Публикация в газете началась сразу со второй главы первой части романа, при этом главы не имели собственных названий. В центре повествования - судьба молодого графа Алексея Петровича Нагорова, живущего в Санкт-Петербурге и занимающегося литературным трудом, и его окружения. Читатель знакомился с атмосферой молодежных собраний, с работой столичных периодических изданий, а также с деятельностью мошенников, из-за которых Нагоров попал в романе в затруднительное положение. Есть здесь и любовная линия, заканчивающаяся смертью возлюбленной главного героя.
Во второй части, судя по замыслу, должна была быть описана уголовная авантюра, в которую оказался втянут Нагоров, а третья часть была бы посвящена суду и ссылке. Сюжет в общих чертах совпадал с биографией самого Долгорукова, который в молодости сотрудничал со столичными газетами и журналами, участвовал в мошеннических проделках своих знакомых, затем был осужден и выслан в Сибирь.
О причинах прекращения публикации нет сведений, но можно предположить, что это было связано с невысокой читательской оценкой появившихся в газете глав. Они были написаны довольно поверхностно, характер главного героя дан самыми общими чертами, событийный ряд не отличался особой динамикой.
В целом можно говорить о том, что В.А. Долгоруков не смог справиться с такой крупной и сложной формой, как роман. Любопытно, что следующая попытка представить этот жанр сибирской публике состоялась снова в этом же издании, в "Сибирском вестнике": в 1905 г. на страницах газеты публикуются пролог и несколько глав из первой части романа Дм. Арсеньева "Весенние грозы". Предполагалось, что роман будет состоять из двух глав. Судя по замыслу, в центре внимания автора были события начала XX в., включая Русско-японскую войну 1904-1905 гг.: вероятно, они должны были подводить читателя к идее о необходимости Первой русской революции. Неслучаен был образ весенней грозы, вынесенный в заголовок: революция воспринималась авторами "Сибирского вестника" как разрушительное проявление стихии, но в то же время способствующее обновлению, очищению российской общественной жизни от того, что мешало развиваться дальше.
В этом незавершенном романе наиболее интересной и динамичной частью является пролог "Под Мукденом", в котором описывается отступление русских войск после Мукденского сражения периода Русско-японской войны. Благодаря мастерству автора читатель мог представить общий масштаб сражения, "приблизиться" и в деталях рассмотреть положение в отдельном окопе и наконец "переместиться" в расположение госпиталя, который необходимо было эвакуировать, однако в суматохе отступления ему пришлось спасаться самостоятельно. Живые жанровые сцены, динамичные диалоги, общий стремительный темп повествования воссоздавали атмосферу хаоса на фронтовой линии, отчаяния, паники и в то же время решительного настроя людей, выполняющих свой долг. Пролог заканчивался неожиданной встречей: на поле боя врачи госпиталя обнаружили раненого офицера Нефедьева, в котором узнали своего хорошего друга. После этого повествование резко сбавляет свой темп: неторопливо и подробно автор приступает к описанию детства и юности Марьи Дмитриевны Карасевой (из пролога читатель уже знает, что она работала медицинской сестрой в госпитале). На знакомстве студента Нефедьева и юной Марьи Дмитриевны роман прервался в связи с прекращением выхода "Сибирского вестника".
Из-за внезапной остановки публикации трудно судить о перспективах развития сюжета и тем более о том, насколько удачной была бы эта попытка романа. С одной стороны, пролог показал способность автора к созданию захватывающего сюжета, его умение работать с малой формой. В то же время основное повествование оказалось переполненным деталями, ненужной "сказовостью", неожиданными после динамики пролога и рассеивающими внимание читателя.
Наконец, с 1907 г. началась публикация целой серии романов В.В. Курицына (выступавшего под псевдонимом Не-Крестовский) в газете "Сибирские отголоски": "Томские трущобы", "Человек в маске", "В погоне за миллионами", "В зареве пожара", которые открыли новую страницу в истории сибирской литературы. Они представляли новую разновидность сибирского "газетного романа" - приключенческого, авантюрного, уголовного, с элементами мистики. У массовой публики эти романы пользовались чрезвычайной популярностью: известно, по крайней мере, о двух переизданиях первого романа из этой серии "Томские трущобы", выпущенных в 1908 и 1909 гг. в Томске. Одновременно романы подвергались жесткой критике со стороны передовых сибирских литераторов и журналистов, оценивавших их как "пошлость" (В. Крутовский), "лубочный товар" и "желтую проповедь" (Г. Гребенщиков) и т. д. Необходимо добавить, что они публиковались в газете "Сибирские отголоски", основателем которой был В.А. Долгоруков, считавшийся "литературным графоманом" среди части томских журналистов и литераторов.
