Одним из стержневых компенсаторных образов является образ свободы, сопровождаемый радостью, доходящей до эйфории. Жажда свободы от отчуждённой деятельности, в которой человек чувствует себя рабом, мотивирует его на деструктивное развлечение. Но эта свобода реализуется в переживании суженного сознания. Так, многие экстремалы заявляют, что во время отрыва от земли, полёта или невесомости они испытали «незабываемое чувство свободы». Свобода здесь заключается и в стремлении выйти за пределы законов физики, но она эфемерна и сиюминутна.
К числу других мотивов, побуждающих индивида к танатально ориентированным развлечениям, относятся коммуникативные мотивы - совместное с другими потребителями времяпрепровождение с целью разделения общих увлечений и переживаний, обмена информацией и впечатлениями, присоединения к определённой социальной группе. Человек, замыкающийся на своих значимых переживаниях, вступает в коммуникацию ради удовлетворения своих интересов. Может ли он в полной мере понять другого? Ведь одним из базовых условий коммуникации является достижение взаимного понимания. Между участниками того или иного развлекательного мероприятия устанавливается главным образом эмоциональная коммуникация. Формы эмоциональной коммуникации зависят от степени вовлечённости всех участников развлечения. Например, совместная эмоциональная разрядка сплачивает людей, а барьеры эмоционального восприятия разделяют их. Естественно, одной эмоциональной связи недостаточно для сплочения по интересу или для взаимопонимания. Если между людьми разрываются эмоциональные связи, то неизбежно деформируются и коммуникативные связи между ними.
Анализ мотивов, побуждающих людей к занятию танатально ориентированными видами развлечений, позволил выявить их убеждённость в том, что экстремальный досуг способствует духовному развитию личности. Однако если бы экстремальные развлечения способствовали освобождению человека от неразумных движений его души, обеспечивали сохранение, воспроизводство и реализацию человеческой сущности (которая заключается в творческой преобразовательной деятельности), то в этом случае они являлись бы одной из форм духовной практики.
Если развлечение превращается в деятельность (которая имеет целенаправленный и преобразовательный характер), то последняя формирует субъекта, а не потребителя. Если развлекательная деятельность ориентирует сознание на творческую активность и культурное развитие, то в процессе развёртывания досуга используются такие «художественные средства воздействия, которые:
• тормозят инстинктивные рефлекторные действия организма, автоматические поведенческие реакции;
• разрушают социальные маски, шаблоны индивидуалистического поведения;
• очищают от деструктивных эмоций;
• ориентируют сознание... на переживание общечеловеческих ценностей;
• закрепляют в сознании... идеалы, исполненные неповторимым и неоднозначным личностным смыслом;
• задают смысложизненные ориентиры» [7, с. 101].
Итак, если сутью развлечения становится приятное времяпрепровождение, в процессе которого ради удовлетворения низменных потребностей обесцениваются общечеловеческие ценности, то можно говорить о присутствии танатальных тенденций развлекательного досуга. В танатально ориентированной развлекательной индустрии применятся такой комплекс художественных средств, который:
• активизирует инстинктивные рефлекторные действия организма;
• суживает сознание через переживание иррациональных страстей и сильных разрушительных эмоций;
• формирует деструктивную эстетику;
• провоцирует личность на самоотчуждение и пренебрежение к социальному миру;
• деформирует целостность личности и задаёт образы индивидуалистического поведения;
• стимулирует сознание на принятие антиценностей.
Таким образом, танатальные ориентации индустрии развлечений активизируют процесс деградации духовно-нравственного ядра личности и угасания её духовно-творческого начала.
Для того чтобы преодолеть танатальную ориентированность развлекательного досуга, следует создавать такие культурные продукты и услуги, которые могли бы с ней конкурировать. Прямые педагогические приёмы воздействия на сознание, такие как убеждение или внушение, малоэффективны для молодёжи, живущей по принципу Эллочки-людоедки: «Не учите меня жить». Поэтому создатели витально ориентированной развлекательной индустрии (от лат. уйаШ - `жизненный'), направленной на развитие нравственных, творческих, интеллектуальных смыслов, вовлекая индивида в мероприятие развлекательного характера, должны задавать условия для постепенного изменения его сознания. В социальной психологии этот метод воздействия называется фактором незначительных изменений. Метод заключается в том, чтобы субъект индустрии развлечений побуждал индивида к незначительным, на первый взгляд, действиям, которые в результате приводили бы его к значительному, существенному изменению образа мира, мышления, ценностных ориентиров.
