В силу п. 2 ст. 990 ГК допускается заключение договора комиссии на определенный срок или без указания срока его действия, с указанием или без указания территории исполнения, с обязательством комитента не предоставлять третьим лицам права заключать в его интересах и за его счет сделки, совершение которых поручено комиссионеру, или без такого обязательства, с условиями или без условий относительно ассортимента товаров, являющихся предметом комиссии.
Приведенная норма, которой исчерпывается специальное регулирование, непосредственно связанное с возникновением комиссионных договорных отношений, относится к числу факультативных <*>. Она содержит лишь адресованную сторонам "подсказку", которой они при подготовке к подписанию договора могут воспользоваться.
--------------------------------
<*> Следует отметить, что соответствующую часть ст. 990 ГК можно расценить как не совсем удачную с точки зрения юридической техники. Имеется в виду, что факультативные нормы как таковые предполагают определенный вариант, который стороны либо принимают, либо им пренебрегают. Таким образом, необходимость в указании в самой норме вариантов, построенных по модели "или да или нет", становится в известном смысле излишней.
Отсутствие особого регулирования соответствующих вопросов применительно к данному договору восполняется общими положениями ГК о сделках и договорах как их разновидности. Вместе с тем ряд посвященных порядку заключения и форме договора норм помещены в некоторые специальные правовые акты.
Так, Указ Президента РФ от 31 августа 1995 г. "О порядке передачи в 1995 г. в залог акций, находящихся в федеральной собственности" (приложение N 3) содержал перечень обязательных условий договора комиссии, заключенного по результатам аукциона между Российским фондом федерального имущества и победителем аукциона или указанным им лицом <*>.
--------------------------------
<*> Собрание законодательства РФ. 1995. N 36. Ст. 3527.
В качестве примера можно сослаться также на Правила комиссионной торговли непродовольственными товарами, о которых уже шла речь. В них перечисляются условия, которые необходимо включать в договор, что позволяет рассматривать их как существенные. Речь идет о наименовании товара, степени износа и недостатков бывшего в употреблении товара, цене товара, размере и порядке выплаты комиссионного вознаграждения и др. Оговорив одновременно возможность включения в договор и иных условий, Правила особо упомянули, что они не должны ущемлять прав комитента. Указанные Правила последовательно придерживаются консенсуальной модели договора. По этой причине в них и выделяется особо стадия приема товаров на комиссию, но сама такая стадия укладывается в рамки уже существующего к этому времени договора. Отмеченное и дало возможность рассматривать непринятие вещей комитентом как отказ от исполнения договора, влекущий за собой обязанность возместить комиссионеру убытки, причиненные отменой поручения.
В отличие от договоров розничной купли-продажи (п. 2 ст. 492 ГК), проката (п. 3 ст. 626 ГК), бытового подряда (п. 2 ст. 730 ГК), договора перевозки транспортом общего пользования (п. 2 ст. 789 ГК), банковского вклада со вкладчиками-гражданами (п. 2 ст. 834 ГК), складского хранения, заключаемого товарным складом общего пользования (п. 2 ст. 908 ГК), хранения в ломбарде вещей, принадлежащих гражданину (п. 1 ст. 919 ГК), хранения вещей в камере хранения транспортных организаций (п. 1 ст. 923 ГК), личного страхования (п. 1 ст. 927 ГК) глава о договоре комиссии не содержит указания на признание определенных его видов публичными договорами. Однако это не исключает оснований для подобной оценки тех из договоров комиссии, которые отвечают установленным в п. 1 ст. 426 ГК признакам публичного договора.
Указание на публичный характер соответствующего комиссионного договора включено в Положение о таможенном брокере. Предусмотрев, что деятельность таможенного брокера в совершении от собственного имени операций по таможенному оформлению товаров и транспортных средств и выполнении других посреднических функций в области таможенного дела за счет и по поручению представляемого лица, Положение одновременно указало на то, что "взаимоотношения таможенного брокера с представляемым лицом строятся на основе договора. Такой договор является публичным и совершается в письменной форме" <*>.
--------------------------------
<*> В указанном Положении, утвержденном Постановлением Правительства РФ от 17 июля 1996 г. (Собрание законодательства РФ. 1995. N 31. Ст. 3737), содержится указание на то, что "таможенный брокер обязан заключить договор с любым лицом, которое к нему обратится, за исключением случаев, когда имеются достаточные основания полагать, что действия или бездействие такого лица являются противоправными и влекущими уголовную ответственность либо ответственность, предусмотренную Таможенным кодексом, а также иных случаев, предусмотренных Положением. Таможенный брокер не вправе оказывать предпочтения одному лицу перед другим в отношении заключения договора, за исключением случаев, предусмотренных Положением".
