Материал: principy_prava_vooruzhennyh_konfliktov_2011

ВЫПОЛНЕНИЕ ПРАВА ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ

637

Обсуждая положение с правами человека в Гватемале, Генеральная Ассамблея 

ООН неоднократно призывала 

«преследовать и принимать эффективные и неотложные меры наказания в отношении лиц, 

в том числе представителей вооруженных сил и сил безопасности, которые нарушили права 

 человека» 

1

.

Во время конфликта в Анголе Совет Безопасности ООН подчеркивал, что 

стороны в конфликте должны уделять первостепенное внимание 

«предотвращению нарушений прав человека, расследованию предполагаемых случаев нарушений 

прав человека и наказанию тех, кто признан виновным в установленном законом порядке» 

2

.

Поэтому обязанность заставлять соблюдать МГП с полным основанием 

может быть охарактеризована как обычная и применимая к немеждународным 
вооруженным конфликтам, как это признается, правда, излишне осторожно, 
в Исследовании об обычном МГП (Обычное МГП, норма 144).

3.20.  

Если обязанность «соблюдать» и «обеспечивать соблюдение» прав чело-

века включает в себя обязанность пресекать их нарушения, a fortiori так дело 
должно обстоять и для обязанности «заставлять соблюдать» международное 
гуманитарное право. По мнению Апелляционной камеры МТБЮ, ст. 1, общая, 
требует, чтобы государства приняли уголовное законодательство, применимое 
во внутренних и международных вооруженных конфликтах 

3

.

Правда, судебное постановление, вынесенное по делу Веласкеса, похоже, огра-

ничивает обязанность пресечения только государствами, на территории которых 
совершено нарушение прав человека. Таким образом, это как бы не касается тре-
тьих государств. Однако следует напомнить, что поскольку нарушение прав чело-
века приравнивается к преступлению против человечности, третьи государства 
связаны знаменитой обязанностью judicare vel dedere (Проект кодекса преступле-
ний против мира и безопасности человечества,1996, ст. 9; резолюции Генеральной 
Ассамблеи ООН 3 (I), 170 (II), 2312 (XXII), 2840 (XXVI), 3074 (XXVIII) (см. ниже, 
п. 4.380 и сл.).

Относительно югославского конфликта и, в частности, столкновений в Боснии 

и Герцеговине Совет Безопасности заявил, что 

«лица, которые нарушают эти конвенции [Женевские конвенции 1949 г.] или отдают приказ об их 

грубом нарушении, несут личную ответственность за такие нарушения» 

4

.

1 

Рез. ГА ООН A/Res. 40/140, 13 декабря 1985 г., п. 7 (91-8-47); также по Афганистану см., например, рез. ГА ООН 

49/207 (без голосования), 23 декабря 1994 г., п. 10; 50/189, 22 декабря 1995 г., п. 7; 51/108, 12 декабря 1996 г., п. 11; 52/145, 
12 декабря 1997 г., п. 10.

2 

Рез. СБ ООН S/Res. 1087, 11 декабря 1996 г., преамбула, абзац 6.

3 

Aff . IT-96-21-A, 

Celebici

, 20 févr. 2001, § 167.

4 

Рез. СБ ООН S/Res. 764 от 13 июля 1992 г., п. 10; в том же смысле: S/Res. 771, 13 августа 1992 г., п. 1; S/Res. 787, 

16 ноября 1992 г., п. 7.

ВЫПОЛНЕНИЕ И КОНТРОЛЬ ЗА СОБЛЮДЕНИЕМ

638

Затем Совет Безопасности создал комиссию для расследования серьезных 

нарушений гуманитарного права, «совершенных на территории бывшей Югосла-
вии» 

1

, в том числе «практики «этнических чисток» 

2

.

Наконец, Совет учредил Международный уголовный трибунал, с тем чтобы 

«судить лиц, подозреваемых» в совершении этих нарушений 

3

.

3.

  Принять меры по применению МГП внутри страны

3.21.  

