Кафедра конституционного права
Юго-Западного государственного университета
Российские внешние сношения в XVI - начале XVIII в.: историко-правовой анализ
Чуб Надежда Вячеславовна,
кандидат юридических наук, доцент
Аннотация
В статье анализируются особенности становления и развития сферы внешних сношений России в XVI -- начале XVIII в. через призму приоритета национальных интересов. Приведены примеры некоторых дипломатических приемов. Показано, что в исследуемый период функционировала опытная посольская приказная администрация, наладились торгово-хозяйственные коммуникации с другими странами, потребовались различные специалисты, в том числе из-за рубежа.
Ключевые слова: государство; государственная политика; государственное управление; внешние сношения; национальные интересы; иностранные специалисты.
RUSSIAN FOREIGN RELATIONS IN THE 16TH -- EARLY 18TH CENTURIES: HISTORICAL AND LEGAL ANALYSIS
Nadezhda V. Chub, Cand. Sci. (Law), Associate Professor, Department of Constitutional Law, Southwestern State University
Abstract
The paper analyzes the peculiarities of formation and development of the field of external relations of Russia in the 16th -- early 18th century through the prism of priority of national interests. The author gives examples of some diplomatic receptions. It is shown that during the studied period the experienced embassy administration functioned; trade and economic communications with other countries were established and various specialists were on demand including specialists from abroad.
Keywords: state; state policy; public administration; foreign relations; national interests; foreign specialists.
Опыт взаимодействия России с иностранными державами выражен комплексом правовых связей, в каждом из которых есть предпосылки, цель, предмет сотрудничества, конкретные участники. В XVI в. Россия в целях устранения угрозы нападений, расширения территориальных границ ведет войну с Литвой, Казанским, Крымским ханствами. В XVII в. активизируется деятельность в международной сфере по ряду направлений: война с Польшей, через периодические перемирия; борьба с Крымом и Турцией по защите южных рубежей; возвращение части территорий на северо-западе с подписанием в 1617 г. мирного договора со Швецией, возобновление во второй половине XVII в. борьбы с последней в стремлении выйти к Балтийскому морю. В 1696 г. страна добивается выхода к Азовскому морю, в 1700 г. начинается Северная война, а в промежутке между этими событиями российский император для обретения новых знаний, поиска необходимых специалистов, знакомства с административным и культурным порядком, передовыми техническими достижениями зарубежных стран, предпринимает в составе дипломатической миссии путешествие в Европу («Великое Посольство 1697-1698 гг.»).
Таким образом, в XVI -- начале XVIII в. формами взаимодействия выступали как мирные, дружественные акции, необходимые для взаимного развития отраслей хозяйства и общественно-политических институтов, проводимые посредством заключения договоров, трактатов и иных международных документов, так и военные союзы, возникающие как противовес политико-территориальным конфликтам и претензиям государств.
Кроме того, исследуемый период характеризируется масштабными административными процессами, повлиявшими на развитие внешнеполитической сферы. В XVI- XVII вв. в России на основе функционально-отраслевого принципа оформилась Приказная система центрального управления, был учрежден и впоследствии структурно оптимизирован Посольский Приказ, ведавший межгосударственными вопросами и ставший основным официальным источником внешнеполитической документации, проводником российских национальных интересов за пределами Отечества. Посольские служащие выполняли ответственные дипломатические обязанности, что требовало от них серьезной подготовки, волевых личных и деловых качеств.
Правительство России через официальные дипломатические контакты и переговоры, в том числе в ходе преодоления политических разногласий, сталкивалось с зарубежными традициями, административным порядком, общественными интересами, сближалось с иной системой законодательства. Полученный в процессе внешних сношений иностранный правовой материал, верховная власть нередко использовала для административно-политических преобразований.
Если под внешней политикой понимать исключительно западно-европейскую, то до XVI в. трудно указать роль России в Западной Европе; но если ее перенести в международные отношения Восточной Европы, то роль России определится отчетливо: и в древний период своей истории она не пренебрегала внешней политикой» Успенский Ф. И. Как возник и развивался в России восточный вопрос. СПб. : С.-Петерб. славян. благотворит. о-во, 1887. С. 4.; государи на Руси по состоянию на 90 -- е гг. XVII в. имели «ссылку» с 24--мя представителями иностранных держав Европы (Франции, Англии, Дании, Швеции, Польши, Голландских штатов, Флоренции и Венеции, немецкими курфорстами и др.), Турции, ханами Крыма и Бухары, шахами Персии, главами Греческого патриархата и римского папства Малыгин Т. С. Чиновник российских государей: с разными в Европе и Азии христиан-скими и махометанскими владетельными и прочими высокими лицами о взаимных чрез грамоты сношениях издревле по 1672 г. СПб. : При Имп. Акад. наук, 1792. С. 1..
