Выявлены статистически достоверные влияния основного качества матери в восприятии испытуемого на уровень алекситимии испытуемого в группе наркологических больных. Наиболее низкому уровню алекситимии соответствует выраженность параметра «Автономность» (AUT) в стиле родительского воспитания, реализуемом матерью, наиболее высокому уровню - выраженность параметра «Враждебность» (HOS).
Выявлены также статистически достоверные влияния основного качества матери в восприятии испытуемого на общий уровень эмпатии испытуемого. Наиболее высокому общему уровню эмпатии соответствует выраженность параметра «Позитивный интерес» (POZ) в стиле родительского воспитания, реализуемом матерью, наиболее низкому уровню - выраженность параметра «Враждебность» (HOS).
Установлены статистически достоверные влияния основного качества матери в восприятии испытуемого на уровень интуитивного канала эмпатии испытуемого. Наиболее высокому уровню интуитивного канала эмпатии соответствует выраженность параметра «Позитивный интерес» (POZ) в стиле родительского воспитания, реализуемом матерью, наиболее низкому уровню - выраженность параметра «Враждебность» (HOS).
Поднимаемый нами вопрос о взаимосвязи проявлений алекситимии и эмпатии в исследованиях других авторов представлен противоречивыми данными. Например, Ю. В. Сатурина обнаруживает умеренную положительную связь между параметрами [18], в то время как Е. Н. Левшунова и В. С. Эпова приводят противоположные результаты [14].
В исследованиях наркологических больных также получены противоречивые результаты. Ряд авторов выявляет алекситимию у пациентов, но при этом отсутствие проблем в проявлениях ими эмпатических способностей [11, 26], но существуют и данные, свидетельствующие о наличии таких проблем [2, 16]. В. Д. Москаленко отмечает у наркологических больных недостаточность эмпатического компонента взаимодействия с окружающими, нарушения дистанции в межличностных отношениях [15].
Следует отметить, что природа алекситимии базируется на нескольких концепциях. Не затрагивая биолого-нейропсихологических концепций, кроме психоаналитической теории, акцентирующей зависимость эмоционального развития индивида от характера взаимоотношений со средой, начиная с взаимоотношений матери и ребенка, многие работы основаны на представлении об алекситимии как о защите. Наблюдаемые у пациентов с угрожающими жизни болезнями (к которым, безусловно, относится зависимость от ПАВ) паттерны поведения, такие как импульсивность, гиперактивность в сочетании с эмоциональным «отупением», рассматриваются как защита от невыносимых аффектов и вбирают в себя отрицание болезни, вытеснение, элемент покорности обстоятельствам [13].
Исследование подростков, проведенное J. Measelle с соавторами, привело доказательства наличия негативной эмоциональности (без депрессивных признаков) и дефицита в родительской поддержке как предпосылок развития аддиктивного поведения в будущем [27].
P. Andersson, M. Eisemann провели исследование в ассоциации наркологических больных и обнаружили в восприятии испытуемых дисфункциональности семейной модели, нарушения в сформированном родительском образе, в частности - плохие взаимоотношения между родителями и материнскую гиперпротекцию по сравнению с контрольной группой, что, по мнению авторов, подтверждает гипотезу о влиянии родительского образа (или объектных отношений) на идентификацию собственных эмоциональных состояний (проявления алекситимии) [22].
M. V. Torrado с соавторами также обнаружили явление гиперпротекции матери в восприятии зависимых от ПАВ испытуемых по сравнению с контрольной группой, хотя эти результаты не достигли уровня статистической значимости. Результаты проведенного ими исследования также свидетельствуют о статистически значимом преобладании алекситимиков в группе наркологических больных по сравнению с группой здоровых испытуемых, а также о зависимости уровня алекситимии от стиля родительского воспитания. В исследовании фигурировали такие качества, как «эмоциональная теплота», «отвержение» и «гиперпротекция», как и в исследовании P. Andersson, M. Eisemann [22, 29].
