Материал: Merton_R_K_-_Sotsialnaya_struktura_i_anomia-3

СОЦИАЛЬНАЯ СТРУКТУРА И

АНОМИЯ*

IV. Ретритизм

Если приспособление типа I (конформность) является наиболее частым,

то

при-

способление типа IV (отвержение культурных целей и институциональных

средств)

встречается

реже всего.

Люди,

которые

«приспособлены» (или

не приспособлены) в

этом смысле,

находятся,

строго

говоря,

в

обществе, однако не

принадлежат

к

нему.

ляющие

общую ценностную ориентацию, они могут быть отнесены к числу

членов

общества (в отличие от «населения») чисто фиктивно.

Под

эту категорию подпадают некоторые виды адаптационной активности

стра-

дающих

психозами, лиц, ушедших от

реального

мира

в свой

внутренний

болезненный

мир,

отверженных, изгнанных, праздношатающихся,

бродяг,

хронических

алкоголи-

ков

и

наркоманов37. Они отказались

от предписанных

культурой

целей,

и

их

пове-

дение

не соответствует институциональным нормам. Это вовсе

не

означает,

что в

каких-то случаях источником данного

типа

приспособления является

не

сама

отвер-

гаемая

ими социальная структура, и

что

их

существование

не

представляет

собой

проблему для членов общества.

последний часто встречается, когда

и культурные цели,

и институциональные способы

их

достижения

полностью усвоены, горячо одобряются

и высоко ценятся индивидом,

но

доступные

институциональные средства не приводят к успеху. Возникает двойной

конфликт: интериоризованное моральное обязательство

использовать

для достижения

целей только

институциональные

средства противостоит

внешнему

побуждению при-

продолжается до тех пор, пока высшая

ценность цели-успеха еще не отвергнута.

Конфликт разрешается

путем устранения

обоих воздействующих элементов — как

целей, так и средств. Бегство завершено,

конфликт

устранен, индивид выключен из

общества.

В общественной и

официальной жизни

этот вид

отклоняющегося поведения наибо-

ретритисты

становятся

помехой на их пути. В отличие от инноваторов, по

меньшей

мере ловко

и активно

стремящихся к цели, ретритисты вообще не признают

ценность

тельств

на свои ценности и

неумолимо преследует

тех,

кто отказывается

от

борьбы

за успех. Так, в районах обитания чикагских бродяг есть книжные

ларьки,

запол-

ненные товарами, предназначенными для воскрешения утраченных устремлений.

«Книжная лавка Золотого

Берега,

расположенная

в подвале

старого

жилища вда-

ли от

улицы, сейчас зажата между двумя деловыми

кварталами.

Пространство

перед ней заполнено ларьками, забастовочными плакатами и афишами.

Эти

афиши рекламируют

книги,

приковывающие

внимание

неудачников.

«...Тысячи

благополучия.

Они

никогда

не

обгоняют

хозяйских вышибал

более чем на два

шага. Вместо этого,

им

следовало бы

быть

более

дерзкими и

смелыми.» «Преуспе-

вание в Игре»

—

до

тех

пор,

пока

старость не

настигнет

их и не превратит

участи большинства людей — приди

и получи текст «Закона о финансовом успехе».

Он внесет несколько новых идей в

твою голову и выведет тебя на прямую дорогу

к успеху. 35 центов.

ретритиста в современном фольклоре и популярной культуре помогает

поддержи-

вать «моральное состояние и самоуважение посредством изображения

человека, отвер-

гающего господствующие идеалы и выражающего к ним презрение».

Ярким

примером

такого героя в фильмах, конечно же, является бездельник Чарли Чаплин.

Он

свободен

от

конфликта

потому,

что

отказался от

поиска

безопасности, престижа

и

каких

бы

то

ни

было

притязаний

на

достоинства

и

отличительные

признаки.

[Точная характеристика ретритистского приспособления.]