Эта обязанность, сформулированная в общем виде в ст. 80 Дополнительного 

протокола I, но уже подразумеваемая ст. 1, общей, Женевских конвенций, и ст. 1, 
п. 1, Дополнительного протокола I 

4

, явным или неявным образом присутству-

ет в любом положении, выполнение которого требует от государства приня-
тия законодательных, административных или иных мер 

5

. Эти меры особенно 

многочисленны в Женевских конвенциях 1949 г., Гаагской конвенции 1954 г., 
Дополнительных протоколах 1977 г. 

6

 и Гаагском протоколе 1999 г.

В течение долгого времени Бельгия могла служить ярким примером невыпол-

нения этой обязанности, так как не приводила свое уголовное законодательство 
в соответствие с предписаниями в сфере уголовного права Женевских конвенций 
1949 г. и Дополнительного протокола I, хотя только в Дополнительном протоко-
ле I более 40 статей обязывают государства принять особые меры в этой обла-
сти 

7

. Чтобы выполнить свои обязанности, Бельгия создала Межведомственную 

комиссию по гуманитарному праву, в состав которой вошли, в частности, пред-
ставители соответствующих министерств и ведомств 

8

. Наконец 16 июня 1993 г. 

в Бельгии был принят закон о пресечении серьезных нарушений Женевских кон-
венций и Дополнительных протоколов 

9

. Этот закон был полностью пересмотрен 

5 августа 2003 г. 

10

 (см. ниже, пп. 4.119, 4.380 и сл., 4.332).

В своей резолюции 5 XXV Международная конференция Красного Креста 

(Женева, 31 октября 1986 г.) призвала государства и национальные общества 
Красного Креста сообщать МККК всю информацию о принятии законодательных 
и иных мер, направленных на обеспечение применения международного гумани-
тарного права 

11

.

1 

Рез. СБ ООН S/Res. 780, 7 октября 1992 г. 

2 

Рез. СБ ООН S/Res. 787, 16 ноября 1992 г., п. 8.

3 

Рез. СБ ООН S/Res. 808, 22 февраля 1993 г. и 827 от 25 мая 1993 г. 

4 

Condorelli et Boisson de Chazourne, 

loc. cit

., p. 25.

5 

Ср.: Dutli, M. T., «National Implementation Measures of International Humanitarian Law: Some Practical Aspects», 

YIHL

, 1998, pp. 245–261.

6 

Примерный список см.: Fleck, D., «La mise en œuvre du droit international humanitaire: problèmes et priorités», 

RICR

, 1991, pp. 152 ss.

7 

Protocoles, commentaire

, pp. 956–958.

8 

Offermans, M., «La Commission interdépartementale de droit humanitaire de Belgique», 

RICR

, 1991, pp. 164–177.

9 

MB

, 5 août 1993.

10 

MB

, 7 août 2003.

11 

Об этой резолюции см.: Drzewicki, K., «Reporting Mechanism for Supervision of National Legislation Implementi

ng International Humanitarian Law», 

in Essays in Honour of F. Kalshoven

, 

op. cit

., pp. 547 ss.

ВЫПОЛНЕНИЕ ПРАВА ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ

639

3.22.  

Проект Дополнительного протокола II предусматривал в ст. 36 положе-

ние, аналогичное ст. 80 Дополнительного протокола I, но в результате большой 
окончательной «чистки» оно оказалось «под сукном», как и две трети положений 
первоначального проекта, разработанного МККК.

4.

  Вступление в силу (иногда немедленное) некоторых договоров

3.23.  

Женевские конвенции 1949 г. (общие ст. 58–61, 57–60, 138–140, 153–156), 

Гаагские конвенция и Протокол 1954 г. (ст. 33 и 10 соответственно), Допол-
нительные протоколы 1977 г. (общие ст. 95, 23) и Конвенция 1980 г. предусматри-
вают, что они вступают в силу для любого государства, которое их ратифициру-
ет или к ним присоединится, через три месяца (Гаагские конвенция и Протокол) 
или через шесть месяцев (остальные документы) после сдачи на хранение рати-
фикационной грамоты или присоединения. Однако в Женевских конвенциях 
1949 г. (общие ст. 62, 61, 141, 157), а также в Гаагских конвенции и протоколе 
1954 г. (ст. 33, п. 3, и ст. 10, в) оговаривается, что эти документы вступают в силу 

немедленно

 в случае международного или немеждународного вооруженного 

конфликта, затрагивающего государство, которое их ратифицирует или к ним 
присоединится.

