Материал: Ilyasov_L_Kultura_chechenskogo_naroda_M__2009

тов расстаться с жизнью, если по его вине прольется слеза младенца104.

Учение Кунта-хаджи распространилось не только в Чечне, но и в соседней Ингушетии и в течение короткого времени оформилось в виде суфийских братств.

Организационной единицей суфийского братства был вирд — община мюридов, учеников и последователей шейха, который являлся духовным учителем. В крупных селах их подразделения возглавляли векилы (представители) шейха, им подчинялись тамады (старшие), а самые мелкие единицы управлялись «туркхами». Шейх направлял мюридов на пути их духовного совершенствования, и они должны были верить ему и повиноваться во всем. Последователи суфизма, придерживаясь основополагающих положений ортодоксального ислама, почитают святых, шейхов и устазов и совершают паломничество к местам их захоронений.

В конце XIX века из вирда Кунта-хад- жи выделилось несколько самостоятельных вирдов: шейха Бамматгирея-хаджи из селения Автуры, шейха Чиммирзы из селения Майр-Туп Шалинского района и шейха Батал-хаджи из ингушского селения Сурхохи.

Основной обряд всех этих вирдов — громкий зикр105 (коллективная медитация), начинающийся медленными телодвижениями и круговым перемещением, переходящим в быстрый бег по кругу против часовой стрелки. Суфии считают, что громкий зикр символизирует кружение ангелов вокруг трона Аллаха. Для отправления зикра необходимо знать и соблюдать предписанные шейхом правила: особые ритмические движения, регламентированную позу, умение контролировать

104Акаев В.Х., Вок Г.Б., Керимов М.М. Ислам в Чечне: традиции и современность. Грозный, 2006.

С.31.

105Зикр — восхваление Всевышнего.

дыхание. В промежутках между отдельными фазами зикра исполняются религиозные гимны (назмы), после которых читается молитва.

В современной Чечне к вирду Кунтахаджи относится большинство мусульманского населения.

Следующим по численности является вирд шейха Дени Арсанова, который был последователем Накшбандийского тариката. Его последователи совершают тихий зикр, или молчаливую медитацию.

Помимо них, в сегодняшней Чечне существуют вирды шейхов Бамматгиреяхаджи, Чиммирзы, его ученика Вис-хаджи, которые были последователями Кадирийского тариката.

К Накшбандийскому тарикату относятся вирды Докку-хаджи, Солса-хаджи.

Сегодня все чеченцы условно относят себя к какому-нибудь из этих вирдов. За исключением вирда Вис-хаджи, который представляет собой закрытую секту, все остальные вирды уже давно не имеют четкой организационной структуры. Отнесение верующим себя к тому или иному вирду — сознательный и добровольный акт и обязывает его исполнять только определенные правила молитвы и медитации, завещанные шейхом — основателем вирда.

Но никакого политического или социального значения, которое им пытались приписать в последние годы, вирды в современном чеченском обществе не имеют.

Адамалла — система нравственных ценностей, которая вбирает в себя общечеловеческие нормы, присущие чеченцу как человеку вообще. Она связана прежде всего с религиозно-этическими воззрениями чеченцев. Она свойственна всем людям, независимо от этнической принадлежности, вероисповедания, расы и социального статуса. По представлениям чеченцев, этот уровень отделяет человека от животного, противопоставляя категории «адамалла — человечность» и «акхаралла — дикость».

В эту систему ценностей входят основные коранические и библейские заповеди, которым должен следовать человек, если он хочет отличаться от животного.

Нохчалла — система нравственных ценностей, присущая чеченцу как человеку определенной этнической принадлежности, то, что отличает его от представителей других этносов.

«Нохчалла — чеченскость» не является идеей нравственного превосходства чеченцев над другими людьми. Включая в себя все категории, присущие системе «адамалла», она ужесточает нравственные требования к человеку и его поведению в обществе. Эта система накладывает на чеченца дополнительные моральные обязательства и по отношению друг к другу, и по отношению к представителям других этносов.

«Къонахалла» — квинтэссенция нравственной культуры чеченцев, это система нравственных ценностей мессианского характера, определяющая нравственный уровень человека — «благородного мужа», который берет на себя ответственность за судьбу своего народа, своей страны, жертвуя всем, не требуя никакой награды.

Чеченский этический кодекс «Къонахалла» сложился задолго до принятия чеченцами ислама. Корни его уходят в далекую древность, в глубь веков. Несомненно,

в аланскую эпоху он уже существовал. На его характер оказали заметное влияние драматические события времен нашествия на Кавказ монголов и Тимура, когда война стала для нахов-аланов обычным состоянием. О его древности говорят многочисленные параллели культа къонаха — достойного человека, народного героя с древнейшими слоями нартского эпоса106.

Вокончательном виде кодекс «Къонахалла» сформировался в Позднем Средневековье, в период войны вольных общин с феодалами, в эпоху расцвета тейповой демократии, когда высшей ценностью общества была объявлена свобода, в том числе свобода личности.

Впозднейшее время духовный аспект этого кодекса испытал определенное влияние ислама в его суфийском варианте, согласно которому главным смыслом человеческого существования является путь духовного совершенствования.

