Статья: Трансформация информационной сферы гражданского общества

Как видно из представленных данных, уже на протяжении длительного периода времени -- двадцати лет -- граждане достаточно критически оценивают достоверность передач российского радио и телевидения. Всего лишь 10% респондентов в декабре 2018 года заявляли, что передачи радио и телевидения о событиях и жизни в стране правдивы, половина опрошенных указывали, что СМИ транслируют поровну достоверную и недостоверную информацию, 30% -- что радио и телевидение недостоверно освещают события [13. С. 32]. Уровень доверия граждан всем источникам массовой информации, за исключением Интернета, снижается (табл. 2). Граждане считают, что наиболее точно и достоверно отражают информацию Интернет (41%) и центральное телевидение (32%), но треть опрошенных затруднились ответить на данный вопрос [13. С. 35].

В чем же причина низких оценок достоверности отражения реальности в СМИ? (табл. 3). Как видно из представленных данных, более половины опрошенных считают, что радио и телевидение показывают жизнь лучше, чем она есть [13. С. 38].

Таблица 2 Распределение ответов на вопрос: «Какие источники массовой информации наиболее точно и достоверно, по Вашему мнению, отражают сейчас обстановку в нашей стране?» (РФ, %, данные ИСПИ РАН)

Таблица 3 Распределение ответов на вопрос: «На радио и телевидении, которые Вы слушаете и смотрите, нашу жизнь показывают лучше или хуже, чем она есть на самом деле?» (РФ, %, данные ИСПИ РАН)

Таблица 4 Распределение ответов на вопрос: «В чем, на Ваш взгляд, причины распространения недостоверной информации через СМИ?» (РФ, %, данные ИСПИ РАН)

Таблица 5 Распределение ответов на вопрос: «Если Вы получаете противоречивую информацию о событиях, какому источнику Вы поверите скорее всего?» (РФ, декабрь 2018, данные ИСПИ РАН)

Граждане сформировали достаточно ясную и определенную картину причин распространения недостоверной информации через СМИ (табл. 4).

В 2018 году на первое место вышли «замалчивание событий в СМИ» (39%) и «преднамеренное искажение информации властью, негласная цензура» (38%), далее идут «зависимость журналистов от „денежных мешков“» (34%), «неискренность политиков» (31%), искажение информации журналистами (29%) [13. С. 37].

Распределение ответов на вопрос о доверии источникам информации в случае ее противоречивости показывает, что нашей стране не удалось избежать кризиса информационной сферы (см. табл. 5). Чуть больше четверти респондентов не доверяет ни одному источнику информации, пятая часть доверяет каналам межличностного общения, 10% затруднились ответить на вопрос [13. С. 38].

Такая ситуация не может не сказываться на информационной сфере и реализации в ней одной из главных функций взаимодействия общества и государства -- формировании органов и институтов управления. Обратимся к мнениям граждан о ходе предвыборных кампаний, проведении и результатах президентских выборов -- важнейшего политического волеизъявления российского гражданского общества (рис. 1, 2).

Рис. 1. Распределение ответов на вопрос: «Как Вы считаете, всем ли кандидатам в Президенты в ходе предвыборной кампании были предоставлены равные возможности для изложения своих взглядов и программ?» (РФ, %, данные ИСПИ РАН)

Рис. 2. Распределение ответов на вопрос: «Считаете ли Вы, что выборы Президента РФ прошли честно и их результат является легитимным (законным)?» (РФ, %, данные ИСПИ РАН)

Таблица 6 Мнение респондентов о том, кого из кандидатов во время предвыборной кампании незаслуженно критиковали в СМИ (телевидение, радио, пресса, Интернет)? (РФ, май 2018, %, данные ИСПИ РАН)

На вопрос о том, всем ли кандидатам в президенты в ходе предвыборной кампании были предоставлены равные возможности для изложения своих взглядов и программ, граждане в 2018 году (46%) позитивнее, чем в 2012 году (40%) оценили проведение предвыборной кампании [12. С. 33]. Еще более позитивная динамика наблюдается по вопросу, считают ли респонденты, что выборы Президента РФ прошли честно и их результат является легитимным (законным). Больше половины респондентов в 2018 году назвали выборы Президента РФ и их результат легитимными, тогда как в опросе сразу после прошлых выборов так считало только 38% [12. С. 33]. Применялись ли, по мнению граждан, практики информационных манипуляций на последних выборах Президента РФ -- ответ на этот вопрос дает таблица 6.

Значимыми стали ответы относительно пяти кандидатур: П.Н. Грудинин (21%), К.А. Собчак (16%), В.В. Путин (6%), В.В. Жириновский (5%), Г.А. Явлинский (4%). Как видно из представленных данных, граждане видят особенности и недостатки в работе отечественных СМИ. Структура и формы проявления их дисфункций несут отпечаток глобальных тенденций. Потребность в гласности как порождение «кризиса правды» и сверхзадача работы СМИ по достоверному отражению социальной реальности все более востребованы в нынешних условиях [12. С. 35].

