Меморандум от 9 октября 1915 г. генерала Жоффра английскому военному министру Г. Китченеру формулировал задачи высадившейся армии следующим образом:
«1. Следует предотвратить разгром сербов, обеспечив их связь с морем и зону отступления.
2. Преградить германцам путь к Салоникам, для чего укрепить и удерживать Салоники в качестве базы для французской, английской и сербской армий».
Стратегические условия образовавшегося фронта были весьма тяжелыми. Почва сильно разрыхлялась во время ненастья, что затрудняло передвижение войск. Гористая местность часто не давала возможности устраивать правильные окопы, и солдатам зачастую приходилось укрываться только за камнями. Санитарные условия в болотистых речных долинах Вардара и Струма, а также на низменном побережье были крайне неблагоприятны, так что в районе свирепствовала сильная малярия. Сельские населенные пункты, как правило, были небольшими, что делало их мало пригодными для размещения значительного числа войск на постой. Наиболее благоприятным для ведения боевых действий считался период с конца весны до начала осени [38]. В отличие от затяжной позиционной войны на Западноевропейском фронте, в Македонии с ее гористой и болотистой местностью можно было сочетать маневренные и позиционные периоды в боевых действиях. Кроме того, в тот период на Бакланах большинство населения не владело грамотой, поэтому сербские и болгарские солдаты практически не могли поддерживать связь с семьей (подробнее см. [31]).
Положение союзников сильно осложнялось разногласиями между ними. Английский войска во главе с генералом Д. Милном заняли отдельный участок на реке Струма и мало участвовали в боевых действиях. Итальянское командование основную свою задачу видело в обороне захваченного албанского города Валлона. Сербы рассчитывали на освобождение своей страны, поэтому предлагали наступать на Флорину и Монастир. Эти города находились на сербской территории, так что их освобождение помимо стратегического имело еще и важное моральное значение. Вообще наличие английских, французских и добавившихся к ним позднее итальянских командований способствовало постоянным конфликтам и разногласиям, что отразилось на всей деятельности Салоникского фронта. Если Россия оказывала существенную помощь своим наступлением на Юго-Западном фронте летом 1916 г. (Брусиловский прорыв, оттянувший часть германских сил, в том числе из района Салоник), то союзники слабо координировали свои действия. Положение осложнялось и разностью менталитета в союзных контингентах. Английские солдаты, например, смотрели на свое участие в войне, особенно в первый ее период, как на своего рода спорт, приключение [8]. А французские войска уже к концу 1916 г. без особого энтузиазма смотрели на Салоникскую экспедицию [21]. Первые русские контингенты были направлены в Салоники через Архангельск и Францию. Участник событий вспоминал: «Прибыли в Архангельск и погрузились на французский пароход «Лаура». Разместились в самом нижнем трюме, там, где обычно возят скот. Тяжела морская дорога, но что поделаешь: ни слезть, ни пешком пройтись, а тут еще к питанию никак не привыкнем. Французы только и знают, что варят нам фасоль. Все пресное и пресное. Не раз мы тогда вспоминали наши кислые щи и гречневую кашу… На море было спокойно, солнце, гладкая вода… И вот на горизонте наконец показался Брест. Сходим с парохода, соблюдая порядок, а кругом массы людей приветствуют русских солдат. Потом ехали поездом в хороших вагонах в сторону Марселя. Получили солдатское жалование французскими деньгами…». В Греции, как впрочем и во французских городах, русские были восторженно встречены местными жителями.
Осенью 1916 г. франко-русская группировка совместно с сербскими частями нанесла поражение противнику и освободила Флорину, а в ноябре Монастир, положив начало освобождению сербской земли. За освобождение Флорины 3-й русский полк был награжден французским военным крестом с пальмой на знамя [37]. Оценивая взятия Монастира, генерал Саррайль отмечал: «Русские, в греческих горах, как и на сербской равнине, ваша легендарная храбрость никогда не изменяла вам» [32]. Стоит отметить, что, несмотря на это, снабжение русских отрядов в Македонии осуществлялось по остаточному принципу, а как греческая, так и французская печать умалчивала об успехах русских, приписывая все победы англо-французским силам. Более того, зачастую французы и итальянцы не оказывали действенную помощь русским бригадам [22[. В отличие от союзников русские старалось помогать своим фронтовым соседям, прекрасно понимая, что только совместными усилиями можно добиться успеха. Более того, при переходах русское командование приказывало беречь местное население, не топтать засеянные поля и т. д.[5]
При этом Салоникский фронт не смог спасти от разгрома ни Сербию, ни Румынию, не выполнив важнейших стратегических задач, в первую очередь вследствие противоречий внутри Антанты. В конце 1916 г. вследствие ухудшения погодных условий в боевых действиях наступил перерыв, необходимый, в том числе, и для реорганизации сербской армии. Кроме того, болгарское командование усилило свои позиции в зоне наступления союзников за счет частей, стоявших на Струме против бездействующих англичан. При этом соотношение сил в Македонии было явно в пользу Антанты: 238 союзных батальона против 212 батальонов Четверного союза.