Права и обязанности комитента и комиссионера довольно широко урегулированы в ГК, а с учетом специфики определенных видов комиссии - также в посвященном им специальном законодательстве.
Как и применительно к другим договорам, это все же в наибольшей степени относится к обязанностям активной стороны в договоре, в данном случае - комиссионера.
Из определения договора комиссии вытекает, что в обязанность комиссионера входит совершение по поручению комитента сделки (сделок) с третьим лицом. Поскольку комиссионер заключает сделку от своего имени, юридической связи третьего лица с комитентом сделка, о которой идет речь, сама по себе породить не может. По этой причине комиссионер обязан не только совершить сделку, но и передать ее результат комитенту.
Форма, в которой выражается подлежащий передаче результат сделки, может быть различной. До того, как третье лицо исполнит обязательство, принятое им на себя по заключенной с комиссионером сделке, обязательство последнего перед комитентом должно считаться исполненным со времени передачи комитенту прав по сделке. Для этого достаточно соглашения на указанный счет комиссионера с комитентом (соглашения о передаче).
В качестве примера можно указать на одно из решений Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ. В нем было признано, что предложение комитента уступить ему права продавца по заключенному комиссионером договору купли-продажи и соглашение на этот счет покупателя-комиссионера освободило последнего от обязанностей по указанному договору, т.е. от передачи товара в натуре <*>.
--------------------------------
<*> Дело N 6065 за 1996 г. (см.: Сарбаш С.В. Арбитражная практика по гражданским делам. Конспективный указатель по тексту Гражданского кодекса. М.: Статут, 2000. С. 737).
Вместе с тем договор комиссии может предусматривать условия в расчете на иную ситуацию: третье лицо не только совершает сделку, но и исполняет ее для комиссионера. Тогда полученное по сделке от третьего лица комиссионер должен передать комитенту. В соответствии со ст. 999 ГК эта обязанность охватывает все полученное от третьего лица по совершенной с ним сделке. Удержать что-либо из исполненного, ссылаясь, в частности, на то, что третье лицо передало больше того, на что комитент мог рассчитывать, комиссионер не вправе.
Особенность правового положения комиссионера состоит в том, что обязанности исполнения сделки, совершенной им с третьим лицом, комиссионер на себя не принимает. Вследствие этого правила, регулирующие ответственность должника за действия того, на кого он возложил исполнение своего обязательства (ст. 403 ГК), применению в рассматриваемом случае не подлежат. Прямое указание на этот счет содержится в п. 1 ст. 993 ГК: комиссионер не отвечает перед комитентом за неисполнение третьим лицом сделки, заключенной с ним за счет комитента.
Однако приведенная статья одновременно установила, что ответственность, о которой идет речь, в двух обозначенных в п. 1 ст. 993 ГК случаях комиссионер все же должен нести. Прежде всего это бывает тогда, когда оказывается, что он не проявил необходимой осмотрительности в выборе третьего лица. Чаще всего это выражается в том, что комиссионер тем самым оказал доверие тому, кто его не заслужил. Хотя редакция приведенной нормы такова, что позволяет считать ответственность за проявленную неосмотрительность разновидностью ответственности за действия третьего лица, на самом деле речь в подобном случае идет об ответственности не за чужую, а за собственную вину. Налицо, таким образом, culpa in eligendo.
Вторая ситуация имеет в виду случаи, при которых комиссионер принимает на себя ручательство за исполнение третьим лицом сделки (делькредере). Следует прежде всего отметить, что делькредере при всем внешнем сходстве с поручительством не является его разновидностью. Принципиальное его отличие отметил К.А. Граве. Речь идет о том, что при поручительстве происходит ручательство перед кредитором третьего лица за действия последнего, "в случае же "делькредере" комиссионер ручается перед своим кредитором (каковым по договору комиссии по отношению к комиссионеру является комитент) за третье лицо, которое, однако, является должником не комитента, а должником самого комиссионера" <*>.
