Статья: Психологический профиль лиц, пришедших на курс психофизической саморегуляции

Данные таблицы 5 показывают, что все шкалы теста А. Антоновского, кроме шкалы «управляемость», отрицательно, достаточно сильно (от г = -0,36 до г = -0,56) и статистически значимо (р < 0,01) связаны со шкалами теста А. Бека. Шкала «управляемость» показывает слабую отрицательную (от г = -0,21 до г = 0,25) корреляционную связь со шкалами депрессии (от р < 0,07 до р<0,035).

Таблица 5 Оценка корреляционной связи между шкалами теста А. Антоновского и теста депрессии А. Бека

В таблице 6 представлены показатели корреляционных связей между компонентами теста URICA - шкала «действия» и «уровень мотивации» - и шкалами теста А. Бека, определяющими уровни депрессии.

Коэффициенты корреляции показывают обратную, преимущественно слабую (г < |0,3|), но статистически значимую (р < 0,05) связь между шкалами «соматический компонент депрессии», с одной стороны, и шкалами «действия» и «уровень мотивации», с другой стороны.

Между шкалами «уровень депрессии» и «уровень мотивации» отмечена слабая (г < |0,3|) и статистически не значимая (р = 0,11) корреляционная связь.

Таблица 6 Оценка уровней связи между шкалами теста URICA и шкалы депрессии по тесту А.Бека

Тревожность оценивали по известной методике Спилбергера- Ханина. Из данных, представленных в табл. 7, следует, что показатель «личностной тревожности» в среднем у всех пациентов высокий (выше 46 баллов) и не демонстрирует статистически значимых различий между группами. «Реактивная тревожность» у всех представителей групп на умеренном уровне (от 37,9 ± 1,3 до 42,0 ± 3,2 баллов).

Таблица 7 Тревожность у пациентов исследовательских групп, балл

Оценка уровней связи между шкалами тревожности по Спилберге - ру-Ханину и шкалами теста А. Антоновского, представленная в таблице 8, показывает, что между всеми шкалами теста А. Антоновского установлена положительная преимущественно слабая (г < 0,3), но статистически значимая (р < 0,05) связь со шкалой «реактивная тревожность». Между шкалой «личностная тревожность» и шкалами «управляемость» и «чувство связности» также отмечается отрицательная преимущественно слабая (г < |0,3|), но статистически значимая (р < 0,05) корреляционная связь.

Таблица 8 Уровни связей между шкалами тревожности и чувства связности

В завершение приведем краткую характеристику пациентов 4-й группы. Их возраст - 26, 39 и 59 лет, все с высшим образованием, один холост, двое женаты - живут в семьях, двое из них детей не имели, один отметил, что имеет двоих детей. Один приехал на лечение в МИРВЧ из Хабаровска, двое живут в Санкт-Петербурге. Один лечился в МИРВЧ от алкоголизма, никотинизма и наркомании, двое - только от алкоголизма несколько месяцев назад. Все находились в ремиссии. Занятия по ПСР никогда не посещали. Индивидуально-психологические характеристики по тесту URICA: один пациент имел высокий уровень мотивации и двое - средний уровень. Уровень готовности меняться рассчитан по формуле J.O. Prochaska и С.С. DiClemente, составил 10,1 ± 0,7 балла. В этой группе преобладал терапевтический компонент «предварительные размышления» (53,3 ± 3,3 Т-баллов) в большей мере, чем компоненты «размышления» и «действия» (51,7 ± 6,0 и 46,7±1,7 Т-баллов соответственно). Суммарный уровень «чувства связности SOC» у лиц этой группы составил 57,3 ± 6,2 % от нуля.

Компоненты чувства связности составили: «постижимость» 21,3 ± 2,2 балла, «управляемость» 17,7 ± 0,9 балла и «осмысленность» 18,7 ± 2,7 балла.

