все грузы, проходящие через ее владения в Лоренсо-Маркесе, а также использовать порты в Мозамбике для высадки собственных войск, отправляющихся в Южную Африку.
В 1913 году острота англо-германских противоречий вновь вынудила правящие круги Великобритании пойти на переговоры с Германией относительно раздела португальских колоний. В результате достигнутого соглашения Германия должна было получить 1500 квадратных километров португальских владений.
Однако начавшаяся Первая мировая война и вступление в нее Великобритании вновь изменили планы британского руководства, и Португалия стала рассматриваться в роли желанного союзника [11: с. 81]. В начале Первой мировой войны правительство Португалии осознавало опасность, исходившую от Германии своим колониям в Африке, и было вынуждено обратиться к правящим кругам Великобритании «...с просьбой установить протекторат над Анголой и Мозамбиком. Англия согласилась на это в обмен на обещание Португалии отказаться от объявления нейтралитета.» [6: с. 13]. Однако, как указывает крупнейший российский историк португальских колоний в Африке А.М. Хазанов, «.острое межимпериалистическое соперничество крупных европейских держав по-прежнему позволяло Португалии лавировать и играть на противоречиях между ними и, оставаясь в стороне от борьбы главных колониальных хищников, сохранять свои владения» [14: с. 359].
Первоначально португальское правительство заняло подчеркнуто нейтральную сторону в споре двух европейских блоков, тем не менее португальские вооруженные силы в колониях были приведены в боевую готовность для противодействия любым захватническим устремлениям со стороны Германии [13: с. 207]. В отличие от большинства европейских держав, стремившихся расширить собственное влияние в мире за счет развития внешнеполитических доктрин и наступательных планов перед Первой мировой войной, политические круги Португалии во многом оказались втянутыми в конфликт против своей воли [1].
Определенную роль в сдержанной позиции Лиссабона играло и понимание собственной военной слабости: если соседняя Испания в случае начала боевых действий могла мобилизовать до 500 тысяч солдат, то Португалия -- 300 тысяч. Вопреки первоначальным громким обещаниям республиканское правительство не смогло осуществить модернизацию вооруженных сил. В 1913 году наблюдатели расценивали положение в португальской армии как позорное [18: с. 74]. Более того, военный бюджет страны лишь немногим превышал 13 %, в то время как в нейтральных Швейцарии и Нидерландах достигал 25 %.
По мере расширения очага войны стороны стремились к расширению союзников: в 1915 году Италия, бывшая ранее партнером Германии по Тройственному союзу, перешла в стан Антанты; в свою очередь, Болгария, рассматривавшаяся многими как потенциальный союзник братской России, выступила на стороне Берлина. Англия трепетно следила за ситуацией в Лиссабоне, занимая выжидательную позицию: она явно хотела, чтобы Португалия вступила в войну без прямого нажима со стороны Лондона. Как всегда в таких случаях, необходимый повод представился довольно скоро: еще в начале войны десятки немецких и австро-венгерских кораблей укрылись в устье Тежу. Поэтому 9 марта 1916 года после того, как португальское правительство под давлением британского кабинета было вынуждено интернировать немецкие суда из своих портов в Европе (70 немецких и австро-венгерских торговых судов в лиссабонском порту), и Германия объявила войну, начались боевые действия в колониях: Анголе и Мозамбике. Португалия, в свою очередь, вновь отправила на фронт свои боевые части спустя столетия после наполеоновских войн.
Несколько настороженно, но в то же время с определенным воодушевлением отметил вступление Португалии в мировой конфликт наш соотечественник- современник, оставшийся неизвестным (автор подписался инициалами М.Б., установить его имя так и не удалось): «Пока еще не выяснилось, в чем выразится участие Португалии в войне, но выступление ее на стороне союзников согласия является живым протестом еще одной группы европейских государств против германского военного засилья» [3: c. 239].
Причины вступления Португалии в войну до сих пор являются предметом споров как португальских, так и зарубежных историков. В конечном итоге на позиции Лиссабона повлияла британская дипломатия, лукавство и коварство которой было известно далеко за пределами Туманного Альбиона. Мы не можем согласиться с мнением исследователя Г.И. Кутырева, который полагает, что вступление Португалии в войну на стороне Антанты было обусловлено желанием демократического правительства «получить от Великобритании протекторат над Анголой и Мозамбиком» [8: c. 97]. Упомянутые колонии уже являлись заморскими территориями Португалии, а руководители Демократической партии стремились закрепить их в составе страны, а также добиться включения Португалии в число великих держав. Й. Митев полагает, что правительство А. Кошты хотело добиться признания страны как «цивилизованной и прогрессивной республики», но главное -- стремилось к консолидации португальского общества [18: c. 77]. Как всегда в таких случаях, объявление войны способствовало временному объединению враждовавших политических сторон, объединившихся в своеобразный священный союз. Но уже очень скоро правые круги привели к власти революционную хунту во главе с уже упоминавшимся Сидониу Пайша.
Несмотря на то что официальное вступление Португалии в войну произошло 9 марта 1916 года, первые ее части начали прибывать во французский Брест для последующей переброски во Фландрию только в феврале 1917 года. Впрочем, даже это вызвало значительное напряжение сил для маленькой страны: командование в лагере близ города Танкуш буквально по крупицам отбирало наиболее боеспособные части, при этом сами португальцы называли успешное комплектование экспедиционного корпуса чудом в Танкуше [20]. Вооружение португальской армии значительно различалось по происхождению и качеству, британцы, принявшие на себя комплектование португальских частей настояли на предоставлении своих стандартов. Они же взяли на себя лечение больных и раненых до выздоровления или отправления на родину. Сложности возникли и в организации продовольственного пайка. Чай и стандартный британский алкогольный рацион не устраивали португальский вкус и были заменены на кофе (ежедневно 20 г) и вино: ежеквартально выделялось 72 т кофе и 3600 пип вина [20]. Несколько неожиданным был и выбор командующего контингентом: 1-ю португальскую дивизию, а затем и сформированный в составе двух дивизий экспедиционный корпус возглавил генерал Фернандо Таманини ди Абреу и Силва. Родившийся в 1856 году, он прибыл во Францию перешагнувшим седьмой десяток. И хотя в Первой мировой войне с успехом отличился целый ряд пожилых генералов -- Д. Френч и П. фон Гинденбург были старше Таманини -- имеющиеся фотографии запечатлели его неизменного сгорбившимся и переживающим мучительные боли. Последним значительным препятствием для португальцев оказалась транспортировка во Францию. Нейтральная Испания выступила резко против переброски войск по железным дорогам, поэтому единственной альтернативой оказался морской транспорт. Помимо прочего, вступление в войну США, вызвавшее необходимость массированной переброски войск из Нового Света, и выжидательная политика нового португальского правительства, привели к тому, что португальские силы на германском фронте так и не достигли серьезной величины.