Он всегда попадает в мир

случайно. Там он

сталкивается

со

злом

и

агрессией

против

слабых и

беспомощных,

и у него нет сил

с

этим бороться. Но,

тем не менее,

он

всегда становится защит-

ником обиженных

и угнетенных — не в силу великих организаторских способностей,

а

благодаря

своей

простой и дерзкой находчивости, с

помощью которой он выиски-

вает

слабые

стороны

обидчика.

Он

всегда

остается

скромным, бедным

и

одиноким,

но

высокомерным

по отношению к этому непостижимому миру и его ценностям.

Он,

следовательно,

типичен для нашего времени с его дилеммой — быть раздавлен-

ным

в

борьбе

за

достижение

социально

одобряемых

целей

успеха

и

власти (он

надежности

и

удалиться

от

них.

Бездельник

Чарли

замечателен

своей

способностью

при желании перехитрить противостоящие ему злые силы,

что

приносит

каждому

человеку удовлетворение, ведь окончательное

бегство

от

социальных

целей в

одино-

чество, таким образом, предстает как

акт выбора, а не как симптом поражения.

Микки Маус в этом смысле является продолжением Чаплина»39.

Ретритистское

приспособление

также

характерно для лиц, которые, несмотря на

свою обделенность при

распределении

общественных

богатств

и

вознаграждений,

про-

должают поиск этих вознаграждений и

почти

не испытывают

на

этом

пути

разоча-

рований и неудач. Кроме того, этот

тип приспособления является скорее индиви-

дуальным, чем коллективным. Несмотря на то, что ретритисты

могут

тяготеть к

контактам

с представителями

других

форм отклоняющегося поведения и даже до-

ходить до непосредственного участия в

групповых субкультурах, их приспособления в

значительно большей степени являются индивидуальными и изолированными,

чем

способными к объединению в рамках

нового

культурного

кодекса.

Осталось

рассмот-

реть тип коллективного приспособления.

Этот тип приспособления выводит людей

за пределы окружающей

социальной

структуры и побуждает их создавать новую,

то

есть сильно видоизмененную социаль-

ную структуру. Это предполагает отчуждение

от

господствующих целей и

стандартов.

приверженность индивидов — несостоятельной, поскольку

и цели, и стандарты вполне

могли бы быть другими. В нашем обществе движение

организованного

сопротивления

стремится к

введению

социальной структуры с сильно

видоизмененными

культурны-

ми нормами

«успеха»

и более

тесным

соответствием между заслугами

и

вознаграж-

дением.

Но прежде

чем рассмотреть

«мятеж»

в качестве типа

приспособления,

мы должны

ressentiment'a. Введенное Ницше в качестве специального

термина, данное понятие было

принято

и

разработано

социологически

Максом Шелером40. Это сложное отношение

содержит

три взаимосвязанных компонента:

1)

смешанное

чувство

ненависти,

злобы

и враждебности, 2) ощущение собственного

бессилия активно

выразить

эти чувства против

человека или социального слоя, их вызывающих, 3)

периодически

возобновляющееся

переживание

бесполезной

враждебности41.

Если

в

случае

«мятежа» желаемое, но

недости-

провождается подлинными

ценностными изменениями;

в этом заключается их основное отли-

чие. Так, Лис в басне

не говорит, что он вообще

потерял вкус к сладкому винограду,

характеризуется

полной

переоценкой ценностей Прямой или опосредованный опыт

неудач

ведет к

полному

осуждению ценностей: Лис-«бунтовщик» легко отказывается от

своего

пристрастия к сладкому винограду. В случае ressentiment'a осуждается то, что

на различие

этих

понятий, организованный мятеж может сопровождаться наличием

великого

множества

возмущенных и недовольных

усилением

дезорганизации

существующей

системы.