Скандальная известность романов и неприятие их со стороны "демократов" привели к тому, что литературоведение XX в. отнеслось к этим произведениям с большой прохладой. О В.В. Курицыне упоминалось во всех литературных энциклопедиях и работах, посвященных литературе Сибири, романы же в лучшем случае удостаивались нескольких строчек с характеристикой "авантюрно-сатирические" (см., например: [Очерки русской литературы Сибири, 1982, с. 515]) Однако современный литературоведческий дискурс позволяет по-новому, непредвзято взглянуть на творения Не-Крестовского, открыть в них связь с мировой литературной традицией авантюрного романа, с большим успехом развернутой на местном сибирском материале.
Романы Не-Крестовского были особенно привлекательны для публики своей географической привязкой: все действие происходило в Томске, на узнаваемых томских улицах и переулках, в знакомых местах - трактирах, гостиницах, в городском саду, на загородных дачах и т. д. К тому же В.В. Курицын заметно совершенствовался в романном жанре: если первый роман, "Томские трущобы", был довольно "ходульным" и скучноватым, то со временем описания похождений и преступлений героев стали более развернутыми и динамичными, характеры - сложными, неоднозначными. Действие "Человека в маске", служащего продолжением "Томских трущоб", вышло за пределы города, здесь появились описания сибирской природы, других сибирских городов, увеличилось количество действующих лиц, усложнились отношения между ними. Действие должно было быть продолжено в романе "В погоне за миллионами", но, к сожалению, переход газеты в другие руки прекратил публикацию сразу двух романов: "В погоне за миллионами" и революционно-приключенческого "В зареве пожара".
Особенностью романов Не-Крестовского был их четкий газетный формат: маленькие главы, каждая из которых была рассчитана на один номер, броские заголовки, отсылки читателей к предыдущим номерам и главам романа. Этот же принцип был воплощен и в романе "В зареве пожара", на первый взгляд тематически отличающемся от уголовных "Томских трущоб" и их продолжений, - романе на тему подготовки Первой русской революции и о революционном движении вообще. Однако в итоге роман также выстроился как приключенческий, сенсационно-развлекательный и был прекращен новым руководством редакции.
Последним томским "газетным романом" стали "Герои сибирского Чикаго": публикация была осуществлена в газете "Сибирский свет" в 1916-1917 гг., автором романа был В.В. Невский, выступивший под псевдонимом Могуч. Жанр был определен как "новелла минувших дней", из заявленных трех частей были опубликованы две и две главы части третьей. Этот роман продолжил традицию авантюрного уголовного романа на местном материале, действие в нем разворачивается в сибирском Чикаго - Новониколаевске (современный Новосибирск). Здесь присутствуют и злодеи, прячущиеся "под маской либерализма" (таково название первой части романа), и роковые красавицы, и жертва обстоятельств - молодой богатый красавец Мариновский, вокруг которого вращается все действие, и не очень удачливый полицейский (Хапен), мелкие жулики и другие традиционные персонажи такого рода произведений.
Таким образом, исследование томских "газетных романов" выявляет определенную динамику в развитии жанра: от социального и автобиографического ("Не столь отдаленные места", "В житейском омуте", "Весенние грозы"), рассчитанного на читателя высокообразованного и социально активного, авторы перешли к роману авантюрному как наиболее востребованному у массового читателя. Это соответствовало тенденции расширения массовой аудитории в начале XX в., вовлечению в круг чтения газет малообразованного жителя российской провинции, из-за активизации общественной жизни (Русско-японская война, Первая русская революция и т. д.) вынужденного обратиться к новым для него источникам информации.