Особенностью системы внешних сношений середины XVI в. было стремление ряда зарубежных стран удержать военно-техническое развитие и кадровое оснащение России. Из переписки с Римским папой польского короля, возражающего против ведущей роли Москвы в решении восточного вопроса через войну с турецкими захватчиками Константинополя, следует опасение последнего скрытой угрозы со стороны русских: «Ежели москвитяне построят флот и утвердятся на берегах Балтийского моря, то они явятся в Германии с многочисленным войском, и кто тогда устоит против 300000 воинов, управляемых строгой дисциплиной. Что до морского пути, то московиты совсем несведущи в морском деле, кто же держится того мнения, что они могут скоро привыкнуть к мореплаванию, тот не видит обратной силы медали. Покажите московитам море и они сделаются еще вреднее и опаснее» Успенский Ф. И. Как возник и развивался в России восточный вопрос. Санкт-Петербург: С.-Петерб. славян. благотворит. о-во, 1887. С. 40-41.
Развитие промышленности и торговли открывали для россиян новые пути к иностранным державам, хотя «излишняя недоверчивость и строгий контроль за послами иноземными, соединенными с обрядами скучными и тягостными в середине XV в., возбуждали в Европе невыгодное мнение о России» Доброклонский С. П. Указатель трактатов и сношений России с 1452 по 1826 г. М. С. 42. Подобные особенности русского дипломатического стиля сохранялись и позже. Например, описывая прием шведской делегации в 1674 г., С. Н. Шубинский приводит сведения, что торжественная встреча послов, назначенная на 3 января, состоялась лишь 30 марта. Три месяца русский и шведский двор спорили из-за пустых формальностей: шведы не захотели обнажить голову, находясь в тронном зале, поскольку не имели на этот счет специальных инструкций, хотя их убеждали царские приставы, что «даже послы римского цезаря не являются перед царем на аудиенции с покрытыми головами» Шубинский С. Н. Исторические очерки и рассказы С. Н. Шубинского. 5-е изд., доп. и испр. Санкт-Петербург: тип. А. С. Суворина, 1908. С. 6.
Четкое соблюдение церемониала и особого почитания титула царской власти было присуще всем дипломатических аудиенциям, а в России еще имело специфические национально-религиозные проявления. Так, на почетное византийское происхождение титула российского царя, перешедшего к нашим монархам по правопреемству семейному и историческому, составляющего «гордость российского престола и поныне» указывали русские посланники в ответе на вопрос секретаря посольских дел Испании: «что государский титул Царь и Самодержец разумеется?» Татищев С. С. Из прошлого русской дипломатии. Исторические исследования и поле-мические статьи. СПб. 1890. С. 538.
Вообще, религиозные начала были идейной основой русской государственности и проникали в сферу внешней политики. Известный русский дипломат С. С. Татищев замечает: «Веротерпимость, существовавшая в России, была образцом религиозной кротости, западная Европа не понимала ее в таком глубоком христианском значении. Когда в Испании и Франции истребляли неугодные верования, Россия принимала к себе всех, не хотевших менять своих религиозных убеждений» Капустин М. Н. Дипломатические сношения России с Западной Европой, во второй по-ловине XVII века: Исслед. Михаила Капустина. Москва: Унив. тип., 1852. С. 144-145. Иллюстрацию этого утверждения мы читаем в ответе царского дьяка посланнику английской королевы на переговорах о свободе вероисповедания в России (XVI в.): «всякий иностранец держится у нас своей веры, и никого -- ни турок, ни испанцев, ни немцев, ни французов -- от их веры не отводят» Лакиер А. Б. Обзор сношений между Англией и Россией в XVI и XVII столетиях. Санкт- Петербург : тип. Имп. Акад. наук, ценз. 1854. С. 44. В отличие от действий английской стороны, которая использовала иные подходы к иностранным кадрам. Так, дипломатические акты правления Бориса Годунова сохранили сведения о посылке в Англию в 1602 г. «для науки разных языков и грамотам» четверых молодых ребят. Специалист по русско-западным отношениям С. Ф. Платонов пишет, что эти лица в Россию не вернулись Платонов С. Ф. Москва и Запад. Берлин. 1926. С. 40. Изучая текст переговоров, которые состоялись лишь спустя 20 лет (1622 г.) по вопросу возращения юношей на родину, приведем следующие слова бояр, укорявших англичан по этому поводу: «Четверых, отправленных в их землю при царе Годунове русских, они не только у себя удержали, но даже Никифора Алферьева заставили переменить веру» Лакиер А. Б. Обзор сношений между Англией и Россией в XVI и XVII столетиях. С. 61. На просьбу русского посла М. И. Поздеева, вернуть их обратно в Россию, последовал отказ. Это позволяет выдвинуть предположение, что в исследуемый период государства преследовали различные цели, удерживая иностранцев в своем кадровом строю.
