Чаще всего они были крестными у детей тех католиков, которые служили при дворе или с которыми им приходилось сталкиваться по роду своей службы. Так, например, А. Д. Меншиков был крестным у детей Д. Трезини, Ф. Фонтана, А. К. Требника, М. Баери, И. Г. Патуна и др. [10, д. 31, л. 2, 2 об., 6 об., 8, 25, 26, 26 об.]. Граф Кикин - у Д. Трезини и И. Г. Таннауэра [Там же, л. 2, 3 об.]. М. М. Голицин - у придворного доктора
О. Азаритти. Анна Иоанновна - у придворных музыкантов Филиппа Георги, Козими Гаспара Фези и др.
[Там же, л. 52, 52 об., 56 об., 59 об.]
Таким образом, это было довольно частым явлением, причиной чего стало изменение отношения к закрытости религиозной жизни православных перед иноверцами, произошедшее в период петровских реформ. К тому же этот процесс был обоюдный: не только православные начали принимать участие в крещениях иноверцев, но и последние могли присутствовать при православном крещении. Так в 1715 г. иностранные дипломаты присутствовали на крещениях Петра Петровича и сына царевича Алексея, Петра Алексеевича [1, с. 306]. Помимо этого, существовало взаимное посещение других церковных церемоний: похорон, свадеб и религиозных праздников [2, с. 124].
Нередким явлением для петербургской католической общины были межнациональные браки. Согласно указанной нами выше метрической книге о бракосочетаниях за период с 1746 г. по 1749 г., католическими священниками было проведено 39 обрядов венчания [10, д. 27, л. 24-69], из них 18 (46%) - мононациональные (т.е. муж и жена принадлежали к одной нации), а 21 (54%) - межнациональные.
Больше всего мононациональных браков было заключено в среде немцев - 13, среди французов - 3 брака, итальянцев - 1, поляков - 1.
Кроме того, немцы являются также лидерами по межнациональным свадьбам: из 21 межнационального брака в 15 случаях один из брачующихся был представителем немецкой нации. Далее за ними следуют поляки: в 14 случаях одним из бракосочетавшихся был поляк. В 4 случаях - француз, в 3 случаях - швед, так же, как и чех. Дважды в качестве одного из брачующихся встречаются голландцы, венгры и финны, и лишь по разу - итальянцы и армяне.
В межнациональных браках чаще всего немцы предпочитали в качестве супругов поляков, далее французов, шведов и голландцев, реже итальянцев, финнов и армян. Французы предпочитали немцев, далее шведов, поляков. Итальянцы - немцев.
Первенство немцев в количестве браков как мононациональных, так и межнациональных можно объяснить следующим фактом: среди иностранцев, прибывающих в Петербург, немцы были, пожалуй, самой многочисленной нацией. Согласно Д. Дальману, вполне возможно, что немцы составляли более 50% от всех иностранцев в городе [3, с. 156-157].
Помимо этого, среди петербургских католиков было довольно обыденным делом взять в жены протестантку. Об этом свидетельствуют данные, которые неоднократно можно обнаружить в указанных нами метрических книгах о крещениях. Из 852 крещений, проведенных с 1710 г. по 1740 г. и с 1746 г. по 1749 г., в 23 случаях (3%) родители ребенка принадлежали к разным христианским конфессиям
(отец-католик, мать-протестантка), причем эти браки приходятся на 1722 г., 1723 г., 1724 г., 1728 г., 1729 г. и 1748 г. [10, д. 27, л. 17 - 22 об., 32, 33 об., 34 об. - 35; 11, д. 1. л. 8 об.].
В подавляющем большинстве католики брали в жены лютеранок: в метрике указан только один случай брака между католиком и кальвинисткой в 1723 г.[10, д. 27, л. 19 - 19 об.].
Обращает на себя внимание тот факт, что в основном в качестве жен-протестанток выступали финки, а также и то, что большая часть межконфессиональных браков приходится на 1722-1724 гг. (78,4% от всех межконфессиональных браков). Вероятно, это связано с тем, что после окончания Северной войны в городе увеличилось количество финнов.
Как мы видим, здесь проявляется еще одна особенность жизни католиков в городе - тесные межконфессиональные связи, в частности, проявлявшиеся в браках меду католиками и протестантами. Конечно, между ними сохранялись некоторые трения: каждая церковь старалась занять более удобное положение в конфессиональной системе в России [4, с. 30]. Однако преувеличивать степень этой конфронтации не стоит, так как ее причины часто сводились к недостатку власти и авторитета того или иного католика или протестанта. В основном католики и протестанты поддерживали соседские отношения, что также получило выражение в расселении иностранцев в городе и его планировке: они жили в одних и тех же слободах (в Греческой и Немецкой).
Таким образом, очевидно, что круг общения петербургских католиков в первой половине XVIII в. был довольно разнообразен и включал в себя широкие межнациональные и межконфессиональные связи, воспринимавшиеся как должное. Этому способствовали специфика петербургской католической общины, места службы католиков, их социальное положение, а также внутренняя и внешняя политика российского правительства. Все это, безусловно, способствовало процессу ассимиляции иностранцев-католиков, а также их адаптации к жизни города. Вместе с тем обнаруживается еще одна тенденция: в среде католиков наблюдалось стремление сохранить свою национальную идентичность, получившее проявление в желании сохранить родной язык.
Список литературы
Агеева О. Г. «Величайший и славнейший более всех градов в свете» -- град святого Петра: Петербург в русском общественном сознании начала XVIII в. СПб.: Русско-Балтийский информационный центр «БЛИЦ», 1999. 344 с.
Андреев А. Н. Католицизм и общество в России XVIII в. Челябинск: Изд-во ЮУрГУ, 2007. 393 с.
Дальман Д. Петербургские немцы в XVIII столетии: крестьяне, ремесленники, предприниматели // Немцы в России: петербургские немцы = Die Deutschen in Russland: Petersburger deutsche: сб. ст. / РАН; С.-Петерб. науч. центр; Ин-т истории естествознания и техники; С.-Петерб. фил. и др.; отв. ред. Г. И. Смагина. СПб.: Изд-во Дмитрий Буланин, 1999. С. 156-163.
Лиценбергер О. А. Римско-католическая и евангелическо-лютеранская церкви в России: сравнительный анализ взаимоотношений с государством и обществом: (XVIII - начало XX в.): автореф. дисс. … д. ист. наук. Саратов, 2005. 53 с.
Письма и донесения иезуитов о России конца XVII и начала XVIII века / подг. М. Коялович. CПб.: Сенатская типография. 1904. 405 с.
Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 796. Оп. 4.
Семенова Л. Г. Быт и население Санкт-Петербурга (XVIII век). СПб.: Русско-Балтийский информационный центр «БЛИЦ», 1998. 256 с.
Фатеев М. М. Участие светской власти в разрешении конфликтов в петербургской католической общине в XVIII веке [Электронный ресурс]. URL: http://www.catherine.spb.ru/page.phtml?query=mfateev (дата обращения: 10.03.2013).
Ханковска Р. Храм Святой Екатерины в Санкт-Петербурге / пер. Р. Ханковска, С. Карпенок. СПб.: Чистый лист, 2001. 240 с.