Мятеж,

как

реакция приспособления, возникает,

когда

существующая

система пред-

организованной

политической

деятельности

необходимо

не

только

отказаться

от

приверженности

господствующей

социальной

структуре, но и перевести

ее

в

новые

социальные

слои,

обладающие

новым мифом42. Функция мифа заключается

в

определении

социально-структурного

источника

массовых

разочарований

и

в

изображении

альтер-

нативной структуры, которая не должна привести к разочарованию достойных. Таков

устав

деятельности. В этом смысле

становится

понятным

предназначение

контрмифа

консерва-

торов,

коротко

очерченное

в

одной

из

предыдущих

частей настоящей

главы:

каков

бы ни был источник массовых разочарований, его не следует

видеть

в

существующем

общественном строе. Консервативный миф,

таким образом, предполагает,

что

разочаро-

вания

заключены

в

самой

природе вещей и присущи любой социальной

системе:

«Циклическая

безработица

и

временные спады деловых успехов так же

неизбежны,

как и

ежедневные

изменения

самочувствия человека»43. Мысль о неизбежности

дополняется

идеей о постепенном и легком приспособлении: «Немного изменений,

и

дела

пойдут

насколько возможно хорошо». Характерной для

консервативного

мифа

кроме

того

является идея,

переносящая

недовольство

из

социальной

структуры

на

индивида-неудачника:

«Каждый человек действительно получает то, что в этой стране выпадает на его долю».

И

миф

мятежа,

и миф

консерватизма направлены на «монополизацию

воображения».

Они

стремятся

повлиять

на

недовольных таким образом, чтобы приобщить,

или

же

наоборот, отвлечь их от

мятежного приспособления. Так, отвержение

преуспевающим

товарищем

господствующих

ценностей

становится

предметом

величайшей

враждебности

мятежников. Ведь «предатель»

не только подвергает эти ценности сомнению,

как

делает

вся

группа, но своей успешностью обозначает разрушение ее единства44. Однако,

как

уже

часто

отмечалось, возмущенных и бунтующих организовывают в революционные

группы

именно

представители класса, набирающего в обществе силу, а отнюдь не самых угнетенных слоев.

Рассмотренная

нами

социальная

структура

вызывает

предрасположенность

к

аномии

и

отклоняющемуся

поведению.

Она

формирует

установку

на

преодоление

конкурентов.

До

тех пор,

пока

эта

установка,

поддерживающая

конкурентную

систему,

пронизы-

вает все сферы человеческой деятельности и

не

существует

чрезмерного

культурного

акцентирования «успешного» результата, выбор средств

в

значительной

степени

остается

в

пределах институционального контроля. Когда

же

культурный

акцент

сдвигается

с

самого процесса конкуренции в сторону почти исключительного

внимания

к

ее

результатам,

возникает

напряжение,

способствующее

развалу

регулирующей

системы.

С

ослаблением

институционального

контроля

происходит

приближение

к

ситуации,

когда

учет

личных

достижений

и

страх

наказания

становятся

единственными

регулирующими

факторами

(философы-утилитаристы ошибочно считалиэту ситуацию типичнойдля всякого общества).

Эта предрасположенность к аномии характерна

не для всех слоев общества. Мы уже

показали, что существуют социальные слои,

наиболее

склонные

к

отклоняющемуся

поведению,

и

выявили некоторые механизмы

его

возникновения.

Для

упрощения

задачи

в

качестве

главной

культурной

цели

был взят

денежный

успех, хотя, конечно,

существуют

и другие общие цели и ценности. К ним,

несмотря на довольно частое отсутствие

большого

денежного

вознаграждения,

относятся,

например,

достижения

в

интеллектуаль-

ной и художественной областях. В той мере,

в какой культурная структура считает эти

альтернативные

сферы

деятельности

престижными,

а

социальная

структура

разрешает

к ним доступ, система является

стабильной.

Возможные

претенденты

на

отклоняющееся

поведение еще могут в ней соответствовать этим дополнительным системам ценностей.

Тем не менее, основная предрасположенность

к аномии остается, и именно поэтому

изложенная здесь аналитическая схема заслуживает особенного внимания.

отклоняющегося поведения.