«Базовый показатель» уровня стрессочувствительности средний (69,0 ± 6,0 балла); «динамическая чувствительность к стрессам» средняя (65,7 ± 8,7 балла); «повышенная реакция на обстоятельства, на которые не можем повлиять» средняя (16,7 ± 3,8 балла); «склонность все излишне усложнять» средняя (17,3 ± 4,5 балла); «предрасположенность к психосоматическим заболеваниям» на низшем уровне (12,0 ± 2,6 балла), а высокие значения шкалы «деструктивные способы преодоления стресса» (23,0 ± 3,2 балла при норме до 22 баллов) показывают, что респонденты этой группы еще совсем недавно гасили стресс при помощи алкоголя. Несмотря на то что «конструктивные способы преодоления стресса» (26,7 ± 1,5 балла) на уровне нормы, «стрессогенность за последние 3 года» из-за длительного употребления алкоголя очень высока - 23,3 ± 13,3 балла. Эти пациенты несколько месяцев назад пролечились от алкоголизма в МИРВЧ и на ПСР пришли впервые. По тесту Бека низкий уровень депрессии установлен у одного пациента, у двоих - средний уровень. Показатель «личностной тревожности» у пациентов этой группы высокий (48,7 ± 3,5), «реактивная тревожность» на умеренном уровне (42,0 ± 3,2 балла).

Заключение

Результатом исследования стало определение психологического профиля пациентов, обратившихся в МИРВЧ за помощью в форме занятий по психофизиологической саморегуляции. Обследовано 74 человека, имеющих различный опыт обращения в МИРВЧ.

Психологический профиль респондента включил оценки по пяти составляющим. Мотивация к посещениям занятий по ПСР представлена по результатам тестирования с помощью «Опросника для исследования стадий психотерапии» URICA (The University of Rhode Island Change Assessment Scale). Жизнестойкость оценивалась по оригинальному инструменту измерения «чувства связности» А. Антоновского. Стрессоустойчивость определялась с помощью теста самооценки стрессочувствительности Щербатых Ю.В. Возможности методики А.Т. Бека привлечены для определения уровня депрессивных расстройств. Тревожность измеряли тестом Спилбергера-Ханина.

По данным методики URICA выделено 3 уровня мотивации на занятия ПСР: уровень негативной мотивации на лечение (уровень готовности в среднем 7,3 ± 0,2 балла); уровень неустойчивой мотивации на лечение (уровень готовности в среднем 9,6 ± 0,1 балла) и уровень позитивной мотивации на лечение (уровень готовности в среднем 11,7 ± 0,2 балла). Результаты исследования содержания поведения пациентов при разных уровнях мотивации к работе на занятиях ПСР демонстрируют статистически значимое (р < 0,05) снижение показателя «предварительных размышлений» и статистически значимый (р < 0,05) рост показателей «размышления» и «действия» при переходе от негативного к позитивному уровню мотивации.

Средний «уровень готовности» пациентов 2-й группы статистически значимо ниже, чем в 1-й группе (р = 0,04), и ниже. чем в 3-й группе (р = 0,08). У респондентов 2-й группы среднее значение шкалы «действия» составило (43,9 ± 1,3) Т-балла. Они находятся на стадии «предварительных размышлений» (58,2 ± 1,5) Т-балла и сомневаются, помогут ли занятия психофизической саморегуляцией решить их проблемы со здоровьем. Самое высокое желание работать и таким образом помочь себе в решении своих проблем со здоровьем отмечается у лиц 1-й группы, которую составили пациенты, многократно посетившие ПСР раньше и пролечившиеся от разных зависимостей в МИРВЧ. Шкала «действия» у них составляет (57,5 ± 1,4) Т-баллов и являет собой самый высокий показатель среди шкал теста URICA, составляющих мотивацию заниматься своими проблемами.

Уровень «чувства связности» («sense of coherence» (SOC)), или понимание жизненных взаимосвязей, оценивался при помощи четырех шкал: «постижимости», «управляемости» и «осмысленности», а также их суммы. Суммарный уровень «чувства связности» у лиц, обратившихся на ПСР, составил 57,3 ± 1,3 в % от нуля и определен как средний по сравнению с контрольными группами. Компоненты чувства связности по исследовательской группе в целом составили: «постижимость» - 19,5 ± 0,5 балла, «управляемость» - 18,8 ± 0,4 балла и «осмысленность» - 19,4 ± 0,4 балла. Значения изучаемых шкал в исследовательских группах статистически значимых различий не продемонстрировали (р > 0,05).

