Материал: Drapkin_L_Ya_Karagodin_V_N_Kriminalistika

Следует особо подчеркнуть, что предлагая свое определение «противодействие терроризму» законодатель допустил серьезную методологическую ошибку, сводя всю борьбу с терроризмом к противодействию одним лишь террористическим актам (ч. 1 ст. 3 ФЗ «О противодействии терроризму»). Более там, законодатель не только допустил известную логическую ошибку формулируя слишком узкое определение понятия «преступления террористической направленности»¹, но и вступил в явное противоречие с другим федеральным законом — УК РФ, по которому «террористический акт» составляет лишь один из многих деяний террористической направленности (ст. 205 УК РФ), в то время как другие террористические деликты (захват заложников; организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем и т.д.) регламентированы другими нормами уголовного законодательства. Эту ошибку законодатель повторяет во многих разделах и нормах Федерального закона от 06.03.2006 г. Но эта ошибка носит не только логический и уголовно-правовой характер, она негативно влияет на разработку тактических, методических оперативно-розыскных, военно-боевых и иных теоретических и практических аспектов антитеррористической деятельности. В связи с этим считаем, что отмеченные выше недостатки и явное несоответствие Федерального закона «О противодействию терроризму» действующему уголовному законодательству следует устранить.

В-третьих, представляется верным позиция законодателя, включавшего в группу террористических преступлений некоторые деяния экстремистской направленности — ст.ст. 280, 282.1, 282.2 УК РФ (ст. 24 Федерального закона «О противодействии терроризму»). Полагаем, что позиция Законодателя связанна с рассмотренной правовой инкорпорацией вполне обоснованна с теоретической и весьма рациональна с практической точек зрения.

Экстремизм определяется как совокупность наиболее крайних взглядов, идей, ультранационалистических мер и действий в какой-либо сфере деятельности. Подобие крайних взглядов и идеи, сочетающиеся с соответствующими действиями, основанные на «на мотивах политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы», во многих уголовно-правовых ситуациях можно рассматривать как содействие, пособничество, подстрекательство или оправдание террористической деятельности. Именно в экстремистских организациях и сообществах, прикрывающимися благородными названиями, «вывесками» культурно-исторических обществ, нередко происходит идейно-политическая обработка и подготовка террористов, совершавших убийства, взрывы, захваты заложников и других особо опасных деяний.

Организационные основы антитеррористической деятельности

Главные субъекты процесса организации антитеррористической деятельности и их функции:

1) Президент РФ определяет:

- основные направления государственной политики в области противодействия терроризму; компетенцию федеральных органов исполнительной власти; принимает решение о формировании органов, координирующих антитеррористическую деятельность или отдельные наиболее серьезные и особо важные контртеррористические операции.

2) Главный руководящий орган, принимающий основные решения по долговременной и текущей работе по противодействию терроризму – Национальный антитеррористический комитет (НАК), в соответствии с Указом президента РФ от 15.09.2006 г. имеет следующий состав:

Председатель НАК – директор ФСБ РФ;

Заместитель Руководителя Администрации президента;

Министр внутренних дел РФ;

Заместитель директора ФСБ РФ;

Заместитель Председателя Совета Федерации РФ;

Заместитель Председателя Государственной Думы РФ;

Руководитель Аппарата Правительства Российской Федерации;

Министр РФ по делам гражданской обороны и чрезвычайных ситуаций;

Министр иностранных дел РФ;

Министр здравоохранения РФ;

Министр связи РФ;

Министр промышленности и торговли;

Министр энергетики РФ;

Министр юстиции России;

Директор ФСО России;

Директор СВР России;

Руководитель Росфинмониторинга;

Начальник генерального штаба ВС РФ;

Заместитель секретаря Совета Безопасности РФ.

3) Правительство РФ:

- определяет компетенцию федеральных органов власти, руководство которых в области противодействия терроризму оно осуществляет;

- организует разработку и осуществление мер по предупреждению и ликвидации последствий терактов.

4) Федеральные органы исполнительной власти, органы государственной власти субъектов РФ и органы местного самоуправления осуществляют противодействие терроризму в пределах своих полномочий.

5) Указанные выше органы в целях координации деятельности по противодействию терроризму по решению Президента РФ могут формировать органы для реализации соответствующих антитеррористических решений.

В субъектах РФ созданы антитеррористические комиссии. Председателем антитеррористической комиссии является руководитель высшего исполнительного органа государственной власти субъекта РФ.

Основные понятия, используемые в данной главе учебника

1) Терроризм. В соответствии с ч. 1 ст. 3 Федерального Закона от 06.03.2006 г. – терроризм определяется как «идеология насилия и попытка воздействия на принятие решений органами государственной власти, местного самоуправления или международными организациями, связанные с устрашением населения или иными формами противоправных насильственных действий».