Это отступление от общей нормы отсроченного вступления в силу договоров 

подчеркивает чрезвычайную важность выполнения данных договоров 

1

 и снова 

утверждает приоритет защиты жертв конфликтов (ср. выше, п. 1.157).

5.

   Ограниченное действие денонсации договоров, касающихся права 

вооруженных конфликтов

3.24.  

Все договоры, относящиеся к праву вооруженных конфликтов, содер-

жат положения, предусматривающие возможность их денонсации, что может 
показаться странным, когда речь идет о документах, содержащих такие пред-
писания — основополагающие для сохранения людского рода. Тем не менее даже 
Конвенция 1948 г. о предупреждении преступления геноцида может быть денон-
сирована (ст. XIV–XV)!

Однако не стоит преувеличивать последствия и значение этих положений:

До сих пор они, к счастью, никогда не применялись 

1° 

2

.

Даже в случае их применения действовать они начали бы только год спустя 

2° 

после денонсации, и если в течение этого срока денонсирующая сторона оказа-
лась бы вовлеченной в вооруженный конфликт, вступление денонсации в силу 
было бы отложено до окончания этого конфликта (Женевские конвенции 
1949 г., п. 3 общих ст. 63, 62, 142, 158; Гаагские конвенция и Протокол 1954 г., 
общие ст. 37 и 13; Дополнительные протоколы, общие ст. 99, 25; Конвенция 
1980 г., ст. 9, п. 2);

1 

Niyungeko, 

op. cit

., p. 115.

2 

Ibid

., p. 116.

ВЫПОЛНЕНИЕ И КОНТРОЛЬ ЗА СОБЛЮДЕНИЕМ

640

В Конвенциях 1949 г. специально предусматривается (п. 4 общих ст. 63, 62, 

3° 

142, 158), что денонсация 

«никак не будет влиять на обязательства, которые стороны, находящиеся в конфликте, будут обя-

заны продолжать выполнять в силу принципов международного права, поскольку они вытекают 

из обычаев, установившихся среди цивилизованных народов, из законов человечности и велений 

общественной совести».

 Это оговорка Мартенса (см. выше, п. 3.1), она воспроизведена в ст. 1, п. 2, 
Дополнительного протокола I, в мотивировке 4 преамбулы Дополнительного 
протокола II и мотивировке 5 преамбулы Конвенции 1980 г. Можно считать, 
что она играет ту же роль, что и в положениях Женевских конвенций 1949 г., 
касающихся их денонсации, поскольку она применяется в случаях, не пред-
усмотренных действующим правом, в том числе когда применение той или 
иной конвенции прекращено в результате ее денонсации.

Многие основополагающие принципы права вооруженных конфликтов нахо-

4° 

дили свое подтверждение в документах ООН (см. выше, пп. 1.19/20, 1.48) 
и могут считаться вошедшими в международное обычное право 

1

 и даже в jus 

cogens 

2

.

Из сказанного выше можно сделать вывод, что возможность денонсировать 

договоры, относящиеся к праву вооруженных конфликтов, оказывается в боль-
шой степени теоретической 

3

, а предусматривающие ее положения могут считать-

ся лишь стандартными формулировками.

III. Р

ОЛЬ ДЕРЖАВ-ПОКРОВИТЕЛЬНИЦ

4

3.25.  

Державой-покровительницей называется нейтральное государство, кото-

рому воюющее государство (держава происхождения) поручает защищать свои 
интересы, а также интересы своих подданных перед третьей державой (чаще 
всего неприятельским государством), называемой удерживающей державой 
(в случае военнопленных: Женевская конвенция III) или державой пребывания 
(в случае интернированных гражданских лиц: Женевская конвенция IV). Этот 
институт присущ только международным вооруженным конфликтам.