Оккупированная территория Сербии была поделена между Австро-Венгрией и Болгарией. При этом в Македонии в ряде случаев болгарских солдат встречали как освободителей с цветами и овациями [27]. Впрочем, уже скоро действия болгарской военной и гражданской администрации вызвали многочисленные возмущения местных жителей, которые привели в феврале - марте 1917 г. к выступлению четников и крестьян, раскинувшееся на территории с населением до 1 млн. человек. Только совместными усилиями войск Четверного союза, использовавших артиллерию и даже авиацию, удалось подавать восстание. Однако отдельные волнения не утихали вплоть до лета 1918 г.
15 ноября 1916 г. во французском городе Шантильи состоялась межсоюзническая конференция, основной задачей которой была выработка общих стратегических целей и взаимодействия Антанты. В ходе разгоревшихся дискуссий Д. Ллойд-Джордж отмечал, что после принятия решения о высадке в Салониках, во главе экспедиции были поставлены лица, которые не видели важности этого фронта и, соответственно, не уделили ему достаточного внимания. В то же время целью союзников должно быть последовательное окружение Германии, чтобы отрезать ее от Востока и воспрепятствовать формированию новых армий. Присутствовавший в Шантильи Извольский признал важность балканских операций в глазах русского императорского правительства. Осенью 1916 г. рассматривалась также возможность посылки японских войск на Салоникский фронт, но сначала этот проект был отложен до весны 1917 г., а затем и полностью отменен [1].
В принятом стратегическом плане на 1917 г. было решено вывести из войны Болгарию совместными усилиями русско-румынских и Салоникской армий. При этом союзные силы в Македонии должны были быть доведены до 23 дивизий. Большее количество сил в этом районе, по мнению английского генерала Д. Милна, могло быть только при расширении средств сообщения, шоссейных и железных дорог и при использовании еще двух портов. В связи с этим, первоочередной задачей Антанты в Македонии было строительство шоссейных и железных дорог, тем более что половину всех действующих войск приходилось отвлекать на поддержание транспортных путей.
Однако в 1917 г. каких-либо решительных операций на Салоникском театре не происходило, а майское наступление в излучине реки Черны закончилось неудачей, хотя силы Антанты в этом районе и превосходили противника. Больше того, союзники втянулись в так называемую «греческую аферу», итогом которой было устранение от власти не слишком благонадежного короля Константина. В результате Греция вступила в войну на стороне Антанты. Это было прямым вмешательством во внутренние дела нейтрального государства. Русское правительство смотрело на меры, принимаемые против Греции с точки зрения военной необходимости, чтобы обеспечить безопасность Салоникского фронта. В то же время западные союзники пытались утвердить свое политическое положение в этой стране. Извольский указывал, что генерал Саррайль больше занят положением в Греции, чем Салоникским фронтом. Летом 1917 г. в Египет были переведены несколько английских частей с Салоникского фронта, так как умы британского правительства больше заботила безопасность своих ближневосточных владений. Все это говорило об отсутствии общей коалиционной стратегии сил Антанты, причем не только в этом районе, но и на всех театрах военных действий.
В первой половине 1917 г. франко-русский отряд был высажен на Афоне, что должно было укрепить тыл союзных войск. При обысках в монастырских тайниках было обнаружено 473 ружья и 103 тыс. патронов. Хотя в задачу отряда входила защита местных монахов, значительное число которых составляли русские, под давлением Италии Саррайль отдал приказ об его отводе в июле 1917 г.
Между тем, произошедшая в России Февральская революция довольно быстро нашла отражение и в Европе. Под антивоенными лозунгами прошли выступления во французских частях, жестоко подавленные командованием. В русских особых бригадах в Македонии начался процесс демократизации. Постепенно стали раздаваться требования о возвращении на Родину, при этом сначала русские солдаты отказывались сражаться лишь на чуждом для них Салоникском фронте. Однако требования солдат не были услышаны Временным правительством. Опасаясь разлагающего влияния на свои части, англо-французское руководство распорядилось разделить особые бригады на три части: военных добровольцев, трудовых рабочих, а также отказавшихся войти в первые две категории (они составили так называемую «третью категорию», которая фактически была размещена на положении военнопленных в североафриканских концлагерях) [3].
Весной 1918 г. германское командование перебросило с Балкан на Запад для решительного наступления на парижском направлении почти все немецкие части. К середине сентября у Антанты в Македонии было 670 тыс. бойцов, у Четверного союза - 400 тыс., причем в основном болгары. В решающем же месте прорыва у союзников было подавляющее превосходство в артиллерии: 566 орудий против 158 у болгар.
Военно-политическая ситуация в Болгарии резко ухудшилась еще в конце 1917 г. На фронте отмечались братания с русскими солдатами, наблюдалась нехватка вооружения, а истощенная Германия уже не могла оказывать действенную помощь. Все более усиливались русофильские настроения. Например, бежавший из плена русский солдат привел с собой целый болгарский взвод из 40 человек. Болгарские солдаты открыто говорили, что останутся на своих позициях только до октября, а в Швейцарии проходили переговоры болгарских и американских представителей. Последнее облегчалось тем обстоятельством, что Болгария оставалось единственной из участниц Четверного блока, кто не разорвал дипломатических отношений с США после их вступления в войну.