В этом определении не точно использован термин «идеология», поскольку это понятие означает «систему идей, принятых в каком-либо философском учении или социальном строе, религии, искусстве, морали»⁵⁰.Разумеется, идеология терроризма как система античеловеческих взглядов может быть у лидеров и вдохновителей терроризма, но у рядовых непосредственных исполнителей разнообразных террористических деяний, в подавляющем большинстве, отсутствуют даже разрозненные идеологические воззрения.

В связи с этим в определение терроризма после слов «терроризм – идеология насилия и … включить союз (или)». После этой редакции определение терроризма будет охватывать не только практические деяния террористов, но и деятельность их идеологов, содержащих такие деяния как «публичные призывы к осуществлению террористической деятельности» или «публичное оправдание терроризма» (ст. 205.2 УК РФ).

Однако мнение комментаторов Федерального закона С.Ю. Сапрыкина, Ю.Г. Байбакова и В.Д. Иванова о недопустимости приведенного выше определения терроризма (без предложенной нами редакции), в связи с невозможностью применения ст. 205 УК РФ к преступникам в случае «отсутствия у них идеологии насилия»⁵¹, представляется ошибочным по нескольким основаниям.

Во-первых, в УК РФ в настоящее время нет понятия терроризма. В соответствии с Федеральным законом от 27.07.2006 г. осуществлена обоснованная редакция ст. 205 УК РФ и обобщенный термин «терроризм» заменен на конкретный и соответствующий диспозиции этой нормы термин – «террористический акт». Поэтому теоретическое определение терроризма, приведенное в одном федеральном законе, не влияет на практическое использование конкретных (юридических) норм, содержащихся в другом федеральном законе (УК РФ), выполняющего иные правовые функции.

Во-вторых, соответствующие нормы УК РФ предусматривают уголовную ответственность за конкретные террористические деяния, определяемые такими понятиями как «террористический акт», «захват заложника», «вооруженный мятеж» и т.д., а не за обобщенное понятие «терроризм».

В-третьих, приведенное в Федеральном законе общее понятие терроризма, но в предложенной нами редакции, фактически охватывает все преступления террористической направленности, включенные в УК РФ.

2) В ч. 2 ст. 3 Федерального закона от 26.03.2006 г. сформулировано понятие «террористическая деятельность», включающее в свое содержание:

а) организацию, планирование, подготовку, финансирование и реализацию террористического акта;

б) подстрекательство к террористическому акту;

в) организацию незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации), организованной группы для реализации террористического акта, а также участие в такой структуре;

г) вербовку, вооружение, обучение и использование террористов;

д) информационное или иное пособничество в планировании, подготовке или реализации террористического акта;

е) пропаганду идей терроризма, распространение материалов или информации, призывающих к осуществлению террористической деятельности либо обосновывающих необходимость осуществления такой деятельности.

3) Одним из основных терминов теории противодействия терроризму является понятие контртеррористической операции, которое определяется как комплекс специальных оперативно-боевых, войсковых и иных мероприятий с применением боевой техники, оружия и специальных средств по пресечению террористического акта, обезвреживанию террористов, обеспечению безопасности физических лиц, организаций и учреждений, а также по минимизации последствий террористического акта. В этом определении вновь повторяется устойчивая ошибка Законодателя, когда вся многочисленная совокупность (группа) преступлений террористического характера подменяется всего лишь одним деликтом – террористическим актом (ст. 205 УК РФ). Поэтому в приведенном выше определении вместо термина «террористический акт» необходимо использовать значительно более широкое понятие – преступления террористической направленности. Следует отметить, что контртеррористическая операция по своему объему значительно шире чем разработанная криминалистами тактическая операция, поскольку в первую из них входят не только оперативно-розыскные и следственные действия, но и главным образом, войсковые, оперативно-боевые и иные мероприятия.

36.2 Групповая криминалистическая характеристика преступлений террористической направленности и особенности возникновения типовых следственных ситуаций

В соответствии с диспозицией ч. 1 ст. 205 УК РФ и ст. 24 ФЗ «О проти­водействии терроризму» в группу преступлений террористического характера входят 13 видов преступлений Особенной части Уголовного Кодекса Российс­кой Федерации. Тем самым, Законодатель в 2006 г. значительно расширил группу террористических деяний, включив в нее экс­тремистские преступления. Кроме того, федеральным законодательством диспозиции некоторых соста­вов преступлений уточнены, несколько изменена их редакция. Особое значение с криминалистических позиций приобрело примечание «1» к ст. 205 УК РФ, разъясняющее понятие «финансирование терроризма». Законодатель устано­вил, что «под финансированием терроризма … понимается предоставление или сбор средств либо оказание финансовых услуг с осознанием того, что они пред­назначены для финансирования организации, подготовки или совершения хотя бы одного из преступлений, предусмотренным ч.1 ст. 205¹ УК РФ».