Также M. V. Torrado с соавторами был проанализирован уровень эмоциональной осведомленности испытуемых в обеих группах с помощью шкалы уровня эмоциональной осведомленности (Levels of Emotional Awareness Scale). Была обнаружена существенная разница в баллах в группе зависимых и в контрольной группе, как в определении собственных эмоций, так и в определении эмоций других людей. Наркологические больные показали результат статистически значимо ниже, чем в контрольной группе [29].
Выводы
В результате проведенного нами исследования была обнаружена роль воспитательного стиля матери в развитии алекситимии и формировании эмпатических способностей не только в группе лиц, зависимых от ПАВ, но и в контрольной группе. При этом обнаруженная взаимосвязь в контрольной группе ниже, что предполагает влияние также и личностных особенностей человека на развитие исследованных нами показателей.
Наиболее деструктивными материнскими воспитательными стилями являются непоследовательный, директивный и враждебный, а желательными - позитивно заинтересованный и автономный. Воспитательные стили влияют как на уровень алекситимии, так и на общий уровень эмпатии, а также уровень интуитивного канала эмпатии в обеих группах и рационального канала в группе здоровых испытуемых.
Выявлены также особенности проявлений эмпатии наркологическими больными и здоровыми испытуемыми. В то время как основными каналами эмпатии, используемыми наркологическими больными, являются интуитивный канал и проникающая способность в эмпатии, у здоровых испытуемых контрольной группы преобладает эмоциональный канал и равномерно используются остальные каналы эмпатии.
Дальнейшими перспективами нашего исследования можно обозначить изучение влияния образа матери на формирование мотивационных тенденций, мотивационных ориентаций в межличностных коммуникациях и коммуникативных установок наркологических больных, что может способствовать усовершенствованию психокоррекционных реабилитационных программ для наркологических больных и их семей. Полученные данные могут быть использованы в качестве дополнительной информации в рамках различных дисциплин естественнонаучного цикла, таких как, например, клиническая психология, психокоррекция и наркология, а также в психодиагностической и психокоррекционной работе с целью анализа эмоциональной сферы лиц, зависимых от психоактивных веществ.
Литература
1. Алекситимия и методы ее определения при пограничных и психосоматических расстройствах: Метод. пособие. СПб.: Изд-во Психоневрологического ин-та им. В. М. Бехтерева, 1998. 16 с.
2. Белокрылов И. В., Туманов Н. В. Аномальные стили коммуникативного поведения больных алкоголизмом: феноменология, систематика, соотношение с клиническими особенностями зависимости // Вопросы наркологии. 2014. № 2. С. 12-26.
3. Брюханов А. В. Преимущественные копинг-стратегии при психических и поведенческих расстройствах в результате употребления психоактивных веществ // Таврический медико-биологический вестник. 2012. Т. 15. № 1 (57). С. 42-49.
4. Былкина Н. Д. Алекситимия (аналитический обзор зарубежных исследований) // Вестник Московского университета. Серия 14: Психология. 1995. № 1. С. 43-53.
5. Варга А. Я. Структура и типы родительского отношения: дисс. … канд. психол. наук. М., 1986. 206 с.
6. Вассерман Л. И., Горьковая И. А., Ромицына Е. Е. Родители глазами подростка: психологическая диагностика в медико-педагогической практике. СПб.: Речь, 2004. 256 с.
7. Воробьева Е. В. Психогенетика общих способностей. Ростов н/Д: Издво Южного федерального университета, 2011.
8. Воробьева Е. В. Психогенетика. Учебник. С грифом УМО по психологии по классическому образованию. Ростов н/Д: Изд-во Южного федерального университета, 2014. 283 с.
9. Воробьева Е. В., Шульгина И. П. Смысловой подход в психокоррекции наркомании // Категория смысла в философии, психологии, психотерапии и в общественной жизни. Материалы Всероссийской психологической конференции c международным участием. М.: КРЕДО, 2014. С. 112-113.
