Взаимодействие традиционных музыкальных культур и их адаптационный потенциал: культурологический и педагогический аспекты
А.С. Базиков,
Российская академия музыки имени Гнесиных, Москва, Российская Федерация, 121069
Аннотация
Автор статьи рассматривает взаимодействие традиционных музыкальных культур в России с исторической и философской точек зрения. Культурологический подход позволяет рассмотреть традиционную музыкальную культуру как многоуровневую систему, музыкально-культурную традицию как часть этой системы и как многокомпонентную модель. Педагогический подход получает реализацию в обосновании целесообразности введения данной проблематики в содержание вузовской подготовки будущих музыкантов-педагогов с целью понимания ими механизма функционирования традиционных музыкальных культур и реализации полученных знаний в своей последующей профессиональной музыкальной деятельности. Особое внимание автор уделяет анализу возможностей музыкально-культурной традиции как социокультурного феномена и пути её взаимодействия с инонациональными культурами. В заключении статьи делается вывод о том, что музыкально-культурная традиция как средство консолидации разных национальностей является действенным способом объединения всех народов не только России, но и за её пределами. музыкальный культура традиционный
Ключевые слова: национальные культурные формы, адаптационный потенциал, инонациональная музыка, "проницаемость" культуры, музыкальное образование.
Abstract
INTERACTION OF TRADITIONAL MUSICAL CULTURES AND THEIR ADAPTIVE POTENTIAL: CULTURAL AND PEDAGOGICAL ASPECTS
Alexander S. Bazikov,
The Gnesins Russian Academy of Music,
Moscow, Russian Federation, 121069
The author of the article considers the interaction of traditional musical cultures in Russia from a historical perspective and a philosophical point of view. The cultural approach allows us to consider traditional musical culture as a multi-level system, the musical and cultural tradition as part of the system and as a multi-component model. The pedagogical approach allows to justify the feasibility of introducing this issue into the content of the university training of future musicians and teachers in order to understand by them the mechanism of functioning of traditional musical cultures and to use their knowledge in their subsequent professional musical activity. The author pays special attention to the analysis of the possibilities of the musical and cultural tradition as a social and cultural phenomenon and the nature of its interaction with foreign cultures. It is shown that the musical and cultural tradition as a means of consolidating different nationalities is an effective way to unite all peoples not only of Russia, but also beyond its borders.
Keywords: national cultural forms, adaptive potential, foreign music, "permeability" of culture, musical and pedagogical education.
Введение в проблему
В 1866 году состоялось торжественное открытие Московской консерватории. Выдающийся русский писатель, философ, исследователь древнейших пластов русской музыкальной культуры (древнерусских певческих рукописей и музыкального фольклора) В.Ф. Одоевский выступил с обращением к руководству и преподавателям этого учебного заведения с призывом создания теоретической базы изучения русских народных напевов, являющихся, по его словам, "народной святыней". Святыней, к которой "надлежит приступать с девственным чувством, без всякой заранее предпосланной теории, не мудрствуя лукаво, но записывая народную песнь, как она слышится в голосе и слухе народа, и затем должно будет постараться извлечь из самих напевов, как они есть их теорию" [1, с. 306]. И далее: "... некогда их (воспитанников консерватории - А. Б.) трудами соберутся с разных концов России наши подлинные народные напевы, и науке представится возможность. о п р е - делить те внутренние законы, коими движется наше народное пение" [Там же, с. 306-- 307, разрядка наша - А. Б.].
С тех пор прошло уже 153 года, на протяжении которых отечественная традиционная музыкальная культура, как и российское общество в целом, динамично развивались. И сегодня в плане решения поставленной В.Ф. Одоевским задачи становится очевидной необходимость изучения характера взаимодействия традиционных музыкальных культур, их взаимосвязи и взаимозависимости в масштабах всей России.
Как свидетельствуют исследования культурных процессов, наблюдаемых в музыкальном пространстве [2; 3; 4 и др.], характер их взаимодействия сложен и противоречив. С одной стороны, идёт интенсивный обмен, снижая уровень культурного многообразия, с другой - многие традиционные музыкальные культуры сохраняют свою самобытность и целостность, несмотря на то, что испытывают постоянное вмешательство некоторых представителей национальных элит, ориентированных на цивилизации западного типа.