Криминалистическая характеристика преступлений является одним из основополагающих категорий методики расследования преступлений. Теоре­тическое и практическое значение криминалистической характеристики пре­ступлений трудно переоценить. Обобщенная информация, содержащая в ней, является результатом всестороннего научного исследования по специальной программе значительного массива уголовных дел различных групп и видов. На основании этой обобщенной информации следователь, а также и опера­тивный сотрудник органов дознания могут сделать высоковероятностные выводы, построить обоснованную версионную систему и успешно проверить свои предположения. Обобщенная информация криминалистической харак­теристики преступлений является дополнительным источником данных для главного оружия следователя — сложного и многоэтапного процесса выдви­жения и проверки версий.

Разумеется, обобщенная дополнительная информация, содержащаяся в криминалистической характеристике, соединяясь с недостаточными, нередко противоречивыми конкретными фактическими данными по делу, лишь повы­шает вероятность версионных выводов, но, тем не менее, существенно опти­мизирует расследование. В процессе построения версий информация, содер­жащаяся в отдельных «ячейках» криминалистической характеристики, соединяется с конкретной фактической информацией по уголовному делу, что приводит к существенному обогащению информационной базы версий.

По уголовным дедам террористической направленности проблемная ситу­ация возникает в процессе установления заказчиков, организаторов, исполни­телей и подстрекателей. При этом, следует иметь в виду, что нередко при совершении многих акций терроризма (захват заложников, угон судна воз­душного или водного транспорта, террористический акт, вооруженный мятеж и т.д.) преступники не скрывают свои данные либо выступают под известны­ми правоохранительным органам псевдонимами. В тех случаях, когда терро­ристы уничтожаются или задерживаются, установить их личности, чаще все­го, относительно легко, в ходе проведения оперативного отождествления, процессуального опознания, использования оперативно-справочных, крими­налистических, оперативно-розыскных учетов, экспертно-криминалистических коллекций и учетов, а также путем производства экспертиз. В то же время установить подлинных организаторов, идейных вдохнови­телей, лиц, финансирующих и вооружающих непосредственных исполните­лей террористических акций, удается далеко не всегда. Кроме того, если тер­рористам удается скрыться после совершения преступлений, то возникают существенные трудности их розыска и задержания. Возникающие при этом проблемные и конфликтные ситуации преодолеваются путем выдвижения и проверки поисковых и розыскных версий. Поисковые версии выдвигаются следователями и сотрудниками оперативных структур для установления под­линных данных террористов, а розыскные версии направлены на выявление местонахождения известных лиц, скрывающихся от правосудия. Несмотря на различную направленность следственных и оперативно-розыскных версий, несовпадающие объемы и содержание фактических баз, все они имеют анало­гичные структуры и однотипный поисковый (эвристический) механизм, которые можно отразить в следующей схеме.

В процессе проверки версий (V₁, V₂, V₃) одна из них полностью подтверж­дается и трансформируется в достоверный вывод (например, версия — V₁), а остальные версии опровергаются (фальсифицируются).

По уголовным делам террористической направленности эффективное построение и проверка следственных и оперативно-розыскных версий имеет осо­бое значение, поскольку необходимо как можно быстрее минимизировать «устрашающий эффект» этих преступлений и устранить недоверие населения к возможностям правоохранительных органов и властных структур. Кроме того, быстрое задержание либо ликвидация террористов, совершивших пре­ступления, их покровителей и пособников позволит предотвратить новые террористические деяния.

Одна из особенностей версионного процесса по преступлениям террорис­тического характера заключается в множественности версий в отношении всех лиц, участвующих в совершении этих деликтов. В криминалистической характеристике террористических преступлений особое внимание обращено на групповой характер их совершения. Даже в тех случаях, когда террористи­ческая акция совершается одним исполнителем, за «его спиной», как правило, стоят многочисленные организаторы, подстрекатели и пособники. Именно поэтому, в самом начале расследования необходимо выявить всю преступную цепочку или даже несколько таких цепочек, всесторонне анализируя исход­ные данные и производя поиск, а затем и розыск всех сообщников исполните­ля. Нередко следственным путем установить все звенья этой цепочки невозможно, в силу их повышенной латентности. В этой ситуа­ции следователь должен поручать сотрудничающим с ним оперативным работникам провести необходимые оперативно-розыскные мероприятия выявить замаскированных сообщников. Взаимодействие следователей и сотрудников органов, осуществляющих оперативно-розыскную работу, поз­воляет установить источники необходимой информации и преодолеть сущес­твенные трудности по уголовному делу.

После выявления организаторов и подстрекателей, следователи и опера­тивные работники должны изменить вектор версионного поиска с тем, чтобы, исследуя вновь полученную информацию, устанавливать новые эпизоды тер­рористических акций и новых лиц, их совершивших, то есть дополнить рас­следование новым направлением: от организаторов (подстрекателей) — к ранее нераскрытым эпизодам террористической деятельности.