Контрольная работа
Диалогизм как системное качество деятельности
Содержание
1. Деятельность как внечувственная реальность
. Диалогизм деятельности
Список литературы
1. Деятельность как внечувственная реальность
Наша индивидуальная психологическая система - уникальное образование, функционирующее по правилам, которые позволяют нашему сознанию выявить фенотипическую картину мира, в основе которой лежат каузально-динамические закономерности. У нас есть две возможности. Мы можем либо, вслед за Н.А.Бердяевым, признать эту систему мистической и тогда теряем всякие основания проводить научно-психологический анализ. Либо мы должны признать, что за пределами нашего чувственного восприятия существует мир, который отрывочно и далеко не полно дан нам в нашем сознании при помощи органов чувств, но некоторые элементы этого внечувственного мира даны нам при помощи иных механизмов: инсайта, интуиции и т.п.
В «Историческом смысле психологического кризиса» Л.С.Выготский говорит: «положительная роль психики - не в отражении (отражает и непсихическое; термометр точнее, чем ощущение), а в том, чтобы не всегда верно отражать /не пропускать ненужное. - С.М./, т.е. субъективно искажать действительность в пользу организма». Одним из привычных для нас проявлений такого субъективного искажения является неспособность наших органов чувств непосредственно воспринимать развитие. Даже если мы говорим о развитии того или иного объекта (например, растения или ребенка), мы воспринимаем только отдельные моменты этого развития - изменяющуюся вещь в различные моменты ее существования. Наше восприятие устроено так, что развитие само по себе непосредственно нам не дано. Мы можем только делать выводы, сопоставляя те самые моменты существования объекта, которые нашему сознанию даны. Однако весь ход наших рассуждений показывает: реальность, которая дана нам в чувственном восприятии, а, следовательно, и в нашем сознании, никогда не совпадает с тем реальным процессом развития, который исследует психология.
Нельзя отождествлять мир, который дан нам при помощи наших органов чувств, с существующим, реальным миром. Если бы такое отождествление было возможно, то следовало бы признать, что мир таков, каким его воспринимаю я. Значит, мир таков же для всех остальных. Эта иллюзия многократно становилась причиной конфликтов, приводивших к непоправимым катастрофам, как отдельных людей, так и все человечество.
Наука это то, что умеет объяснять, считает Л.С.Выготский. Причем, объяснять предмет надо не из него самого, как это делал интроспекционизм, а из тех отношений, в которые этот предмет вступает. Это - во-первых. А, во-вторых, изучать предмет - значит, узнать законы его развития, а не только сделать «фотографию» предмета. Но как только мы привлекаем в наш анализ принцип развития, тут же утрачивается связь предмета с чувственной реальностью. Ведь наши органы чувств всегда ограничены временем «сейчас». Прошлого и будущего для нашей чувственности не существует. Значит, идя по пути каузально-генетического анализа, мы должны обратиться к прошлому предмета исследования. А это прошлое скрыто от наших органов чувств, но содержится в этом предмете в снятой форме.
Мир внечувственного не следует интерпретировать как мистические сущности, не подвластные научному анализу. Нет ничего удивительного или невозможного в существовании такой внечувственной реальности. Утверждать ее невозможность - все равно, что говорить, будто если мы что-то уже не видим или еще не видим, то этого не было и не будет. Аналогично, если мы что-то не видим, это не означает отсутствие невидимого. Причем, возможность его наличия дана не только потенциально (когда фокус нашего внимания не направлен на объект), но и актуально: когда возможности нашего чувственного восприятия просто недостаточны для чувственного восприятия данной реальности. Значит реальность и чувственно данная реальность - не одно и то же.
Предмет нашего исследования не дан нам непосредственно при помощи наших органов чувств. Это - ключевое звено наших рассуждений. Более того, это ключевое звено любого научного исследования. Наука не может исходить из того, что чувственно данный мир тождествен тому миру, которым наука занимается. Все естествознание построено на исследовании так называемых идеальных объектов. Ни один физик не занимается движением «вот этих» протонов или «вот этих» шаров - таких протонов или шаров, которые даны ему в его чувственном восприятии. Он занимается идеальной моделью, которая не совпадает с явлением, наблюдаемым в эксперименте.
Эти принципы науки не должны забывать психологи. Предмет нашей науки находится за теми пределами, которые подвластны нашему чувственному восприятию. Это принципиальное положение всегда должно составлять фон любого психологического исследования. Когда мы начинаем описывать наш предмет какими-либо терминами, например, при помощи понятия «деятельность», мы описываем идеальный, внечувственный предмет.
Когда мы обозначаем, психологические явления термином «деятельность», мы часто отождествляем эти явления с чувственно данными событиями, считаем, что деятельность это то, что мы видим, слышим, чувствуем. Более утонченная точка зрения состоит в том, что деятельность зафиксирована в продуктах деятельности человека, и если мы не можем «увидеть» саму деятельность, то в любом случае чувственно взаимодействуем с деятельностью опредмеченной.
Однако и в том, и в другом случае мы не воспринимаем деятельность, и воспринимать не можем, поскольку деятельность - это чувственно-внечувственное состояние человека. Да, деятельность зафиксирована в своем продукте. Но - это не сама деятельность, а ее преобразованная форма. Да, человек все время производит какие-то деятельностные акты. Но это - не деятельность, а поведение, которое, действительно, воспринимается нами в виде чувственных данных актов. Это - «внешняя» деятельность, из которой исключена ее «внутренняя» составляющая. И то, что дано нам при помощи сознания, тоже не деятельность, а явления «внутренней» деятельности. Попытки найти деятельность в форме явлений сознания, как это делал интроспекционизм, или в форме поведения, как это делали бихевиористы, как известно, не привели к успеху. Это, конечно, не означает, что мы должны навсегда отказаться от интроспекции или от изучения поведенческих проявлений деятельности. Дело в другом: предмет психологии - не сознание и не поведение, а деятельность.