Воснове кодекса — культ къонаха, достойного мужа, главным смыслом жизни и деятельности которого является служение народу, обществу, Отчизне. Буквально понятие «къонах» переводится как «сын народа» и является не случайным и исторически обусловленным. Согласно историческим и фольклорным преданиям, орден «Къонахий» был одним из наиболее влиятельных воинских объединений, который играл важную роль в политической жизни страны нахов. В этот союз входили только воины из древних

иблагородных фамилий, посвятившие свою жизнь служению народу и Отечеству. Поведение къонаха, образ его жизни, его отношения с людьми жестко регламентировались. Малейшее отклонение от норм кодекса лишало его этого

106 Нарты — легендарные герои древнего общекавказского эпоса. В чеченском фольклоре сохранились его древнейшие пласты. Къонахом был нарт Пхармат (Прометей), который добыл с неба огонь для людей, зная, что будет обречен за это на вечные муки.

высокого звания. Поэтому уже в то время понятие «къонах» стало синонимом чести, мужества, благородства.

Но и после того, как этот воинский союз прекратил существование, къонахами чеченцы по-прежнему называли людей, которые соединяли в себе высокие личные моральные качества с беззаветным служением своему народу и Отечеству.

Древний кодекс воинов «Къонахалла» трансформировался в этический кодекс, нравственной основой которого стала идея «совершенного человека», «благородного мужа».

При этом в поздней его версии сохранилась древняя основа, регламентировавшая поведение къонаха на войне, его отношение к врагу, оружию, смерти. Она в определенной мере перекликается с европейским рыцарским кодексом и «Бусидо» японских самураев.

Поздние наслоения в кодексе «Къонахалла» связаны с влиянием мировых рели- гиозно-этических систем, главным образом суфизма. Кроме того, можно говорить об определенных параллелях культа «достойного человека — къонаха» с конфуцианством, древней этической системой, в которой стройно и ясно сформулирована идея совершенного человека.

Согласно учению, созданному в VI веке до н.э. китайским философом Конфуцием (Кун-цзы), носителем всех этических добродетелей является цзюн-цзы — благородный муж, для которого характерны два взаимовытекающих качества: принадлежность к аристократии и человеческое совершенство. Стать цзюн-цзы очень трудно, так как аристократическое происхождение человека еще не является гарантией его человеческого совершенства107.

Цзюн-цзы — идеальная личность, благородный муж, стремящийся познать правильный (нравственный) путь, быть чело-

107Конфуций. Уроки мудрости // Лунь юй. М., 1999.

С.23.

веколюбивым и следовать ритуалу, быть искренним в словах и честным в деяниях, справедливым в отношении к людям и строгим к себе. Он беспрекословно подчиняется небесной воле и всегда стремится к справедливости и исполнению долга. «Он прежде видит в слове дело, а после — сказанному следует»108.

Благородный муж придерживается «незыблемой середины»109 во всем: и в поведении, и в одежде, и в отношении к людям.

Конфуций сказал: «Если в человеке естественность превосходит воспитанность, он подобен деревенщине. Если же воспитанность превосходит естественность, то он подобен ученомукнижнику. После того как воспитанность и естественность в человеке уравновесят друг друга, он становится благородным мужем»110.

Основной этический закон для цзюнцзы — это «жэнь» — гуманность (человечность, человеколюбие), глубокая и многозначная нравственная категория, определяющая сущность человеческих взаимоотношений.

«Знатность и богатство — это то, к чему люди стремятся; если они нажиты нечестно, благородный муж от них отказывается. Бедность и униженность — это то, что людям ненавистно. Если они незаслуженны, благородный муж ими не гнушается. Как может благородный муж добиться имени, если он отвергнет человечность?»111

Жэнь — это взаимность и равенство в человеческих отношениях. Взаимность, справедливость во взаимоотношениях людей определяются нравственным принципом, который был впервые сформулирован Конфуцием и назван в европейской

108Конфуций. Уроки мудрости // Лунь юй. С. 23.

109Там же. С. 46.

110Конфуций. Лунь юй // Древнекитайская философия. М., 1972. Т. 1, гл. 2, 4.

111Конфуций. Уроки мудрости. С. 31.

этике «золотым правилом нравственности». Когда ученик спросил его, можно ли всю жизнь руководствоваться одним словом, Конфуций ответил: «Это слово — взаимность. Не делай другим того, чего не желаешь себе»112.

В существующем мире люди не могут быть равными ни по природе, ни по социальному статусу. Но сделать людей равными во взаимоотношениях может гармония ритуала — «ли», а придать им человечность — сыновняя почтительность — «сяо».

Цзюн-цзы для Конфуция — возвышенный идеал, достичь которого дано немногим. Когда у него спросили, считает ли он себя благородным мужем, Конфуций ответил: «В учености я, может быть, не уступлю другим, но в том, чтоб лично стать на деле благородным мужем, я не достиг еще успеха»113.

Конфуцианская этика и кодекс «Къонахалла» имеют множество параллелей, особенно в трактовке личных качеств «благородного мужа — достойного человека». Къонах, так же как и цзюн-цзы Конфуция, честен и правдив, почтителен к старшим и родителям, обходителен с людьми, избегает клеветы и тех людей, от которых она исходит, судит только самого себя, стремится к справедливости в человеческих отношениях, милосерден, прежде всего к бедным и слабым, не боится смерти, но избегает безрассудства. Цзюнцзы, так же как и къонах, «ко всему подходит в соответствии с долгом… в словах скромен, в поступках правдив»114.

Но принципиальное отличие конфуцианской этики от кодекса «Къонахалла» — в ее сословном характере. Она выстраивает шкалу нравственных ценностей в соответствии с моделью социально-

112 Древнекитайская философия: В 2 т. М., 1972,

1973. Т. 1. С. 167.

113Конфуций. Уроки мудрости //Лунь юй. С. 61.

114Древнекитайская философия. Т. 1. С. 164