--------------------------------
<*> Отдельные виды обязательств. С. 310. В имевших место ранее и теперь высказываниях о делькредере его чаще все же отождествляют с поручительством. Такую позицию занимал Г.Ф. Шершеневич. Начав с того, что "в основании del credere лежит договорное соглашение, в силу которого комиссионер переносит на себя тот риск, который естественным образом лежит на комитенте", он пришел к выводу, что "правильнее всего видеть в соглашении о del credere установление срочного поручительства со всеми его последствиями" (Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. Т. 2. С. 206). Аналогичный взгляд высказывал В.А. Краснокутский: "Комиссионер не должен быть поручителем за третьих лиц. Ничто не мешает комиссионеру принять на себя такое поручение. Оно называется del credere" (Краснокутский В.А. Указ. соч. С. 32). Можно указать также на два последних по времени учебника гражданского права, из которых в одном (Гражданское право. Т. I, полутом 2 / Под ред. Е.А. Суханова. Изд. 2-е. М., 1999. С. 101) обращается внимание на то, что в подобных случаях "комиссионер одновременно становится поручителем" (ст. 361 ГК). Во втором автор придерживается более осторожной позиции, считая, что делькредере "сходно по своей природе с поручительством" (Гражданское право. Часть 2 / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М., 1997. С. 570). Необходимость вынести делькредере за рамки поручительства вытекает уже из приведенного в тексте замечания К.А. Граве. Дело в том, что в отличие от ст. 354 - 364 ГК, очевидно, нельзя считать комиссионера ни солидарным, ни субсидиарным должником уже потому, что в рассматриваемом случае нет основного должника, без которого поручительство существовать не может. Имеется в виду, что тот, кто совершает сделку с комиссионером, не играет роли основного должника уже в силу отсутствия у него юридической связи с комитентом. Есть у делькредере кое-что общее и со страхованием. Но такое отождествление вряд ли можно считать удачным. Отвергая идею "del credere - форма страхового договора", Г.Ф. Шершеневич сослался на то, что "страховой договор есть основной договор, тогда как del credere - только дополнительный; при страховом договоре страхователь вправе требовать страховую сумму, доказав наступление предусмотренного несчастного события, тогда как комиссионер по del credere обязуется заплатить комитенту неполученную им в срок цену независимо от доказательства несостоятельности или неисправности третьего лица" (Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. Т. II. С. 207). Очевидно, значение должно иметь именно то, что в отличие от страхования, при котором по общему правилу у страхователя есть возможность обратиться для возмещения ущерба либо к тому, кто его причинил, либо к страховщику, в данном случае обращение потерпевшего к тому, кто причинил вред, - третьему лицу - для комитента заведомо исключается. В результате остается использовать обычный для такого рода ситуаций прием: отнести делькредере к правовым конструкциям sui generis.
В то время, когда были написаны эти строки, т.е. в период действия ГК 1922 г., автор мог бы указать и на еще одно отличие, имевшее особое значение. Речь идет о том, что и ранее, и теперь Кодекс предусматривает обязанность поручителя нести ответственность за должника. В то же время в соответствии с Кодексом 1922 г. при делькредере в случае неисполнения сделки третьим лицом на комиссионера, принявшего такое ручательство, возлагалась обязанность доставить комитенту все то, что ему следовало по неисполненному третьим лицом договору (ст. 275-д) <*>.
--------------------------------
<*> Такой же была редакция соответствующей статьи в проекте Гражданского уложения. В комментарии к этой статье ее смысл усматривается в следующем: она "установляет, что комиссионер, принявший на себя ручательство за своего контрагента, обязан доставить препоручителю все то, что ему следует по неисполненной третьим лицом сделке. Если обязательства, гарантированные комиссионером, не будут исполнены, причем для препоручителя совершенно безразлично, по чьей вине это произошло - по вине ли третьего лица или комиссионера, то происшедшие вследствие этого убытки покрываются комиссионером, как следствие неточного исполнения гарантированного им обязательства, но покрытие убытков - это не сущность ручательства комиссионера, а следствие неточного исполнения гарантированного обязательства. Для препоручителя, конечно, важно, чтобы понесенные им убытки были возмещены, но для него еще важнее, чтобы обязательства, возникшие из заключенной за его счет сделки, были исполнены точно и своевременно. К этому и стремится проектируемая статья" (Гражданское уложение. Книга пятая. Обязательства. Том третий. С объяснениями. С. 180).
Между тем ГК, как и его непосредственный предшественник, такой функции делькредере не предполагает. Делькредере представляет собой дополнительную услугу, подлежащую, притом непременно, дополнительной оплате (ст. 991 ГК). Подобно поручительству, del credere, как можно сделать вывод из п. 1 ст. 993 ГК, - это не ответственность, а долг. Из чего, в частности, вытекает, что достаточным основанием для вступления его в силу служит неисполнение сделки третьим лицом как таковое.