Социально-политические последствия распространения недостоверной информации носят выраженно деструктивный характер. Ложь, вымысел, полуправда не могут лежать в основе функционирования институтов социального и политического управления в целях устойчивой жизнедеятельности социума -- слишком велики и зачастую трагичны издержки. Научная информация, правдивое отражение социальной реальности являются моральными и профессиональными императивами успешной стратегии жизнедеятельности против меняющихся угроз и вызовов. Недостоверная информация, деформируя инфосферу, является главной угрозой для устойчивых государств и обществ. Последствия такой ситуации известны: жизнь в ее многообразии биологических и социальных форм не может возникать из нематериальных форм мифа и недостоверной информации. Она будет искать системные источники своего будущего материального бытия и духовного производства, в том числе средства технологические, социальные и политические. Предпосылки этих позитивных изменений заложены и диалектически вызревают в самой информационной сфере. В этой связи необходимо корректно понять движущие силы и механизмы социально-политических процессов и выборных кампаний в США и на Украине.

Феномены Д. Трампа и В. Зеленского, по сути, являются результатом кризиса неолиберальной информационной сферы и еще одной победой социальных сетей Интернета над «постмодернистскими» СМИ. Стратегическое преимущество социальных сетей заключается в возможности осуществления функции персональной коммуникации, в отличие от традиционных массовых печатных и электронных СМИ, которые остаются односторонними трансляторами. Б. Обама первым из крупных политиков успешно использовал организующую и мобилизующую силу Интернета, в том числе для сбора средств в свой предвыборный фонд. По его мнению, «социальные медиа являются действительно мощным инструментом, благодаря которому люди с общими убеждениями могут объединиться, узнать друг о друге, но потом для них важно общаться вне Интернета, встретиться в баре, религиозных местах, общинах, узнать больше друг о друге, потому что правда в том, что в Интернете все упрощенное, а когда люди встречаются друг с другом, оказывается, что их взгляды очень запутаны» (3). Другими словами, Интернет не обладает монополией на социальную истину, она рождается в многообразии практик человеческой деятельности, в том числе и межличностного (не опосредованного ИКТ) общения. Недавняя кампания на Украине показала, как вымышленный герой спектакля, телевизионного сериала, практически не участвуя в первом туре политической гонки, обошел реальных действующих политиков.

При этом цифровые технологии не стоят на месте. Политические коммуникации диверсифицируются и приобретают новые формы и качества, которые позволяют гражданскому обществу на широкой социальной основе выстраивать эффективный контроль за властью, научно и публично верифицируемый по критерию достоверности информации. На старте этой эпической социально-политической трансформации инфосферы еще трудно разглядеть контуры будущего. Мастер реалистической прозы XIX века, создатель теории точного слова Г. Флобер, считавший, что вне правды жизни нет прекрасного, видел диалектику этого процесса в том, что будущее тревожит нас, а прошлое держит, и потому настоящее ускользает. Сегодня цифровое будущее зовет и улыбается нам. Прошлое мировых разрушительных войн, политического насилия и угнетающего биосферу нерационального массового потребления сопротивляется и тормозит развитие. И потому сегодня ученые и политики начинают строить цифровой мост в устойчивое будущее. Научные знания и практика беспристрастно показывают, что этот процесс имеет объективный характер -- сегодня формируется новый цифровой технологический базис и социально-политическая надстройка общества для будущих поколений.

На самом деле прорастание будущего в настоящем не останавливается никогда. Аналитическое агентство We Are Social и крупнейшая SMM-платформа Hootsuite, занимающаяся продвижением компаний, брендов и продуктов в социальных сетях, подготовили отчет о глобальном цифровом рынке Global Digital 2018 (4). Сегодня во всем мире Интернетом пользуются более 4 млрд человек, т.е. более половины населения земного шара живут в режиме онлайн. Две трети из 7,6 млрд мирового населения имеют мобильный телефон, и более половины из них -- смартфоны, которые предоставляют доступ в Интернет. Объективно большинство населения на нашей планете уже участвует в строительстве цифрового моста из прошлого в будущее. Важно не поддаваться искушениям отживших во времени ценностей и страстей, по случайной ошибке или недомыслию не свалиться в хаос прошлого, как это уже не раз происходило. Сегодня достаточно оснований надеяться, что мост в цифровое будущее будет построен. Будущее устойчивого развития российского гражданского общества и социального государства зависит от успешной социально-политической реконструкции информационной сферы на принципах стратегии коэволюции человека, общества и природы.

Примечания

1) См.: Доктрина информационной безопасности Российской Федерации, утвержденная Президентом РФ 5 декабря 2016 г. № Пр-646.