Так, многие подростки, увлечённые зрелищностью и экстремальностью игровых массовых боев, приходят в клубы исторической реконструкции, чтобы участвовать в рыцарских состязаниях. Сначала новоиспечённый рыцарь усердно тренируется, отрабатывая навыки исторического фехтования. Затем благодаря реконструкторам он постепенно погружается в виртуальную реальность средневековой эпохи, что провоцирует его на изучение рыцарской культуры, различных видов ремёсел и искусств, геральдики и языка. Стоит подчеркнуть, что данный процесс приобщения личности к культурно-досуговой деятельности развивающего характера зависит от субъекта индустрии развлечений, который средствами психологического влияния стимулирует творческую и познавательную активность подростка.
Как видно, противостоять танатальной ориентированности индустрии развлечений могут только сами создатели и организаторы досуговых мероприятий. «Вживляя» в психику потребителя культурные ценности, они постепенно смещают направленность его сознания от разрушительных танатальных тенденций к созидающим витальным тенденциям.
Примечания
1. Аветисова А. А. Психологические особенности игроков в компьютерные игры // Психология. Журнал Высшей школы экономики. 2011. Т. 8. № 4. С. 35-58.
2. Андреева С. В. Экстремальный досуг и свобода личности в обществе риска и потребления // Вестник Кемеровского государственного университета культуры и искусств. 2011. № 16. С. 192-198.
3. Денисов С. Ф. Жизненные и антропологические смыслы правды и неправды: монография / Министерство образования Российской Федерации, Омский государственный педагогический университет. Омск: Изд-во ОмГПУ, 2001. 206 с.
4. Захаров А. В. Развлечение SUB SPECIA социологии // Социологические исследования = СОЦИС: Ежемесячный научный и общественно-политический журнал РАН. 2008. № 1 (285). С. 106-114.
5. Коростылёва Л. А. Психология самореализации личности: затруднения в профессиональной сфере. Санкт-Петербург: Речь, 2005. 222 с.
6. Секретова Л. В. Исследования индустрии досуга в России: социально-культурный аспект // Вестник Московского государственного университета культуры и искусств. 2017. № 3 (77). С. 138-146.
7. Социально-культурная деятельность: тенденции и модели развития в XXI веке: коллективная монография / Л. В. Секретова, Н. М. Генова, М. Ю. Трофимов и др.; отв. ред. Л. В. Секретова; Омский государственный университет имени Ф. М. Достоевского; Кафедра социальнокультурной деятельности. Омск, Издательство ОмГУ имени Ф. М. Достоевского, 2018. 144 с.
8. Стальная В. А. Индустрия развлечения в мировой экономике: современные тенденции и перспективы развития // Российский внешнеэкономический вестник. 2009. № 2 (февраль). С. 17-24.
9. Стрельцов Ю. А. Культурология досуга: учебное пособие. Москва: МГУКИ, 2003. 296 с.
References
1. Avetisova A. A. Psychological Features of Computer Gamers. Psychology. Journal of the Higher School of Economics. 2011, vol. 8, no. 4, pp. 35-58. (In Russian)
2. Andreeva S. V. Extreme leisure and freedom of the person in the risk society and consumption. Bulletin of Kemerovo State University of Culture and Arts. 2011, no. 16, pp. 192-198. (In Russian)
3. Denisov S. F. Zhiznennye i antropologicheskie smysly pravdy i nepravdy [Life and anthropological meanings of truth and untruth]. Omsk, Publishing house of the Omsk State Pedagogical University, 2001. 206 p. (In Russian)
4. Zaharov A. V. Razvlechenie SUB SPECIA sostiologii [Entertainment SUB SPECIA sociology].
Soziologicheskie issledovaniya [Sociological Studies]. 2008, no. 1 (285), pp. 106-114. (In Russian)
5. Korostyleva L. A. Psihologiya samorealizatsii lichnosti: zatrudneniya vprofessional'noy sfere [Thepsychology of self-realization of personality: difficulties In the professional sphere]. St. Petersburg, Publishing House “Russian Language”, 2005. 222 p. (In Russian)
6. Sekretova L. V. Research of the leisure industry in Russia: the social and cultural aspect. Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo universiteta kul'tury i iskusstv [Bulletin of the Moscow State University of Culture and Arts]. 2017, no. 3 (77), pp. 138-146. (In Russian)
7. Sekretova L. V., esp. ed. Social and Cultural Activity: Trends and Development Models in the 21st Century.
Collective monograph. Omsk, Publishing house of the Dostoevsky Omsk State University, 2018. 144 p. (In Russian)
8. Stalnaya V. A. Industriya razvlecheniya v mirovoy ekonomike: sovremennye tendentsii i perspektivy razvitiya [Entertainment industry in the global economy: current trends and development prospects]. Russian Foreign Economic Journal. 2009, no. 2, pp. 17-24. (In Russian)
9. Streltsov Yu. A. Kul'turologiya dosuga [Leisure Culturology]. Moscow, Publishing house ofthe Moscow State University of Culture and Arts, 2003. 296 p. (In Russian)