10. Всемирный доклад о наркотиках // URL: http: // www.unodc.org / wdr2014 / press / V1403602_russian.pdf.
11. Дудко Т. Н., Зенцова Н. И., Федорова С. С., Литвиненко Ю. В. Психологические особенности лиц, проходящих реабилитацию в сети христианских реабилитационных центров // Вопросы наркологии. 2013. № 4. С. 51-59.
12. Ковш Е. М., Воробьева Е. В., Ермаков П. Н. Обзор современных исследований психогенетических факторов агрессивного поведения // Российский психологический журнал. 2014. Т. 11. № 4. С. 91-103.
13. Кристал Г. Интеграция и самоисцеление. Аффект, травма и алекситимия. М.: Изд-во Института общегуманитарных исследований, 2006. 800 с.
14. Левшунова Е. Н., Эпова В. С. Алекситимические корреляты социальнопсихологической адаптации личности // Социокультурные проблемы современного человека: материалы 4-й Международной научнопрактической конференции / Под ред. Н. Я. Большуновой, О. А. Шамшиковой. Новосибирск: Изд-во НГПУ, 2010. С. 481-488.
15. Москаленко В. Д. Взрослые дети больных зависимостями: медицинские и психологические проблемы // Вопросы наркологии. 2014. № 2. С. 50-67.
16. Плоткин Ф. Б. Алекситимия как фактор формирования и поддержания аддикции // Наркология. 2009. № 10. С. 85-93.
17. Практическая психодиагностика. Методики и тесты. Учебное пособие. Самара: Издательский Дом «БАХРАХ-М», 2001.
18. Сатурина Ю. В. Роль эмпатии и алекситимии в педагогической деятельности преподавателей вуза // Гуманитарный вектор. Серия: Педагогика, психология. 2010. № 2 (22). С. 75-79.
19. Семин И. Р., Есин Д. О. Взаимосвязь качества жизни и алекситимии у больных алкогольной зависимостью // Сибирский вестник психиатрии и наркологии. 2013. № 6 (81). С. 10-13.
20. Эйдемиллер Э. Г., Юстицкис В. Психология и психотерапия семьи. СПб.: Питер, 1999.
21. Ялтонский В. М., Сирота Н. А. Анализ современных подходов к профилактике употребления наркотиков // Вопросы наркологии. 1996. № 3. С. 91-97.
22. Andersson P., Eisemann M. Parental rearing and individual vulnerability to drug addiction: a controlled study in a Swedish sample // Nordic Journal of Psychiatry. 2003. 57 (2). pp. 147-156.
23. Ciarrochi J., Heaven P. C. L., Supavadeeprasit S. The link between emotion identification skills and socioemotional functioning in early adolescence: A one-year longitudinal study // Journal of Adolescence. 2008. 31. pp. 564-581.
24. Copello A., Orford J. Addiction and The Family: Is It Time for Services to Take Notice Of The Evidence? // Addiction. 2002. V. 97. no. 11. pp. 1361-1363.
25. Kosonogov V., Titova A., Vorobyeva E. Empathy, but not mimicry restriction, influences the recognition of change in emotional facial expressions // Quarterly Journal of Experimental Psychology. 2015.
26. Lindsay J., Ciarrochi J. Substance abusers report being more alexithymic than others but do not show emotional processing deficits on a performance measure of alexithymia // Addiction Research and Theory. 2009. 17 (3). pp. 315-321.
27. Measelle J., Stice E., Springer D. A prospective test of the negative affect model of substance use and abuse: moderating effects of social support // Psychology of Addictive Behaviors. 2006. 20 (3). pp. 225-233.
28. Sifneos P. E. Problems of patients with alexithymic characteristics and physical disease // Psychother. Psychosom. 1973. V. 26.
29. Torrado M. V., Ouakinin S., Bacelar-Nicolau L. Alexithymia, Emotional Awareness and Perceived Dysfunctional Parental Behaviors in Heroin Dependents // Int. J. Ment. Health Addiction. 2013.