В итоге осенью 1918 г. силы Антанты прорвали фронт, вывели из войны Болгарию и поставили на грань поражения Австро-Венгрию. Четверной союз фактически распался, что привело к быстрому окончанию войны. Наибольший урон понесла Сербия: Общие потери Сербии в Первой мировой войне составили примерно 1180 тыс. человек или 24 % населения, что, по мнению сербских исследователей, создает угрозу национальному исчезновению. От голода и болезней в концлагерях погибли свыше 800 тыс. детей, женщин и стариков. Позднее сербское правительство сообщало о 2400 военных преступлениях, совершенных только болгарами [35]. Вина за эти жертвы лежит на Четверном союзе, а также на странах Антанты, которые вследствие своих узко стратегических целях не смогли вовремя оказать должную помощь своей союзнице.
Салоникский фронт внес важный вклад в победу Антанты в Первой мировой войне. Важнейшими задачами Сердечного согласия были привлечение на свою сторону малых государств и умножение военных театров, чтобы, координируя усилия по времени и пространству, препятствовать противнику пользоваться своими внутренними оперативными линиями [24]. Однако долгое время союзные войска в Македонии рассматривались лишь в качестве усиления позиций каждой из держав Антанты на Балканском полуострове. Недостаток координации и разногласия между Англией, Францией и Италией, решавшими свои ограниченные задачи, мешали разгрому Четверного союза в более сжатые сроки, во многом увеличив продолжительность войны и приведя к многочисленным жертвам, как среди военных, так и гражданского населения.
Библиография
1. Архив внешней политики Российской империи (АВПРИ). Ф. 323. Оп. 617. Д. 63. Л. 24.
2. Болтаевский А. А. Русские войска на чужбине в годы Первой мировой войны // Преподавание истории в школе. 2009. № 4. С. 49 - 52.
3. Болтаевский А. А. Русские войска на Салоникском фронте в 1917 г. // Исторический журнал: научные исследования. 2012. № 6. С. 50-57.
4. Берти Ф. За кулисами Антанты. М. - Л., 1927. C. 67.
5. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. Р-6399. Оп. 1. Д. 2. Л. 63.
6. За балканскими фронтами Первой мировой войны. М., 2002. С. 233 - 234.
7. Зайончковский А. М. Первая мировая война. М., 2002. С. 82.
8. Заблудовская Р. Франция, 1914 - 1919. За пять лет. Париж, 1920. С. 17.
9. История Югославии. Т. 1. М., 1963. С. 665.
10. Коларов В. Мы, болгарские коммунисты, сегодня более, чем когда-либо признаем право на самоопределение разорванного на части македонского народа / Историческая правда. Прогрессивная общественность в Болгарии и Пиринской Македонии о македонском национальном вопросе. Документы, статьи, резолюции, призывы и публицистические труды. 1856-1956. Скопье, 1983. С. 69.
11. Корсун Н.Г. Балканский фронт мировой войны. 1914-1918. М.,1939.
12. Лебедев В. Из рядов французской армии. М., 1916. С. 201 - 202.
13. Ллойд - Джордж Д. Военные мемуары. Т. 1 - 2. М. - Л., 1934. С. 360.
14. Ллойд-Джордж Д. Через ужасы к победе. Речи, произнесенные во время войны. Пг., 1916. С. 76 - 77.
15. Людендорф Э. Мои воспоминания о войне 1914-1918. Т. 1. М., 1923. C. 201.
16. Международные отношения в эпоху империализма. Документы из архивов царского и Временного правительств. 1914 - 1917. Т. VIII. Ч. 2. М., 1938. С. 460, прим. 2.
17. Рейнак Ж. Война на Западном фронте. Пг., 1916. С. 264.
18. Рейс Р. А. Как австро-венгры вели войну в Сербии. Пг., 1916. с. 51.
19. Рид Д. Вдоль фронта. М. - Л., 1928. С. 31.
20. Ронге М. Разведка и контрразведка М., 1937. С. 159.
21. Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА). Ф. 2003. Оп. 1. Д. 1195. Л. 153.
22. Погорелов М. Третя категорiя. Харькiв, 1934. С. 51.
23. Погодин А. Л. Русская политика на Ближнем Востоке, чем она была и чем должна бы быть / История Великой войны. Т. 1. М., 1915. С. 275.
24. Подполковник Лярше. Некоторые статистические данные войны 1914-1918 гг. // Военный зарубежник. 1934. № 12. С. 121, 122.
25. Пуанкаре Р. На службе Франции. Воспоминания. 1914 - 1918. Кн. 2. М., 1936. С. 85.
26. Сербия и Черногория. М., 1914. С. 4.
27. Терзиев В. Българският характер на славянскато население в Македония. София, 1995. С. 84.
28. Фалькенгайн Э. Верховное командование 1914-1916 в его важнейших решениях. М., 1923. C. 234 - 235.
29. Фуллер Дж. Ф. Ч. Вторая мировая война 1939 - 1945. Стратегический и тактический обзор. М, 1956. С. 39, 40.