1 

Так, по мнению Комиссии, которой Совет Безопасности поручил (резолюция 780, 6 октября 1992 г.) про-

вести расследование военных преступлений, совершенных на территории бывшей Югославии, касающиеся защи-
ты гражданского населения нормы, сформулированные Генеральной Ассамблеей ООН в резолюциях 2444 (XXIII) 
и 2675 (XXV), относятся к обычному праву; 

Rapport intérimaire

…, 

op. cit

., Doc. ONU, S/25274, p. 13 § 40.

2 

См. некоторые рассуждения Комиссии международного права о массовых и систематических нарушени-

ях прав человека и об их квалификации в качестве «международных преступлений», 

Ann. CDI

, 1976, II, 2

e

 partie, 

p. 102 § 34.

3 

Niyungeko, 

op. cit

., p. 119.

4 

Об этом и том, что сказано ниже, см.: 

Conventions, commentaire

, IV, pp. 89 et ss.; Bugnion, F., «Le droit humanitaire 

applicable aux confl its armés internationaux. Le problème du contrôle», 

Annales d’études internationale

s, 1977, pp. 30–32; 

Abi-Saab, G., «Th

  e Implementation of Humanitarian Law», 

in Th

  e New Humanitarian Law of Armed Confl ict

, ed. by A. Cassese 

Napoli, Editoriale Scientifi ca, 1979, pp. 311–316. 

ВЫПОЛНЕНИЕ ПРАВА ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ

641

Эта система восходит к XVI в., когда только немногие правители рас-

полагали средствами на содержание посольств за границей и, как следствие, 
получали право защищать интересы подданных тех стран, которые таких 
представительств не имели. Однако в условиях войны данная система впервые 
была приведена в действие только во время франко-прусской войны 1870 г.

1

Затем она получила развитие в годы Первой мировой войны, когда по при-
меру МККК несколько государств приняли решение о посещениях лагерей для 
военно пленных.

Поскольку такие посещения проходили не без трудностей и проволочек 

со стороны воюющих держав, после войны было решено закрепить эту практику 
в Женевской конвенции 1929 г. об обращении с военнопленными.

Хотя эта система и сыграла свою роль 

2

, Вторая мировая война выявила ее 

недостатки:

недостаточное количество держав-покровительниц: эти функции выполня-

—

лись только Швейцарией для защиты интересов 35 государств, Швецией, 
которая представляла интересы 28 государств, и США (до их вступления 
в войну), защищавшими интересы 12 государств;

трудности с заменой державы-покровительницы, не выполняющей своих обя-

—

занностей;

отсутствие у держав-покровительниц полномочий в отношении гражданских 

—

лиц, числящихся за неприятельской державой: Женевская конвенция 1929 г. 
ограничивала их мандат только военнопленными;

отказ в агремане державам-покровительницам, представляющим непри-

—

знанные правительства: так поступала Германия по отношению к державам-
покровительницам, представлявшим правительства в изгнании в Лондоне;

недопущение или существенные ограничения деятельности держав-покро-

—

вительниц на оккупированной территории.

Женевские конвенции 1949 г. частично устранили эти недостатки системы 

благодаря положениям, содержащимся в общих ст. 8, 8, 8, 9 и 10, 10, 10, 11:

придав обязательный характер деятельности держав-покровительниц как для 

—

державы-покровительницы, являющейся участницей Женевских конвенций, 
так и для воюющего государства, при котором она выполняет свою миссию 
(общие ст. 8, 8, 8, 9 гласят, что «настоящая Конвенция 

будет

 применяться при 

содействии и под контролем Держав-покровительниц…»); действительно, 
воюющее государство 

обязано

 найти державу-покровительницу, если его про-

тивник не имеет возможности или более не в состоянии назначить державу-

1 

Rousseau, 

op. cit

., pp. 94–95.

2 

Примером тому является аннулирование решения об осуждении военнопленных за воровство. Это решение 

было аннулировано из-за того, что держава-покровительница не получила уведомления о судебном преследовании 
этих лиц, как это предусмотрено ст. 60 Женевской конвенции об обращении с военнопленными 1929 г., South Africa, 
Supr. Crt., Transvaal, Provincial Division, 21 Jan. 1942, 

A. D.

, 1943–1945, p. 411.