Результаты обследования по тесту самооценки стрессочувствительности Щербатых Ю.В. показали, что в целом по исследовательской группе средняя оценка базового показателя и всех шкал, кроме шкалы «склонность все излишне усложнять», находятся на удовлетворительном уровне.

Результаты оценки уровня депрессивных расстройств, выявленные с помощью методики А.Т. Бека, показали, что респондентам присущ средний уровень показателя депрессии - умеренная депрессия. Самый высокий уровень общей депрессии у респондентов 2-й группы (17,4 ± 1,4 баллов).

Также у них самый высокий уровень когнитивной компоненты депрессии (10,9 ± 0,9). Среди них уровень выраженной и тяжелой депрессии отмечается у 55,2 % лиц. Самые низкие уровни общей депрессии и ее компонентов отмечены у респондентов 1-й группы. У 33,3 % из их числа симптоматика депрессии отсутствовала. Признаки тяжелой депрессии наблюдались только среди пациентов 2-й группы, доля которых составила 10,5 %.

Показатель «личностной тревожности» Спилбергера-Ханина в среднем у всех пациентов высокий (выше 46 баллов) и не демонстрирует статистически значимых различий между группами. «Реактивная тревожность» у всех представителей групп на умеренном уровне (от 37,9 ± 1,3 до 42,0 ± 3,2 балла).

Выводы

Изучена связь между шкалами теста А. Антоновского и теста Щербатых, показавшая, что между компонентами шкалы SOC («постижимость», «управляемость», «осмысленность» и их суммы - «чувство связности») и обобщающими показателями теста стрессочувствительности «базовый показатель стрессочувствительности» и шкалой «динамическая чувствительность к стрессам» существует обратная преимущественно умеренная (г Пирсона в пределах от -0,32 до -0,42) статистически значимая (р < 0,01) связь, а также между шкалой «осмысленность» и шкалой «конструктивные способы преодоления стрессов» - прямая средней степени выраженности (г = 0,42) статистически значимая (р < 0,001) связь. Все шкалы теста А. Антоновского, кроме шкалы «управляемость», отрицательно достаточно сильно (от г = -0,36 до г = -0,56) и статистически значимо (р < 0,01) связаны со шкалами теста депрессии А. Бека. Все шкалы теста А. Антоновского положительно преимущественно слабо (г < 0,3), но статистически значимо (р < 0,05) связаны со шкалой теста Спилбергера-Ханина «реактивная тревожность». Между шкалами «управляемость» и «чувство связности» и шкалой «личностная тревожность» также отмечается отрицательная преимущественно слабая (г < 0,3), но статистически значимая (р < 0,05) корреляционная связь.

психотерапевтический пациент антоновский щербатый

Литература

1. Березина А.А., Трусова А.В. Опыт использования русскоязычной версии опросника чувства связности А. Антоновски // Психология XXI века: академическое прошлое и будущее : материалы междунар. науч. конф. - СПб., 2015. - С. 27-28.

2. Водопьянова Н.Е. Психодиагностика стресса. - СПб. : Питер, 2009. - 336 с.

3. Григорьев Г.И. Духовно ориентированная психотерапия патологических зависимостей. - СПб. : ИИЦ ВМА, 2008. - 504 с.

4. Григорьев Г.И., Григорьев С.Г., Мильчакова В.А. [и др.] Медикодемографические показатели лиц, прошедших курс психофизической саморегуляции // Вестник психотерапии. - 2019. - № 71 (76). - С. 55-77.

5. Григорьев С.Г. Многомерное математико-статистическое моделирование сложных медицинских систем : автореф. дис. ... д-ра мед. наук. - СПб., 2003. - 42 с.

6. Колпаков Я.В. Структура и уровень мотивации на лечение у женщин, зависимых от алкоголя : автореф. дис. ... канд. психол. наук. - М., 2010. - 25 с.

7. Кузнецова Д.В. Мильчакова В.А. Проблема психофизической саморегуляции: современные концепции и их физиологические механизмы // Вестник психотерапии. - 2018. - № 67 (72). - С. 66-91.

8. Мизерене Р., Мильчакова В.А., Мизерас С. [и др.] К вопросу о мотивации при лечении алкоголизма // Вестн. психотерапии. - 2018. - № 66 (71). - С. 83-101.