Говоря о внечувственной природе предмета психологического исследования, мы не должны на основании этого делать вывод, будто традиционные методы психологического исследования должны быть исключены из психологии. Мы говорили об антиэмпиризме Л.С.Выготского, который резко критиковал применение эксперимента в психологии. Значит ли это, что эксперимент вообще не может считаться психологическим методом? Конечно, нет. Но мы должны всегда помнить, что эксперимент позволяет нам увидеть, изучить и «просчитать» не сам предмет психологического исследования, а только чувственно данные «островки», на которые эта чувственность «выплеснута» при помощи экспериментальных методик.
Еще один способ изучения предмета психологии - анализ произведений искусства. Писатель, художник, композитор дают нам - опять в виде «островков» - свой внутренний мир и внутренний мир своих героев. Не случайно психологи испытывают такой интерес к психологии искусства, а создатели лучших художественных произведений, например, Ф.М.Достоевский или А.П.Чехов, считаются замечательными психологами.
Важным методом в современной психологии считается математика. Вместе с тем, многие психологи не могут ответить на вопрос, в чем состоит ее глубинное значение для психологии. Обычно, говорят: математика необходима для того, чтобы развивалось мышление, способность логически излагать свои мысли, рассуждать. В современной психологии математика применяется либо для статистической обработкой экспериментальных данных, либо как метод моделирования отдельных психологических функций. Психологи часто забывают, что математика является символическим языком описания мира, и предмет психологии, как часть этого мира, должен стать предметом такого математического описания.
Наконец, в познании внечувственной реальности большие возможности предоставляет психотерапевтическая практика, появившаяся в XX веке, благодаря усилиям, прежде всего, З.Фрейда. Но мы должны различать психотерапию, как практику, направленную на содействие человеку, испытывающему те или иные проблемы, и психотерапевтическую практику как метод исследования. Психотерапевты, производя своеобразное «самораздвоение», т.е. будучи не только терапевтами, но и психологами-исследователями, пытаются проникнуть в мир смысловых образований, в мир самости.
2. Диалогизм деятельности
психологический деятельность диалогизм
Любая научная работа является построением предмета исследования. Мы не списываем наш предмет с натуры. Мы каждый раз пытаемся этот предмет построить, воссоздать. Конечно, при этом мы учитываем и пытаемся преодолеть (улучшить, внести в него что-то новое) тот научный контекст, тот «оппонентный круг» (М.Г.Ярошевский), в котором нам приходится работать. Именно благодаря такому сопоставлению своих построений с идеями предшественников и современников, исследователи вводят свои разработки в состав науки.
Взаимодействуя с нашим оппонентным кругом, мы спорим с его представителями, опровергаем те или иные их положения. Но при этом оппонентный круг содержит в себе те детерминанты, благодаря которым наша собственная концепция приобретает тот или иной вектор развития. Преодоление ограниченности интроспекционизма и бихевиоризма, предпринятое культурно-исторической психологией и психологической теорией деятельности, придало отечественной психологии вполне определенное направление, вектор дальнейших размышлений. Сегодня этот вектор указывает в сторону поиска общих методологических принципов, которые связывают культурно-историческую психологию с одним из наиболее перспективных направлений современной психологии - экзистенциализмом.
Одна из главных формул экзистенциализма, высказанная Ж.-П.Сартром, заключается в том, что для человека важна не его сущность, а существование. Существование как процесс - вот главное в человеке, говорит экзистенциализм, а не его сущность как застывшая структура. Эта точка зрения близка мысли Л.С.Выготского о том, что предмет психологии - не вещь, а процесс. Причем, после работ А.Н.Леонтьева этот процесс рассматривается как деятельность человека, т.е. как деятельность, существенным качеством которой является социальность. Но социальность, в свою очередь, - форма взаимодействия людей. Такое взаимодействие традиционно принято называть диалогом. Правда, такой диалог нельзя сводить к речевой коммуникации. Скорее, наоборот, «речь развертывается в стихии диалога» (Г.Гадамер).
Свою теорию диалога пытались создать многие мыслители. К таким попыткам можно отнести антропологию Л.Фейербаха, диалогизм М.Бубера, философию К.Ясперса, неосократизм Г.Марселя, эгологию Ж.П.Сартра, герменевтику Х.Г.Гадамера, теорию М.М.Бахтина, фрейдизм и др. Как правило, в этих теориях категории «Я» противопоставлялось понятие «Ты» или «Другой». Тем самым подчеркивалась раздельность, «вненаходимость» (М.М.Бахтин) субъекта деятельности и окружающего его социума.
Нельзя рассматривать диалог в его чувственной данности, как общение двух собеседников. Присутствие Другого во мне в виде альтернативной перспективы осмысления действительности не зависит от фактического его присутствия в ситуации. Под диалогизмом следует понимать внутреннюю, имманентно присущую деятельности социальность. Только рассмотрение социального как имманентной составляющей субъективного позволяет раскрыть диалектику самодвижения деятельности. Это означает, что в деятельности, кроме тех ее составляющих, которые традиционно описываются как «Я», непременно присутствуют такие составляющих, которые подразумевают другого человека, собеседника, с которым субъект деятельности ведет диалог. Причем, такой диалог совсем не обязательно должен выражаться в поведенческих (в том числе, речевых) актах. Диалог - перманентное состояние деятельности, выражающееся в сопоставлении своего представления о реальности с аналогичными представлениями других людей. Такое сопоставление не всегда бывает осознанным, но его наличие - более того, существование противоречивых отношений между этими двумя системами представлений - служит внутренним источником самодвижения деятельности.