Безусловно, семья — главный передатчик

культурных

норм

и

ценностей.

Однако,

как

уже отмечалось,

она

передает

преимущественно

ту

часть

культуры,

которая

доступна

для социального слоя или группы

родителей. Осуществляется воспитание ребенка в

рамках культурных целей и нравов, характерных для

узкого круга, а также социализация,

ограниченная

этим

непосредственным

обучением

и

воспитанием.

По

меньшей

мере

частично,

это

процесс

непреднамеренный:

почти

независимо от прямых указаний, вознаграждений

и

наказаний

ребенок

подвергается

воздействию общественных стандартов, становясь

свидетелем

каждодневного

поведения

и

случайных

разговоров

родителей.

Довольно

часто

дети обнаруживают и усваивают культурные стандарты, остающиеся

неявными

и

не

сведенными к правилам.

Языковые обороты — самое впечатляющее

и

легко

наблюдаемое

доказательство

того,

что дети в процессе социализации

обнаруживают

стандарты,

которые

не

были

четко

сформулированы

для

них старшими

или

ровесниками

и

которые

не

формулировались

самими детьми. Постоянные ошибки в

их

языке

наиболее

показательны

в

этом

отношении.

Так,

ребенок

употребляет

слова «мыши»

или

«деньги»,

даже

если

он никогда

не

слышал

их

и не

был

научен

«правилу

образования

множественного

числа».

Он

создает такие

слова,

как «падал», «бежал», «отмечал», «ударял», не будучи

в возрасте трех лет научен правилам

спряжения.

Он

говорит,

что

выбранное

им блюдо

«лучше»,

чем

другое,

менее

любимое,

а посредством логической экспликации может описать

его, как «лучшейшее» из всех блюд.

Очевидно, он обнаружил не сформулированные явно

принципы

выражения

множественности,

спряжения глаголов и склонения прилагательных.

Об

этом

свидетельствует

сама

природа

ошибок45.

Можно экспериментально показать, что ребенок деловито участвует в обнаружении и

изменении неявных образцов культурного оценивания, отнесении людей и вещей к

различным категориям и формировании достойных уважения целей в той же степени, в

какой он усваивает явную культурную ориентацию своих родителей, выражающуюся в

бесконечном потоке команд, объяснений и предупреждений. Может возникнуть необхо-

димость дополнить важные исследования в области глубинных психологических процессов

социализации непосредственным наблюдением за распространением культурных образцов

внутри семьи.

Очень может быть, что ребенок сохраняет обнаруженные в повседнев-

номповедении родителейнеявные образцы культурныхценностейдаже втомслучае, еслиони

противоречат явным советам и предупреждениям старших.

Вопрос

о

влиянии

на

ребенка

родительских

притязаний

также

непосредственно

касается

нашего

предмета.

Как

хорошо

известно,

многие

родители,

столкнувшиеся

с личной «неудачей» или ограниченным

«успехом», могут умалчивать о своей изначальной

основной

цели

и

откладывать

дальнейшие

усилия

по

ее

достижению,

намереваясь

достичь ее посредством детей.

«Влияние может

исходить

от

матери

или

от

отца

—

того родителя, который надеется, что его

ребенок сможет достичь высоты, не достигнутой им

самим»46.

В

недавнем

исследовании

общественной

организации

условий

жилищного

строительства

мы

обнаружили,

что

значительная

доля

белых

и

черных

представи-

телей

нижних

профессиональных

уровней

имеет

притязания

относительно

профессиональ-

ной карьеры своих детей47. Дальнейшее

подтверждение этого тезиса имело бы большое зна-

чение

для

изучения

рассматриваемой

проблемы.

Ведь

в

случае

широкого

распростра-

ограниченных реальных возможностей,

как

мы

помним,

влечет за собой отклоняю-

щееся

поведение. Последнее

ясно указывает

на

необходимость

исследования

формирования

целей

у

представителей

различных

профессий

в

нескольких

социальных

слоях

при