Из восьми романов, публиковавшихся в томских газетах, полностью дошли до читателя только два: "Томские трущобы" и "Человек в маске". Остальные по разным причинам не были закончены, в большинстве случаев из-за прекращения изданий, в которых они публиковались. И только три романа в итоге вышли в виде отдельных книг: "Не столь отдаленные места" К.М. Станюковича и "Томские трущобы" и "Человек в маске" (первая часть) В.В. Курицына (Не- Крестовского). Это свидетельствует о том, что романы воспринимались читателями как часть газеты, а не как самостоятельные произведения художественной литературы. Автор также не стремились в большинстве случаев довести свои произведения до стадии издания отдельной книгой.
Тем не менее присутствие этого жанра в структуре газеты говорит о том, что издатели периодики высоко ценили его возможности прежде всего как средства привлечения читателей. Публикация романа говорила и о том, что газете удалось заполучить в качестве автора человека, способного справиться с такой сложной литературной формой, а следовательно, свидетельствовала о достаточно высоком качестве всего издания. Несмотря на жесткую критику современников, В.В. Курицын был востребованным и популярным автором в Сибири, а его произведения были переизданы в конце XX в. в Томске. С другой стороны, такие серьезные сибирские авторы, как Г. Гребенщиков, Г. Вяткин, в начале XX в. выступали на страницах газет и журналов только с "малыми формами" - рассказами, очерками, повестями, хотя читательская аудитория была готова к восприятию и крупных романных форм.
Дальнейшие исследования сибирского "газетного романа", несомненно, помогут ответить и на другие вопросы, касающиеся особенности поэтики, литературных традиций и новаций в жанре авантюрного и уголовного романа.
Список литературы
1. Анисимов К.В. Проблемы поэтики литературы Сибири XIX - начала XX века: Особенности становления и развития региональной литературной традиции. Томск: Изд-во Том. ун-та, 2005. 304 с.
2. Жилякова Н.В. Рождение романа: путешествие из Сибири в Петербург (К.М. Станюкович "Не столь отдаленные места") // Сибирский текст в русской культуре. Томск: Сибирика, 2003. С. 44-53.
3. Очерки русской литературы Сибири. Т. 1: Дореволюционный период. Новосибирск: Наука, 1982. 606 с.
4. Потанин Г.Н. Роман и рассказ в Сибири // Литературное наследство Сибири: В 7 т. Т. 7. Новосибирск, 1986. С. 219-238.
5. Серебренников Н.В. Опыт формирования областнической литературы. Томск: Изд-во Том. ун-та, 2004.
6. "Сибирская газета" в воспоминаниях современников / Вступ. статья, подгот. текста и коммент. Н.В. Жиляковой; Научн. ред. Н.М. Дмитриенко. Томск: Изд-во НТЛ, 2004. 200 с.
7. Список источников
8. Не-Крестовский. Томские трущобы. Томск: Паровая тип. Н.И. Орловой, 1908. 325 с.
9. Не-Крестовский. Томские трущобы. Томск: Изд. В.М. Посокина, 1909. 317 с. Не-Крестовский (В. Курицын). Томские трущобы. Томск: Красное знамя, 1991. 211 с.
10. Не-Крестовский. Человек в маске. Ч. 1. (Продолжение романа "Томские трущобы"). Томск: Паровая тип. Н.И. Орловой, 1908. 215 с.
11. Не-Крестовский (В. Курицын). Человек в маске. Ч. 1. Томск: Красное знамя, 1991. 141 с.
12. Сибирская газета. Томск. 1886-1888.
13. Сибирский вестник. Томск. 1890. 1905.
14. Сибирские отголоски. Томск. 1907-1910.
15. Сибирский свет. Томск. 1916-1917.
16. Станюкович К.М. Не столь отдаленные места: Роман из сибирской жизни. СПб., 1889.
17. Станюкович К.М. В места не столь отдаленные // Станюкович К.М. Собр. соч.: В 13 т. М., 1897-1900. Т. 9. М., 1897. С. 1-220.
18. Станюкович К.М. В места не столь отдаленные // Станюкович К.М. Полн. собр. соч: В 12 т. 2-е изд. / Под ред. и с биограф. очерком П.В. Быкова, с прилож. портрета К.М. Станюковича. СПб., 1906-1907. Т. 8. СПб., 1907. С. 250-448.
19. Станюкович К.М. В места не столь отдаленные / Подгот. текста и примеч. А.В. Вансловой. Новосибирск, 1964. С. 17-232.