Исторически сложилось так, что отечественная традиционная культура, многонациональная по своему характеру, сопротивлялась тем влияниям, которые вступали в противоречие с её базовыми основаниями. Это выражалось в простом, но эффективном механизме передачи фольклорных традиций от старшего поколения к младшему из уст в уста, который был весьма действенным на протяжении веков. В то же время нельзя не отметить то, что его реализацию затруднял целый ряд идеологических и исторических проблем, поскольку народная культура переживала те же коллизии, что и российское общество в целом.
Отметим, в частности, существенное падение интереса советского общества к традиционной музыкальной культуре русского народа, внимание к которой на протяжении нескольких десятилетий оказывалось явно недостаточным. При этом народы субъектов Советского Союза - Кавказа, Средней Азии, Крайнего Севера и Прибалтики - сумели в эти годы в значительно большей мере сохранить свою национальную культуру.
С 60-х годов ХХ столетия интерес к русской традиционной музыкальной культуре возрастал. Эпохальным событием в этом отношении стало открытие в 1966 году в Государственном музыкально-педагогическом институте имени Гнесиных первого в России отделения по подготовке руководителей русского народного хора. Значительно расширилась география проводимых этнографических экспедиций, появлялись ноты расшифрованных песен и аудиозаписи. Таким образом, с уверенностью можно утверждать, что в 60-е годы прошлого столетия наступил период возврата интереса к народной музыкальной культуре, к её сохранению, многогранному изучению и пропаганде.
"Проницаемость" как имманентное качество традиционных музыкальных культур и основа для их взаимодействия
Традиционную музыкальную культуру есть все основания рассматривать как технологию духовно-нравственного формирования подрастающих поколений, способствующую самосохранению и стабильности общества, единству и согласованности действий людей. Посредством системы оформившихся в её недрах символов человек обретает возможность уверенно ориентироваться в жизни, при этом не только обеспечивается существование общественного порядка, но и определяется отношение общества к вновь созданным ценностям, к ценностям других традиционных музыкальных культур.
В мире традиционной музыкальной культуры России одновременно сосуществует множество культур, позволяющих делать выводы о наличии разновидностей в традиционном музыкальном творчестве народов России, где запечатлён жизненный и духовный опыт человечества, связанный с религиозными доктринами, природными условиями жизни и целым рядом других причин. Большое внимание уделяется, в том числе изучению локальных местных манер исполнения на традиционных музыкальных инструментах. Исследователи отмечают наиболее глубинные, характерные и оригинальные проявления "общерусского начала" в традиционном исполнительстве на национальных музыкальных инструментах при наличии устойчивых элементов музыкального языка. Это даёт возможность глубокого понимания различных традиционных музыкально-творческих культур на территории России и необходимость выработки критериев оценки степени их процессуального взаимодействия. Также важно учитывать результаты этих обменных процессов и то, что инонациональная традиционная музыкальная культура имеет свои устойчивые характеристики.
Человек с первых дней жизни погружён в стихию музыкальной среды родного края. Вместе с тем интерес к инонациональной музыке у людей существовал всегда как феномен формирования вкусов и культурных предпочтений личности, возникающий в процессе восприятия творчества других народов. Но здесь возникают вопросы: почему так происходит и что позволяет человеку одной национальности погрузиться и проникнуться языком музыки другого этноса? Ответить на эти вопросы помогает специфическое условие коммуникативного свойства - "проницаемость" культуры в целом и традиционной музыкальной культуры в частности. Что мы понимаем под категорией "проницаемость" традиционной музыкальной культуры? Это, безусловно, указывает на определённую контекстуальность и подвижность её системы, когда культура становится способной усвоить ино- культурную информацию и быть открытой для других культур, что ведёт к изменениям её качественных характеристик и влияет на дальнейшую судьбу. Следовательно, изучение такого имманентного качества традиционных музыкальных культур как "проницаемость" может помочь учёным подойти к более глубокому и многогранному пониманию характера их взаимодействия. Следуя по пути усвоения информации иной культуры, можно проследить сложный и противоречивый процесс того, как её защитные функции отвергают новации, не соответствующие данной этнонациональной модели.