В этой связи стиль взаимных отношений России с другими государствами менялся от расположения к сотрудничеству для поддержания общей политической пользы, в том числе в деле совершенствования различных сфер общественной жизни, до недоверия из-за корыстных притязаний иностранцев. Нередко русские послы изобличали некоторых иноземных представителей в хитростях и обмане, особенно стремились ограничить в определенный период претензии английских уполномоченных на торговую монополию в России.
Высший надзор за действиями иностранцев в России принадлежал Посольскому приказу, главной функцией которого было обеспечение межгосударственных связей при иностранных дворах. Вывод о формировании компетенции приказного строя и наличии соответствующего властного функционала между приказами уже в XVI в. можно сделать из анализа русско-английских переговоров при участии дьяка А. Я. Щелкалова от России и посланника Джайлса Флетчера от Англии. На просьбу английской стороны передать суд над иностранцами в ведение Бориса Годунова, известного своим им покровительством, было отвечено отказом, потому что «всякие дела государственные, на которых государство содержится, все приказаны» Там же. С. 41. Иными словами, русские дипломаты -- посольские дьяки -- в необходимых случаях настойчиво внушали зарубежным коллегам, что административные и судебные полномочия распределены между приказами как органами центрального власти в России сообразно ее с национальными интересами и какие-либо исключения из данной схемы неприемлемы.
Вместе с тем управление и образование кадров на рубеже XVII-XVIII вв. в России -- основные сферы правоотношений, реформирование которые было проведено на основе европейского опыта, полученного в результате активной дипломатической деятельности, в том числе в период Великого Посольства 1697-1698 гг. Посещая в эти годы Германию, Голландию и Англию, Петр Великий был первым русским царем, решившим временно, для своих особенных целей покинуть пределы государства, что, по выражению М А. Веневитинова, стало «непосредственным столкновением двух миров, русского и западноевропейского» Веневитинов М. А. Русские в Голландии. Великое посольство 1697 -- 1698 гг. М. Типо-графия и Словолитня. О. О. Гербека. 1897. С. 3-4.. Пребывание иностранных министров при зарубежных дворах, возникшее как обычай, Россия приняла в царствование Петра. Практически все дипломаты были искусными и влиятельными политическими деятелями, покровительствовали русским подданным, находившимся за рубежом на обучении. Гонцы, послы, посланники, резиденты, поверенные в делах, агенты исходили из государственной пользы России, защищали принципы стабильности административного устройства, безопасности в управлении и подготовки кадров.
Изложенное позволяет сделать следующие выводы. В исследуемый период военно-политические, территориальные, торгово-финансовые и культурно-идеологические факторы способствовали формированию различных направлений российского межгосударственного сотрудничества, которое отражало определенный стиль национальной самобытности: особые традиции переговоров, длительные посольские церемонии, убедительная сила аргументов делового языка, выражающая преобладание пользы Отечества над другими мнениями и интересами; почет и преемственность исторических и религиозных традиций в обозначении титула Государя, соблюдение конфессий верующих иностранцев и др. Ряд материалов дипломатических сношений и посольств российского государства со Швецией и Англией XVII -- начала XVIII вв. свидетельствуют об осуществлении посольскими дьяками контрольных функций за пребыванием иностранцев, а равно о реализации специальных дипломатических полномочий по защите прав русских подданных за границей, в том числе содействие в возвращении их на родину, что было распространенным явлением международной практики при разрешении споров и конфликтов.