Обе ситуации, выделенные в ст. 993 ГК, - непроявление осмотрительности и del credere, - как следует из редакции ее п. 1, представляют собой исключение из приведенного в этом же пункте правила. А это означает, что как таковая принятая на этот счет норма не подлежит распространительному толкованию.
Наряду с ответственностью комиссионера за собственную вину, правда, в очень узких пределах, а также принятием на себя дополнительной особо оплаченной гарантии в виде del credere, ГК определяет и еще один способ защиты интересов комитента на случай неисполнения сделки третьим лицом: п. 2 ст. 993 ГК возлагает на комиссионера на случай неисполнения сделки третьим лицом обязанность немедленно сообщить об этом комитенту, собрав необходимые доказательства. Особое значение имеет еще одно, указанное в том же пункте, последствие: обязанность комиссионера в описанном случае передать комитенту по его требованию права по сделке. Важность этой меры для комитента состоит в том, что таким образом у него появляется возможность использовать предусмотренные законодательством способы для непосредственного воздействия на третье лицо.
Пункт 2 ст. 993 ГК не предусматривает санкций, связанных с неисполнением указанной в нем обязанности комиссионером. Однако из смысла соответствующей нормы вытекает, что комиссионер, который не исполнил указанной обязанности, в том числе не передал по требованию комитента права по отношению к третьему лицу, возникающие из заключенной с ним сделки, принимает на себя связанный с этим риск. Такую позицию прочно занимают судебные органы <*>.
--------------------------------
<*> В подтверждение можно привести такой пример. По договору комиссии предприятие обязалось от своего имени совершать сделки по реализации автомашин. Такие сделки были заключены с рядом фирм и исполнены комитентом. Однако их оплата третьими лицами - покупателями произведена не была. При предъявлении впоследствии требования комитентом и комиссионером в нижестоящий арбитражный суд последовал отказ в иске. Это решение Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ отменил, указав на следующее: отказывая в иске, суд сослался на п. 1 ст. 993 ГК РФ, признав, что комиссионер не отвечает перед комитентом за неисполнение сделок третьими лицами, поскольку не принял на себя ручательство за исполнение сделок с этими лицами. Однако такая ответственность у комиссионера может возникнуть, если он не проявил необходимой осмотрительности в выборе лиц, с которыми совершил сделку, на что прямо указано в том же пункте названной статьи. В соответствии с п. 2 ст. 993 ГК РФ в случае неисполнения третьим лицом сделки, заключенной с ним комиссионером, последний обязан немедленно сообщить об этом комитенту, собрать необходимые доказательства, а также по требованию комитента передать ему права по такой сделке с соблюдением правил об уступке требования. И все же, помимо этого, было обращено внимание в решении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ на то, что нижестоящий суд не исследовал фактические обстоятельства дела с учетом указанной статьи ГК РФ, а также не проверил, какие меры были приняты ответчиком для получения денег с иностранных покупателей. Кроме того, не дана оценка п. 2.5 договора, в соответствии с которым комиссионер принял на себя обязательство обеспечить юридическую и коммерческую защиту интересов комитента при выполнении контрактных обязательств (Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 2000. N 11. С. 26 - 27).
Происходящая на основе ст. 993 ГК цессия отличается определенными особенностями. Прежде всего речь идет о том, что предусмотрено в ней одно из двух указанных в п. 1 ст. 382 ГК оснований передачи прав. Им служит в данном случае закон. Именно это обстоятельство позволило признать достаточным для перехода прав выражение воли одним лицом-комитентом. Следует особо отметить и то, что интересы комитента защищает и еще одно правило, содержащееся на этот раз в п. 3 ст. 993. Суть его в том, что одностороннее волеизъявление комитента способно породить соответствующую обязанность у комиссионера - передать исполненное даже тогда, когда подобный переход будет противоречить достигнутому сторонами в сделке соглашению. Имеется в виду включенное в сделку с третьим лицом условие, предусматривающее запрещение или ограничение в какой-либо форме подобной передачи. Все же само это условие сохраняет силу. По указанной причине его нарушение комиссионером способно повлечь за собой для последнего определенные негативные последствия. Ему придется нести перед третьим лицом ответственность за негативные последствия допущенного нарушения своей обязанности по отношению к третьему лицу.