Традиционная музыкальная культура любого народа (как в прошлом, так и в настоящем) - это многоуровневая система, разнообразные связующие механизмы которой определяют точки соприкосновения с обществом и музыкальной культурой в целом. Одним из таких механизмов мы считаем - музыкально-культурную традицию. Функционируя подобным образом, она становится гранью социокультурной системы как целостного феномена. Такого взгляда придерживаются учёные в области философии и культурологии Э.С. Маркарян [5] и Дж. К. Михайлов [6].
С точки зрения рассматриваемой нами проблемы, особое значение приобретают выводы академика Б.С. Ера- сова, который выделяет следующие направления, способствующие позитивному взаимодействию различных культур:
• адаптационный путь - направление движения традиционных музыкальных культур навстречу друг другу, когда общество располагает развитыми в высокой степени формами культуры в области права, науки, художественного творчества, адаптируя функционально приемлемые нововведения, не навредив собственным устоям;
• привыкание культуры при продолжительном времени к постепенному принятию инокультурных проявлений во избежание отторжения;
• взаимодействие "политического" характера по принципу международной солидарности;
• культурная дистанция - принадлежность культур к западному или восточному типу с определёнными этнонациональными моделями [7].
Нельзя не отметить ещё одну сторону рассматриваемого феномена. В любой музыкально-культурной традиции существуют и обратные процессы, связанные с отмиранием каких-то её частей, становящихся анахронизмом. Однако они не ведут к гибели музыкально-культурной традиции и даже, по мнению культурологов, в целом оздоравливают её. Но возможны и необратимые изменения. Они могут произойти, если социальная база музыкально-культурной традиции разрушается, её нравственно-эстетические и духовные основы утрачивают своё значение, музыканты-исполнители перестают полноценно функционировать и качественно транслировать её артефакты, жанры и стили.
Заключение
Как видно из приводимых нами рассуждений, музыкально-культурная традиция, с одной стороны, сильна своим стабилизирующим механизмом, с другой стороны, её организм может оказаться достаточно хрупким в периоды радикальных реформ. Стремление ускорить процесс обновления не ведёт к её исчезновению, поскольку самой музыкально-культурной традиции присущ "стабилизационный" механизм. При этом в процессе своего выживания она остро нуждается в регулярной и постоянной репрезентации.
Являясь средством консолидации разных национальностей, музыкально-культурная традиция выступает действенным способом объединения всех народов не только в России, но и за её пределами. Приходя из прошлого, она, обновляясь, становится частью современной музыкальной культуры и потенциально готова вступить в будущее, встраиваясь в сознание определённого народа - его менталитет, который выражается в жизненных установках, духовных и культурных ценностях личности, образцах художественного творчества.
В нашей стране существует ряд общественных организаций, стремящихся своими действиями помочь выжить и развиваться культурным традициям в современных условиях. Их деятельность связана с налаживанием широких и многообразных контактов с представителями многонациональной культуры России. Сегодня защита системы музыкально-культурной традиции и традиционной музыкальной культуры в целом - это прерогатива государства и учебных заведений сферы культуры и искусства, занимающихся проблемами традиционных музыкальных культур.
В настоящее время можно отметить ряд значительных мер, направленных на сохранение национальных традиций народов России, в том числе в сфере музыкально-инструментального исполнительства. Имеется в виду не только профессиональная подготовка музыкантов-исполнителей на народных инструментах России, сохранение музыкальных текстов, изготовление национальных музыкальных инструментов и организация звуковой реализации фольклора в аудиторной среде, но и материальное обеспечение процессов музицирования в концертных мероприятиях разного уровня, фестивалях, конкурсах и т. д.
Не менее важным является специальное внимание к данной проблематике и в сфере музыкально-педагогического образования. Понимание будущими музыкантами-педагогами сущности и механизма функционирования традиционных музыкальных культур, характера их взаимодействия и взаимосопряжённости будет способствовать в их дальнейшей профессиональной деятельности сохранению и развитию отечественной народной музыкальной культуры как культуры полиэтнической. Тем самым музыкально-культурные традиции смогут закреплять свои позиции, постоянно обновляясь и эволюционируя во времени и пространстве.
Библиография
1. Одоевский В.Ф. Музыкально-литературное наследие. М.: Гос. муз. изд-во, 1956. 729 с.
2. Алексеев Э.Е. Фольклор в контексте современной культуры (рассуждения о судьбах народной песни). М.: Советский композитор, 1988. 236 с.